Только ты и я.
Эндрю всё ещё склонялся над Мако, его пальцы были в крови - её крови. Его дыхание было тяжёлым, рваным, он смотрел на неё так, будто надеялся, что она вот-вот откроет глаза. Что это какая-то ошибка. Что всё можно исправить.
Минхо сжал челюсти, наблюдая за ним. Он понимал эту боль. Чёрт возьми, понимал слишком хорошо.
Он шагнул ближе и заговорил, на этот раз жёстче:
- Эндрю, вставай.
Но Эндрю не шевельнулся.
- Мы не можем их здесь оставить! - его голос дрожал от злости и отчаяния. - Я не уйду, Минхо! Я не оставлю её!
- У нас нет выбора! - Галли тоже не сдержался, его голос взорвался от напряжения. - Они мертвы, Эндрю! Понимаешь? Их нет!
Эндрю резко повернулся к нему, его глаза пылали яростью и болью.
- Заткнись! Просто... заткнись, чёрт тебя дери!
Минхо не отступил. Он не боялся. Он знал, что Эндрю просто захлёбывается в горе.
- Они бы хотели, чтобы мы выбрались, - уже тише, но твёрдо сказал он.
Эндрю сжал кулаки. Его тело дрожало. Он снова посмотрел на Мако, на Томаса. Он ненавидел это. Ненавидел себя за то, что был жив, а они.. Она - нет.
Он не мог уйти. Он просто не мог.
Минхо не выдержал. Он резко шагнул к нему, его голос был полон гнева и боли.
- Думаешь, нам не тяжело?! - его слова прозвучали как крик, но в них не было злости - только отчаяние. - Томас был нашим другом. Мако. Мы все потеряли кого-то, но мы не можем оставаться здесь, слышишь?
Он встал прямо перед Эндрю, его глаза полыхали, но он не отвёл взгляда. Он не мог. Он не мог позволить им всем остаться здесь, привязанных к этим телам, утопающих в горе.
- Давай же.. Ты не можешь сдаться. Ты должен идти дальше, как бы тяжело это ни было! Потому что это не то, чего они бы хотели. Ты ведь знаешь это, правда?
Эндрю молчал. Он не знал, что ответить. Его грудь сжималась, а в глазах стояли слёзы. Он не мог перестать думать о том, что Мако больше не будет рядом.
Минхо продолжил, не давая ему уйти в тень отчаяния.
- Они бы сказали тоже самое. Что мы должны жить дальше. Иначе всё, что мы пережили, будет бессмысленно. Ты же этого не хочешь?
Эндрю снова посмотрел на Мако. Он знал, что Минхо прав, но в этот момент ему казалось, что жизнь без них не имеет смысла.
Ньют наклонился к Эндрю.
Он долго молчал, просто глядя на него. Слишком хорошо понимал, что тот сейчас чувствует.
- Нам тоже больно, - наконец сказал он, голос был хриплым, усталым. - Томас... Чёрт, мы столько с ним прошли.
Наконец он сжал кулаки и продолжил, его голос звучал жёстче:
- Короче, поднимайся. Покончим с этим. Они бы хотели, чтобы мы ушли. Я уверен.
Минхо поморщился, стиснул зубы. Голова гудела, будто внутри всё пульсировало. Он чувствовал это... Её боль. Ту, что она пережила в последние мгновения.
Её страх. Её боль. Её прощание.
И она ещё не отпустила его.
Тут тишину нарушил слабый, но отчётливый звук - глухой стон, шорох камней, осыпающихся вниз.
Все разом напряглись.
Но вместо врага из-под груды камней показалась рука - дрожащая, испачканная в пыли и крови. Затем - слабый стон.
Тереза.
Она с трудом выкарабкалась наружу, её лицо было искажено болью, а на ноге зияла глубокая рваная рана, из которой медленно сочилась кровь. Судя по всему, Дженсон или не успел добить её, или посчитал, что завалы сделают это за него.
