Глава 21
Они начали медленно отстраняться друг от друга, их губы неохотно разрывали связь, оставляя за собой ощущение покалывания и легкой онемения. Воздух, которого так не хватало, жадно втягивался в легкие. В конце поцелуя Дамиан мягко прикусил и немного оттянул нижнюю губу Элизы. Из её горла вырвался тихий, неожиданный стон - скорее от легкого неудобства, чем от боли.
Дамиан сразу же отпрянул, его глаза расширились.
- Ой, прости! - прошептал он, тут же облизал прикушенное место и нежно чмокнул туда. - Ну всё, не буду так больше.
Оставшуюся влагу с её губы он аккуратно вытер большим пальцем, его взгляд был полон искреннего раскаяния.
Элиза лежала под ним, вся красная от смущения. Её щеки горели, дыхание было частым и неровным. Внизу живота, там, где только что была боль, теперь ощущался странный, незнакомый "узел". Это было похоже на тупую, ноющую тягу, которая была одновременно приятной и сбивающей с толку. Она не знала, что это такое, но эти новые ощущения, вызванные поцелуем, были для неё чем-то совершенно неизведанным. Её тело, казалось, жило своей жизнью, полностью игнорируя попытки разума взять контроль.
Дамиан всё ещё нависал над ней, его глаза внимательно изучали её лицо.
- Какая же ты милая, когда краснеешь, - сказал он, его голос был низким и бархатным. - Ради такой мордашки готов делать так постоянно, - и он хмыкнул, дразня её, но беззлобно.
Элиза не выдержала. Смущение захлестнуло её с головой. Она резко дернула одеяло вверх, закрываясь с головой, пытаясь спрятаться от его пронзительного взгляда и собственных, слишком ярких ощущений. Она продолжила молчать, надеясь, что он оставит её в покое.
Дамиан лишь улыбнулся, видя её реакцию. Он наклонился, его губы оказались совсем рядом с её ухом. Аккуратно убрав краешек одеяла, он прошептал:
- Эй... а ты ничего не чувствуешь?
Элиза, всё ещё прячась под одеялом, тихо прошептала в ответ:
- Нет...
- Точно? - его голос был полон уверенности, он знал, что она лжет.
Дамиан был уверен в том, что она возбуждена. Его взгляд скользнул по её телу, ощущая её дрожь, слыша её учащенное дыхание. Он знал, что этот поцелуй не оставил её равнодушной.
Спустя мгновение, голос Элизы прозвучал чуть громче, но всё ещё приглушенно одеялом:
- У меня как будто узел... внизу живота. Так ноюще тянет, но это... приятная тягость...
Дамиан ухмыльнулся. В его глазах загорелся озорной огонек.
- Видишь, - прошептал он ей на ухо, и в его голосе прозвучало лёгкое торжество. - Да ты возбуждена, стесняшка.
Под одеялом Элиза почувствовала, как её сердце забилось ещё быстрее, если это вообще было возможно. Слово "возбуждена" оглушило её, вызывая новую волну смущения, которая волнами прокатилась по всему телу. Она хотела крикнуть, что это неправда, что он ошибается, но ноющая тягость внизу живота была слишком реальной, слишком ощутимой, чтобы отрицать. Это было так ново, так интенсивно, что она даже не знала, что чувствовать: испуг, любопытство или... что-то ещё, неуловимо приятное.
Дамиан осторожно потянул за край одеяла, медленно открывая её лицо. Элиза крепко зажмурилась, словно надеясь, что это поможет ей исчезнуть. Он нежно коснулся её щеки, его большой палец погладил кожу.
- Эй, не прячься, - его голос был мягким, лишенным насмешки, только теплота и понимание. - Всё в порядке. Это нормально. То, что ты чувствуешь, это... это реакция твоего тела на притяжение, на близость. Это не что-то, чего нужно стесняться.
Элиза медленно открыла глаза. Её взгляд был растерянным, полным вопросов.
- Но... я никогда такого не чувствовала, - прошептала она, её голос был едва слышен. - Это... это странно.
- Странно, но приятно, верно? - Дамиан улыбнулся, его глаза были полны нежности. - Это и есть возбуждение, Элиза. Это новые ощущения, и они могут быть немного пугающими поначалу, но в них нет ничего плохого. Это просто твоё тело реагирует на меня...
Он убрал руку с её щеки, но его взгляд оставался прикованным к ней.
- Узел внизу живота... это кровь приливает к определённым местам, готовя твоё тело. Это... своего рода сигнал.
Он говорил спокойно, почти научно, стараясь объяснить ей это без лишнего давления.
- Это часть того, как мы устроены.
Элиза глубоко вдохнула, пытаясь осмыслить его слова. Его объяснения немного успокоили её, но смущение всё ещё витало в воздухе. Она почувствовала, как тепло разливается по её лицу от его откровенности, но в то же время и лёгкое облегчение. Она не была сломанной или странной.
- И что... что теперь? - спросила она, её голос всё ещё звучал неуверенно. Она посмотрела на его губы, вспоминая поцелуй, и этот "узел" внизу живота стал чуть более ощутимым.
Дамиан снова наклонился к ней, на этот раз его глаза были серьезными.
- Теперь... теперь мы встаем, завтракаем, и решаем, что будем делать дальше, - он улыбнулся, но в его улыбке было что-то новое, более глубокое. - Но теперь ты знаешь, что я могу разбудить в тебе не только смех, но и другие, не менее сильные чувства. И мне это нравится.
Он нежно поцеловал её в лоб.
- Но пока что... завтрак. А потом поговорим.
Он встал с кровати, давая ей немного пространства. Его взгляд всё ещё задерживался на ней, говоря больше, чем слова, но Дамиан всё же повернулся, чтобы подойти к шкафу за одеждой. В этот момент Элиза, всё ещё лежащая в постели, наблюдала за ним. Её взгляд невольно скользнул ниже, и она заметила... бугорок. Под тканью его легких домашних брюк явно вырисовывался силуэт. Сердце Элизы снова подскочило, а щеки вспыхнули ещё ярче.
Дамиан почувствовал её взгляд. Он повернулся к ней, заметив, куда именно она смотрит. Усмешка тронула его губы, и в глазах снова зажглись озорные огоньки.
- Что, уже хочешь меня? - пошутил он, его голос был низким и слегка хриплым. - Не переживай, крови я не брезгую. У меня с этим всё в порядке.
Элиза закатила глаза, отворачиваясь.
- Дурак, - выдохнула она, пытаясь скрыть смущение. Но любопытство взяло верх, и она снова посмотрела на него. - А сколько... сколько там сантиметров? - вопрос вырвался сам собой, абсолютно спонтанно.
Дамиан удивленно поднял бровь, затем снова усмехнулся.
- Прямолинейно, мне нравится, - он выдержал небольшую паузу. - Девятнадцать, - ответил он совершенно спокойно, наблюдая за её реакцией. - И прежде чем ты спросишь что-то ещё, я скажу, что да, для тебя в первый раз это будет неприятно, возможно, даже немного больно. Но я постараюсь сделать так, чтобы боль была минимальной. Обещаю.
Элиза почувствовала, как дыхание застряло у неё в горле. Девятнадцать... и боль. Его откровенность была обезоруживающей. Она снова закрыла глаза, пытаясь переварить услышанное. Всё это было слишком быстро, слишком откровенно, слишком... реально. Она не знала, хочет ли она этого, боится ли она этого, или и то, и другое одновременно. В животе снова затянулся тот самый "узел", но теперь к нему примешивалось и ощущение легкого страха, и необъяснимого предвкушения.