Глава 18
На следующий вечер Дарси звонит мне, едва я возвращаюсь домой с работы. Она в истерике. Меня охватывает ледяное предчувствие. Неужели это случилось? Декс сказал ей, что свадьбы не будет?
— В чем дело, Дарси? — спрашиваю я. Голос у меня сдавленный и неестественный, сердце разрывается между любовью к Дексу и привязанностью к Дарси. Готовлюсь к худшему, хотя и не знаю, что может быть хуже — потерять подругу или лишиться самой большой любви? Не могу представить себе ни того ни другого.
Дарси что-то неразборчиво говорит — кажется, о своем обручальном кольце.
— Что случилось, Дарси? Успокойся. Что такое с твоим кольцом?
— Оно пропало! — всхлипывает она.
Я облегченно вздыхаю. Нет, я испытываю невероятное, ни с чем не сравнимое облегчение, когда понимаю, что дело всего лишь в пропаже украшения.
— Где ты его оставила? Оно ведь застраховано?
Задаю вопросы, как и положено близкой подруге. Всегда готова помочь. Но сейчас действую механически. Если бы Дарси наконец успокоилась, то сама сказала бы мне, что не стоит волноваться, что она его просто куда-то убрала. Я говорю, что она обычная растяпа — постоянно все оставляет и забывает.
— Вспомни, ты однажды уже думала, что потеряла его, а потом нашла в своем шлепанце. Ты никогда не кладешь вещи на место, Дарси!
— Нет, это совсем другое! Сейчас оно пропало! Пропало! Декс меня убьет! — Голос у нее дрожит.
Может быть, и нет, думаю я. Может быть, он и ждет именно такой развязки. И тут же мне становится стыдно своих мыслей.
— Ты ему уже сказала?
— Нет. Пока нет. Он на работе. Что мне делать?
— Где ты его потеряла?
Она не отвечает и продолжает плакать.
Я повторяю вопрос.
— Не помню.
— Когда оно в последний раз было на тебе? Ты снимала его, когда мыла руки?
— Нет. Я никогда его не снимаю. Какой придурок будет снимать кольцо, чтобы помыть руки?
Хочу попросить ее, чтобы не грубила, если сама оказалась такой дурой, что потеряла обручальное кольцо. Но продолжаю сочувствовать и говорю, что все наверняка образуется.
— Нет, не образуется! — Громкие рыдания.
— Откуда ты знаешь?
— Знаю, и все.
Начинаю мучительно соображать.
— Можно, я к тебе приду? Хочу с тобой поговорить, — просит она.
— Разумеется, приходи, — отвечаю я, раздумывая, только ли в пропаже кольца тут дело. — Ты уже обедала?
— Нет. Можешь заказать мне суп?
— Конечно.
— И яичные роллы.
— Хорошо. Приходи прямо сейчас.
Звоню в китайский ресторанчик и заказываю два супа, роллы, спрайт и отбивную с брокколи. Дарси приезжает через пятнадцать минут. Она растрепана, в старых джинсах, которые я помню еще со школы (и они по-прежнему ей впору), в белом топике. Никакого макияжа, глаза покраснели от слез, волосы кое-как собраны в хвостик, но она ухитряется выглядеть хорошенькой. Велю ей сесть и все мне рассказать.
— Оно пропало. — Она качает головой и показывает мне левую руку.
— Где ты могла его потерять? — спокойно спрашиваю я, вспоминая, что у Дарси уже сто раз такое было. Я всегда ей помогала — разбирала бардак у нее в комнате и подыгрывала ее настроению, будь то взрыв энергии или тоска.
— Я его не теряла. Его кто-то стащил.
— Кто?
— Не знаю.
— С чего ты взяла?
— Потому что оно пропало!
Заколдованный круг. Я вздыхаю и снова прошу ее рассказать все по порядку.
Она смотрит на меня полными слез глазами. Губы у нее подрагивают.
— Рейчел...
— Да?
— Ты моя лучшая подруга. — Она снова начинает рыдать, слезы ручьями текут по мокрым щекам и капают на колени. Дарси всегда была плаксой.
Киваю:
— Конечно.
— Моя самая лучшая подруга. Я должна тебе все рассказать.
