13
Матч по квидичу поставили на первое воскресенье после каникул. Вуд все тренировки говорил Астории:
- Мы должны забить больше 50 голов, так что постарайся. Только после этого Гарри сможет поймать снитч. Астория тебе нужно...
- Я ПОНЯЛА ОЛИВЕР.
Ещё ни один матч не приближался в такой накалённой атмосфере. К концу каникул отношения между командами и факультетами достигли точки кипения. То и дело в коридорах возникали мелкие стычки, вылившиеся в грандиозное сражение между четверокурсником из Гриффиндора и шестикурсником из Слизерина. В результате обоих пришлось отправить в больничный отсек — у них из ушей полез лук-порей.
Пэнси Паркинсон больше всего раздражала юную Блэк. Та ходила в шайке со своими подружками хихикая над гриффиндорцами. В один из вечеров она даже пыталась в большом зале, на глазах у всего Хогвартса поставить подножку Блэк. Но Астория оказалась быстрее.
-риктусемпра.
И Паркинсон против своей воли начала смеяться на весь большой зал.
Кого-то эта ситуация насмешила, а кто-то говорил:
- ну и позор
- а что она ожидала нападают на блэк?
На следующий день вся команда по руководством Вуда вошла в большой зал под свисты и аплодисменты. Хлопали все, кроме слизоринцев. Те скосили лица при виде противников. Про себя Астория улыбнулась. Сколько не отрицай, но такая встреча приятна.
За завтраком Вуд требовал от всех игроков поесть как можно плотнее, хотя сам так и не притронулся к еде. А затем, не дав никому доесть, поспешно вывел команду из зала, прежде чем оттуда вышел хоть один человек. Вуд хотел, чтобы они первыми узнали, в каких погодных условиях им предстоит играть. Когда они выходили, снова разразились аплодисменты.
- Астория, удачи.- крикнул Седрик Диггори, ловец Пуфендуя.
- Спасибо, Седрик.
- и давно красавчик школу желает тебе удачи? - спросил Джордж уизли, когда те вышли.
- Если ты не заметил, их сегодня было четыре.- и ни сказав больше ни слова она отошла от него на несколько шагов вперёд.
— Отлично… никакого ветра… солнце чуть ярче, чем надо, будет бить в глаза, не забывайте об этом, — бормотал Вуд, прохаживаясь по полю взад и вперёд и озираясь по сторонам.
— А земля достаточно твёрдая, и это хорошо… значит, мы сможем сильнее оттолкнуться и быстрее взлететь…
Наконец они увидели, как вдалеке распахнулись ворота замка и вся школа высыпала на лужайку.
— В раздевалку, — напряжённым голосом скомандовал Вуд.
Они молча переоделись в алую спортивную форму.
Когда они вышли из раздевалки, по трибунам прокатилось настоящее цунами приветствий. Три четверти зрителей размахивали алыми флагами с изображённым на них львом, эмблемой Гриффиндора, или транспарантами с надписями типа «ВПЕРЁД, ГРИФФИНДОР!» и «КУБОК — ЛЬВАМ!». На трибуне Слизерина сидело примерно двести болельщиков в зелёных одеждах, на их знамёнах поблёскивала зелёная змея, а в самом первом ряду, как и все вокруг него одетый во всё зелёное, сидел профессор Снегг и мрачно ухмылялся.
— А вот и сборная Гриффиндора! — завопил Ли Джордан, который, как обычно, выступал в роли комментатора.
— Поттер, Блэк, Джонсон, Спиннет, Уизли, Уизли и Вуд. Все признают, что это лучшая сборная факультета Гриффиндор за последние несколько лет…
Громкие недовольные выкрики, донёсшиеся с трибуны Слизерина, заглушили комментарий.
— Капитаны, пожмите друг другу руки! — скомандовала мадам Трюк.
Вуд и Флинт схватили друг друга за руки. Со стороны казалось, что каждый из них пытается сломать другому пальцы.
— Седлайте мётлы! — распорядилась мадам Трюк. — Раз… два… три!
Её свисток потонул в пронёсшемся по стадиону вопле, и четырнадцать игроков взмыли в воздух.
— Мяч у сборной Гриффиндора, Алисия Спиннет, сжимая в руках квоффл, устремляется к кольцам Слизерина. Давай, Алисия! — начал комментарий Джордан. — О, нет — квоффл перехватывает Уоррингтон. Уоррингтон летит на половину поля Гриффиндора… БАМ! — его останавливает бладжер. Отличная работа, Джордж Уизли! Уоррингтон роняет квоффл, его подхватывает… да, это Джонсон, и мяч снова у гриффиндорцев! Ну давай же, Анджелина! Она великолепно обводит Монтегю… осторожно, Анджелина, это бладжер! ГОЛ! ДЕСЯТЬ-НОЛЬ В ПОЛЬЗУ ГРИФФИНДОРА!
Анджелина, победно вскинув сжатый кулак, облетела кольца Слизерина, а под ней бушевало от восторга алое море…
— ОЙ!
Анджелина чуть не слетела с метлы — в неё внезапно врезался Маркус Флинт.
— Извини! — буркнул Флинт, когда внизу раздался возмущённый рёв стадиона.
— Я её не заметил!
