16. Лесной шёпот исцеления
Темнота поглотила помещение древнего сооружения, словно плотный туман, который плёлся в тени заброшенных стен. Из солнечных лучей, крадучись проникавших сквозь трещины в потолке, возникало угрюмое сияние, в котором стоял Архипорок Гнева; его голова склонилась в ожидании перед тем, кто находился напротив.
На каменном пьедестале возвышался молодой человек с длинными чёрными волосами, спадающими по спине, подобно чернильным потокам ночи. Золотистые глаза пристально следили за Гневом, будто стремясь проникнуть в самую суть его души, если таковая вообще имелась.
– Ты не привёл Избранного, – произнёс Ванлин с презрением. – Какой позор.
Архипорок сжал кулаки, и ярость закипела в его груди. Он не мог смириться с этой унизительной критикой. Почему каждый здесь пытался контролировать его, словно он был марионеткой в чужих руках? Подняв голову, он встретил взгляд Ванлина, который излучал высокомерие.
– Я исправлюсь, – выдавил Гнев сквозь сжатые зубы, стараясь сохранять хоть каплю спокойствия.
– Не стоит, – холодно прозвучал ответ. – Избавь меня от своих оправданий.
Ванлин метнул взгляд на каменную стену, где бессильно висело закованное магическими цепями Божество войны, подобно угасшей тени.
– Буду работать с тем, что есть. Уходи, – махнул он рукой.
Стиснув зубы до крови, Гнев развернулся и направился к выходу. Его мускулы напряглись, а в каждом шаге ощущалась сила. Он прошёл между тёмными колоннами, мрачные тени которых шептали о том, что он не был ни покорителем, ни вождём, а лишь низвергнутым слугой.
Покинув зал, он, плюясь от злости слюной, бросил:
– Этот юнец вообразил себя невесть кем! Сколько ему? Пятьсот лет? Как он смеет унижать меня?
У стены стояла девушка в чёрном - Архипорок Зависти. Её изящные черты лица были обрамлены длинными, вьющимися волосами, которые напоминали тёмные облака, предвещающие ненастье.
– Успокойся, – прошептала она, губы изогнулись в презрительной улыбке. – В этом теле он проживёт от силы ещё сорок лет. А затем мы заполоним землю и насытимся прогнившими душами смертных.
Гнев глубоко вдохнул, пытаясь усмирить бурлящую бурю внутри, но тёмные волны ярости не желали утихать.
– Ладно, – отозвался он, хотя эмоции всё ещё бушевали.
Зависть прищурилась, смотря на него с лёгким упрёком:
– Мы все здесь, чтобы достичь одной цели. Но для этого надо действовать с умом. Мальчишка проложит нам путь, даже если ты этого не хочешь.
Гнев усмехнулся, подавляя прилив злобы. Возможно, она и права: его эмоции действительно мешали рассуждать здраво. Однако, несмотря на её замечания, слова Зависти лишь подстёгивали в нём ненависть, углубляя чувство уязвимости.
– Только время покажет, к чему это приведёт, – сказал он, уходя вглубь тёмного коридора, оставляя Зависть в одиночестве, поглощённую своими мыслями.
***
Рэймин открыл глаза и обнаружил себя среди бескрайних зелёных просторов, раскинувшихся до самого горизонта. Цветы, расцветавшие в многогранных оттенках, колыхались под лёгким ветерком, бабочки танцевали в воздухе, оставляя за собой сияющие следы. Где он? Как он сюда попал? Секунду назад его намеревался прикончить Архипорок, а теперь он сидит, поглощённый пением птиц и жужжанием насекомых.
Из-за ближайшего деревца вышла девушка. Её длинные зелёные волосы ниспадали по плечам, как свежая листва под лучами солнца. Лёгкое, почти невесомое платье, струившееся вокруг неё, излучало непринуждённость и чистоту.
– Я - Лилия, хранительница лесов, – произнесла она мягким голосом, делая шаг навстречу Рэймину с тёплой улыбкой. Черты её лица были нежными и миловидными: мягкий овал; миниатюрный носик; розоватые губы, чуть приоткрытые в доброй улыбке; глаза, как два маленьких озера, отражали утренний свет, будто сама природа создала её из солнечного света и весеннего цвета.