— Разумеется, ты можешь все мне рассказать, — говорю я, чувствуя, что меня переполняет беспокойство, и надеясь, что Декс наконец завел с ней предварительный разговор о разрыве.
Она смотрит на меня и всхлипывает. При всей своей самоуверенности в горе Дарси кажется такой беззащитной и несчастной! Мне инстинктивно хочется ей помочь. Всегда хотелось.
— Ну рассказывай, Дарси, — мягко говорю я.
— Рейчел... я... я... оставила свое кольцо в чужой квартире.
— Так...
— В квартире у мужчины.
Я не верю своим ушам. Она сказала именно то, что мне послышалось?
— Рейчел, — повторяет Дарси, на этот раз шепотом, — я изменила Декстеру.
Я не в силах скрыть своего изумления.
Да, она любит флиртовать. Всегда балансирует на краю. Эгоистична. Обожает мужское внимание. Со всеми вытекающими последствиями. В принципе я никогда не сомневалась, что она может изменить. Декс тоже не ангел, сам на такое способен. И все-таки это шок. У нее свадьба меньше чем через два месяца. Она наденет сногсшибательное платье и станет бесподобной невестой — воплощением того, о чем мечтает каждая девочка. Она будет с Декстером. Как, скажите на милость, можно изменить Декстеру?
Где? Когда? Почему? С кем? Как? Обычный журналистский набор вопросов. Как будто я, старшеклассница, школьный репортер, беру интервью для «Северной звезды».
— С кем?
Она шмыгает носом и опускает голову.
— С приятелем по работе.
— Когда?
— Пару раз. В том числе сегодня. — Она трет кулаками глаза и смотрит на меня исподлобья.
Не знаю, что отражается на моем лице. Даже сама не уверена, что именно я чувствую. Облегчение? Гнев? Отвращение? Надежду? Не успеваю даже подумать о том, что у нас с Дексом то же самое.
— Вот, значит, как ты потеряла кольцо...
Она кивает.
— Я зашла к нему по пути на работу. — Судорожно сглатывает и тихо всхлипывает. — Мы немного поболтали — ты понимаешь, просто дурачились...
— Вы спали?
Ее хвостик качнулся: вверх-вниз.
— Я сняла кольцо, потому что... потому что мне показалось, что если я занимаюсь любовью с другим... — Она сморкается в промокший бумажный платочек.
— Дать тебе сухой?
Она опять кивает. Спешу в ванную за гигиеническими салфетками.
— Держи. — Я протягиваю ей упаковку. Дарси берет из нее одну и оглушительно сморкается.
— Я сняла кольцо и положила на подоконник рядом с кроватью. — Она показывает на изголовье. — У него планировка такая же, как у тебя.
Ага. Он скорее всего не выше ее по службе. Это меня удивляет. Неужели Дарси вдруг прониклась симпатией к степенным мужчинам? И немолодым. Вспоминаю Ричарда Гира в «Красотке» и Мэтта Деймона в «Удачной охоте».
— Ну вот... — Она делает в воздухе неопределенный жест. — Потом мы оделись и пошли к метро. Поехали на работу.
— Ну-ну.,.
— Тут я обнаружила, что забыла надеть кольцо. Я позвонила ему и сказала, что мне нужно вернуться.
Он сказал: «Без проблем», — но у него были какие- то дела, так что встретились мы около его дома в семь. В квартире было уже прибрано — совсем как у тебя. А утром, когда мы уходили, там все было вверх дном. Он сказал: «Вот черт, здесь побывала уборщица». Мы подошли к окну. Кольца нет! — Она начинает рыдать еще сильнее. — Эта сука его украла!
— Ты уверена? Не могу поверить, что кто-нибудь...
Она смотрит на меня. «Не будь такой наивной!» — читаю я в ее взгляде.
— Кольцо пропало, Рейчел. Пропало. Пропало!
— А что, он не может просто вызвать уборщицу и прямо ей сказать, что она украла кольцо и он об этом знает?
— Мы пытались. Она едва говорит по-английски. Твердит, что не видела никакого кольца. — Дарси передразнивает ее акцент. — Я даже сама взяла трубку. Сказала, что хорошо заплачу, если она его найдет. Эта сволочь не глупа. Она знает, что бриллиант в два карата стоит столько, сколько ей не заработать, даже если она будет сто лет исправно драить туалеты.
