53. Нет больше сил
Сил реветь в подушку больше не было. Кажется, я выплакала все слёзы за эту неделю и теперь от меня осталась лишь сухая оболочка, доживающая последние дни в родном городе, словно робот. Я не стала спорить с мамой, потому что прекрасно понимаю – и так зашла слишком далеко, ничего не изменится. Возможно, так даже будет лучше. Я просто тихо исчезну, забрав с собой угрозу, нависшую над Чонгуком. Это невыносимо больно и ужасно тяжело, но только когда в моей жизни появился он – я поняла, как многим готова пожертвовать ради спокойствия и безопасности дорогого мне человека. Мой мир всегда заканчивался за пределами моей комнаты, где я проживала дни в окружении книг и любимых старых фильмов. Но теперь мой мир лишь там, где Чонгук, и пока он в порядке, я счастлива, даже если нахожусь далеко от него. Я хочу сохранить его, чего бы мне это ни стоило на самом деле.
К Чону я так и не зашла, решив сохранить свой отъезд в тайне. Он не должен пытаться это изменить, потому что я так решила. Я сама. Впервые. Может быть, это не самое разумное моё решение, но пока другого выхода не вижу. Так будет лучше... Нет... Так я просто чувствую себя не настолько эгоистичной, какой была бы, если бы заставила его решать все мои проблемы, тем самым подставляя под угрозу. Я сама сделала этот выбор, пусть даже сотню раз о нём пожалею.
В пятницу я собиралась уйти в начале последнего урока. Задержаться лишь на пару минут, чтобы в последний раз посмотреть, как он входит в класс. Это маленькая слабость, которую я не смогла себе не позволить. Просто увидеть Чонгука напоследок и сказать, как сильно люблю, хоть он этого не услышит.
Но мои планы нарушил неожиданный звонок от мамы, раздавшийся после пятого урока.
— Чеён, задержись сегодня после занятий у преподавателя литературы, — заговорила женщина строго, чем немало меня удивила. Она просит задержаться у Чонгука? Для чего? Неужели узнала что-то? — У тебя три неисправленных двойки по предмету. Мне звонила лично директриса. Не желаю, чтобы в новую школу ты переходила с плохими отметками. Учитель согласился позаниматься с тобой после уроков. Не разочаровывай меня больше, чем уже это сделала, милая, иначе мне за руку придётся привести тебя в кабинет. О твоих прогулах мы поговорим дома. До вечера, — с этими словами мама закончила разговор, оставляя меня в растерянности и недоумении. Она сама не понимает, что только что заставила меня остаться наедине с парнем, которого считает врагом номер один. Лишь бы только не узнала об этом.
Растерянность неожиданно сменило раздражение. Значит, так он со мной? Мало того, что поставил три двойки, так ещё и нажаловался директрисе. Знает ведь, что та позвонит моей маме, а она не потерпит у дочери плохих оценок и непременно заставит исправить. Это как минимум просто не честно, а как максимум – жестоко и подло. Но как бы я ни злилась на Гука за его выходку, других вариантов не оставалось. Маме не следует приходить сюда и его видеть. Придётся остаться.
Весь урок литературы я почти не смотрела на парня, в то время как он то и дело поглядывал на меня с явным самодовольством. Внутри меня всю трясло от злости и волнения, но внешне я выглядела почти невозмутимо, лишь изредка пропускала мимо ушей отдельные слова его без того короткой лекции, отвлекаясь на собственные переживания и мысли о том, что скажу ему, когда останемся вдвоём.
Как только прозвенел звонок, я резко вскочила с места, но тут же замерла, вспомнив, что никуда не могу убежать. Ученики один за другим покидали класс, а я так и продолжала неподвижно стоять возле своей парты, разглядывая пол. Последней вышла Ли Джиён, которая бросила на нас весьма недвусмысленный взгляд и закрыла за собой дверь снаружи. Господи, только бы не рассказала маме.
— Вы поступили подло, Учитель Чон, — первой заговорила я, как только за одноклассницей закрылась дверь. — Сами говорили, что не любите стукачей, а теперь так легко сдали меня директрисе и моей маме.