В следующее мгновение подоспевший Фред Уизли обрушил свою биту на затылок Флинта. Флинт ткнулся носом в рукоятку собственной метлы, и на поле закапала кровь.
— Прекратите! — пронзительно завопила мадам Трюк, зависая в воздухе между ними.
— Сборная Гриффиндора получает право на пенальти за беспричинное нападение на своего охотника! Сборная Слизерина получает право на пенальти за намеренное нападение на своего охотника!
— Бросьте, мисс! — проворчал Фред, но мадам Трюк дунула в свисток, и Астория полетела к кольцам Слизерина, чтобы пробить пенальти.
— Давай, Астория! — прервал воцарившуюся на стадионе тишину голос Ли Джордана.
— ДА! ОНА ПЕРЕИГРЫВАЕТ ВРАТАРЯ! ДВАДЦАТЬ-НОЛЬ В ПОЛЬЗУ ГРИФФИНДОРА! МОЛОДЕЦ!
Блэк резко развернула метлу, чтобы посмотреть, как Флинт направляется выполнять штрафной бросок к кольцам Гриффиндора. Из носа Флинта текла кровь. Перед кольцами парил Вуд. Зубы его были крепко сжаты.
— Разумеется, Вуд — великолепный голкипер!
— прокомментировал Ли Джордан, пока Флинт дожидался свистка мадам Трюк.
— Просто потрясающий! Его очень сложно обвести, ужасно сложно. ДА! ПОВЕРИТЬ НЕ МОГУ! ВУД СПАСАЕТ СВОИ ВОРОТА!
Игра была самая жестокая за все три года что блэк ходит в Хогвартс. Не отрываясь от игры она ещё старалась слушать что говорит комментатор.
— Мяч у Гриффиндора… нет, уже у Слизерина, — продолжал Ли.
— Нет, Гриффиндор снова перехватывает мяч. Квоффл у Астории Блэк, она устремляется к кольцам Слизерина… ЭТО БЫЛО НАМЕРЕННОЕ НАРУШЕНИЕ!
Монтегю, охотник слизеринцев, преградил Тори путь и, вместо того чтобы выхватить из её рук мяч, схватил её за голову, Блэк завертелась в воздухе, и, хотя ей удалось не упасть, она выпустила квоффл.
Мадам Трюк, пронзительно свистнув, подлетела к Монтегю и начала что-то кричать ему.
Минуту спустя Ригель отлично выполнила пенальти, переиграв вратаря Слизерина.
— ТРИДЦАТЬ-НОЛЬ! — завопил Джордан, — НУ ЧТО, ПОЛУЧИЛ ЗА СВОЮ НЕЧЕСТНУЮ ИГРУ, ГРЯЗНЫЙ…
— Джордан, если вы не можете комментировать непредвзято… — перебила его профессор МакГонагалл. Она, как всегда, сидела рядом с комментатором и контролировала его.
— Я только описываю то, что происходит, профессор! — возмутился тот.
— Ха-ха! — завопил Ли Джордан, увидев, как слизеринские загонщики разлетаются, держась за головы.
— Опоздали, ребята! Сил у вас не хватит опередить «Молнию»! А теперь мяч снова у Гриффиндора, его перехватила Анджелина Джонсон, сбоку от неё летит Флинт… Ткни его в глаз, Анджелина! Профессор, это всего лишь шутка, просто шутка… О, нет, Флинт отбирает у неё мяч, разворачивается в сторону колец Гриффиндора… Давай, Вуд, останови его!
Но Флинт забросил квоффл в кольцо под громкие аплодисменты трибуны, где сидели болельщики Слизерина. А Джордан произнёс настолько нехорошее слово, что профессор МакГонагалл попыталась отобрать у него волшебный микрофон.
— Извините, извините, профессор! — затараторил Джордан.
— Больше не повторится! Итак, Гриффиндор ведёт со счётом тридцать-десять, мяч у Гриффиндора, и…
Это был самый грязный матч, в котором когда-либо участвовал Гарри. Разъярённые тем, что сборная Гриффиндора сразу вышла вперёд, слизеринцы пытались овладеть мячом любыми средствами. Боул ударил Асторию битой и объяснил мадам Трюк, что перепутал её с бладжером. Джордж Уизли в отместку ударил Боула локтем в лицо. Мадам Трюк снова назначила два пенальти, и Вуд в зрелищном броске снова спас свои кольца, а разрыв увеличился до тридцати очков.
Снитч опять появился на поле и опять исчез. Малфой по-прежнему летал следом за Гарри, а Гарри парил над полем, оглядываясь по сторонам и убеждая себя, что Гриффиндор с минуты на минуту начнёт опережать Слизерин более чем на пятьдесят очков…
Астория забросила ещё один мяч, и счёт стал пятьдесят-десять. Фред и Джордж Уизли, подняв биты, окружили её на тот случай, если кто-то из слизеринцев захочет отомстить ей за успех. Боул и Дерек воспользовались их отсутствием и направили оба бладжера в Вуда. Тяжёлые чёрные мячи один за другим врезались капитану гриффиндорцев в живот, и Вуд задохнулся, согнулся пополам и соскользнул с метлы. К счастью, он не разжал руки и потому не упал на землю, а просто повис на метле.
