Некосуно

В больнице во время обследования врач только и делал, что качал головой.
– Да кто ж с такими менисками играет? – буркнул он, разглядывая мою ногу. Я молчала, пытаясь не смотреть на искалеченное колено.
– Доктор, что можно сделать? – спросил перепуганный Куроо, крепко держа меня за руку.
– Ну... Я ввёл обезболивающее, но придётся, кхм, вправлять.
– В-вправлять? – испуганно подняла глаза на врача я.
– Да, вправлять. Не ходить же тебе с таким коленом.
– А... Но... – я тут же заметалась, пытаясь спрятаться за Тецуро, но колено дало о себе знать.
– Не переживайте, мисс, обезболивающее скоро подействует и будет не так больно.
– Не так?
– Не исключено, что может быть больно.
– Ру, иди сюда, – раскрыл руки Куроо. Я тут же накрепко вжалась в парня, дрожа от страха. – Не бойся, я буду рядом. Тебе будет не так больно, обещаю, слышишь?
– Д-да, – боязливо кивнула я.
– Давай, возьми меня за руку. Всё будет хорошо, – улыбнулся Тецуро, протянув мне ладонь. Я тут же сжала её обеими руками, зажмурившись.
– Готова? – спросил врач, глядя на меня. Я кивнула, и Тецуро закрыл мне глаза свободной рукой. Зарывшись изо всех сил в парня и прикусив край его кофты, я зажмурилась, сжав его ладонь. Врач попытался сделать все как можно быстрее и безболезненнее, но мои зубы плотно сомкнулись на одежде Куроо, а глаза заслезились.
– Вот, готово, – выдохнул доктор, поднявшись к столу.
– Вот, как новенькое, – улыбнулся Тецуро, глядя на мою ногу.
– Если бы, – вздохнул врач, устало потирая лоб.
– Ч-что мне теперь делать? – испуганно спросила я, предвкушая давний вердикт.
– Ну что сказать...

«Неужели...»

– Нужна операция. Увы, без хирургического вмешательства не обойтись, не тот случай.
– А... Что случилось?
– Разрыв двух менисков, это вам не шутки. Плюс крестообразная связка даёт сбои.
Меня затрясло от ужаса. Тецуро, прекрасно понимая моё состояние, прижал меня к себе, хмуро глядя на доктора.
– Так все плохо?
– К сожалению, да.
– Что за операция?
– Замена мениска. Сшивание здесь уже не поможет.
– Что нам делать тогда сейчас?
– Сейчас пока у вас есть время подумать. На это действительно тяжело решиться, операция в конце концов, но не все так страшно. У нас лучшие специалисты в данной сфере, уже довольно долго практикуем эти особенности. Что ещё могу сказать.... Думайте порядка двух месяцев...
– А пока?
– А пока единственное, что мы можем предложить: компресс, бандаж и инвалидное кресло. Колено требует временной реабилитации и покой, так что нагрузки на него в течении двух месяцев недопустимы. Операция достаточно дорогостоящая, но ваша страховка сможет покрыть больше половины расходов. На этом я, пожалуй, закончу и схожу за креслом. Вашему тренеру я передам, рецепты мазей, – вздохнул врач и поднялся с места. Меня шатало, а в глазах застыл ужас.

«Операция... А если я больше никогда не встану?! Если я вообще умру под ножом?!»

– Ру... Эй, Ру, солнышко, ты как? – спросил Тецуро, глядя на меня щенячьими глазами.
– М-мне страшно.
– Я понимаю, мышонок, но мы что-нибудь придумаем!..
***
Сугавара и остальные Карасуно с ужасом смотрели на площадку. Тора буквально озверела, желая отомстить. Ей было все равно с какой силой она била мяч, таким образом отправив парочку противников на скамью и ещё несколько к доктору. Коши был действительно в ужасе, глядя на то, с какой жестокостью атакует и подаёт Генсока.

«Она же так совсем сорвётся!»

