обвинение
Нас собрали в одном помещении.
Холодный свет. Столы. Каменные лица.
— Решение принято, — сказал один из офицеров. — Будет арестован Пи Хан Уль. Причина — убийство Джунхо.
Тишина.
Она длилась секунду.
Потом я сорвалась.
— НЕТ!!! — мой крик ударил в стены. — ВЫ НЕ ИМЕЕТЕ ПРАВА!!!
Я шагнула вперёд, руки дрожали, голос срывался, но я не остановилась.
— Джунхо — человек моего отца! — кричала я. — Это ОН его отправил! ОН приказал меня убить!
В комнате кто-то резко выпрямился.
— Сядьте, — попытались меня остановить.
Я задрала одежду и показала живот.
— ВОТ!!! — голос сорвался в хрип. — ВОТ ЧТО ОН СДЕЛАЛ!!!
След от ножа.
И надпись, вырезанная болью: «Пи Хан Уль ♡».
— Это его руки! Его нож! — я задыхалась. — Он хотел, чтобы это выглядело как безумие! Как будто Хан Уль!
Я повернулась к ним, к каждому.
— ХАНУ ХОТЕЛИ УБИТЬ!!
— Его мать убила вторая жена его отца! Вы это проверяли?! НЕТ!
Слёзы текли, но я продолжала.
— Джунхо хотел убить меня и Хан Уля!
— Он напал первым!
— А Хан Уль… — я повернулась к нему, — ОН ПРОСТО ЗАЩИЩАЛ НАС!!!
Голос сорвался окончательно.
— ВЫ НЕ ИМЕЕТЕ ПРАВА ЕГО АРЕСТОВЫВАТЬ!!!
— ВЫ НЕ ИМЕЕТЕ ПРАВА ЗАБИРАТЬ ЕГО У НАС!!!
В комнате повисла тяжёлая пауза.
Хан Уль смотрел на меня так, будто хотел крикнуть «хватит» — не из злости, а чтобы я не сгорела.
Чжи Хо сжал решётку до побелевших пальцев.
Хана рыдала, закрыв рот ладонями.
Офицеры переглянулись.
— Это серьёзные обвинения, — сказал кто-то наконец. — Мы проверим каждое слово.
— ПРОВЕРЯЙТЕ!!! — я почти кричала. — ПРОВЕРЯЙТЕ ВСЁ!!!
Я выдохлась.
Ноги подкосились.
Но я стояла.
Я стояла перед офицерами, голос дрожал, но слова рвались наружу, как из пробитого сердца.
— Хеин связана с убийством матери Хан Уля! — кричала я. — Это его сестра, дочь второй жены!
Офицеры переглянулись, записывая каждое слово.
— А за попытки убить Хану… — я не сбавляла тон, — виновен приёмный сын этой женщины!
Секунда молчания.
Но я не замолкала.
— Они хотели убить не только Хану! — я показывала на себя, на Хан Уля. — Они хотели убить Чжи Хо!
— Они убили семью Чжи Хо!
— Потому что эти люди слишком много знали о грехах их семьи!
Хан Уль сжал кулаки.
— Молчи! — сказал он, стараясь удержать меня.
— Нет! — рявкнула я. — Я не буду молчать!
Я видела, как его глаза блестят.
Он хотел остановить меня, но я уже не могла.
Я кричала, показывала доказательства, пыталась донести правду о Джунхо и Хан Уле.
— Вы не понимаете! — голос дрожал, но не слабел. — Хан Уль защищал нас!
— А эти твари хотели убить нас всех и уничтожить всё, что знало о них!
Офицеры переглянулись.
Кто-то нервно пробежал рукой по документам.
— Довольно! — вдруг сказал один из них. — Мы отвезём вас в другую комнату для допроса.
Я поняла.
Это не наказание. Это проверка.
Но сердце сжалось.
— Нет! Я буду говорить! — закричала я, когда меня подхватили. — Не пытайтесь меня остановить!
Они меня потащили в другую комнату.
Дверь захлопнулась за спиной.
И в этот момент я знала одно: ничто уже не будет прежним.
Полицейский, сидевший напротив, сказал сухо:
— Покажите доказательства, касающиеся семьи Пи Хан Уля.
Я глубоко вдохнула.
Сняла с кармана небольшой чип.
На нём — записи, файлы, даты, лица.
— Вот, — сказала я, держа его перед ними. — Это запись о том, как вторая жена отца Хан Уля убила его мать, когда Хан Уль был ребёнком.
Офицеры переглянулись.
Документы скрипнули под их пальцами.
Каждая цифра, каждый файл — словно удар в челюсть.
— Эти доказательства подтверждают мои слова, — продолжала я. — Хан Уль тогда был ребёнком. Он не мог ни за что отвечать.
Пауза.
Никто не дышал..
— Доказательств достаточно, — сказал другой офицер. — Но обвинение требует большего.
— Мы проведём допрос вашего отца, который уже несколько месяцев в тюрьме.
— И допрос Хеин, дочери второй жены, — добавил он. — Она должна ответить, что знала, что происходило.
Я сжала чип в руках.
— Делаем это, — сказала я тихо. — Пусть правда выйдет наружу.
В глазах офицеров мелькнуло уважение.
Но в груди стоял комок.
Потому что я знала: допрос отца и Хеин будет жёстким.
Хан Уль тихо выдохнул за стеклом.
Я увидела, как его плечи дрогнули.
Он уже понимал: этот бой ещё не закончен, и теперь против них будут не только эмоции, но и доказательства.
Комната допроса была холодной, с неоновым светом, отражавшимся на белых стенах.
Отец сидел напротив, руки сжаты в кулаки, взгляд усталый, но твёрдый.
— Мы знаем, — сказал офицер сухо. — Скажи правду.
Он сделал глубокий вдох.
И тихо, но ясно произнёс:
— Да. Я отправил Джунхо, чтобы убить… Т/и и Пи Хан Уля.
Комната замерла.
Слова прозвучали как выстрел.
Я слышала, как сердце Хан Уля за стеклом дрогнуло.
Но он молчал..
— принято. — глухо переспросил офицер.
Тем временем, в другом углу:
Хеин была арестована.
Полицейские нашли доказательства в её доме, которые связывали её с убийством матери Хан Уля.
Она стояла, опираясь на стол, взгляд холодный, но глаза выдавали страх.
— Вы понимаете, что это серьёзное обвинение? — сказал офицер.
—как вы можете меня арестовать!!
Но это ещё не всё.
Отец Хан Уля — человек, который молчал все эти годы, — тоже оказался под арестом.
Его привели как свидетеля, хотя он должен был говорить правду раньше, а не молчать.
— Почему вы молчали? — спросил офицер.
Он опустил голову.
— …Я боялся. Я думал, что если скажу, будет хуже…
— Хуже?! — рявкнул офицер. — Ты молчал, и это привело к смерти Джунхо, к разрушению их жизней!
Он молчал.
Тишина висела тяжёлая, почти физически давила на всех.
Хан Уль смотрел на меня через стекло.
Я чувствовала его взгляд.
Его боль.
Его злость.
Но и… облегчение.
Потому что правда наконец вышла наружу.
Я понимала: это только начало, но теперь мы имеем доказательства.
И все, кто пытался манипулировать нами, начали терять контроль.