11
Подъехали к той самой заправке быстрее, чем я себе представляла. За разговорами, вопросами и мыслями время даже не поспевало.
— Воду и-иии, — помахиваю рукой в воздухе, как бы говоря Лили, чтобы она закончила мою мысль.
— Мармелад, чипсы, шоколадки?
— Что хочешь, — киваю ей, и она убегает в магазин при заправке.
Я уже оплатила, поэтому сейчас закрывала бак машины и собиралась чуть отъехать, как тут передо мной возникла шумная группа парней.
— ...нет, короче она согласилась прийти с подружками! — слышалось из компании. Я не придала им особого значения, они вроде направлялись в магазин, куда я также посмотрела, ища взглядом Лили. Стоит на кассе.
— Ну привет, — не обделили вниманием, какая неудача.
— Мы знакомы? — сцепляю руки на груди и со всей серьезностью наблюдаю за ними. Парочка ушли в тот самый магазин, а вот четверо остались здесь.
— Не думаю, но самое время.
На меня с какой-то жадностью и нездоровой заинтересованностью пялился один из них. Глаза непонятного оттенка почти прожигали меня, отчего хотелось послать его намного грубее, чем позволяло мне это положение.
— Не думаю, — снова смотрю на дорожку к магазину, откуда уже бежала Лили.
— Платёж не проходил долго, у них неполадки с терминалом, — запыхавшись, подбегает ко мне. Открываю ей дверь и девочка, больше ничего не говоря, усаживается в салон.
— Сестра? Её можно завести домой и хорошо повеселиться, детка!
Смеюсь над ними и качаю головой. Такой реакции парни не поняли, а я удивилась, как они не заметили живот.
— Нет-нет, это моя дочь. А вам захотелось новых ощущений? Устроить оргию с участием беременной? Я пас, муж будет против, — под их ошарашенными взглядами обхожу автомобиль и открываю водительскую дверь. — Приятно было пообщаться.
— Она реально в положении, дебил, — парень с тёмной кожей стукнул по плечу друга, а тот только развёл руками.
— Ей на вид лет 16, чувак.
— Перепихон с беременной захотел?
Они ещё стояли и глупо пялились, пока я уже уезжала.
— Я видела у них шипучки.
— Ужасный наркотик, — фыркаю и расслабляюсь, когда впереди виднеется только ровная прямая.
— Почему?
— Сейчас я конечно уже не знаю, но на момент, когда он только начинал делать их, действие подходило скорее не для расслабления. У меня повышалась возбудимость, сознание мутнело, а после жутко резало живот. На данный момент формула уже другая и действие соответственно тоже...
— Но у тебя остались дурные воспоминания? — завершила мою мысль.
— Именно.
— Зачем ты их принимала? Папа тебя принуждал?
Я колебалась, прежде чем ответить.
— И да, и нет. Сначала так и было, после... Я бы не смогла ужиться с ним, если бы не принимала наркотики любого вида.
Эта тема была для меня не самой лучшей. Если поначалу отношения с ним меня устраивали, то позже он менялся. Пользовался моей слабостью, тем, что единственный отказ, который он мог бы получить от меня, это словесный и тот не мог его остановить. Не знаю, почему, но это уже случилось, не хочу думать об этом.
— Аа-а, — задумчиво протянула она и повернулась на месте ко мне корпусом. — А во время беременности, я имею в виду... он не изменился?
— Не хватит целого века, чтобы понять этого человека. Сначала, первые месяцы, всё было также. Позже, когда боли в животе становились невыносимыми, он запретил мне принимать и стал более внимательным что ли...
Минута в тишине, пока мы обе думали о разном.
— Я могла не родиться, — задумчиво прошептала девушка.
— Кёрц был против аборта, срок, когда мы узнали, был очень поздним. Без вреда мне бы это не обошлось.
Я не хочу признаваться в этом кому-либо, но самой себе уже давно высказалась. Сейчас, видя этого удивительного умного ребёнка, я была только рада тому, что когда-то она родилась. Красивейшая девочка, без которой я не представляю своей жизни более.
— Приехали.
Лили удивленно вскидывает брови и с трудом вылезает из машины.
— Вы жили здесь? — блокирую машину и беру девочку за руку. Здесь не самое безопасное место.
Она не ожидала увидеть такое место. Дом совсем не изменился, тем более, мы бывали здесь год назад. Просто чтобы вспомнить.
— Держись рядом со мной, поняла? Никуда не отходи.
Заходим в подъезд, где пахло сыростью, пылью и другой, не самой приятной, жидкостью. Поднимаемся на последний третий этаж и заходим в темный коридор. Лампу никто не меняет.
Маленькая ручка крепче сжимает мои пальцы. Неужто испугалась маленькая? Я сама хороша, нашла место, куда отвезти ребёнка.