– Её надо успокоить бы, – буркнул Яку, глядя на Тору.
– А что не так? – удивлённо спросил Хината.
– Да было как-то дело, Торе-чан во время игры так сильно сорвало крышу, что в больницу угодила.
– Так, её надо успокоить, – решительно поднялся Сугавара и пошёл вниз.
Третья партия заканчивалась не в пользу Некома, что очень злило Тору. Из-за подавленности девчонки проиграли вторую партию, а вот сейчас проблем стало больше: усталость, неадекватный капитан и тревога за проигрыш. Генсока едва ли не убивала как своих игроков, так и тех, по ту сторону площадки.
– Тора!! – закричал Коши, но девушка проигнорировала того, продолжая колотить мяч. – Укай-сенсей, нужно взять тайм-аут!
– Сам вижу, – буркнул мужчина, хмуро глядя на площадку.
– Тогда дайте мне пожалуйста поговорить с ними!
– Что ж, надеюсь, это того будет стоит. Товарищ судья....
Когда озлобленная Тора пошла в сторону скамеек, то Сугавара тут же набросился на неё, схватив её за плечи.
– Ты что творишь?! Возьми себя в руки!
– Не твоё дело, что я творю!
– Моё! Я не хочу, чтобы и тебя забрали в больницу! Ты же капитан, так веди себя подобающе!
– Ты не понимаешь!! – в голос начала реветь Тора, не в силах
сдерживаться. – Они сломали моего игрока! Я за них за всех в ответе! Если кто-то из них пострадает, то это моя вина!
– Вовсе нет. Руне бы никогда не стала тебя винить в случившемся! – крепко обнял Тору Коши. – Ты очень хороший капитан, но сейчас ты должна отпустить её и играть здесь и сейчас. Сделай это ради неё, выиграй, но не калечь никого! Девочкам ты нужна сейчас здоровая и с твоим хладнокровным разумом.
Тора сжала кулаки, прижавшись к парню сильнее.
– Да, хорошо....
***
На входе в больницу уже стояла толпа людей: Карасуно и оба состава Некома. Тецуро осторожно выкатил меня на улицу в коляске, а Нэкомато-сенсей шёл рядом с моими вещами.
– Ох, Руне-чан...
– Руне-семпай.
– Ру-уне! –заревела в голос Незуми, кидаясь ко мне.
– Тора... Что с игрой? – спросила я, с надеждой глядя на капитана. Генсока сжала руки, не смея поднимать на меня взгляд. Сугавара пришёл на помощь к ней, положив ей руку на плечо.
– Они очень сильно старались. Ты бы ими гордилась, има-чан.
– Иначе быть не может, – улыбнулась я.
– Ты то как?
– Я.... Все немного хуже, чем...
– С волейболом конец? – хмуро произнесла Тора. Я кивнула, глядя на асфальт. Почему-то мне казалось, что я подвела команду, было даже как-то стыдно. Генсока вздохнула и зашагала ко мне. Тецуро уже вышел в защиту, встав передо мной, но Тора на него толком внимания не обратила.
– Не время для твоих капитанских штучек.
– Я не выговор тут собралась ей делать. Пропусти, высокий, не хватало ещё и тебе настроение испоганить.
– Если хоть слово мне не понравится, я тебя к ней близко и на пушечный выстрел не подпущу, – прорычал Куроо, отодвинувшись в сторону.
– Ну что, Некосуно, что скажешь? – спросила Тора, присев на корточки.
– Прости.
– А? Извиняешься?! Ещё чего! Ты сделала больше, чем могла, это уже говорит о многом. Помнишь, как ты пришла к нам. Я полностью тебе теперь верю, Некосуно, глупо было бы считать, что ты останешься верна женской Карасуно после такого. Спасибо тебе, ты показала мне, как можно быть... Человеком, – впервые улыбнулась Генсока, поднявшись.
– А... Не за что.