— Ладно, — говорю я, — но ведь кольцо застраховано?
— Да, застраховано. Но что мне, черт возьми, сказать Дексу?
— Не знаю. Скажи, что оно упало в раковину... что ты сняла его, когда была в тренажерном зале, и кто-то забрался в твой шкафчик.
Она слабо улыбается:
— Версия с тренажеркой мне нравится. Вполне правдоподобная.
— Целиком и полностью.
— Просто в голове не укладывается, что случилось такое.
Это нас роднит. Не могу поверить, что Дарси изменила Дексу с каким-то случайным парнем. Не могу поверить, что я помогаю ей замести следы. Неужели все помолвленные пары друг другу изменяют?
— У вас была долгая связь?
— Не очень. Так, встретились пару раз.
— Что-то серьезное?
— Не знаю. В общем, нет. Не знаю. — Она качает головой и утыкается лбом в ладони.
Интересно, не связан ли тот раз, когда Дарси была не н духе, с этим самым мужчиной?
— Ты его любишь?
— Господи, нет, — говорит она. — Мы просто развлекались. Ничего серьезного.
— Ты уверена, что тебе стоит выходить замуж? — спрашиваю я.
— Так и знала, что ты скажешь что-нибудь вроде этого! — Дарси снова начинает реветь. — Не будь такой святошей, просто помоги мне!
Поверь, я не святоша.
— Прости, Дарси. Я вовсе не хочу морализировать... Просто предлагаю вариант, если тебе это действительно нужно.
— Не надо мне никаких вариантов. Я хочу выйти замуж. Иногда просто с ума схожу от ужаса, когда думаю, что случилось. Больше никогда такого не будет, ни с кем. Но ведь я всего лишь слегка гульнула. Ничего серьезного.
— Ладно, — отвечаю я. — Я поняла, что ты до конца не уверена ни в чем, что касается свадьбы. И просто хочу сказать, что одобрю любое твое решение...
Она прерывает меня:
— Не собираюсь я принимать Никаких решений! Я выхожу замуж! Я люблю Декса.
— Прости, — говорю я. Мне действительно очень жаль. Потому что я тоже люблю Декса.
— Нет. Это ты меня прости, Рейчел. — Она дотрагивается до моего колена. — Ужасный был день.
— Понимаю.
— Сомневаюсь. Даже не можешь себе вообразить, на что это похоже, когда до клятвы вечной верности осталось всего несколько недель.
Ах, бедняжка. Ты и не представляешь, сколько девушек отказывались от возможности когда-нибудь дать эту самую клятву. На одну из них ты сейчас смотришь.
— Да, вечность — это долго, — говорю я с долей сарказма.
— Лучше не цитируй никаких песен, когда мне так плохо.
Говорю, что даже не помышляю о таком, хотя именно это и сделала.
— Это действительно долго, — говорит она. — И иногда я даже не знаю, выдержу ли. То есть я знаю, что хочу замуж, но порой сомневаюсь, что смогу прожить еще сорок лет или сколько там и не целоваться ни с кем, кроме мужа. Посмотри на Хиллари! Она просто на седьмом небе от счастья.
— Да.
— Это совсем не похоже на то, что у нас с Декстером. Какая-то ежедневная рутина — он исправно ходит на работу, а все предсвадебные заботы целиком на мне. Мы еще пожениться не успели, а уже так скучно.
— Дарси, — отвечаю я, — просто у вас устоявшиеся отношения. Понятно, что нет никакого буйства страстей, как на первых порах. Нет чувства новизны.
Она смотрит на меня так, как будто на самом деле внимательно слушает и мотает на ус. Сама не верю в то, что сказала. Ведь я убеждаю ее, что у них замечательные отношения. Не знаю, зачем это делаю. Возможно, просто волнуюсь. И продолжаю:
— Когда мужчина добивается женщины — это всегда возбуждает. Но это совсем не то, что настоящая, долгая связь. А бурная страсть, когда он прямо не может от тебя оторваться, рано или поздно угасает в обоих.
Кроме нас с Дексом. У нас каждый раз — особенный.
— Знаю, что ты права, — соглашается она. — Я ведь действительно его люблю.
Она верит в то, что говорит. Но я сомневаюсь, что Дарси любит. Не уверена, что она вообще способна искренне любить кого-нибудь. Кроме себя.
