чувства
Я резко обернулась, и в этот же миг мою руку схватил Хан Уль.
Его взгляд был полон злости, а губы сжаты.
— Т/и! Ты с ума сошла?!!— рявкнул он, так что сердце ёкнуло.
Я чуть не задохнулась от неожиданности, но в глазах мелькнуло что-то ещё…
Кто-то метнулся через переулок. Быстро. Тихо.
В его руке что-то блестело на свету — острое и холодное.
Нож? — пронеслось в голове.
Хан Уль заметил моё замешательство и ещё резче дернул меня к себе:
— Ты! Дура!! Почему сбежала!!
Я в панике закричала:
— Ты меня запер! Ты ничего не сказал! Я не могу так! Поэтому сбежала !!
Он остановился, на мгновение замер, и в этот момент мы оба стояли, как на грани:
его ярость — моя тревога, опасность — моя растерянность.
Ветер шевелил волосы, тьма опускалась всё плотнее, а переулок оставался пустым, кроме той тени, что скрывала блестящее лезвие.
И в этот момент… никто не мог предугадать, что случится дальше.
— Хан Уль… что происходит... — голос мой дрожал, сердце колотилось так, что казалось, будто вырвется из груди.
Он посмотрел на меня, глаза холодные, но в них была решимость.
— Свет в твоём доме был включён. Кто-то там был. Я не мог рисковать.
Мой разум мгновенно закружился:
— Ты что… ты....почему мне раньшене скзаал?! , это мог быть мой отец!!!— я закричала, паника прорвалась сквозь дрожь в голосе. — Почему ты мне сразу не сказал придурок?!
Он мягко сжал мою руку, но взгляд остался строгим:
— Скажу тебе всё по пути, но сейчас главное — безопасность.
Он открыл дверь машины и посадил меня внутрь.
— Сядь. И держись.
Машина тронулась, двигалась быстро, плавно и уверенно.
Я села, прижавшись к сиденью, мысли метались.
— Куда… мы едем? — тихо выдохнула я, стараясь собраться.
— К моему особняку. Там ты будешь в безопасности. И там я решу, что делать дальше.
Тишина в машине была густой, почти осязаемой.
Свет фонарей мелькал за окном, город пролетал мимо, а я пыталась понять: как всё так быстро изменилось?
Сердце стучало в груди, смешивая страх, тревогу и странное ощущение, что… он всё ещё рядом. И он не отпустит меня.
Мы приехали в особняк, машина плавно остановилась, и я выдохнула с облегчением.
Охрана, стоявшая у ворот, мгновенно напряглась. Их глаза были широко раскрыты, а в голосе звучал страх.
— Простите… мы не знали, что… — начали они, но Хан Уль поднял руку:
— Не нужно извиняться, — сказал он спокойно, но с оттенком строгой уверенности. — Я понимаю....как трудно за ней следить....
Охранники слегка расслабились, но всё ещё нервно переглядывались.
—эй!! Я вообще то всё слышу!! —закричала я и дулась.
— Хорошо. Дальше без ругани, — добавил Хан Уль, почти улыбнувшись, как будто смягчился. — Просто будьте внимательнее.
Мы прошли внутрь, коридоры особняка казались тёплыми и знакомыми.
Он повёл меня на кухню, где свет был мягким и уютным, и где можно было спокойно сесть и обсудить всё, что произошло.
— Садись, — тихо сказал он, указывая на высокий стул за островом.
Я села, ещё дрожа от страха и адреналина, а он сам встал рядом, положив руки на стол и посмотрев на меня.
— Всё, что произошло, — начал он, — это не игра. Ты должна понять, что я делаю это ради тебя. И сейчас нам нужно обсудить… как действовать дальше.
Я прижала руки к груди, пытаясь собраться, но мысли метались: опасность, свет, нож…
И в тот момент стало ясно: даже здесь, в его особняке, всё ещё нет полной безопасности.
Я с трудом подбирала слова, дыхание всё ещё было сбивчивым:
— Мой отец… он может и не вышел из тюрьмы, но ты не понимаешь, — я посмотрела прямо на Хан Уля. — Он всё равно может управлять всем. Люди под ним остались. И тот, кто был в моём доме… возможно, это кто-то, кого он послал. Или даже он сам.
Взгляд Хан Уля мгновенно стал холодным и сосредоточенным.
— Ты уверена? — спросил он тихо, но в его тоне чувствовалось напряжение.
— Нет, — я покачала головой, — но я видела кое-что…
Он нахмурился.