Бренда замерла. Её губы сжались в тонкую линию.Она не прощала её предательства. Но сейчас... Сейчас она не могла её ненавидеть.
- Тереза?! - Бренда бросилась вперёд, даже не успев осознать этот порыв.
Галли оказался рядом в тот же момент, а следом подошёл и Минхо, мгновенно начав разбирать обломки, чтобы быстрее вытащить её.
- Держись... - пробормотал Минхо, хватая её под руки и помогая выбраться.
Тереза тяжело дышала, её лицо было бледным, но глаза... В её глазах застыла боль, когда она увидела их. Совсем рядом.
- Нет... - её голос был почти беззвучным, но в нём было столько отчаяния, что у Бренды внутри что-то сжалось.
Галли перекинул её руку себе на плечо, помогая удержаться на ногах.
- Он пытался... - прошептала Тереза, едва дыша. - Дженсон... Он пытался убить меня, но..
Она запнулась, чувствуя, как голова идёт кругом.
- Похоже, не справился, - буркнул Галли, поддерживая её.
- Надо уходить, - твёрдо сказал Ньют, глядя на Эндрю, который всё ещё не двинулся с места.
Тереза смотрела на Томаса. Её руки дрожали. Хотела что-то сказать, но слова застряли. Она попыталась удержаться на ногах сама, но раненая нога не давала ей опоры. Боль пронзала её тело с каждым движением, и, не успев сделать даже шаг, она пошатнулась.
Галли крепче обхватил её за плечо, но быстро понял, что она не сможет идти сама.
- Ты никуда так не дойдёшь, - хмуро сказал он.
Бренда оглянулась на остальных, но никто не двигался.
Эндрю не слышал их. Не замечал. Его пальцы осторожно провели по щеке Мако, поцарапанной и запачканной. Она была такой холодной.
- ...Мне жаль, - прошептал он, даже не осознавая, что говорит вслух.
Затем он поднял глаза на Соню. Тот же холод. Та же пустота.
И вдруг он понял.
Он никогда не любил её. Никогда. Только играл.
Он сжал зубы, вздрогнув от этого осознания.
Затем глубоко вдохнул и поднялся.
Галли бросил на него быстрый взгляд, но ничего не сказал. Только передал Терезу ему.
- Держи её, - коротко бросил он.
Эндрю молча подхватил Терезу на руки, как будто вес её почти не ощущался. Может, так оно и было.
Тереза слабо зашевелилась, пытаясь сказать что-то, но сил уже не оставалось.
- Пошлите.. - тихо сказал Ньют.
И они ушли. Оставляя за собой разрушенный город и призраков тех, кто не смог выбраться.
*
Всё вокруг застыло в жуткой тишине, нарушаемой только треском ещё догорающих зданий. Воздух был пропитан гарью, пеплом и кровью. Казалось, что сама земля впитала в себя смерть.
Когда-то здесь кипела война - крики, выстрелы, взрывы. А теперь... только пустота. Как будто всё живое исчезло.
Когда они вышли на площадь, Бренда выдохнула - с облегчением, но каким-то вымученным.
Берг стоял там, массивный, немного покосившийся, с потёками копоти на корпусе, но всё ещё готовый забрать их отсюда.
Возле него уже ждали Хорхе, Винс, Фрайпан и остальные спасённые подростки.
Фрайпан, заметив их, тут же рванул навстречу.
- Господи... Минхо?!
Минхо чуть поднял голову, с трудом заставляя себя говорить:
- Мы так долго шли, чувак...
Фрайпан собирался улыбнуться, но тут его взгляд скользнул по ним. Эндрю с окровавленной Терезой на руках. Живой Галли.. с хмурым, мрачным лицом.
Ему он удивился больше всего.
И отсутствие троих.
Он замер.
Все замерли.
Бренда опустила голову.
Она не хотела снова говорить это вслух. Не хотела снова переживать этот момент.