– Некосуно... Прости меня! – со всего размаху поклонилась Тора, вогнав тем самым меня в краску. – Я не смогла сберечь тебя, это моя вина! Прости меня, пожалуйста!
– А... Т-тора, прекрати, пожалуйста! Не надо так! Это моя вина!..
***
Спустя пару дней Тецуро набивал мяч о стену с особенной жестокостью. До третьего этапа оставались считанные часы, но парня не это волновало. Я, как можно тише, осторожно, на своём личном транспорте, въехала в зал. Ходить мне было можно, но нежелательно, потому я копила силы.
– Тецу, – позвала парня, слыша напряжение в ударах. Но Куроо не отзывался, продолжая уничтожать стенку. – Тецу!
В этот раз реакция наконец была, и парень остановился, уронив мяч.
– Руне, я.… – начал Куроо, плечи которого слегка подрагивали. – Прости меня! Это я виноват во всем! Это я заставил тебя вернуться, хоть и знал, что так может все закончится, ты ведь предупреждала!! – дрожащим голосом произнёс Тецуро, сев передо мной, чтобы быть примерно одного роста. Я понимала, что парню было очень плохо, а потому рискнула встать с кресла, держа колено в несогнутом состоянии. Осторожно сев рядом с Тецуро, я начала гладить его по
спине.
– Ты ни в чем не виноват, котенок. Если бы не ты, я бы многое потеряла. Не надо так, Тецу, это не твоя вина, правда. Я люблю тебя, мое солнышко, – крепко прижалась к парню я, сжав его футболку в руках.
– П-прости меня, Ру! Прости! Прости меня, пожалуйста!!
***
Утром мы уже стояли в зале, ожидая начала соревнований. Это был последний этап, от которого зависела дальнейшая судьба мужской Некома. Когда я узнала, против кого у нас игра, то была ошарашена. А узнала я это только тогда, когда уже была на площадке, глядя на разминку.
– К-Карасуно? – испуганно спросила я.
– Да. Нелегко нам будет, – вздохнул Нэкомато-сенсей, сложив руки на груди. – Но шансы у парней есть.
– Боюсь я не смогу ничем помочь, – закрыла рот рукой я.
– Почему? – удивлённо спросил Лев, за что получил подзатыльник от Яку.
– Это же тоже её друзья!
– А... Вот оно как.
– Ребята, простите пожалуйста, но я правда...
– Ничего, мы понимаем, –  улыбнулись парни.
– Ты главное хоть немного поддержи нас. Играть всегда приятнее, если есть болельщики.
– Я постараюсь.
– Ничего, Ру-чан, мы сделаем это даже так! Ты будешь нами гордиться, обещаем!
– Я уже горжусь вами, – кивнула я.
– Тогда, вперёд!!
– Руне! – подозвал меня Тецуро.
– Да? – удивлённо обернулась я.
– Помнишь?
Я улыбнулась, вытянув руку вперёд. Парень спокойно подошёл ко мне в упор, позволяя моей ладони коснуться его.
– Удачи, Куроо Тецуро.
Во время переклички, когда даже судьи называли игроков, Тецуро выбежал первым. Звонко ударив по ладоням Нэкомато-сенсея и Манабу-сенсея, Куроо знатно пригнулся, обхватив мои плечи и со всего размаху поцеловав меня, вызывая тем самым ахи и охи со стороны трибун.
– Ты чего? – удивлённо спросила я, глядя на выпрямившегося парня.
– Ничего. Просто люблю тебя! – лучезарно улыбнулся Куроо, потрепав мои волосы. Я нежно погладила сильную руку на своей макушке, с довольной улыбкой глядя на парня.
– И я тебя, Тецу...
Куроо почти всю партию не выпускал из головы мысль об операции. Он прекрасно знал, как сильно я боялась лечь под нож. Даже стоя на подаче, когда силы были на исходе, парень, с самым серьёзным выражением лица, смотрел вперёд, думая о произошедшем.