По внутренней связи звонит Хосе и говорит, что принесли заказ.
— Спасибо. Пришли его сюда!
Когда я выхожу в коридор, чтобы заплатить разносчику, дома звонит телефон. Мне страшно. А что, если это Декс? Бросаю парнишке деньги, несусь обратно, швыряю пакет на стол и срываю трубку в тот момент, когда уже готов сработать автоответчик. Разумеется, это Декс.
— Привет, — говорит он. — Извини, что не звонил сегодня. Был кошмарный день. Роджер...
— Все в порядке, — прерываю я.
— Можно прийти? Хочу тебя повидать.
— Нет, — говорю я.
— Нет?
— Никак.
— Ладно... А почему? У тебя гости? — Он понижает голос.
— Да, — отвечаю я, пытаясь говорить естественно.
Смотрю на Дарси. Она шевелит губами:
— Кто это?
Молчу.
— Ладно... У тебя Маркус? — спрашивает Декс.
— Нет. Здесь Дарси.
— Ох, ч-черт... Хорошо, что я решил сначала позвонить, — шепчет он.
— Так мы поговорим завтра?
— Да. Обязательно.
— Приятно слышать.
— Кто это был? — спрашивает Дарси, едва я кладу трубку.
— Итон.
— Брось, это же был Маркус. Уж мне-то ты можешь сказать.
— Нет, это действительно был Итон.
— Наверное, он позвонил тебе, чтобы признаться, что он гей.
— Ну-ну, — говорю я, открывая пакет с едой.
Когда мы поглощаем китайские деликатесы, спрашиваю, как дела у Декса.
— Что ты хочешь сказать?
— Он что-нибудь подозревает?
Она округляет глаза.
— Нет. Он все время занят.
— Нет?
— Абсолютно. Все тот же безмятежный старина Декс.
— В самом деле?
— Да, да. А что? — Она открывает свой спрайт и пьет.
— Просто спросила. Я читала, что если один изменяет, то другой обычно это чувствует.
Она с хлюпаньем втягивает суп с ложки и равнодушно смотрит на меня.
— Я в это не верю.
— Да, я тоже, — говорю я.
В завершение обеда я достаю два китайских печенья. Каждое — из двух половинок. Между ними бумажка с предсказанием судьбы.
— Какое ты хочешь?
Она указывает на то, которое я держу в левой руке.
— Вот это. И пусть оно принесет удачу. Надоело, что мне все время не везет.
Мне хочется сказать, что если она переспала с другим мужчиной и легкомысленно оставила свое кольцо у него в квартире — это не невезение, а сознательный выбор. Разворачиваю свое печенье, разнимаю половинки и молча читаю то, что написано на бумажке. «Тебе есть за что благодарить судьбу».
— Что там? — Дарси непременно хочет знать.
Читаю вслух.
— Хорошо.
— Да, но это не предсказание. Это констатация факта. Ненавижу, когда попадаются такие штуки.
— Это может значить «тебе будет за что благодарить судьбу», — говорит она, разворачивая свою бумажку. — А у меня пусть будет написано, что эта бразильская сука вернет мое кольцо.
Она молча читает и смеется.
— Что?
— Здесь написано то же самое, что у тебя. Хреновина. Массовое производство.
Да, но только одной из нас будет за что благодарить судьбу.
Дарси говорит, что ей нужно идти и держать ответ перед Дексом. Она снова начинает плакать и берется за сумочку.
— Может быть, ты ему скажешь вместо меня?
— Ну уж нет. Не собираюсь ни во что впутываться, — отвечаю я и сама удивляюсь идиотизму этой формулировки.
— Повтори еще раз, что мне нужно сказать?
— Что ты потеряла кольцо в спортзале.
— А мы успеем купить новое до свадьбы?
Я говорю «да» и вдруг понимаю, что до сих пор она не выражала никаких чувств по поводу того, что Декстер купил ей кольцо.
— Рейчел...
— Да?
— Ты, наверное, думаешь, что я ужасный человек. Пожалуйста, не надо. Раньше я никогда ему не изменяла. И впредь не буду. Я действительно люблю Декса.
— Верю, — говорю я, гадая, сдержит ли она слово.
— Ты думаешь, я плохая?
— Нет, Дарси. Все ошибаются.