Но Хорхе всё равно спросил:
- Где Мако? Томас? Соня?
Тишина.
Минхо отвёл взгляд. Галли молча стиснул зубы.
Эндрю опустил голову, но так и не остановился, направляясь прямо к Бергу.
И тогда всё стало ясно.
Бренда крепче сжала руки в кулаки.
Она не могла больше плакать. Не могла больше злиться.
Просто пустота.
- Они не смогли, - только и сказала она, голосом, который почти не был её собственным.
Хорхе склонил голову.
Для него они были как дети, пусть он и не говорил этого вслух.
Он помнил, как Раф и Мако впервые появились у них.
Сначала он их не принял. Не доверял. В этом мире доверять кому-то было опасно.
Но потом, видя, как Бренда сблизилась с ними. Как они смеялись вместе, как делились едой, как прикрывали друг друга в драках.
Сам того не осознавая,
принял их в семью.
Рафа не стало.
Теперь и Мако тоже.
Он закрыл глаза на мгновение.
А потом просто положил руку на плечо Бренды.
Её он не потеряет.
_________
Внутри Берга было тихо. Только гул двигателей наполнял пространство.
Эндрю осторожно опустил Терезу на сиденье. Она едва держалась, её глаза были полуприкрыты, дыхание тяжёлым.
Он смотрел на неё.
С презрением,
осуждением.
Но промолчал.
Сейчас было не время.
Он отвернулся... и встретился взглядом с Винсом.
Тот стоял у прохода, скрестив руки. Его лицо ничего не выражало, но в глазах читалось напряжение.
Последняя их встреча была не самой тёплой. Тогда Эндрю, в запале, случайно подстрелил Ариса. Не смертельно, но Винс был в ярости. Он тогда выгнал его с Порта, и теперь... теперь они снова стояли лицом к лицу.
Несколько секунд тишины.
Эндрю посмотрел в сторону, прежде чем Винс наконец произнёс:
- Ты жив.
Эндрю не знал, было ли в этом утверждении разочарование или облегчение.
- Разочарован? - хрипло спросил он, не глядя на него.
Винс не ответил сразу.
А потом лишь коротко бросил:
- Садись.
И отвернулся.
*
Все молча занимали места, чувствуя, как уходит вся сила.
Только Минхо продолжал сидеть с закрытыми глазами, будто пытаясь избавиться от боли. Его тело сотрясалось от неё, а браслет на его руке, который когда-то был символом связи, начал трещать, издавая тихие щелчки, как предвестие неминуемой потери.
Потеря пилота.
Бренда была с Терезой, бережно прижимая тряпочку к её ноге. Быстро, но аккуратно обрабатывая рану, она следила за её состоянием. Её лицо оставалось напряжённым, но в глазах всё больше появлялось беспокойство, которое она скрывала за маской.
Минхо молчал, стиснув зубы, пытаясь не поддаваться боли, которая отдавала отовсюду - от головы, в теле, в душе.
В память о друзьях, о её тихих словах, которые не успели быть произнесены, и о той жизни, которую они с Томасом могли бы разделить.
Тереза заметила его лицо было искажено от боли, а браслет на его руке, трещал, как будто сам по себе сжимался от пережитого. Она знала, что это не просто аксессуар. Это часть его связи с Мако.
Бренда помогла ей встать, и осторожно присесть рядом с ним.
- Минхо, - тихо сказала она. - Я знаю, как снять его. Это будет больно, но..
Он посмотрел на неё, его взгляд был затуманен. Знал, что она права, знал, что эта вещь, которая была с ним так долго, теперь не для того, чтобы помогать, а чтобы держать его в прошлом.
Он так же думал о Томасе.
Этот парень, который пережил столько, чтобы в конце оказаться рядом с ним, рядом с остальными, даже несмотря на все их различия.