— Считай, моё самолюбие после этого пострадало, — фыркнул парень, поднимаясь со своего кресла. Я отступила немного назад, но он вдруг прошел мимо меня к двери и запер её изнутри на ключ, спрятав его в карман джинсов. Хотела было возмутиться по этому поводу, но Чонгук не дал сказать и слова, продолжая: — Лучше скажи мне, Бурундук Чэнн, почему об отъезде своей девушки я узнаю от директрисы, а не от неё самой? Или ты собиралась отправить мне об этом сообщение, когда доберёшься? — Он снова прошел мимо меня, на этот раз, чтобы одну за другой задёрнуть плотные шторы. Меня пугало его поведение, поэтому неосознанно я вцепилась в уголок парты, прижавшись к ней, насколько возможно близко.
— Ты не должен был ничего узнать, — прошептала, не находя в себе сил даже повернуться к нему. — Так было бы...
— Лучше? — послышался сзади насмешливый голос, заставивший обернуться. Даже не заметила, когда Гук зашел мне за спину. Он вроде бы ухмылялся, но в голубых глазах читалась нескрываемая злость, от которой мне вдруг стало совсем страшно. Я попятилась назад, пока в спину мне не упёрся уголок его рабочего стола, а парень не навис надо мной, заключая в ловушку. — Довольно, Бурундук Чэнн, больше я этого не потерплю.
— Скоро я уеду и тебе не придётся... — пробормотала робко, отодвигаясь подальше назад, почти откидываясь на стоящий позади стол. Не успела пискнуть, как парень рывком усадил меня на него, становясь между раздвинутыми коленями.
— Никуда ты не уедешь, — прошипел Чонгук, склонившись к уху. — Я в лепёшку расшибусь, но ты останешься в этом городе. Со мной.
— Уже поздно, — попробовала вразумить его я, в то время как мозг снова дурманили до боли знакомые запахи. — Всё решено. Позволь мне хоть раз принять решение. Я уезжаю в Питер.
— Это не твоё решение, — уверенно проговорил он, приподнимая за подбородок мою голову, чтобы смотрела в глаза. — Чьё угодно: твоей безумной мамаши, тараканов в твоей голове или той серой мышки, что всё ещё живёт где-то внутри тебя, но не твоё.
— Не думай, что знаешь меня так хорошо, — качнула головой, кусая губу, чтобы не дать вновь прорваться слезам. Больше всего на свете не хотелось показывать ему, как мне сейчас плохо. Я толкнула парня ладонями в грудь в попытке вырваться. — Отпусти!
— Чеён, которую я знаю, не сдаётся так просто, — продолжал брюнет, даже не пошевелившись, всё так же упрямо смотря мне в глаза.
— Значит, не ту Чеён ты знаешь! — закричала я, не выдерживая, ещё раз с силой толкая его в грудь. — Я сдаюсь, Чонгук! Потому что у меня нет других вариантов, ты слышишь? — По щеке предательски скатилась слеза, но я уже не обращала на неё никакого внимания. — У меня не осталось другого выхода. Это единственный способ тебя спасти! Единственный способ не сорваться и не выдать нас по глупости, единственная возможность заставить родителей оставить тебя в покое! Только так ты будешь в безопасности!
— А нужна ли мне эта безопасность, ты спросить не забыла? — повысил голос он, с силой сжимая меня в объятьях, чтобы не могла пошевелиться. — Устраивают ли меня эти грёбаные варианты? Нужно ли мне чёртово спокойствие без тебя?
— Я всё решила, _ шепнула хрипло, пользуясь затянувшимся молчанием. — Хоть раз прояви уважение к моему выбору, прошу тебя.
Несколько секунд Гук молчал, вглядываясь в мои глаза, будто бы пытаясь прочесть в них что-то. Но потом вдруг разжал объятья и отступил, позволяя мне слезть со стола.
— Иди, — позволил он, отворачиваясь к окну и скрещивая руки на груди. — Я могу уберечь тебя от чего угодно, Бурундук Чэнн, только не от самой себя.
— Меня не нужно беречь, я уже давно не так беззащитна, — ответила, медленно слезая со стола и проходя мимо него. — Прощай, Чонгук.
Спасибо, что дочитали данную главу, люблю каждого ❤️