Глава 24
Торговый центр бурлил жизнью, отражая блики огней в витринах магазинов. Элиза и Дамиан скользили сквозь толпу, их шаги были легкими, а голоса – тихими, но наполненными взаимным вниманием. Они обсуждали последние новости кинематографа, сравнивая впечатления от недавно увиденного фильма, обмениваясь мнениями о режиссерских находках и актерской игре. Дамиан, глава международной корпорации, наслаждался этим редким моментом спокойствия, вдали от бесконечных встреч и бумажной волокиты. Он с увлечением рассказывал о своих впечатлениях от последней выставки современного искусства, отмечая смелость молодых художников, а Элиза делилась планами на будущую поездку в горы, мечтая о тишине, свежем воздухе и полном отключении от мира. Казалось, их прогулка могла бы продлиться вечно, унося их прочь от суеты повседневности.
Внезапно телефонный звонок стал для Дамиана спасением от этой напускной идиллии. Он бросил раздраженный взгляд на экран, где высветилось "John", и, закатив глаза, ответил:
— Что, Джон? Что стряслось на этот раз? – его голос звучал резко и нетерпеливо, словно он отрывался от чего-то действительно важного.
С того конца провода донесся голос, полный паники, заглушаемый шумом офисной суеты:
— Мистер Дамиан, чрезвычайная ситуация! Проект "Феникс"...
— Только не говори, что они передумали, – перебил его Дамиан, раздражение в его голосе достигло точки кипения. Он не собирался выслушивать очередные отговорки.
— Хуже, сэр! Они увидели... черновик презентации. Тот, который мы отправили для внутренней проверки. Но кто-то, видимо, по ошибке, переслал его клиенту. Они в ярости! Считают нас полными дилетантами! – Джон задыхался от слов, словно боялся, что его прервут.
Дамиан хмыкнул, в его голосе сквозило презрение:
— Неужели? И что, по-твоему, я должен с этим делать? Джон, я вам плачу не за то, чтобы вы вытирали мои штаны, а за то, чтобы вы управляли командой! Для чего, по-твоему, существует целый отдел менеджеров?
— Они настаивают на личной встрече с вами, мистер Дамиан. Мистер Грэм лично звонил и потребовал, чтобы именно вы встретились с ним. Утверждают, что только вы сможете их переубедить. Иначе они аннулируют контракт и уйдут к Veridian Industries! – слова о конкурентах прозвучали как последний козырь.
Наступила тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием Джона, словно он задерживал воздух, ожидая приговора. Дамиан обдумывал ситуацию. Потерять контракт с Грэмом было неприемлемо, тем более, позволить Veridian Industries, их вечным соперникам, урвать такой лакомый кусок, да еще и после такого фиаско.
— Черт с вами, – процедил он сквозь зубы, ощущая, как адреналин начинает разливаться по телу. – Где и когда?
Джон продиктовал адрес с невероятной скоростью, словно от этого зависело его выживание, прерываемый лишь сухими командами Дамиана: "Сколько времени?", "Кто будет там?". Дамиан сбросил вызов, взгляд его горел сталью. Он повернулся к Элизе, и в его глазах уже не было того спокойствия, что мгновение назад.
— Придется немного изменить наши планы, Лиз, – его тон не предполагал возражений, но в нем прозвучало нечто новое, не просто раздражение, а предвкушение борьбы. – Мои идиоты умудрились вляпаться в неприятности. Нужно их немного... мотивировать. И, судя по всему, показать мистеру Грэму, кто здесь настоящий босс.
Элиза почувствовала, как приятное тепло их прогулки сменилось ледяным холодом надвигающегося кризиса. В машине царила гнетущая тишина. Дамиан выглядел разъярённым и нервным. Он крепко сжимал руль, его костяшки пальцев побелели. Челюсти были напряжены до предела, а взгляд – устремлен вперед, полон мрачной, почти звериной решимости. Воздух стал плотным, словно перед грозой.
- Дамиан… ты выглядишь очень расстроенным, – тихо произнесла Элиза, пытаясь разрядить обстановку. - Что именно сказал Джон? Мистер Грэм действительно так сильно недоволен?
Дамиан бросил на нее быстрый, оценивающий взгляд, полный скрытой ярости.
- Расстроенным? Эль, это блять ещё очень мягко сказано. Мои сотрудники умудрились подставить меня перед одним из самых важных клиентов, да еще и с таким лёгким делом! Это не просто расстройство, это катастрофа, если я не решу это немедленно, то сука могу лешится этой сделки ! – его голос был резким, прерывистым, в нем слышалось с трудом сдерживаемое бешенство.
Элиза отвела взгляд, ощущая, как его гнев волнами накатывает на нее. Она проглотила возражение, которое уже было готово сорваться с губ. Вместо этого, она тихо спросила:
- Дамиан… а ты не хочешь поинтересоваться у меня, хочу ли я ехать с тобой туда ? Я ведь планировала отдых… Может быть, у меня были свои планы на этот вечер?
Дамиан издал короткий, сухой смешок, лишенный всякой веселости.
- Дорогуша , послушай, мне некогда у тебя интересоваться, хочешь ты или нет. Сейчас на кону сгорает многомиллионная сделка. Моя репутация, репутация компании. Мне сейчас абсолютно не до того, чтобы слушать твои пожелания. Ты едешь со мной, потому что я так решил. Конец обсуждения. К тому же, у тебя будет возможность увидеть, как решаются действительно серьезные проблемы и как я "поощряю" своих работничков. Это опыт, который бесценен, знаешь ли. Я могу потом купить тебе что-то.
— Так ты пытаешься откупиться от меня, Дамиан? Не получится. Мне от тебя ничего не надо, — ее тон стал ледяным.
— Ну что ты, – на его лице появилась лукавая улыбка. – Просто хочу сделать тебе приятное. В конце концов, ты ведь моя будущая жена, верно?
Его слова, произнесенные с ледяным спокойствием, звучали как приговор. Элиза почувствовала, как в груди сжимается обида, смешанная с разочарованием.
Элиза почувствовала, как его гнев волнами накатывает на нее. Она хотела возразить, начать говорить о том, что ей тоже нужен отдых, что она устала и не готова к экстренным поездкам. Но Дамиан, словно прочитав ее мысли, прервал ее жестким тоном:
- Я же сказал, Эль, я ничего не хочу слушать! Сейчас не время для твоих жалоб!
И, не дожидаясь ее реакции, он нажал сильнее на педаль газа. Автомобиль стремительно рванул вперед, словно ракета. Элиза резко вжалась в сиденье, инстинктивно схватившись за подлокотник. Ощущение внезапного ускорения, сменившееся мощным толчком, заставило ее замолчать. Весь ее протест, все слова, что уже были наготове, застряли в горле. Перед лицом его ярости и скорости, с которой они мчались навстречу неизвестности, ее собственные желания казались ничтожными. Она молча отвернулась к окну, наблюдая за мелькающими огнями города, чувствуя себя пленницей ситуации, которую не выбирала.