Минхо досихпор помнит, каким потерянным он ходил по Глэйду. Как тот впервые забежал в лабиринт. Тогда Минхо посчитал его полным идиотом, даже не подозревая, что этот Салага всех вытащит.
- Ты права... - он медленно, с трудом выдохнул, и взгляд его стал более сфокусированным. - Но не знаю, смогу ли я.
Тереза не отводила взгляда от его рук. Она видела, как с каждым мгновением браслет становится всё крепче.
- Я помогу, - она протянула руку, ожидая его согласия.
Минхо молчал несколько секунд и наконец медленно кивнул, позволяя ей снять это.
Понимал, что не сможет оставаться привязанным к этому вечно.
Время двигаться дальше.
Он взглянул на Галли, его лицо всё ещё оставалось спокойным, будто ничего не произошло.
Минхо не мог избавиться от этого ощущения. Он только сейчас понял, что Галли был здесь, рядом, живой. Он не испытывал ни злости, ни благодарности. Не знал, что чувствовать. И сейчас, после всего произошедшего, когда они потеряли так много, плевать было на всё это. На старые обиды, на прошлые ошибки.
Он слишком устал, чтобы переживать о таких вещах.
*
Порт казался знакомым, но теперь всё было чужим и неприветливым. Силовики как всегда, строго следили за порядком, и кажется, что даже солнце здесь стало ярче, чем обычно. Такое ощущение, будто все вокруг вновь опомнились и вернулись к своим обязанностям, но тем не менее, в воздухе витала напряжённость.
Новички - те, кто был спасён, - были выведены на инструктаж, их провели через тот же процесс, который пережили когда-то все они. Некоторым это место казалось спасением, другим - лишь продолжением пути через тьму.
В то время Тереза лежала в импровизированном «медпункте», она тихо занималась собой. Врачом она была не просто по званию, она была специалистом, и могла помочь себе, несмотря на серьёзные раны. Она думала о многом, но в первую очередь о том, что надо было двигаться дальше.
Все они должны были двигаться дальше.
________
Винс стоял в центре, наблюдая за тем, как вернувшиеся восстанавливаются, как адаптируются к новой реальности. Но его мысли были далеко, они были сосредоточены на Эндрю. Этот парень был одним из тех, кто всегда был на грани, и после всего, что произошло, Винс знал, что должен взять ситуацию под контроль.
Он направился к нему, который, казалось, был немного отстранён от всего происходящего. Он не выглядел как человек, который был готов слушать, но Винс не собирался отступать.
Эндрю, несмотря на его боль, был слишком опасен, чтобы оставлять его вольным, слишком много прошло времени, чтобы доверять.
- Эндрю, - начал Винс, его голос был холодным, но твёрдым. - Пока ты здесь, ты сдашь своё оружие. Это первый шаг. Мы не можем позволить тебе оставаться с ним. Ты не в состоянии контролировать себя. Это временно, понял?
Тот только молча смотрел на него. Ничего не сказал, даже не взглянул в глаза. Он знал, что этот разговор не о том, что хочет он, и не о том, что он мог бы изменить.
Это было просто формальностью.
Винс добавил, прежде чем отвернуться:
- Можешь не уходить, кстати.
Винс повернулся, чтобы уйти.
Эндрю же не хотел принимать эти правила, не хотел слушать Винса. Но он также не хотел вызывать ещё большее внимание.
Он посмотрел на него, а затем, когда тот уже был спиной к нему, поднял руку и показал ему средний палец.
Он снова оказался один.
*
Прошло несколько дней, и напряжение в Порту постепенно угасало, но всё ещё оставалась тень утраты. Время не всегда лечит, особенно когда ты теряешь столько людей.
Столько близких тебе людей.
Минхо, Галли, Фрайпан и Ньют часто находились вместе, уединялись, разговаривали между собой, обсуждая свои ошибки и тяжёлые моменты прошлого. Они проговаривали обиды, которые накопились, о том, как всё обернулось. Делились друг с другом, сочувствовали, понимали, что в жизни не всегда можно быть на правильной стороне. Бывали моменты слабости, но это было важно - поддержка друг друга в такие моменты была тем, что помогало выжить, двигаться дальше.