Мадам Трюк была вне себя от ярости.
— Нельзя атаковать вратаря, если квоффл находится за пределами штрафной площадки! — пронзительно завопила она, обращаясь к Дереку и Боулу.
— Пенальти!
Анджелина безошибочно выполнила штрафной удар, и наконец разрыв составил пятьдесят очков. Несколько мгновений спустя Фред Уизли направил бладжер в Уоррингтона и выбил из его рук квоффл, а Астория подхватила его и забросила в кольцо Слизерина, увеличив счёт. Семьдесят-десять.Зрители орали так громко, что охрипли. Преимущество Гриффиндора теперь составляло шестьдесят очков, и если бы Гарри сейчас удалось поймать снитч, то Кубок школы по квиддичу был бы в их руках.
— Пенальти! Пенальти! В жизни не видела такого грязного приёма! — закричала мадам Трюк, подлетая к скрючившемуся на своём «Нимбусе-2001» Малфою. Тот пытался удержать метлу Гарри.
— ПОГАНЫЙ УБЛЮДОК! — завопил Ли Джордан, предусмотрительно вскочив с микрофоном в руках и отпрыгнув подальше от профессора МакГонагалл.
— ПОГАНЫЙ, ГРЯЗНЫЙ…
Но профессор МакГонагалл вовсе не собиралась делать ему замечания. Она потрясала кулаком, со злобой глядя на Малфоя, и яростно выкрикивала что-то, не замечая, что её остроконечная шляпа упала на землю.
Алисия попыталась выполнить штрафной, но была так зла, что сильно промахнулась. Происшествие вывело гриффиндорцев из себя, а игроки Слизерина, воодушевлённые поступком Малфоя, наоборот, почувствовали себя куда увереннее.
— Квоффл у Анджелины Джонсон, — голос Ли Джордана раздовался на весь стадион.
— Давай, Анджелина, ДАВАЙ!Все игроки Слизерина, кроме Малфоя, даже их вратарь, рванулись по направлению к Анджелине, пытаясь заблокировать её.
— А-А-А-А! — донёсся до него испуганный вопль.Сборная Слизерина разлетелась в разные стороны, и Анджелина устремилась вперёд — путь был расчищен.
— ОНА ЗАБИЛА! ОНА ЗАБИЛА! — завопил Джордан.
— Гриффиндор ведёт со счётом восемьдесят-двадцать!
Спустя считанные секунды наконец Ли произнёс:
- ГАРРИ ПОТТЕР ПОЙМАЛ СНИТЧ. ПОБЕДА ГРИФФИНДОРА
.
Вуд, из глаз которого ручьями текли слёзы, подлетел к Гарри, обхватил его за шею и разрыдался, уткнувшись ему в плечо. Подлетевшие следом Фред и Джордж с силой захлопали его по спине, а затем до Гарри донеслись вопли Анджелины, Алисии:
«Кубок наш! Кубок наш!»
Сборная Гриффиндора, превратившись в многорукое и многоногое чудовище, хрипло вопя, опустилась на землю.
И тут на поле начали одна за другой накатывать алые волны болельщиков. Их кулаки, как градины, забарабанили по плечам и спинам игроков. У Гарри было такое впечатление, словно он оказался посреди бурного моря тел и вот-вот утонет в нём. А затем толпа подняла его и других игроков сборной на руки.
Перси Уизли, который, позабыв о своей привычной напыщенности и важности, прыгал как безумный. А профессор МакГонагалл рыдала громче, чем Вуд, вытирая лицо огромным флагом Гриффиндора.
К Астории подбежала Гермиона и Джинни, что улыбались во все 32 зуба, и заключили её в крепкие объятия.
Вот она. Семья.
Наступил июнь. Жара, игры у чёрного озера, охлождённые напитки, мороженое - всё это пришло с ним. Многие ученики конечно, рады этому. Но так же не стоит забывать о грядущих экзаменах. Кто-то здаёт СОВ, кто-то ЖАБА. Все напряжены и нервны. Но не Астория Блэк. Как вы могли понять эта девочка умна и не по годам. ,, Лишняя подготовка не помешает,, - твердила она, хотя все друзья понимали что это делать нет смысла, спорить - не стоит.
Ум и внимательность у Блэк тихая, но всё точки расставлены над ,,и,,. Может друзья и гадают как Гермиона будет совмещать несколько экзаменов сразу, Тори уже догадалась. Та штука что висела на шее у Гермионы - маховик времени, что помогал ей находится на несколько уроках сразу. Так же она разгадала ещё одну загадку, внезапное исчезновение Люпина, но об этом позже.
Астория стояла перед люком кабинета Профессора Трелони. Все уже прошли экзамен, она последняя. Наконец из люка послышалось:
- Астория Блэк.
В кабинете наверху было очень жарко, шторы задёрнуты, в камине полыхал огонь. Гарри закашлялся, вдохнув приторно-тошнотворный запах, и пошёл к кафедре, пробираясь между столов и стульев. Профессор Трелони ожидала его, сидя перед большим хрустальным шаром.
- Здравствуй, моя дорогая. Будь добра, загляни в шар и и скажи, что ты там видишь. Не торопись. Я вижу у тебя высокие дары ясновидения.
Блэк подошла к шару и заглянула в него.