Рэймин слегка осёкся, не понимая, что именно происходит.
– Как я здесь оказался? – спросил он. Ощущение, что её присутствие наполняло всё вокруг светом и спокойствием, лишь усиливалось.
Лилия подошла ближе и протянула ему маленькую кружку, наполненную светло-жёлтой жидкостью.
– Выпей, – сказала она нежно. – Это ромашковый чай. Он поможет тебе успокоиться.
Ощутив приятный аромат, эльф взял кружку и медленно поднёс её к губам. Жидкость оказалась приятной на вкус. С каждой каплей он чувствовал, как тревога наконец покидает сердце, растворяясь в тёплом замедленном ритме покоя.
– Что тебя гложет, дитя лесов? – спросила хранительница, изучая его лицо с искренним интересом. – Не стоит скрывать свои чувства.
Рэймин глубоко вздохнул, опустив взгляд. Он не был готов обсуждать свои внутренние терзания с незнакомкой, пусть даже желающей добра.
– Я просто... потерян, – всё же решил признаться он после минуты раздумий. – Я оставил свой дом и ощущаю вину за это. Дорогой мне человек оказался не таким, каким я его считал. Мне кажется, я забываю, кто я на самом деле...
Он медленно начал делиться историей, погружая Лилию в мир своих страданий.
63 года назад
Великий лес Эльвуд
Среди высоких деревьев возвышалась величественная крепость, где жил двадцать третий король Эльвуда - Эларий. В этот миг королевские покои утопали в напряжённой атмосфере, словно натянутый лук, готовый к выстрелу.
Рэймин стоял перед отцом, его сердце колотилось от волнения.
– Отец, я хочу увидеть мир! – воскликнул он, стараясь звучать уверенно, но внутри бушевали сомнения.
Король, облачённый в великолепные одеяния, медленно обернулся к сыну. Суровое выражение его лица смягчилось лишь на мгновение, но глаза, полные мудрости, теперь горели гневом.
– Ты - сын короля! Твоё место здесь, в нашем лесу. Ты должен быть готов занять трон, когда придёт время!
Рэймин почувствовал, как тень отцовского волнения накрывает его, не оставляя места мечтам. Внутри него металось множество чувств: страх, гнев, тревога. Он не хотел быть заперт в этих приевшихся лесах, не хотел, чтобы его жизнь определялась обязанностями.
– Ты не понимаешь, – закричал он, голос дрожал от эмоций. – Жизнь - это не только корона и обязанности! Я хочу увидеть мир, встречать новых людей, учиться и расти!
– Если ты уйдёшь, то можешь забыть, что являешься моим сыном, можешь забыть свой дом, – холодно прервал его Эларий. – Я не потерплю предательства!
Эти слова пронзили Рэймина, как острый меч, и ярость вспыхнула в его душе, смешиваясь с отчаянием. Он выпалил, не желая сдерживать свои чувства:
– Если так, то больше не называй меня своим сыном!
Развернувшись, принц покинул лес, его сердце разбивалось от горя и гнева. Внутри бушевала пустота, а на душе - тяжесть. Каждый шаг казался последним, и он не знал, что ждёт его впереди. Эльвуд, его родина, виделся лишь далёким, туманным воспоминанием, напоминающим о потерянном детстве и надеждах.
Спустя два дня, когда молодой эльф бродил по величественным полям, его внимание привлекла тонкая струйка дыма, поднимавшаяся в небо со стороны Эльвуда. Приблизившись, он поймал себя на мысли, что чувствует, как холодное предчувствие начинает заполнять его целиком.
С каждым шагом, преодолевая корни деревьев, нарастала паника. На протяжении всего пути он успокаивал себя надеждой: "Это лишь случайный пожар, который быстро потушат".
Когда он наконец достиг поселения, ужас парализовал его. Эльвуд, когда-то наполненный жизнью, музыкой смеха и песнями его народа, был теперь погружён в смятение и тишину, нарушаемую лишь глухим треском обугленных деревьев. Не осталось ни одного живого существа, всё вокруг было выжжено, как если бы сама природа отвернулась от этого места.
