Глава 45 - скоро все рухнет
От лица Мины
Мне снится что я одна в доме.
Что всё замирает. Нет голосов, шагов, ни одной души.
И только взгляды — из теней. Молчаливые. Судящие.
Я просыпаюсь в поту, вскакиваю с кровати и бегу к Чану. Но он снова не в комнате. Он не с работы опоздал — он просто не приходит. Уже третий вечер подряд.
---
На кухне я встречаю Минхо. Он что-то режет, склонившись над доской, как хирург над телом.
Я делаю шаг ближе:
— Доброе утро…
Он не отвечает. Даже не поднимает глаза.
Я тянусь к кружке, но Феликс молча отодвигает её и ставит другую, в которой уже налит чай. Без сахара. Я не люблю чай без сахара. Они знают это.
— Спасибо… — выдавливаю.
Феликс лишь кивает, не глядя на меня.
---
Вечером я решаю проверить — Чан точно дома? Или он… у неё?
Я подхожу к его двери, но внутри тишина. Вдруг позади появляется Чанбин:
— Он ушёл. На прогулку. Один.
— Уже третий раз за неделю? — спрашиваю, пытаясь звучать спокойно.
— Ага. Видишь, он любит одиночество. — Улыбка Чанбина натянута, глаза — холодные. — Особенно когда рядом слишком много шума.
Он разворачивается и уходит. А я остаюсь стоять одна, как глупая школьница после отказа на выпускном.
---
Я открываю ящик. Там нет блокнота. Моего. Где были все записи, важные детали. Я знаю, что он был здесь. Всегда.
Я бегаю по комнате, переворачивая всё. Паника забивает дыхание.
Кто-то был здесь.
Они ищут улики.
---
Я спускаюсь вниз. Слышу шёпот. Смех. Кто-то говорит: «Ещё чуть-чуть, и она сама всё выложит».
Я замираю за углом. Слышится тихий смех Хёнджина.
— Слушай, она начинает сыпаться. Скоро сама на себя всё расскажет.
И Т/и отвечает:
— Она боится. А страх делает людей глупыми.
---
От лица Т/и
Мы знали, что она слушает.
И именно поэтому мы говорили вслух.
Каждое слово — приманка. Каждая реплика — камень в её идеальный фасад.
Мина начала трескаться.
И в этих трещинах мы уже видели её конец.
---
От лица Мины
Если они думают, что я проиграю — они ошибаются.
Я прожила слишком много боли, чтобы сдаться. Слишком много раз начинала с нуля. Меня не сломать. Я просто должна вернуть всё обратно. Вернуть Чана.
Я подхожу к Сынмину, который сидит в гостиной с книгой. Он всегда был самым ровным. Самым тихим. Не вмешивался.
— Сынмин, — я присаживаюсь рядом. — Скажи… ты ведь понимаешь, что она всё выдумала, правда?
Он медленно поднимает глаза. Закрывает книгу.
— Кто? — спрашивает он ровно, но я чувствую — он уже знает, кого я имею в виду.
— Она. Т/и. Она пытается настроить всех против меня. Я чувствую это. Она шепчется с Феликсом, с Минхо, с Хёнджином… И теперь даже Чанбин.
— Может, потому что ты врёшь? — Сынмин произносит это спокойно, как будто читает строчку из газеты.
Я замираю. Он смотрит на меня холодно.
— Мы все не сразу это поняли. Но ты уже ничего не скроешь, Мина. Поздно.
Он встаёт, забирает свою книгу и уходит, не сказав больше ни слова.
---
Я стою в тишине, чувствуя, как всё действительно рушится. Как вода сквозь пальцы.
Я проигрываю.
И никто уже не играет со мной — они просто ждут, когда я окончательно паду.