Они начали помогать Порту.
Пытались восстановить и укрепить его, хотя никто точно не знал, что ждёт их в будущем. Время шло, но мир становился всё более неопределённым, и нужно было быть готовыми к чему угодно. Но это не мешало им делать всё возможное.
Хорхе снова занялся починкой корабля. Эндрю не знал точно зачем. Старик редко делился своими планами, но каждый раз, когда Эндрю подходил, он видел, как тот усердно работает, словно ремонтируя не только корабль, но и что-то гораздо более важное. На вопросы о его намерениях Хорхе обычно отвечал с улыбкой и уклончиво, что "всё в порядке". Эндрю так и не понял, что именно было за этим, но продолжал помогать ему с ремонтом, используя свои знания.
Арис пришёл однажды, чтобы поговорить с Эндрю. Он не злился, не обижался за то, что случилось. Его слова были простыми, но искренними? Он сказал, что всё в порядке, что Эндрю не должен винить себя.
Правда потом все же выпалил все, что думает о нем.
"Соня пошла туда только ради тебя. А ты не смог её защитить"
Но Эндрю почти не слушал, его мысли были в другом месте. Он лишь тихо извинился и ушёл, снова чувствуя этот глухой тяжёлый груз на душе, от которого он не мог избавиться.
_______
Время шло. Бренде было трудно. Она сновала туда-сюда, не зная, что делать, не зная, как справиться со всем этим. Потери, утраты, травмы, не только физические, но и душевные.
Больше не будет Мако.
Не будет их разговоров, которые грели душу.
Она чувствовала себя потерянной, как и все, но все же однажды решила поговорить с Терезой. Они уже не были так близки, как раньше, но Бренде нужен был кто-то, кто мог бы хотя бы немного понять её.
Они сидели в медпункте, разговаривали о том, как дальше жить, обговаривая свои ошибки, как принять все, что произошло, и что теперь делать с этим.
Эндрю, как всегда, решил побыть один. Сходить к старому катеру.
Тут можно хоть немного уединиться, не думая о том, что происходит в Порту.
Он снова начал работать с механикой, пытаясь себя занять, попытаться хоть как-то уйти от своих собственных мыслей и сожалений. Знал, что больше не мог вернуться к тому, что было, и что его вина - это ещё одна часть того, что он не сможет исправить.
Тем не менее, несмотря на все эти попытки уйти от себя, когда он снова покидал катер, он почувствовал, как снова подступает ярость, и почти сорвался.
Он вспомнил Рафа, его и Мако, и все, что произошло. Но он сдерживал себя. Быстро свернул и ушёл, зная, что сейчас не время для этого.
*
И вот он снова стоял на старом катере, оперевшись ладоняии на перила. Ветер трепал волосы, море было спокойным, но внутри у него всё было наоборот - шторм.
Взгляд был устремлён в глубь волн, на горизонт, где не было ничего, кроме пепельного неба. Ощущение опустошения охватывало его.
Вокруг всё было вроде бы на своих местах, но ему было тяжело здесь. Всё напоминало о потерянных друзьях.
Больше не будет Мако и её замечаний, смешных комментариев.
Не будет неуклюжего Рафаэля, который не знает, как пользоваться гранатой.
Он не знал, что ещё искать.
Зачем вообще продолжать?
Он чувствовал себя чужим здесь, несмотря на то, что, казалось бы, был среди своих.
Не знал, ради чего вообще жить дальше.
Эндрю вздохнул, и тут подошёл Ньют. Он долго не решался, но в какой-то момент, видя, что Эндрю опять здесь, решил подойти.