Смотрев на развалившиеся остатки домов, Рэймин почувствовал, как его сердце сжимается от щемящей боли. Каждое здание, каждая улочка, которую он когда-то знал, казались призраками его прошедшей жизни. Он не мог сдержать рыдания, которые вырвались из глубины его души. Слёзы ручьём лились из глаз, капая на обожжённую землю. Рэймин пал на колени, ощущая, как земля пропитана горечью и страданиями. Вспоминая о своих мечтах сбежать, исследовать мир и оставить позади весь груз, он понимал, что теперь несёт ответственность за то, что произошло. С трудом глотая слёзы, он взял себя в руки. Его грудь разрывалась между ненавистью и горем. Он поклялся вернуть своих людей и восстановить то, что было разрушено.
Вскоре он выяснил правду: Эльвуд был атакован безжалостными охотниками за сокровищами. Жажда наживы превратила лес в море пламени, а выживших эльфов продали в рабство, предавая свою человечность. Эльфы были редки и ценны, и за них платили большую сумму на чёрном рынке.
В течение следующих десяти лет он блуждал по всем уголкам мира, исследуя самые дальние границы, становясь сильнее с каждым днём. Он искал своих сородичей, освобождая из презрительных цепей и вдыхая в их сердца надежду. Эльвуд вновь задышал свободой, слёзы радости наполнили эльфийские глаза, когда они начали возвращаться в густые леса, обживая их снова, будто сам Бертран, наконец, смилостивился над их страданиями и подарил ещё один шанс.
Рэймин знал, что его путь не закончен, и он отправился в новые земли в поисках приключений, знаний и тех тайн, которые помогут ему стать мудрым и справедливым правителем для своего народа.
Тем временем эльфы оставались в родном лесу, полные надежды и уверенности, веря, что однажды их король вернётся. В их сердцах теплится мечта о светлом и благополучном будущем, которое они все заслуживают.
***
Лилия склонилась ближе, и её глаза светились мягким теплом.
– Все мы порой теряем себя в суете жизни, — прошептала хранительница, её голос был спокоен. — Но не забывай, что твои корни глубоки, как корни этих могучих деревьев, растущих в наших лесах на протяжении веков. Они крепки и устойчивы, даже под тяжестью бурь и невзгод.
Она сделала паузу, позволяя своим словам отпечататься в сознании молодого эльфа.
– Позволь себе время и пространство, чтобы осознать свою суть, – продолжила Лилия. – Слушай шёпот ветра, чувствуй, как тепло солнца ласкает твою кожу, и не спеши. В этом мире множество дорог, и каждая из них уникальна. Ты уже ступил на свой путь и начал путешествие к себе. Осталось лишь вспомнить, кто ты есть на самом деле, и раскрыть свою истинную силу и суть, которая скрыта в глубинах твоего сердца. Прими то, что ты не можешь изменить, но стремись изменить то, что возможно.
Рэймин погрузился в раздумья. Ощущая её уверенность, он почувствовал, как тревоги постепенно рассеиваются.
– Но что насчёт Берта? – прошептал юноша, и его голос прозвучал как крик души, в котором слышались обида и горечь. – Как ни стараюсь, я всё равно не могу его простить.
Лилия мягко встретила его взгляд, излучая понимание.
– Рэймин, — произнесла дева, в её голосе звучала глубокая искренность, – Ты всю жизнь следовал пути Бога милосердия и сострадания, и всё ещё не научился прощать? Все мы, даже самые мудрые и сильные, ошибаемся. Нет человека, защищённого от неверных шагов. Но в этом и заключается наша сила - в умении признавать ошибки и прощать. Прощение - это дар, который мы преподносим себе, чтобы освободить душу от бремени горечи. Оно не изменит прошлого, но раскроет перед тобой двери в свободное будущее. Позволь себе отпустить груз, который тянет тебя вниз.
Рэймин замер, осмысливая сказанное. Каждое её слово, как нежный свет, постепенно проникало в его душу. Он чувствовал, как тяжесть, что давила на сердце, начинает отступать, как рассеивающийся туман под лучами утреннего солнца. В нём пробуждалось желание двигаться вперёд.
– Спасибо, Лилия, — произнёс эльф, искренне и глубоко благодарный за её поддержку и мудрость.
Лилия лишь улыбнулась, и в её глазах отразилась нежная, вечная сила природы, словно она сама была воплощением леса, в котором он нашёл утешение и покой.