— Что именно?
Я глубоко вдохнула:
— Когда ты схватил меня у дома… там, в переулке, я видела человека. У него в руке было что-то блестящее. Похоже, нож. Он сбежал, когда увидел нас.
На лице Хан Уля вспыхнула злость — мгновенная и резкая, как вспышка пламени.
— Почему ты мне сразу не сказала?! — крикнул он, сжав кулаки.
Я тоже не выдержала, поднялась со стула.
— А ты не дал мне даже слова сказать! — крикнула я в ответ. — Ты только орал на меня, как псих и решил, что я — проблема!
Между нами повисла глухая тишина.
Он стоял, дыша тяжело, глядя куда-то в сторону, будто пытаясь сдержать себя.
А потом тихо, почти шёпотом, произнёс:
— Я просто боялся, что с тобой что-то
случится.
Я стояла перед ним, всё ещё злая, но в то же время — растерянная. Его слова прозвучали иначе. Не приказом, не угрозой, а… как будто болью.
Он медленно подошёл ближе. Каждый его шаг отдавался где-то в груди.
— Я не знал, что делать, — произнёс он глухо, глядя прямо мне в глаза. — Когда увидел свет в твоей комнате, у меня внутри всё сжалось. Я подумал… что уже опоздал.
Я моргнула, чувствуя, как внутри что-то дрогнуло.
— Но зачем было кричать? — мой голос прозвучал тише, чем я ожидала.
— Потому что я не умею по-другому, — ответил он, опустив взгляд. — Когда я злюсь — это значит, что я боюсь.
Он сделал ещё шаг ближе, и теперь я чувствовала его дыхание.
— Ты для меня… — он запнулся, будто не решаясь закончить, — слишком важна, чтобы снова потерять.
Моё сердце будто пропустило удар.
Я не знала, что сказать. Просто стояла и смотрела на него, а потом — почти несмело — протянула руку и коснулась его пальцев.
Он не отстранился. Наоборот, чуть сильнее сжал мою ладонь.
Тишина стала мягкой.
И впервые за всё время рядом с ним я почувствовала себя… в безопасности.
Он резко притянул меня к себе.
Я едва успела выдохнуть, прежде чем его ладони оказались на моей талии. Тепло его пальцев обжигало, дыхание касалось кожи.
— Хан Уль… — начала я, но он не дал договорить.
Его губы коснулись моих — мягко, но настойчиво.
Поцелуй был не резким, не грубым, как я ожидала. Он был таким… тёплым, будто всё, что он не мог сказать словами, передавал сейчас этим прикосновением.
Моё сердце билось так быстро, что, казалось, его можно услышать.
Он отстранился лишь на мгновение, чтобы прошептать:
— Вот теперь я спокоен.
Я растерянно моргнула.
— Из-за поцелуя?
Он усмехнулся, проводя пальцем по моей щеке:
— Из-за того, что ты здесь. Со мной.
Я не смогла удержать улыбку. Всё напряжение, злость, страх — будто растаяли. Я тихо положила голову ему на грудь.
Он обнял меня крепче, чуть наклонился и прошептал мне на ухо:
— Никто больше не тронет тебя. Я обещаю.
В доме стояла тишина, только за окном шептал ветер.
И в этот момент казалось, что кроме нас — никого не существует.
— Забавно, — усмехнулся он, глядя на меня с той самой наглой улыбкой. — ты постоянно орала, что ненавидишь меня… а теперь сама прижалась ко мне.
Я вспыхнула, как костёр.
— Я… я просто… — начала оправдываться, но слова запутались в горле.
Он чуть склонил голову, прищурился.
— Просто что?
Я толкнула его в грудь.
— Просто не думай, что я тебя люблю! Я всё ещё ненавижу тебя! — почти выкрикнула, стараясь перекричать собственное сердце, которое бешено колотилось.
Он засмеялся. Настоящим, живым смехом, от которого по коже пробежали мурашки.
— Конечно, ненавидишь, — сказал он тихо. — Прямо всем телом.
Я сжала кулаки, повернулась и пошла вверх по лестнице, чувствуя, как внутри всё горит.
Но чем дальше я отходила, тем сильнее понимала…
что его слова звучали правдой.
"Почему он так на меня действует?.. Почему, когда он рядом, всё внутри путается?"
Я остановилась у комнаты, прислонилась к двери и выдохнула.
— Что со мной происходит?.. — прошептала я, не замечая, что на лице появилась лёгкая, почти виноватая улыбка.