Он не знал, что сказать, но в этот момент молчание было уместным. Знал, как тяжело быть одному, как трудно справляться с тем, что произошло. Он понимал, что Эндрю не будет просить помощи, и не будет искать утешения, но всё равно чувствовал, что должен быть рядом.
Ньют встал рядом, и несколько минут молчания растянулись.
- Как ты? - наконец он задал вопрос, хотя знал, что ответить будет трудно.
Эндрю не сразу ответил.
Как будто размышлял, собираясь с силами, чтобы признаться в том, что давно скрывал. Наконец он выдохнул:
- Не знаю, ради чего вообще жить, - его голос был тихим, полным сомнений. - Раньше у меня была цель... что-то, что держало меня. Я всегда знал, зачем я продолжаю жить, но теперь... теперь ничего не осталось. Всё, что я знал, всё, что было важно, исчезло. Всё исчезло.
Эндрю поднял взгляд на Ньюта, в глазах была пустота, которую он так тщательно скрывал, пока не оказался здесь, в тени этого катера. Его слова резали, но в них не было ни злости, ни отчаяния - лишь полная потерянность.
Ньют смотрел на него, понимая всё, о чём тот говорил. Он знал эту боль, эту пустоту. Но также знал, что невозможно просто сдаться, что нужно искать какой-то смысл.
- Ты не один, Эндрю, - сказал Ньют, наконец, делая шаг ближе. - Мы все пережили ужас. Мы все потеряли. Но мы вместе, и это имеет значение. Даже если ты не видишь смысла сейчас, и даже если ты решишь двигаться дальше в одиночестве... ты не один.
Эндрю смотрел на него, и в этот момент какое-то непонятное чувство схватило его за горло. В глазах мелькнула искра, возможно, не веры, но хотя бы стремление услышать, попытаться понять, хотя бы немного.
- Не знаю... не уверен, что мне это нужно, - нерешительно ответил он.
Эндрю потрогал кулон на своей шее, тот самый, который ему отдал Ньют.
Но Эндрю так и не отдал его Минхо, и сам не открыл.
Всё время прикасался к нему, ощущал его холодную поверхность, будто этот маленький предмет был связующим звеном между ними. И всё же он не решался.
Не готов.
Может быть, боялся, что в этом кулоне, внутри, будет нечто большее, что он не захочет знать.
Ньют, заметив, как Эндрю снова теребит подвеску, не мог не обратить на это внимание.
- Не открыл?
Эндрю замер, его пальцы скользнули, и он, наконец, посмотрел на Ньюта.
Тот, почти с усмешкой, ответил:
- А надо? - голос был низким, как если бы он не был готов раскрыть все чувства, которые кулон мог вызвать.
Ньют улыбнулся, но эта улыбка была скорее печальной.
- Нет... лучше нет, - В этот момент было понятно, что Ньют не хотел, чтобы Эндрю открыл это.
- Скрываешь что-то, Пиноккио? - с усмешкой сказал Эндрю, наклонив голову.
Ньют, заметив это, слегка поморщился, не привыкший к таким вопросам, да и сам не был уверен, как реагировать.
Он знал, что Эндрю пытается что-то скрыть, но вдруг осознал, что на самом деле они оба скрывают гораздо больше, чем могут себе позволить. Эндрю, возможно, только что сделал шаг, пытаясь провести их разговор в том же привычном стиле - лёгком, но с тяжёлым подтекстом. Однако в словах, в тоне, Ньют почувствовал нечто большее.
Молчание затянулось, и Ньют просто смотрел на него, не отвечая сразу.
Эндрю почувствовал, как неудобно стало, как сложно продолжать этот разговор, когда, кажется, слишком многое не сказано.
- Я... - начал Эндрю, но прервал себя, глядя в пол. Его слова звучали с усилием, словно он действительно пытался собрать в себе мужество. - ..Извини.
Ньют удивился его искренностью. Эндрю никогда не был тем, кто бы извинялся, особенно так серьёзно. Это было трудно даже для него самого, как будто это стоило того, чтобы открыть не только прошлое, но и свои самые глубокие эмоции.