- Я вижу...
- Не торопись, загляни глубоко внутрь.
Как ни странно, но картинка уверенно появилась.
- Я вижу человека, но через пару секунд на этом месте крыса.
- Какой...Какой этот человек.
- По внешности могу сказать только что он пухлый и низкий.
- А крыса?- Трелони будто вошла в азарт, и с увлечением расспрашивать Асторию.
- А крыса... Как обычная крыса.- Тори перевела взгляд с шара на Трелони.
- Осмелюсь предположить что это будущее. Возможно даже сегодня. Так как была изображена полная луна, а сегодня полнолуние.
- Отлично, находить зацепки в видениях это очень хороший прогресс. Можешь идти.
Кивнул Блэк покинула кабинет.
Спустя несколько часов, после ужина друзья отправились к Хагриду. От него пришло письмо о том, что клювокрыла казнят. Во время потери близкого человек начинает ощущать себя одиноко. Поэтому друзья решили придти в этот трудный час к леснику.
Добравшись до хижины, друзья постучали в дверь. Хагрид откликнулся не сразу. Наконец дверь отворилась, на порог вышел бледный и дрожащий лесничий и огляделся вокруг в поисках гостя.
— Это мы, — чуть слышно произнёс Гарри,
— под мантией-невидимкой. Впусти нас скорее, мы её снимем…
— Эх, не след бы вам приходить, — вздохнул великан, но всё же посторонился, и они оказались внутри. Хагрид тут же захлопнул дверь.
Хагрид не рыдал, не бросился друзьям на шею, он просто выглядел совершенно потерянным, не знал, что делать, что говорить. Смотреть на его беспомощность было во сто крат тяжелее, чем на потоки слёз.
— Может, это… чаю хотите? — предложил он, но его громадные ручищи дрожали, и он никак не мог совладать с чайником.
— А где Клювокрыл? — нерешительно спросила Гермиона.
— Я… я вывел его в огород, — пробормотал Хагрид. Наливая в кувшин молоко, он половину пролил на стол:
— Привязал его… там, на тыквенной грядке. Пусть он… это… в общем… посмотрит на деревья, вдохнёт свежий воздух… перед тем, как…
Тут руки Хагрида затряслись так отчаянно, что кувшин выскользнул и осколки разлетелись по всему полу.
— Мы сейчас всё уберём, Хагрид. — Гермиона и Астория бросились наводить порядок.
— Там, в шкафу, ещё один есть. — Хагрид тяжело опустился на скамью, вытирая со лба рукавом пот.
— Мы тоже останемся сдесь, с тобой, Хагрид, — заговорила Блэк, вернувшись к столу с найденным кувшином.
— Нет, — затряс лесничий косматой головой. — Вы вернётесь в замок. Я же… это… сказал: не надо вам видеть. Чтобы и духу вашего не было, потому ежели… ну, Фадж и Дамблдор вас застукают, тем более без разрешения — это для Гарри совсем пропащее дело.
— Рон! Гляди! Это Короста!
— Что, что? — Рон непонимающе посмотрел на Гермиону.
Гермиона поднесла кувшин к столу, перевернула. Оттуда с возмущённым писком, из последних сил цепляясь за гладкий фарфор, вывалилась старина Короста.
— Короста… — растерянно произнёс Рон.
— Короста, что ты здесь делаешь?
Он схватил сопротивляющуюся крысу и вынес её на свет. Выглядела она ужасно — ещё больше исхудала, шерсть лезла клочьями, оставляя обширные плеши; в руках Рона она яростно извивалась, стараясь вырваться на свободу.
— Всё в порядке, Коросточка, — уговаривал её Рон. — Тут нет кошек. Никто тебя не тронет!
Астория и Гарри переглянулись и вздохнули.
Хагрид внезапно вскочил, глаза устремились к окну. Его обычно багрово-красное лицо сделалось пергаментно-бледного цвета.
— Идут…
Гарри, Рон, Астория и Гермиона разом обернулись. Вдалеке по лестнице замка спускались несколько человек. Впереди шёл Альбус Дамблдор, его серебряная борода сверкала в лучах заходящего солнца. Рядом семенил Корнелиус Фадж, за ними браво вышагивал палач Макнейр, позади всех тащился дряхлый представитель Комиссии по обезвреживанию.
— Уходите скорее, — сказал Хагрид. У него, казалось, дрожала каждая жилка.
— Не должны они вас тут видеть… идите… сей же миг…
Рон затолкал Коросту в карман, а Гермиона схватила мантию.
Хагрид тяжко вздохнул:
— Я вас выведу через чёрный ход…
Все пошли к двери, выходящей в огород позади дома.
— Пожалуйста, пойдёмте скорее, — прошептала Гермиона когда они отошли от хижины.
— Я этого не выдержу, не смогу…
Пошли к замку вверх по склону лужайки; солнце быстро опускалось, всё небо окрасилось в бледно-пурпурный цвет, но на западе ещё пылал рубиново-красный отсвет.
Рон остановился, как будто налетел на столб.
— Пожалуйста, Рон, — взмолилась Гермиона.
— Это Короста… Вырывается… Да сиди же ты…
Рон скрючился, стараясь удержать Коросту в кармане, но крыса словно обезумела — дико пища, она крутилась, билась, пытаясь укусить Рона за руки.