Мне не требуется свет, чтобы вставить ключ в замочную скважину. Слишком хорошо я знаю это место, слишком многое здесь случилось. Входим в квартиру, и я запираю дверь, включая свет. Рабочей осталась только одна лампа, на столе. Пока дочь осматривается, я присаживаюсь на постель и поглаживаю постельное. Как же хорошо мне было на этой кровати...
— Здесь очень тяжело находиться, — вымолвила девочка так, словно задыхалась. И я понимала её. Это место имело свою энергетику.
Я хотела ответить ей, но телефонный звонок прервал меня.
— Да?
— Табита, где вы? — слышу в его голосе беспокойство. Что случилось?
— Если ты спрашиваешь, значит и сам всё знаешь.
— Чёрт! Быстро уходите оттуда! — отодвигаю трубку в сторону от грубости его тона.
— Почему? Что случилось?
— Слушай меня, просто уходите.
— Объясни мне, мать твою, что происходит?! — Лили недоуменно посмотрела на меня, не понимая, почему я ругаюсь.
— Бунтовщики.
Я нервно сглотнула. Глаза расширились от волнения.
— Чёрт!
— Не сбрасывай трубку.
Быстро засовываю телефон в карман с включённым вызовом.
Бунтовщики — это гражданские, которые своими беспорядками пытаются найти управу на наркоторговцев. Пожары, избиения, демонстрационные видео в социальные сети на специальные страницы. Им было бы плевать даже на меня, безобидную и с ребёнком. Они сейчас весь этот дом тормошить будут.
— Иди ко мне, — послушно подбегает, и я беру её на руки, крепко прижимая к себе тоненькое тело.
Это странное ощущение, я будто пытаюсь спрятать её в себе.
— Мама, что такое? — выбегаю из комнаты, уже слыша крики с лестницы и этажей. Бьются бутылки.
Закрываю дверь и ужасаюсь. Лестницы в огне.
— Ублюдки, — шиплю себе под нос и бегу в противоположную сторону.
Окно, за которым пожарная лестница. Прежде всего, ставлю туда Лили и, еле справляясь со своим трясущимся телом, вылезаю следом за ней. Внизу никого не было. Осталось только проскочить к машине. Вновь беру девочку на руки и быстро спускаюсь вниз. Замираю у угла здания и выглядываю. На входе стоит пара парней в масках. Смелости приходить сюда и поджигать мирных у них предостаточно, а вот показать лица уже нет. Ну как же! Народ должен знать своих героев в лицо!
Те, кто стояли на «стреме» разговорились. Я воспользовалась этим и быстренько, через стволы деревьев, проскочила к машине.
— Быстро! — Лили пулей занимает своё место, так же, как и я.
Всё ещё не могу восстановить дыхание. Судорожно вздыхаю и выруливаю машину, желая только поскорее убраться отсюда.
Только когда выехала на главную дорогу, подключила телефон к машине.
— Ты на громкой, — говорю ему и, наконец, могу расслабиться. Сидящая рядом Лили совсем спокойная, она не понимала до конца всего произошедшего и того, что ей что-то угрожало.
Я понимаю, он недоволен тем, что я включила громкую связь, ведь самое время меня отчитать по всем статьям, но Кёрц только спрашивает:
— С вами всё в порядке? — его твёрдый тон даёт мне понять, что он ещё перезвонит, если конечно он не разозлился до той степени, когда на звонки не остаётся терпения, и всё задуманное он воплощает на физическом контакте.
Смотрю на Лили, и она вполне спокойно отвечает.
— Да, всё хорошо.
— Отлично. Табита, я перезвоню.
Так и знала.
***
— Какой черт вас туда потащил?!
— Ммм, не кричи так, уже поздно.
— Не кричать?! Ты вообще понимаешь, что могло случиться?!
— Успокойся, всё же хорошо, чего ты взбеленился? — ставлю телефон на громкую связь и прижимаюсь щекой к подушке, прикрывая глаза.
— Табита, я был бессилен, и если бы что-то случилось, я бы не смог никак вам помочь.
— Это не так.
— Всё ты знаешь.
И я знаю. Если бы у него не было людей в той группе, он бы сам приехал.
— Ты же сам говорил провести время с дочерью. Как могла, дорогой. Тем более она должна была увидеть то место.
Слышу его шумный выдох, сейчас он точно ущипнул переносицу от напряжения.
Через некоторое время общего молчания я считаю уместным перевести тему.
— Чем сегодня занимались?
— Встреча с Окай, больше ничего.
— Расскажи о них.
— Ничего выдающегося. Владеют несколькими отелями и дополнительное, по мелочи.
— Хотят впихнуть туда наркоту?
— Именно. Ладно, давай Таби, ты уже почти спишь. Спокойной ночи.
— Спокойной.
Он сам сбрасывает, а я переворачиваюсь на другой бок и почти сразу засыпаю.