11 Глава
Коктебель словно затаил дыхание, наблюдая за тем, как семеро израненных душ пытаются построить свою реальность на пепле прошлых ошибок. Дни сливались в одну череду странных и противоречивых ситуаций: то они, сбившись в кучу, смеялись над какой-то глупой шуткой, то вдруг начинали спорить до хрипоты, доказывая свою правоту. Но одно оставалось неизменным – они были вместе, как разные но похожие детали в сложном механизме, где каждая деталь имеет свое значение.
Лия, наблюдая за ними, чувствовала себя одновременно и умиротворенной, и напряженной.
Она видела, как Майя и Гена сблизились, словно два хищника, играющих друг с другом в опасную игру. Они постоянно подкалывали друг друга, спорили, но в их глазах читался какой-то болезненный интерес, словно они нашли друг в друге отражение своей собственной тьмы.
Мел, казалось, стал немного спокойнее, но в его глазах все еще читалась печаль. Он пытался общаться со всеми, но чаще всего просто уходил на набережную, глядя в море, словно в нем он искал ответы на свои вопросы. Гена же, словно тень, постоянно вился рядом с Мелом, поддерживая его, но, одновременно, иногда подбрасывал ему и язвительные комментарии, пытаясь расшевелить его.
Но больше всего Лию волновал Хэнк и Мира. Хэнк, словно завороженный, не мог отвести от Миры глаз. Он постоянно наблюдал за ней, стараясь уловить каждое ее движение, каждое ее слово. Он казался тихим и неуклюжим рядом с ней, словно растерял всю свою брутальность. Мира же, казалось, наслаждалась его вниманием, но в то же время, держала его на расстоянии, словно боялась подпустить его слишком близко. Она то смущенно улыбалась ему, то вдруг становилась холодной и отстраненной, словно она – это два совершенно разных человека.
Однажды вечером, когда солнце уже начало садиться за горизонт, все они собрались на берегу, наслаждаясь видом на море. Киса принес гитару, и они начали петь песни, которые когда-то были для четверых. Лия, глядя на них, чувствовала, что что-то меняется. Они переставали быть просто сломанными куклами, они становились чем-то большим, чем-то более сильным.
Майя, вдруг, решила нарушить это умиротворение. - А давайте сыграем в правду или действие? - ее голос был полон азарта.
Лия нахмурилась. Она не хотела играть в эти игры, она чувствовала, что это может привести к чему-то нехорошему. Но она знала, что остановить Майю невозможно, она всегда была движителем всякого хаоса.
- Ну давайте, что? - сказал Гена, потирая руки.
И игра началась. Она была странной и противоречивой, как и сами они. Они задавали друг другу вопросы, которые заставляли их краснеть, они заставляли друг друга делать безумные вещи, но в этой игре они как будто открывались друг другу, словно показывали свои шрамы, свои самые болезненные места.
Хэнк, пытаясь хоть как-то привлечь внимание Миры, согласился спеть песню, которая была для нее, как ему казалось. Он пел тихо, неловко, но в каждом его слове чувствовалась искренняя нравственность. Мира, слушая его, смотрела в пол, и на ее щеках появился легкий румянец.
Киса, решив подлить масла в огонь, спросил у Лии
- Если бы у тебя был шанс изменить что-то в прошлом, что бы ты изменила? А и еще тебе кто-то нравится из компании?
Лия задумалась. В ее голове мелькали разные образы, разные моменты ее жизни, которые она хотела бы стереть. Но потом она взглянула на своих друзей и поняла, что ничего не хочет менять. Она понимала, что все, что произошло в прошлом, сделало ее той, кем она является сейчас.
Она поняла, что все ее шрамы – это не признак слабости, а свидетельство того, что она смогла пережить все эти трудности.
- Я ничего не хочу менять. - ответила она, и в ее голосе звучала уверенность. - Все, что произошло в прошлом, сделало меня той, кто я есть. И я принимаю себя такой, какая я есть, а и ответ на второй вопрос, да.
Майя, слушая ее, с удивлением посмотрела на Лию, а потом улыбнулась. Ты стала слишком добренькой, подруга, - сказала она, но в ее голосе не было насмешки. - Но ты мне нравишься и такой.
И они снова засмеялись, словно ничего и не было. Они продолжали играть в свою странную и противоречивую игру, но теперь в этой игре была не только боль, но и надежда.