— Короста, это же я, Рон, дура ты эдакая, — ругал крысу мальчик.
Со стороны хижины донёсся звук открывшейся двери и голоса людей…
— Рон, пожалуйста, идём, они уже вот-вот… — задыхаясь, просила Гермиона.
— Да, да, сейчас… Короста, сидеть!
Вся четверка бросилась бежать. Только бы не слышать голосов за спиной. Но Рон опять остановился.
— Не могу справиться! Заткнись, Короста, нас могут услышать!
Крыса визжала так, словно её резали, но всё же звуков в огороде Хагрида она, конечно, не могла заглушить.
- кинь её сдесь, пошли быстрей.- Бросила свою инициативу Блэк, но после грозного взгляда Рона решила промолчать.
Сначала мешанина мужских голосов, затем тишина, и вдруг неожиданно — то, что ни с чем не спутаешь — короткий свист и глухой удар топора.
-Ну вот.- вздохнула Астория.
Гермиона пошатнулась.
— Не… не может быть! — почти беззвучно выдохнула она.
— Как они посмели…
- Пойдёмте.- сказала Астория, но троица стояла не подвижно.
- Нет, если мы пойдём к Хагриду, он узнает что мы видели и ему от этого будет не лучше.
- Да, надо идти.- прошептал Гарри.
Только все собрались идти как кароста начала визжать и вырваться из рук Рона.— Короста, сиди спокойно, — приговаривал Рон вполголоса, придерживая нагрудный карман, — крыса неистово рвалась на волю. Рону пришлось ещё раз остановиться, чтобы запихнуть её поглубже.
— Что с тобой, дурацкое ты животное? Сиди тихо! Ой! Она укусила меня!
- Смотрите,- Блэк указала рукой куда-то недалеко.
- это же Живоглот.
И в правду, Живоглот приближался к четвёрке. Тем самым крыса, ещё сильнее вырвалась из рук.
— Глотик! — ужаснулась Гермиона. — Брысь! Пошёл прочь!
Но кот был уже совсем рядом.
— Короста! Стой!
Поздно! Крыса вывернулась из стиснутых пальцев Рона, соскочила на землю и припустила во весь дух. Великолепным прыжком Живоглот бросился за ней, и в тот же миг Рон, забыв о мантии-невидимке, тоже ринулся во тьму.
Троица переглянулась и со всех ног помчались следом. Но, закутавшись в одну мантию, далеко не убежишь — друзья скинули её, и она теперь вилась за спиной как знамя. Впереди слышались топот Рона и его крики:
— Живоглот, пшёл отсюда! Короста, ко мне!
Возгласы сменил глухой звук падения.
Тройка едва не перелетели через Рона, затормозив перед самым его носом. Парень растянулся на земле, но крыса вновь была у него в кармане, и Рон обеими руками прижимал к себе съёжившийся дрожащий комок.
— Рон, скорее лезь под мантию… — Гермиона тяжело дышала. — Дамблдор… Министр… Они через минуту возвращаются…
Но не успели друзья укрыться мантией, едва перевели дух, как послышались тяжёлые шаги огромных мягких лап. Прямо на них из темноты скакал гигантский угольно-чёрный пёс.
Пёс сначала сбил с ног Гарри, и когда тот пытался встать начинал рычать.
Дальше пёс решил набросился на Рона и Асторию, что стояли рядом. Но Уизли оказавшись храбрецом приняв удар на себя. Пёс вцепился в него своими зубами.
Лежав на земле на юную Блэк обрушился ещё один удар, не пойми откуда. И кажется. Прям по бедру.
- Люмос.- сказала она, почти не обращая на боль внимания.
Огонь на конце палочки высветил из темноты корявый ствол дерева — погоня за Коростой привела их прямо под сень Гремучей ивы, и её ветви, скрипя, словно под сильным ветром, хлестали во все стороны.
И там, у основания бугристого ствола, Ригель увидела чёрного пса; тот затаскивал Рона в широкий подземный провал меж корней. Рон отчаянно сопротивлялся, но его голова и полтуловища уже сползли в дыру.
— Рон! — закричал Гарри, кидаясь на подмогу, но здоровенная ветвь беспощадно просвистела в воздухе, и его опять отшвырнуло назад.
Астория тоже пыталась встать, но огромная ветка снова откинула её назад, ударил по ключице.
Друзья пытались пробраться сквозь ветки.
— На помощь, на помощь, — отчаянно шептала Гермиона, переступая с ноги на ногу.
— Хоть кто-нибудь…
Откликнулся, как ни странно, Живоглот. Он по-змеиному скользнул между свирепых ветвей и передними лапами упёрся в какой-то нарост на стволе Ивы.
- Я люблю этого кота.- сказала Астория смотря на всю ситуацию.
И дерево, будто окаменев, замерло — не шевелился ни один листик.
— Глотик! — ошарашено воскликнула Гермиона, до боли сжав руку Тори.
— Как он мог это знать?
— Они с той собачкой друзья, — буркнул Гарри.
— Я видел их вместе. Идём. Держи наготове волшебную палочку.
В считанные секунды они были у ствола Ивы.
