Ты только попроси | 18 +

Через два дня после безумной сладострастной ночи в игровой комнате Йерим и Ёндже жизнь продолжает идти своим чередом. С каждым днем я все больше привязываюсь к Юнги, а он ко мне. Все, чтобы я ни попросила или захотела, он мне дает. Может быть, он в меня влюблен?

Этим утром Ёндже решает заказать на пляже паэлью. После двух часов дня идем в пляжный ресторан, где наслаждаемся самой лучшей паэльей, какую я когда-либо ела в своей жизни. Телефон Юнги постоянно звонит, и на экране высвечивается то Ёна, то Миен. Я молчу, он ясно дает понять, что эта тема закрыта.

Решаем позагорать на пляже.

Снова звонит телефон Юнги, он что-то набирает на нем, затем наклоняется к Ёндже и просит отвезти его на виллу. Его настроение резко поменялось, и, хотя он пытается это скрыть, его выдает выражение лица.

Я быстро поднимаюсь и начинаю собирать вещи. Юнги берет меня за руку.

— Солнце мое, останься с Йерим. Ёндже сейчас вернется и составит вам компанию.

— Нет... я еду с тобой, — настаиваю я.

— Лиса, я сказал, чтобы ты осталась... мне не нужна компания. У меня болит голова, и я хочу побыть один.

Его настроение выводит меня из себя:

— Послушай, крошка, мне наплевать, нужна тебе компания или нет, я сказала, что возвращаюсь с тобой, и все.

— Черт возьми! — рычит он. — Я сказал, что ты остаешься!

Я не боюсь его крика.

— Мне надоели твои выкрутасы, особенно тогда, когда я не понимаю их причину. Именно поэтому ты все мне объяснишь и я еду с тобой.

Но Юнги отказывается. Он раздражен, и чем больше я настаиваю, тем больше он злится. В конце концов вмешивается Йерим и восстанавливает мир. Ёндже что-то говорит Юнги и успокаивает его. Я не понимаю, почему он так изменился, и отказываюсь его поцеловать на прощание.

Некоторое время мы с Йерим молча загораем.

— Лалиса, не волнуйся. Все в порядке, — вдруг она прерывает молчание.

Я закусываю губу от злости. Сажусь на полотенце и отвечаю:

— Нет, Йерим. Не в порядке. Я прихожу в отчаяние от его резких перемен настроения. То все хорошо, то вдруг...

— Вы с ним знакомы совсем недавно, не правда ли?

— Да. Месяца два, около того.

— Всего-навсего?

— Да.

Она наклоняет голову и говорит:

— Послушай, детка... уверяю тебя, что я знакома с Юнги уже много лет, и я никогда не видела, чтобы он так вел себя хоть с одной женщиной.

— Да... ты уверена?

— Говорю же, Лиса, тебе не стоит злиться.

Желая поверить в то, что она говорит, киваю головой. Нужно успокоиться. Но, вспомнив, каким он был разъяренным, говорю:

— Йерим, я едва его знаю. Он не разрешает мне знать о нем ничего, кроме секса, и хотя я открываю для себя массу вещей, которые я никогда не пробовала, я хочу, да мне просто необходимо знать о нем хоть что-то как о человеке.

У Йерим изгибаются уголки губ. Мне так хочется о многом ее расспросить.

— Кто такие Ёна и Миен? Каждый день он получает от них кучу сообщений.

Этот вопрос ставит ее в неловкое положение.

— Я знаю, что тебе что-то известно об этом. Не отрицай. Пожалуйста, расскажи мне, что происходит.

Йерим опускает солнечные очки, смотрит мне прямо в глаза и тихо говорит:

— Лалиса...

Еще некоторое время я удерживаю ее взгляд, но потом, не выдержав, опускаю глаза. Все вокруг него закрыто, и, растянувшись на полотенце, я бормочу:

— Ладно, Йерим, будем загорать.