Они понимали, что их жизни – это их игра, и только им решать, какими будут правила. Они понимали, что, возможно, они никогда не смогут стать нормальными, но они готовы были жить дальше, не оглядываясь назад. Они готовы были играть с огнем, зная, что, возможно, их ждет боль. Но, в конце концов, их шрамы – это часть их самих, часть их истории, и они не собирались этого стыдиться.
***
На поверхности царил хаос: споры, смех, шутки, порой грубые и даже жестокие, но под этой пеленой чувствовалась какая-то глубинная связь, что-то, что скрепляло этих людей.
Лия и Киса, казалось, постоянно соревновались, вступая в бессмысленные споры по любому поводу. Они спорили о музыке, о политике, о еде – обо всем на свете.
Их споры были как игра в кошки-мышки, где каждый пытался уколоть друг друга, но в их глазах читалась какая-то детская радость, словно они наслаждались этой словесной битвой.
Однажды вечером, когда они сидели на набережной, обсуждая какую-то глупость, Киса вдруг заявил
- Лия, ты вечно все усложняешь. Ты просто не умеешь расслабляться.
- А ты вечно все упрощаешь. - огрызнулась Лия, - ты просто не умеешь видеть сути вещей.
- Да как скажешь. - ответил Киса, ухмыльнувшись. - Но факт остается фактом – ты слишком напряженная.
Лия нахмурилась. - А ты слишком беззаботный. - ответила она, ее голос был полон раздражения.
- Да ладно тебе, - ответил Киса. - Ну чего ты так заводишься?
- Потому что ты меня бесишь. - выпалила Лия, и в ее глазах мелькнула искра.
- Оу, - протянул Киса, - я думал, что я тебе нравлюсь.
- Да как бы не так! - выдала Лия.
- Ты вообще помнишь, что было у меня на квартире? - выпалила она вдруг, сама не зная, зачем.
Киса замолчал и нахмурился, глядя на Лию. Он, кажется, понял, о чем она говорит, и на его лице промелькнуло какое-то смущение.
- Да, - сказал он, немного тише, чем обычно. - Я помню. И про медляк тоже помню.
Лия отвернулась, чувствуя, как щеки ее начинают гореть. Она не ожидала, что он помнит. Она думала, что это было просто пьяное помрачение, которого никто из них не запомнил.
***
Когда они трое вернулись домой, Лия почувствовала, что ей нужно поговорить с Майей и Мирой. Она заперла дверь и села за стол.
- Девочки, - сказала она, - нам нужно кое-что обсудить.
Майя и Мира смотрели на нее с любопытством. - Что такое? - спросила Майя.
Лия рассказала им про спор с Кисой, и про их поцелуй по пьяне о котором она недавно упоминала.
Майя и Мира засмеялись. - А ты не говорила, что он тебя бесит! - сказала Майя.
- Да какая разница, - огрызнулась Лия, - просто я сама не знаю, что происходит.
Мира, в свою очередь, призналась, что Хэнк ей явно небезразличен. Она рассказала, как он смотрит на нее, как он пытается ее поддержать. Он такой... хороший. - сказала Мира, и на ее щеках появился легкий румянец.
Лия улыбнулась. - Я это замечаю. Он явно не сводит с тебя глаз. Он тебе подойдет. Он не такой сумасшедший, как остальные.
Майя призналась, что Гена ей тоже симпатичен, что он смешной и забавный. - Он, конечно, наркоман, - сказала Майя, - но он такой харизматичный.
Лия вытащила из шкафа бутылку вина. - Ну что, девочки, - сказала она. - Давайте выпьем за наши новые чувства и за наши старые грехи.
Они выпили, и разговор потек в более расслабленном русле. Они рассказывали друг другу о своих мечтах, о своих страхах, о своих надеждах. Они выливали всю свою душу, словно перед исповедью. Но потом, как это обычно бывает, все закончилось дозой. Они приняли наркотики, и мир вокруг них стал ярче, звуки громче, а проблемы растворились в наркотическом тумане.
Ночь уже вовсю вступила в свои права, когда в дверь вдруг постучали. Майя открыла дверь и на пороге стояли Киса, Хэнк и Гена.
- Мы пришли вас навестить. - сказал Киса, ухмыльнувшись.