— Вперёд! — позвал Гарри и, пригнувшись, бросился вслед за Живоглотом.
— Куда ведёт этот тоннель? — чуть слышно спросила Гермиона.
— Не знаю… Он отмечен на Карте Мародёров, но Фред с Джорджем говорили, что им никто никогда не пользовался. Он ведёт за пределы Карты, но кончается, скорее всего, в Хогсмиде…
Они очень спешили, хотя двигаться пришлось чуть не на четвереньках. Впереди маячил пушистый хвост Живоглота, то исчезая, то вновь появляясь.
Но вот тоннель пошёл вверх, затем свернул, и Живоглот куда-то исчез. Сбоку был виден слабый свет, падающий из какой-то дыры. Они с Гермионой и Гарии на мгновение замерли, переведя дух, подошли к ней, подняли волшебные палочки и заглянули внутрь.
С той стороны оказалась комната — пыльная и разорённая. Обои клочьями свисали со стен, весь пол в грязи, мебель сломана, словно кто-то её крушил, окна заколочены досками.
Астория взглянул на Гермиону, вид у неё был изрядно напуганный, но она согласно кивнула.
Гарри первый протиснулся в проём. Потом Астория. Комната была пуста, но справа виднелась открытая дверь, ведущая в полутёмный коридор. Гермиона снова сжала руку Тори, её широко открытые глаза пробежали по забитым окнам.
— Это Визжащая Хижина. - больше как факт сказала Тори.
Над головами у них послышался какой-то скрип — на втором этаже явно что-то происходило.
Тихо вышли в прихожую и начали подниматься по шаткой лестнице. Всё вокруг покрывал толстый слой пыли, но на полу виднелась широкая чистая полоса: видно, что-то тащили наверх, и совсем недавно.
Поднялись на тёмную площадку.
— Нокс, — произнесли вместе как можно тише, и свет на концах палочек погас. Перед ними была единственная чуть приоткрытая дверь. Подкравшись, они услышали внутри какое-то движение, чей-то приглушённый стон и короткое басовитое мурлыканье. Друзья в последний раз обменялись взглядами и кивками.
Твёрдой рукой выставив перед собой волшебную палочку, Гарри ударом ноги широко распахнул дверь. На великолепной кровати с пыльным пологом на четырёх столбах возлежал Живоглот. Увидев вошедших, он опять громко заурчал. А рядом с кроватью на полу, обхватив ладонями ногу, вывернутую под неестественным углом, сидел Рон.
Гарри, Астория и Гермиона бросились к нему.
— Рон, как ты?
— А где пёс?
— Это вообще не пёс, Гарри, — выдохнул Рон, скрипя зубами от боли.
— Это ловушка…
— А чем ты?- спросила Тори.
— Это он… Анимаг…
Взгляд Рона был устремлён поверх плеча доузей.
Какой-то человек, скрытый тенью, громко захлопнул дверь в комнату.
Грива спутанных грязных волос свисала ниже плеч; не будь глаз, горевших в глубоких глазницах, его можно было бы принять за мертвеца — воскового цвета кожа так туго обтягивала кости лица, что оно походило на череп, жёлтые зубы оскалились в усмешке. Это был Сириус Блэк.
— Экспеллиармус! — каркнул он, направив на друзей волшебную палочку Рона.
Палочки Гарри, Астории и Гермионы вырвались из рук и, взмыв в воздух, оказались у Блэка.
- Вау...- прошептала его дочь.
Не сводя глаз с Гарри, он подошёл ближе.
— Я так и знал, что ты придёшь помочь другу. — Голос Блэка звучал неровно, надтреснуто, как будто он давно разучился говорить.
— Твой отец сделал бы то же самое для меня… Храбрый ты парень, не побежал за преподавателями… Прими мою признательность… это всё упрощает…
Гарри вырвался вперёд но его остановило 4 руки.
- Не надо Гарри...- прошептала Астория.
Рон же, поднявшийся на ноги несмотря на боль, повернулся к Блэку.
— Если ты хочешь убить Гарри, тебе придётся убить и нас вместе с ним! — яростно крикнул он, побледнел ещё больше и от слабости его шатнуло в сторону.Что-то вспыхнуло в тёмных глазах Блэка.
— Ты лучше ляг, — спокойно сказал он.
— А то ещё больше повредишь ногу, ты тоже.- сказал он сначала Рону, потом Астории.
И только тогда Астория вспомнила про удары от веток.
Её бедро кровоточило, джинсы порваны, на ключице огромная, широкая царапина из которой тоже шла кровь.
Странно. Но Астория послушалась и опустилась на место где до этого сидел Рон.
— Ты слышал? — спросил Рон нетвёрдым голосом. С силой вцепившись в плечо Гарри, он как-то сумел удержаться на ногах. — Тебе придётся убить всех троих!
Усмешка Блэка стала шире.
— Только один умрёт этой ночью…
То ли ошеломлённый нелепостью атаки, то ли ещё по какой причине, но Блэк не воспользовался волшебной палочкой. Одной рукой Гарри крепко схватил высохшее запястье Блэка, стараясь его обезоружить, а вторая рука, сжатая в кулак, врезалась костяшками во вражескую скулу и они оба отлетели к стене.