— Я знаю, это была ошибка. От начала до конца. Мне в самом деле очень жаль.
— Вы предохранялись? Вспоминаю диаграмму в медицинском кабинете: у партнера могли быть связи с десятками других женщин, о которых ты ничего не знаешь, — с кем они спали и все такое.
— Разумеется!
— Хорошо. — Я киваю. — Позвони мне, если я тебе понадоблюсь.
— Спасибо, — говорит она. — Спасибо за то, что ты меня выслушала.
— Не стоит.
— Ну и разумеется... никому не рассказывай. Вообще никому. Итону, Хиллари...
А Дексу? Можно рассказать Дексу?
— Конечно. Я никому не скажу.
Она обнимает меня и хлопает по спине.
— Спасибо, Рейчел. Не знаю, что бы я без тебя делала.
Когда Дарси уходит, я начинаю думать: рассказать или не рассказать? Представляю себе, что сдаю экзамен — стало быть, эмоции побоку.
С первого взгляда ответ кажется очевидным: рассказать Декстеру. Есть три причины, по которым стоит это сделать. Во-первых, я хочу, чтобы он узнал. Это в моих интересах. Если он все еще не решился разорвать помолвку, то, когда узнает об измене, скорее всего передумает жениться на Дарси. Во-вторых, я люблю Декстера, а это значит, что надо действовать и в его интересах. Хочу, чтобы он, принимая главное в своей жизни решение, знал все. В-третьих, этого требуют законы морали; я просто обязана открыть ему правду насчет Дарси. (Ни о каком возмездии здесь и речи не идет, хотя, конечно, она заслуживает разоблачения.) Я высоко ценю и уважаю священный институт брака, а неверность Дарси едва ли благотворно повлияет на создание долговременного, 284 прочного союза. Этот третий пункт никак не связан с моими личными интересами — он бы остался не менее важным, даже если бы я не любила Декса.
Конечно, если следовать этой логике, то Дарси тоже должна знать, что Декс был ей неверен, и мне не следовало бы скрывать свои действия от нее (поскольку она моя подруга, она мне верит, и вообще обманывать дурно). Кто-нибудь может сказать, что если Декс узнает всю правду о Дарси, а она останется в неведении относительно моих собственных деяний, то это будет просто несправедливо. Но есть одна существенная разница; когда я серьезно поразмыслила, то решила: одно дело — просто думать о том, что человеку стоит узнать правду, и совсем другое — сообщить ему такую новость. Да, мне кажется, Дексу следует знать, что сотворила Дарси и что, возможно, не в последний раз. Но мое ли это дело — рассказывать ему? По- моему, нет.
Если Декс не женится на Дарси, то не потому, что кто- то из них изменил другому. И не потому, что мы с ним любим друг друга. Все это так. Но это лишь частности. Проблема же куда серьезнее. Их отношения дали трещину. Дарси и Декс не подходят друг другу. Тот факт, что оба они совершили измену, пусть даже и по разным причинам (с одной стороны — любовь, с другой — себялюбие, боязнь каких-либо обязательств и похоть), — это лишь первая ласточка. Даже если бы измены не было, все равно их связь — ошибка. И если Дарси и Декс за все годы совместной жизни не смогли понять этой очевидной истины, которая отражается во всех отношениях и чувствах, то это их беда. И не мое дело их предупреждать.
Мысленно делаю примечание — может быть, снова подумав о морали (именно к этой области я отношу случай с Дарси).
Да, выдать эту тайну было бы нечестным, и вообще, если учесть, что мой обман куда серьезнее, ее проступок едва ли стоит обсуждения. С другой стороны, может быть, я только все усугублю. То, что я сплю с Дексом, в общем, не затрагивает Дарси, но если я выдам ее секрет — это коснется ее напрямую. Даже хотя я твердо решила молчать, вопрос тем не менее спорный.
Таков мой ответ. Мои аргументы кажутся мне немного сомнительными, особенно под конец, когда я как будто говорю: «Что, съела?» Так и вижу перед собой пометки красным на полях документов: «Непонятно!», «Ты наказываешь их за глупость или за неверность? В чем ошибка? Объясни!».
Но вне зависимости от этой шаткой логики и невзирая нато, что Итон и Хиллари наверняка отругают меня за бездействие, я ничего неговорю Дексу. Ни слова.