«Если мы не выиграем, она расстроится. Хуже этого сейчас ничего не может быть.... Я даже не предполагал, что это так может закончиться. Я не имею больше права на ошибку!»

Я знала, что парням было бы приятно услышать мои крики поддержки, но товарищи из Карасуно, которые тоже были для меня семьёй, не давали мне покоя.
***
Матч был проигран. Быть может Некома первую партию смогла преодолеть, но окончательно кошачья армия пала во второй и третьей игре. Парни были подавлены, частично они даже плакали, опустив головы. Мне было грустно видеть эти подавленные лица, ещё и осознание того, что в этом была и моя вина, подкашивали моё состояние. Куроо, сжимая зубы, чтобы стерпеть слезы, стоял перед мной и тренером.
– Простите! – хором поклонились парни, вытирая слезы.
– Это был достойный матч, ребята. Я горжусь вами, – вздохнул Нэкомато-сенсей, похлопав Куроо и Кенму по спинам, и зашагал к выходу. Парни так и оставались в неподвижном поклоне, кто-то даже вслух начал всхлипывать. Я осторожно взяла Тецуро за руку, подъехав к нему, с надеждой глядя на него. Парень тут же резко выпрямился, виновато вытаращившись на меня.
– Руне, прости нас, пожалуйста!
– Ру-чан!!
– Руне-чан, мы тебя подвели!
– Прости нас!
– Мальчики, перестаньте пожалуйста. Это была ваша лучшая игра! Я горжусь всеми вами, даже не смейте в этом сомневаться! И уж тем более вы не подвели меня, наоборот, на этой игре вы сделали для меня гораздо большее, чем я для вас. Вы все подарили мне возможность быть частью Некома, за это я вам очень благодарна. Не зацикливайтесь на этом матче, вы все равно лучшие, я ведь знаю это! Не смейте закапывать себя! Вы доказали мне, что вы – команда!
Это сейчас самое главное! За это я вас и люблю!
– Р-Руне-чан...
– Ру-ча-ан!!...
***
После того матча прошла пара недель. Некома более-менее смирилась с проигрышем и не собиралась бросать свое дело. До конца школьного года оставались считанные месяца, а, следовательно, половина ребят собирались уходить.
Мы Тецуро сидели в парке, глядя на садящееся солнце. Куроо, который заботливо пересадил меня на скамейку рядом с собой, вздохнул, похлопав себя по ноге.
– Чего ты вздыхаешь? – спросила я.
– Да так, устал просто, – усмехнулся Тецуро, положив мне голову на плечо.
– Извини, я...
– Только попробуй извиниться! Слушать не желаю! Я буду возить тебя столько, сколько потребуется, да хоть всю жизнь! А теперь сиди и не дергайся.
– Спасибо, Тецу. Люблю тебя.
– И я тебя, – недовольно буркнул Куроо.
– А? Ты чего?
– Чего-чего, болтаешь бред всякий.
– И ты обиделся?
– Вообще-то да.
– Ну, Тецу!
– Да!
– Ну, Тецу, не обижайся. Те-ецу, – изогнула брови я, глядя на
отвернувшегося парня. –  Тецу!
Парень отрицательно покачал головой, сложив руки на груди и зажмурившись.
– Ох, ну, Тецу, ну ты же знаешь, что я тебя люблю. Ну не обижайся пожалуйста. Солнышко, ну хватит, – пришлось сильно постараться, чтобы дотянуться до лица Тецуро и поцеловать его в щеку. Тот сразу расплылся в довольной улыбке, вернувшись в исходное состояние.
– Ладно, прощена.
– Ой, то же мне. Вредина!
– Кто бы говорил!
– Да!
– У меня наконец то появился достойный противник, – заулыбался Тецуро, прижав меня к себе сильнее. – Ты ...уверена? Может ещё подумаешь?
– Я... Не знаю. Просто пока решительность есть, то стоит.
– Моя ж ты смелая.
– Да, может быть.
– Что ж.... Поехали домой тогда, голодная наверно.
– Да не очень.
– Зато я голодный! Все, идём домой!..
***
Мы с родителями уже сидели перед кабинетом, где вот-вот меня бы начали резать. Жутко голодная, трясущаяся, я сидела, чуть покачиваясь в сторону, думая о своём. Телефон был завален сообщениями с поддержкой, а Сугавара-сан вовсе звонил мне каждые десять минут пока был в пути.
Тут же в коридоре возник Тецуро с рюкзаком за спиной. Сейчас по идее проводилась тренировка, но Куроо, что было вполне естественно, сбежал с неё.
– Фух, извините, что так поздно.
– Ничего, Тецуро, присаживайся, – кивнула моя мама, понимая, что я не в состоянии говорить. Куроо тут же упал рядом со мной, пытаясь поймать мой взгляд.
– Эй, Ру, все в порядке?
– Д-да. Всё нормально. Просто голодная, – кивнула я.
– Ну ничего, потерпи немного, а потом... Потом мы тебя покормим, а? Бабушка пирог приготовила, как ты любишь – с вишневым джемом.
– Здорово.
– Ну ничего, Ру, все будет хорошо.
– Да, я тебе верю, Тецу.
– Кегавара Руне, проходим, – приветливо улыбнулся из-под очков врач, глядя на меня. С подкашивающимися ногами, крепко держа Тецуро за руку, я вошла в помещение, прыгая на одной ноге.