Гермиона пронзительно завизжала, Рон испустил боевой клич, Астория просто наблюдала, что-то не сходилось в её голове. Полыхнула ослепительная вспышка — из волшебных палочек в руке Блэка хлестнула огненная струя, прошедшая в каком-то дюйме от лица Гарри.
Но тут Блэк дотянулся до горла Гарри.
— Ну уж нет, — прошипел он. — Слишком долго я ждал…
Костлявые пальцы сжимались, Гарри задыхался, очки съехали набок. Краем глаза он увидел, как где-то рядом мелькнула нога Гермионы, и Блэк неожиданно отпустил его, вскрикнув от боли; Рон повис на руке Блэка, в которой были волшебные палочки, и Гарри услышал, как что-то стукнуло.
Напрягшись, он высвободился из клубка сцепившихся тел и вдруг увидел свою волшебную палочку, откатившуюся далеко в угол. Он кинулся за ней, но…
— Мяу!
В битву вступил Живоглот — все когти его передних лап глубоко впились в руку Гарри. Мальчик отшвырнул его, а кот сейчас же бросился к волшебной палочке.
— Брысь! — Гарри замахнулся пнуть Живоглота, но тот, возмущённо фыркнув, успел отпрянуть в сторону. Гарри схватил палочку и повернулся. — Отойдите! — скомандовал он Рону и Гермионе.
Им повторять дважды не требовалось. Гермиона, с кровоточащей губой, отдуваясь, отбежала прочь, не забыв, однако, по пути схватить свою, Тори и Рона палочки. Рон дополз до необъятной кровати и повалился на неё, придерживая сломанную ногу, рядом с Асторией,— его лицо из просто бледного стало каким-то зеленоватым.
Гермиона передала Блэк её палочку.
Блэк полулежал, прислонясь спиной к стене, его впалая грудь часто вздымалась и опускалась, глаза неотрывно следили за Гарри, который медленно подошёл к нему и направил волшебную палочку Блэку прямо в сердце.
— Что, Гарри, собираешься убить меня? — прохрипел тот.
Гарри остановился над врагом, палочка смотрела Блэку в грудь. Вокруг левого глаза беглеца расплывался багровый кровоподтёк, из носа текла кровь.
— Ты убил моих родителей. — Голос Гарри чуть дрожал, но рука с волшебной палочкой оставалась твёрдой.
Блэк смотрел на него запавшими глазами.
— Я и не отрицаю, — почти шёпотом сказал он.
— Но если бы ты знал всю историю с начала до конца…
— Всю историю? — Ярость стучала у Гарри в висках.
— Ты продал их Волан-де-Морту — вот всё, что мне нужно знать!
— Тебе придётся выслушать меня. — Голос Блэка зазвучал настойчивее.
— Ты пожалеешь, если не… если не узнаешь…
— Я знаю гораздо больше, чем ты думаешь, — ответил Гарри, и его голос дрожал всё сильнее.
— Ты ведь никогда не слышал, что она тогда кричала? Моя мама… Волан-де-Морт хотел убить меня… А она пыталась его остановить… Ты виноват во всём… И всё из-за тебя…
- Гарри, - крикнула Астория.
В этот самый миг мимо Гарри метнулась рыжая молния, Живоглот прыгнул на Блэка и распластался у него на груди, заслонив его. Блэк моргнул, скосил на него глаза.
— Уйди, — буркнул он, стараясь отцепить кота.
Но кот крепко вцепился когтями в мантию Блэка. Повернув к Гарри странную курносую морду, он уставился на него жёлтыми глазищами. Глядя на кота, Гермиона судорожно вздохнула.
- ты же не убьёшь кота Гарри?- спросила тихо Астория.
Вдруг внизу послышались шаги, там явно кто-то ходил.
— Мы здесь! — неожиданно крикнула Гермиона. — Здесь, наверху! С нами Сириус Блэк! Скорее!
Дверь с грохотом распахнулась,
В потоке красных искр в комнату ворвался профессор Люпин — в лице ни кровинки, в поднятой руке волшебная палочка. Его горящий взгляд скользнул от Рона, лежавшего на кровати и Астории рядом с ним, к Гермионе, прижавшейся к стене, от неё — к Гарри, который замер с палочкой над Блэком, и остановился на самом Блэке, поверженном и окровавленном у ног Гарри.
— Экспеллиармус! — приказал Люпин. Волшебная палочка Гарри снова вылетела из его рук; та же участь постигла и две другие, что держала Гермиона. Люпин проворно схватил их и прошёл внутрь комнаты, не спуская глаз с Блэка. У того на груди по-прежнему сидел Живоглот.
Свою же палочку Астория решила припрятать под кофтой.
Профессор Люпин заговорил необычным взволнованным голосом:
— Где он, Сириус?
Лицо узника решительно ничего не выражало, минуту он лежал не шелохнувшись, потом очень медленно поднял руку и указал на Рона.
— Но тогда… — Люпин глядел на Блэка так пристально, словно пытался прочитать его мысли.
— Почему он до сих пор не открыл себя? Разве что…
— Глаза Люпина расширились, как будто он увидел позади Блэка нечто такое, чего не видел никто другой.
— Разве что это был он… Он, а не ты?.. Но ты не успел мне это сказать.
