Стирающая надежда.

Каждый шаг, словно кража у тьмы, был выверен с точностью до миллиметра. Дыхание, ровное и контролируемое, не нарушало зловещую тишину, окутавшую коридоры базы Лиги Злодеев. Айзава, несмотря на боль, отдавал себе отчет в каждом движении, каждое чувство было обострено до предела. Он доверял своим инстинктам, полагаясь на них, словно на единственного союзника в этом змеином логове. Рядом с ним, словно тень, скользил Даби. Его движения были плавными и бесшумными, словно он был частью этого места, словно он здесь родился. Эта уверенность, это знание каждого уголка, вызывало у Айзавы все больше и больше вопросов. Чувство надвигающейся опасности сгущалось с каждой секундой, словно грозовые тучи, предвещая бурю. Каждый шорох, каждый скрип, казалось, вопиет о том, что они - незваные гости, что их присутствие здесь - ошибка, за которую придется дорого заплатить. Айзава чувствовал на себе взгляды, невидимые, но ощутимые, словно ледяные пальцы, скользившие по его коже. Он знал, что Лига Злодеев где-то рядом, что они выслеживают их, словно хищники, готовящиеся к нападению. Внезапно Даби замер, словно статуя, его тело напряглось, как натянутая струна. Его рука судорожно сжала висок, словно пытаясь удержать что-то внутри, не дать ему вырваться наружу. Его дыхание участилось, стало прерывистым, словно он задыхался. Айзава, мгновенно насторожившись, схватил Даби за плечо. "Что случилось?" - прошептал он, его голос звучал обеспокоенно. Даби не ответил. Его лицо исказила гримаса боли, его глаза забегали, словно он пытался увидеть что-то, что было скрыто от посторонних глаз. По его лбу потекли капли холодного пота, выдавая его внутреннюю борьбу. Его тело забилось в мелкой дрожи, словно от сильного холода.

Айзава никогда не видел Даби таким. Обычно холодный и отстраненный, сейчас он казался сломленным и уязвимым. Что-то происходило внутри него, что-то, что причиняло ему невыносимую боль. Внезапно Даби закричал, словно зверь, которого загнали в угол. Его крик был полным отчаяния и боли, словно он вырывался из самых глубин его души. Айзава попытался удержать его, но Даби вырвался, оттолкнув его с такой силой, что Айзава отлетел к стене, больно ударившись спиной. Даби, словно в трансе, уставился в пустоту, его глаза горели каким-то нечестивым огнем. Его губы шептали несвязные фразы, словно он разговаривал с кем-то, кого больше никто не видел. В его голове, словно осколки разбитого зеркала, вспыхивали обрывки воспоминаний, фантомы прошлого, которые преследовали его и не давали покоя.

***

Тоя перед зеркалом. Маленький мальчик, лет шести, с пепельными волосами и яркими синими глазами, стоит перед большим зеркалом, пытаясь контролировать пламя, вырывающееся из его рук. Он сосредоточен, его лицо напряжено, но пламя не слушается его, вырываясь из-под контроля и опаляя его кожу. В зеркале отражается суровый взгляд его отца, Энжи Тодороки, героя №2, известного как Старатель. Его отец стоит в дверях, наблюдая за ним свысока, его лицо выражает смесь гордости и разочарования. "Ты должен стать сильнее, Тоя," - говорит отец, его голос звучит холодно и отстраненно. "Ты должен превзойти Всемогущего. Ты должен стать героем, которым я не смог стать." Тоя кивает, его глаза полны решимости. Он хочет угодить отцу, доказать ему, что он достоин. Он хочет стать героем, которым его отец хочет его видеть. Изнурительные тренировки. Тоя тренируется до изнеможения, день и ночь, не зная отдыха. Его тело покрыто ожогами, его мышцы болят, но он не останавливается. Он терпит боль, словно это проверка на прочность, словно это цена, которую он должен заплатить за то, чтобы стать героем.

Его отец наблюдает за ним, не проявляя ни капли сочувствия. Он требует большего, он требует совершенства. Он не позволяет Тое расслабиться ни на секунду, подгоняя его к пределу его возможностей. Ночью, когда все спят, Тоя плачет от боли и отчаяния. Он чувствует себя сломленным и измученным. Он спрашивает себя, стоит ли оно того, стоит ли жертвовать всем ради того, чтобы угодить отцу. "Я не подведу тебя, отец," - шепчет Тоя, словно повторяя мантру, чтобы заглушить боль. "Я стану героем, которым ты хочешь меня видеть." Лесной пожар. Тоя тренируется в лесу, пытаясь контролировать свое пламя. Он слишком увлекся, слишком расслабился, и пламя вышло из-под контроля, охватив все вокруг. Лес вспыхнул, словно спичка, пожираемый ненасытным огнем. Тоя лежит на земле, окруженный пламенем. Он чувствует, как его тело горит, как его кожа плавится, как его кости трещат от жара. Он пытается выбраться, но не может. Он слишком слаб, слишком измучен.* В последний момент, перед тем как потерять сознание, он думает о своем отце. Он знает, что он его подвел, что он не смог оправдать его надежды. Он чувствует себя ничтожным и бесполезным. "Я провалился," - думает Тоя, и в его голове гаснет свет.

***

Даби вздрогнул, словно от сильного удара, и пришел в себя. Его взгляд стал сфокусированным, но в его глазах читалась невыносимая боль. "Прости," - пробормотал он, его голос звучал хрипло и надтреснуто. "У меня изредко бывают… вспышки." Айзава, оправившись от удара, поднялся на ноги. "Что это было?" - спросил он, его голос звучал обеспокоенно. "Что с тобой происходит?"

Даби покачал головой, словно пытаясь стряхнуть с себя тяжелые воспоминания. "Неважно," - ответил он. "Нам нужно идти. Изуку в опасности." Айзава нахмурился. Он не поверил Даби. Он чувствовал, что тот что-то скрывает, что он не договаривает чего-то важного. Но сейчас у него не было времени на расспросы. Изуку ждал их, и они должны были его спасти. "Хорошо," - сказал Айзава. "Но знай, Даби, я не забуду это. Я обязательно вернусь к этому разговору." Даби проигнорировал его слова, ускоряя шаг. "Идем," - сказал он. "У нас мало времени." Они двинулись дальше, вглубь базы Лиги Злодеев, погружаясь в самое сердце тьмы. Но теперь, помимо внешней опасности, их окружала еще и внутренняя - тайны Даби, которые, словно мины замедленного действия, могли взорваться в любой момент и разрушить все, что они пытались создать.