– Располагайтесь, мисс, – кивнула медсестра на операционный стол. Медленными шагами я пошла к нему, пытаясь побороть желание сбежать. Осторожно, с помощью Куроо, не сгибая ногу, я легла на стол, глядя в потолок.
– Так, а сейчас расслабьтесь. Всё будет хорошо, мисс, вы в надёжных руках. Наденьте эту маску и просто сделайте пару вдохов для успокоения.
Я дрожащими руками взяла протянутую маску, но, догадавшись, что это для наркоза, тут же отпрянула от неё, не желая даже держать в руках эту дрянную вещь.
– Мисс, прошу, успокойтесь!
– Ру, милая, послушай, – обхватил меня за плечи Куроо, –пожалуйста, послушай. Я буду здесь, все время, не переживай. Все время буду рядом, хорошо?
– Тецу...
– Все будет хорошо, мышонок. Я в тебя верю, – кивнул Тецуро, поглаживая мои волосы. Врач воспользовался моментом, надев на меня маску. Я не сопротивлялась и просто смотрела на Куроо сквозь слезы.
– Люблю тебя, – сквозь маску прошептала я, положив ладонь на щеку парня.
– И я тебя, солнышко, – ответил Тецуро, продолжая гладить мои волосы.
Спустя пару секунд наркоз пришёл в действие, и глаза против моей воли закрылись. Тецуро, как можно незаметнее, вытер мне слезы, повернув мою голову к потолку.
– Мы позаботимся о ней, молодой человек. Вам сейчас стоит покинуть палату.
– Но...
– Так нужно. Не переживайте.
– Прости, Ру, – вздохнул Куроо, поднявшись со стула. – пожалуйста, я очень на вас рассчитываю.
– Без как-либо сомнений.
Тецуро пришлось выйти в коридор, сжимая кулаки. Спустя некоторое время рядом с ним один за другим начали появляться ребята из Карасуно. Пытаясь хоть как-то поднять парню настроение, вороны едва не остались без клювов.
– Не переживай, Руне-чан смелая и сильная! Она справится! – ударил товарища по плечу Нишиноя.
– Именно! Странно, что она сразу не согласилась на операцию, – задумчиво почесал затылок Хината.
– Да что ты знаешь?! Ты не представляешь, как сильно она боялась соглашаться на операцию! А я.... Я.... – прорычал Тецуро, вцепившись в волосы.
– Не переживай, все будет в порядке, – ответил Сугавара, похлопав друга по плечу. – Я знаю, что Ру-чан и не с таким справлялась. Она… любитель потрепать нервы, – грустно усмехнулся блондин. – Я уверен, пройдя это има-чан станет только сильнее. Не вини себя в произошедшем. Это я не доглядел за этой маленькой торопыгой.
– Уже нет смысла в этой братской ответственности. Оба хороши, – вздохнул Куроо.
– Все будет хорошо, Куроо-сенпай! – уверенно кивнул Хината, – Ты…
– Только попробуй сказать, чтобы я не переживал!
– Ладно-ладно, только не кричи.
– Да, а то тебя на два этажа вниз слышно, –  усмехнулась Тора, шагая по коридору к парням.
– И ты здесь,– вздохнул парень, не поднимая глаз на Генсоку.
– А ты как думал?
– Привет! – поднял ладонь Сугавара. Генсока видела, как парень из последних сил выжимал из себя улыбку.
– Некосуно боец, так что ты, как названный брат, должен быть в ней уверен, – указала на блондина Тора.
– Да, я знаю.
– Когда закончится? – спросил Савамура, глядя на дверь.
– Понятия не имею, – вздохнул Тецуро.
– Да, понимаю. Мы все тоже переживаем, так что не думай, что ты тут один такой.
– Да, наверно.
Через два часа нервотрепки и десяток успокоительных, и дверь наконец-то открылась. Тецуро тут же вскочил с места, ошарашенно глядя в дверной проем.
– Тише, успокойтесь пожалуйста, – замахал руками доктор, снимая маску.
– Ну что, что там? Все в порядке? Можно заходить? – начал заваливать вопросами Куроо.
– Помедленнее, пожалуйста и потише. Операция прошла успешно, можете не переживать, – кивнул доктор, похлопав Тецуро по плечам. Куроо тут же выдохнул, перестав напрягаться. – Но...
– Но? – тут же хором переспросила вся команда Карасуно вместе с Тецуро и Генсокой.
– Но где-то месяца три, пока сустав будет приживаться, колено должно быть зафиксировано. Потом, месяца через четыре, начнём ходить, хоть и с опорой на перила, но со временем все пройдёт. Про спорт, думаю, ничего говорить и не нужно, а так да, все в порядке.
– Да? Боже, огромное вам спасибо! Я...
– Погодите. В палату пока нельзя, дайте девушке отойти от наркоза. За ней пока присмотрит медсестра.
– А... Хорошо. А когда она проснется?
– Обычно приходят в себя минут через пятнадцать где-то. Можете посидеть и подождать пока в коридоре, если что, медсестра вас позовёт.
– Х-хорошо, – вздохнул Тецуро, развернувшись к скамейке. Врач условно откланялся и пошёл вперёд по коридору, снимая перчатки.
– Вот, видишь. Все нормально, – улыбнулся Савамура, похлопав друга по плечу. – А ты боялся.
– Ещё бы. И без того себя паршиво чувствовал, ещё и это....
– Не боись, двадцать минут, и вы снова рядом.
– Да.