Память о том, что произошло тогда - в тот момент, когда он прижал Ньюта к стене, когда их отношения стали сложнее и неяснее - вернулась. Он всё ещё не мог понять, почему это произошло.
Это была ошибка?
Или, возможно, это был ещё один способ скрыться от всего? Он ведь знал, что Ньют был ранен - эмоционально и физически, но всё равно...
Боже, о чём я тогда думал? В тот момент всё казалось игрой, а теперь...
- Тогда... - продолжил Эндрю, опуская глаза, словно стыдясь того, что сделал. - Я не знаю. Просто... прости?
Эндрю всё ещё не мог понять, что он тогда пытался доказать, зачем всё это происходило.
Также не был готов признать, что его чувства к Ньюту могут быть не просто фрагментом воспоминаний.
Ньют был молчалив, его взгляд мягко опустился, но Эндрю вдруг понял, что Ньют, возможно, понимает всё гораздо лучше, чем он сам.
Ньют вздохнул, а в глазах мелькнуло что-то, что Эндрю не мог точно прочитать, но это было не отстранение, а скорее что-то похожее на терпимость.
Он что-то пережил в этот момент, но ничего не сказал.
- Ты не должен был этого делать, наверное... - тихо произнёс Ньют, как бы в раздумьях.
Эндрю молчал. Его взгляд снова скользнул по кулону, который теперь был знаком чего-то большего, чем просто память.
И, возможно, теперь он знал, что ему нужно принять свои чувства, которые ещё долгое время оставались спрятаными.
Они оба не говорили, но было ясно, что каждый из них чувствует что-то невыразимое.
Ньют вздохнул.
- Знаешь, не обязательно всё держать в себе? - его голос был тихим, но решительным.
Эндрю снова взглянул на Ньютa, стараясь не выдавать того, что творилось в его голове.
Наверное, он боялся, что если сейчас скажет что-то, то это изменит всё. Или наоборот, ничего не изменит, и ему будет ещё больнее.
- Не знаю, что сказать, - Эндрю провёл рукой по волосам, пытаясь собраться с мыслями. - Не могу объяснить. Всё это... всё слишком сложно.
- Ты не обязан объяснять. Но можешь хотя бы быть честным с собой. Знаешь ведь, что не нужно прятаться.
Эти слова словно прорезали туман в голове Эндрю. Он снова ощутил, как тяжело ему от того, что он скрывает, не может признать в себе, чего на самом деле хочет.
Он закрыл глаза на мгновение, пытаясь скрыть волну эмоций, которая накатила.
- Мне сложно быть честным с собой, Ньют, - его голос был почти шёпотом. - Я... я не знаю, что я чувствую. Всё это время боялся признаться себе, что, возможно, я...
Он замолчал, и на несколько долгих секунд они оба стояли в тишине. Ньют наблюдал за ним, но не торопил его. Он просто был рядом, как всегда, готовый выслушать, если Эндрю решит продолжить.
Эндрю нахмурился. Не знал, как продолжить, но решился:
- Я не знаю, что будет дальше. И всё не так просто. Но ты... ты для меня важен, Ньют. Это больше, чем просто дружба. Но я не могу понять, что это точно.
Ньют долго глядел на него, не спеша отвечать. Всё было понятно. И он знал, что Эндрю всё ещё боится. Боится признаться в своих чувствах даже себе.
- Ты не обязан всё понимать прямо сейчас. Мы все запутались. Просто не забывай, что я рядом. В смысле.. если захочешь - я буду.
Сердце Эндрю ускорило ритм, но на этот раз он не отстранился. Он знал, что в какой-то момент ответ придёт. Может быть, не сейчас, но он пришёл бы.
И пока они стояли там, без слов, Ньют как будто тоже признал это - что-то новое зарождается между ними. Но пока оба боялись сделать первый шаг.
Конец.