И в этот момент в квартире воцарился полный хаос. Все смеялись, кричали, спорили, пели песни, танцевали. Все границы были стерты, а все правила забыты. Они были все вместе, все сломанные, но все такие родные. Они понимали, что их жизнь – это их безумие, и они не собираются от этого отказываться. Они собирались жить, как они хотят, и пусть весь мир подождет.
Вечеринка в квартире Лии набирала обороты, превращаясь в нечто неконтролируемое и хаотичное.
Музыка играла на предельной громкости, бутылки то и дело звенели, разбиваясь о пол, а смех, споры и крики сливались в единый гул.
Все шестеро, словно сорвавшиеся с цепи, наслаждались этой анархией, где не было правил, где можно было забыть о своих проблемах и просто быть собой.
Майя и Гена, кажется, нашли друг друга в этом безумии. Они танцевали, обнимались, обменивались дерзкими шутками, словно два огня, стремящихся сжечь все вокруг. Хэнк, как обычно, тихо наблюдал за Мирой, которая то и дело отводила от него глаза, но каждый раз возвращалась взглядом к нему, словно магнитом притягивалась к его взгляду.
Лия, наблюдая за ними, чувствовала какое-то странное спокойствие. Она видела, как ее друзья наслаждаются моментом, и это было для нее важнее всего. Но в то же время, внутри нее кипела какая-то тревога, словно она чувствовала, что сейчас что-то случится.
Она сидела на диване, обхватив колени руками, и наблюдала за этим хаосом. Киса, вдруг, сел рядом с ней и ухмыльнулся. - Ну что, подруга - сказал он. - Не хочешь присоединиться к нашему безумию?
- Я и так в нем. - ответила Лия, усмехнувшись.
- Не думаю, - ответил Киса. - Ты слишком отстраненная. Ты словно наблюдаешь за всем со стороны.
- А ты слишком вовлечен, - ответила Лия, - ты словно готов броситься в огонь, не задумываясь о последствиях.
- А разве это плохо? - спросил Киса, глядя ей прямо в глаза.
- Да, - ответила Лия. - Это безумно.
- Именно, - ответил Киса, - а ты, разве не любишь безумие?
- Нет! - отрезала Лия.
- Врешь! - ответил Киса, и ухмыльнулся.
- Я не вру! - воскликнула Лия.
Врешь, - повторил Киса. - Я знаю тебя лучше, чем ты сама.
- Ты меня не знаешь! - ответила Лия.
- Знаю! - сказал Киса, - Я знаю, что ты на самом деле любишь безумие, и что ты хочешь того же, что и я!
Лия нахмурилась. - Ты бредишь!
- Нет, - ответил Киса. - Я просто знаю, что ты тоже этого хочешь.
- Чего? - спросила Лия.
- Вот этого. - сказал Киса и, не дав ей опомниться, притянул ее к себе и поцеловал.
Поцелуй был наглым, дерзким, словно вызов, но в то же время он был страстным и полным какой-то неизведанной силы. Лия пыталась оттолкнуть Кису, но ее руки сами обвили его шею. Все ее споры, вся ее злость, все ее сомнения вдруг исчезли, словно их и не было.
И в этот момент, словно по сценарию безумного фильма, дверь в квартиру распахнулась, и на пороге появились двое незнакомых мужчин в темных костюмах. Они выглядели серьезными и опасными, словно пришли забрать чьи-то жизни.
Все, кто был в квартире, замерли, словно по команде, и тишина наполнила комнату, словно сгустившийся туман. Музыка оборвалась, а смех и крики затихли.
Мужчины вошли в квартиру и обвели всех взглядом. - Где Лия? - спросил один из них, его голос был резким и угрожающим.
Лия отпрянула от Кисы, чувствуя, как сердце ее начинает бешено колотиться. Она смотрела на мужчин, и ее охватило странное ощущение дежавю. Она понимала, что это не просто так, что это что-то связано с ее прошлым. Что-то темное и опасное, что, как она надеялась, осталось позади, но снова вернулось в ее жизнь. И сейчас она понимала, что их спокойная жизнь в Коктебеле закончилась. Теперь настало время платить по счетам.
___________________________________________
Мой тик ток : hhhhdgb.
Будет контент по поводу этому фф, и просто эдиты.
Мои личные тг каналы :
https://t.me/Moonlightksks
https://t.me/kskskkshhk
Кому интересно подвысывайтесь буду очень благодарна 💗