Блэк, не сводя с Люпина немигающего взгляда исподлобья, чуть приметно кивнул.
Никто ничего не понимал, Астория решила порассцждать.
Фраза ,, Он, а не ты,, речь явно о преступлении и хранителя тайны. В то время были два человека: Сириус Блэк и Питер Петигрю. Так. Что мы знаем о Питере Петигрю. Он мёртв, и от него остался один палец. Но почему Сириус показал на Рона? А если это не Рон? КАРОСТА. Лунатик, Бродяга, сохатый и хвост четверо друзей, трое анимаги. Значит питер Петигрю Анимаг. А у Коросты как раз нет одного пальца. Значит Питер Петигрю был хранителем тайны, и по его причине родители Гарри мертвы. А значит Сириус не виновен. МОЙ. МАТЬ ЕГО. ОТЕЦ. НЕ. ВИНОВЕН.
Из мыслей её вывел голос.
— Вы… вы…
— Гермиона…
— Вы с ним…
— Гермиона, успокойся…
— Я никому ничего не говорила! — взорвалась Гермиона. — Я скрывала правду ради вас!
— Гермиона, пожалуйста, выслушай меня! — гаркнул Люпин.
— Я всё сейчас объясню…
— Я верил вам! — от волнения у него срывался голос. — А вы всё это время были его другом!
— Это не так! — возразил Люпин.
— Я не был ему другом двенадцать лет… Но теперь стал им снова… Дай мне объяснить…
— Не верь ему! — надрывалась Гермиона.
— Не верь, Гарри. Это он помогает Блэку проникать в замок, он тоже хочет тебя убить.
- Нет, Гермиона не говори. - пыталась заткнуть её Тори.
Он оборотень!
Наступила звенящая тишина. Теперь все взоры были прикованы к Люпину. А он оставался на удивление спокоен, хотя и побледнел. А Астория громко вздохнула и опустила голову, но тут же подняла обратно из-за боли.
— Не всё меряется обычной меркой, Гермиона. Ты угадала из трёх раз всего один. Я не помогал Сириусу проникнуть в замок и, уж конечно, не желаю Гарри смерти… — Непривычная судорога пробежала по его лицу.
— Но не буду спорить — я действительно оборотень.
Рон предпринял ещё одну героическую попытку подняться, но, застонав, тут же повалился обратно. Люпин с тревогой поспешил к нему, но тот лишь с отвращением отпрянул: «Отойди от меня, оборотень!»
Потом Люпин повернулся к Астории.
- Не стоит, - прошептала Тори, но не смогла скрыть улыбку.
- Ты ведь всё поняла? Да? Как давно?- так же шёпотом и с улыбкой спросил Люпин.
- две минуты четыре секунды.
Несильно, но шок в глазах Люпина был виден и он, повернулся к Гермионе.
— Давно ты узнала?
— Давно, — нехотя призналась та. — Когда писала реферат для профессора Снегга.
— Он будет в восторге, — холодно заметил Люпин.
— Снегг и затеял этот реферат, потому что надеялся, кто-нибудь да сообразит, что означают симптомы моей болезни… Ты, наверное, проследила по лунному календарю, что я заболеваю всегда в полнолуние? Или обратила внимание на то, что, увидев меня, боггарт превращался в луну?
— И то и другое, — ответила Гермиона. Люпин невесело засмеялся.
— Дамблдор пригласил вас преподавать, зная, что вы оборотень? — Рон задохнулся от изумления.
— Он что, с ума сошёл?
— Многие именно так и думают, — кивнул Люпин.
— Как только он ни убеждал преподавателей, что я не опасен!
— На этот раз он ошибся! — не выдержал Гарри.
— Вы всё время помогали ему! — Он указал на Блэка.
Тот подошёл к кровати и сел рядом с дочерью, закрыв лицо трясущимися руками. Живоглот вспрыгнул на постель рядом и, мурлыча, уселся Астории на колени. Рон, придерживая ногу, отодвинулся.
— Я не помогал Сириусу, — повторил Люпин.
— И если вы дадите наконец мне возможность, я вам всё объясню.
Определив, какая палочка кому принадлежит, он одну за другой бросил их хозяевам. Гарри растерянно поймал свою.
— Ну вот. — Люпин засунул собственную палочку за пояс. — Вы вооружены, мы — нет. Теперь вы готовы слушать?
- как нога? Не болит? - вот тут Астория мягко говоря, реально Ахринела. Отец, которого она её видела 13 лет. ПЕРЕЖИВАЕТ ЗА НЕЁ? Сказала бы кто-то об этом 2 года назад, она бы смело рассмеялась ему в лицо.
- Я её не чувствую. - Холод и строгость - молодец Тори, лучший способ поговорить с отцом.
- Позволишь?
И тот не дожидаясь ответа обаернул кусками ткани рану, чтоб кровь перестала идти.
- Спасибо. - Тихо. Очень тихо. Сказала Тори. Но Сириус услышал, и что-то тёплое залилось в груди.
— Это не крыса, — Сириус вернулся к разговору.
— Что вы такое говорите? Конечно, крыса.
— Нет, не крыса, — негромко подтвердил Люпин. — Ты держишь за хвост волшебника.
— По имени Питер Петтигрю, — добавила Астория. — Он анимаг.