Часть 20
По возвращении домой девушка перво-наперво поцеловала детей в макушки и принялась собирать их вещи. Была глубокая ночь, но она уже решила для себя, что они уедут.
— Плохой было идеей ехать... — произнесла она, чувствуя на себе взгляд Тэхёна прямо в спину.
— Может хотя бы на ночь останешься? — сонно тот протянул. — Ты ему хотя бы сказала? Не моё конечно дело, и я знаю, что уже достал с этим, ей богу как отец... Но, я ведь не всегда могу оказаться рядом и помочь, им нужен отец Т/И, какой он бы ни был, но он им нужен.
Тэхён в этот момент вспомнил своего отца. Приходил часто пьяный домой после очередного концерта или посиделок с друзьями, но он любил Тэхёна, хоть и не особо умел это показывать.
— Думаешь, Мины, узнав правду, позволят мне и дальше воспитывать их? Они девочек заберут, а меня и за порог не пустят. — впервые она заговорила хотя бы о принадлежности, — они всегда делают то, что им хочется и неважно, сколько при этом пострадает человек.
— Никогда не понимал откуда ты всегда сразу же делаешь выводы? Может он не такой?
А Юнги и не был таким. Постоянно находясь рядом с отцом, Юнги всегда делал для себя определённые выводы, что можно делать, а что нет. К тому же он понимал, что рано или поздно, если брат не согласится занять место отца, то его займёт он. Юнги никогда не хотел быть похожим на отца, даже по отношению к детям тот был жесток. Иногда Юнги даже было завидно его матери, что та получала всегда всю теплоту и заботу, которую хотел получить и младший из сыновей Мина, да и всю правду о самом старшем, первом брате парень знал.
***
— Милый, — блондинка сзади Юнги обнимает за шею, — смотри, какое колечко я прикупила. Тебе нравится? — спросила она миловидно. Алиса Макгормерри — зеленоглазая блондинка. Да, у нее было все, хорошая родословная, богатые родители и умение тратить капиталы, но только это все равно... была не она.
— Свали, раздражаешь... — тихо процедил сквозь зубы парень, выдыхая дым от тонкой сигары.
После того как он увидел Т/И, снова смог поцеловать её и обнять, Алиса просто ему стала противна. Парень её чуть ли на дух не переносил.
— Завтра ты уезжаешь обратно в Америку, я уже распорядился что бы твои вещи собрали, — продолжил свою мысль парень, скидывая её руки с себя.
Пройдя к креслу, он сел в него откинувшись на спинку и вновь выдохнул едкий дым.
— Ты же знаешь, как для твоего отца важны взаимоотношения с моим. Не будь букой, или мне придется ему сказать, что ты был со мной груб. — она с кровати поднялась, — Кстати... Я знаю о той потаскушке из твоего прошлого. Одно мое слово, и завтра ее придется из морга забирать, не думай, что ты тут самый умный. Деток жалко... Как же они будут по мамочке скучать...
— Даже пальцем не смей ее тронуть. Ты и мизинца Т/И не стоишь. Не забывай, что моя семья влиятельней твоей. И к тому же, Намджун не допустит что бы кто-либо тронул его дочь, или думаешь я и правда идиот, который будет вестись на красивые глазки и бегать вокруг тебя? Даже не мечтай, я всё сказал. Теперь свали, бесишь, — на спокойном тоне тот всё это сказал монотонно. Он поднялся с кресла, туша сигару о пепельницу, и поправив рубашку, взял со спинки кресла пиджак, который накинул на плечи, а после из комнаты вышел.
Стоя уже в родительском доме перед кабинетом отца, парень нервно взглотнул подступивший ком в горле. Либо он сейчас с ним поговорит, хоть тот пусть его убьёт на месте, либо уже никогда.
Открыв дверь и переступив порог, он ту прикрыл за собой и встал ровно перед столом смотря на родителя.
— Так, о чем ты хотел поговорить? Если ты хотел сообщить что убил своего брата, то я уже знаю, — процедил сквозь зубы еле сдерживающий себя Мин старший.
— Я отказываюсь от свадьбы, для Алисы уже взял билет в один конец в Лос-Анджелес.
— Я смирился с тем, что ты брата родного убил, я и сам не святой. Замарывал руки не раз, но идти против меня прости, уже перебор...
Поднявшись Джонхван обошёл стол и, что было сил, ударил родного сына по лицу, но тот лишь всё так же смотрел спокойно не отводя взгляда.
— Свадьба будет и это точка! Хочешь ты этого или нет! Я для твоего же будущего стараюсь! — уже повысил голос отец.
— Отец я. — не успел тот сказать даже что-либо как снова последовал удар, но уже в живот.
— Это мое конечное слово.
***
Прошло несколько дней. Наступил день торжества. Кейтлин прошла в кабинет мужа держа в руках папку.
— Я знаю, ты не скажешь, чьих рук дело смерть Шуги... И сама уже догадалась, но насчет свадьбы. Ты его даже не выслушал.
— Я ему объяснил, что и как делается в нашей семье, и пусть будет благодарен, что его тогда совсем не убил. Не хочет свадьбы, так выход у него один, либо через мой труп, либо через собственный, — тяжело вздохнув проговорил мужчина. Заметив, что жена держала в руках, он перевел уже взгляд на саму Кейт.
— Что у тебя в руках милая моя? — он на женщину кинул заинтересованный взгляд.
— Шесть лет назад мы уже заводили тот разговор, если ты помнишь. — Начала женщина. Ну, женщина ею не будет, если не припомнит, — Я спросила тебя, что будет, если наши мальчики полюбят одну и ту же девушку... ты уверил меня, что такое невозможно. Но посмотри теперь, где Шуга. — она сделала паузу, — я просила тебя оставить Ким Нмджуна в покое, из-за того, что ты не остановился вовремя, они вместе потеряли ее, а совсем недавно я узнала, — она папку раскрыла. Девушка с длинными черными волосами шла по улице, держа за ручки двух маленьких девочек как две капли похожих друг на друга.
— В погоне за тем, чтобы оставаться держаться в седле, ты потерял своих детей, а я так торопилась поспеть за тобой, что упустила все остальное... Эти дети. Я собираюсь защищать их от тебя даже ценой своей жизни. Своих я уже потеряла по твоей вине. Спрошу еще раз. Ты уверен, что эта свадьба должна состояться?
***
— Ваша карета подана, — с усмешкой в голосе произнес брюнет, засунув руки в карманы брюк чуть сгорбившись.
— Спасибо Намджун. Ты уверен, что хочешь поехать со мной? Тебя ведь тоже будут искать, — обратился уже будто к другу Юнги, смотря на мужчину.
— А мне разве не привыкать умирать? Да и для твоего папаши я давно уже помер, так что, как-то похрен, — издав смешок Намджун поправил очки в круглой оправе с черными линзами, что вечно сползали с носа, а потом добавил как-то мечтательно что ли: — хочу к семье... меня наверняка убьют, но я так давно не видел Сандру, что даже готов к этому.