Глава 94. Появление дяди
Ян Цин не знал о том, как только что Чжан Ую воспользовался его авторитетом, но увидев, как тот с довольным выражением лица садится в машину, пошутил:
- Доволен?
- Очень. – Звонко ответил Чжан Ую.
Он оглянулся и сквозь тонированное стекло автомобиля по мере движения проводил взглядом постепенно удаляющийся банкетный зал. Там сияли огни и царило оживление. Даже на таком расстоянии он мог представить себе весёлые пожелания и льстивые речи, произносимые сейчас. Уголки его губ слегка приподнялись, в голосе слышалось возбуждение:
- Какой роскошный банкет. Возможно, это последний раз в их жизни, когда они получают комплименты, купленные за деньги.
Подумав немного, он с некоторым сожалением добавил:
- Жаль, что Жуан Байчунь не было. Не стоило мне так рано разводить их, ведь...
Чжан Ую повернулся обратно, свет фонарей за окном осветил его профиль, разделив лицо на две части: одну - светлую, другую - тёмную. Он понизил голос:
- ...Ведь, они скоро обанкротятся. Спустя много лет всё, что они смогут вспомнить, это лишь тяготы и невзгоды жизни.
Произнося эти слова, Чжан Ую был очень похож на злую ведьму из западной мифологии, которая наложила самое ужасное проклятие на всю семью Чжан. А Ян Цин идеально исполнял роль слушателя. Он спокойно сидел, позволяя Чжан Ую выплеснуть всю злобу из своего сердца, пока тот сам не перешёл на другую тему и не спросил, как бы между прочим:
- Как там дела у Ван Чжи?
Это был сигнал о том, что вредоносный выплеск закончился. Ян Цин усмехнулся, обнял Чжан Ую за талию и притянул к себе, как дракон, охраняющий своё сокровище.
- Он уже вышел на связь с Хань Таном. Судя по некоторым намёкам, Жуан Байчунь действительно контактировала с «Сю».
Чжан Ую слишком хорошо знаком с «Сю». Если бы он сам взялся за это дело, то наверняка смог бы выяснить всё в кратчайшие сроки. Просто после того, как Ян Цин взял эти дела на себя, он больше не позволял ему вмешиваться. Однако сегодняшняя вылазка на банкет заставила нетерпеливое сердце Чжан Ую с трудом сдерживаться. Все клетки его тела были активированы, ему было уже недостаточно просто слышать о ситуации в семье Чжан, он хотел лично вступить в бой, направить остриё меча на тех, кто обманывал и причинял ему боль, чтобы они ощутили всю силу его удара. Он хотел заставить их в полной мере насладиться возмездием из преисподней.
Чжан Ую опустил глаза, скрывая готовый вырваться наружу порыв. Его ловкие проворные пальчики заиграли на ноге Ян Цина. С намёком на заискивание он сказал:
- Этот способ слишком медленный. Почему бы тебе не отпустить меня...
- Не разрешаю. Останешься со мной. - Ян Цин перебил Чжан Ую, вновь подавив его инициативу властным тоном.
Чжан Ую не прекращал своих действий, делая вид, что уступает:
- Тогда, может, позволишь мне расследовать дело У Синьцзина?
- Я уже связался с человеком, которого У Синьцзин оставил в посольстве. Самое позднее через двенадцать часов мы сможем связаться с ним.
Произнося это, Ян Цин уже закрыл глаза. Чжан Ую, получив очередной отказ, в душе зашёлся лёгкой истерикой. Сделав пару глубоких вдохов и подавив внутреннее возбуждение в своём сердце, он медленно поднял глаза, сделал ими несколько кругов вокруг лица мужчины и осторожно спросил:
- Дай угадаю, почему ты не хочешь, чтобы я действовал самостоятельно.
С закрытыми глазами Ян Цин казался уснувшим, мышцы на его лице оставались неподвижными. Эти двое уже научились угадывать мысли друг друга, но также начали применять различные уловки, чтобы скрыть свои намерения. Закрытые глаза были одним из главных приёмов Ян Цина. Чжан Ую не мог прочитать мысли мужчины по неподвижным мышцам и закрытым глазам, поэтому ему пришлось отступить:
- Что ты поручил Жуан Байчунь сделать?
Ян Цин по-прежнему держал глаза закрытыми, полностью скрывая суть дела:
- Узнаешь в конце месяца.
- Правда? - Чжан Ую убрал руку с ноги и вместо этого прильнул к груди Ян Цина, голос его был милым и послушным, но на красивом лице не было и следа радости: — Это так заманчиво.
Быть запертым в защитной клетке. Для него это было своеобразным видом заключения.
****
В понедельник Чжан Ую не поехал с Ян Цином в компанию. Причина была очень веская:
- Ты ведь уже связался с дядей, скоро он должен приехать, и мне нужно быть с мамой.
Ян Цин был слегка недоволен, но учитывая болезнь У Цзыцзюнь, он не мог быть слишком строгим в этом вопросе, поэтому ему оставалось лишь убедить себя успокоиться:
- Вечером я вернусь пораньше.
- Хорошо. - Чжан Ую сделал шаг вперёд и поцеловал его: - Сегодня вечером я сам приготовлю ужин и сделаю несколько твоих любимых блюд.
- Спасибо. - Ян Цин поцеловал его в ответ и напомнил: - Никуда не уходи. С делами семьи Чжан я разберусь за тебя.
- Я знаю. - Чжан Ую послушно кивнул, всё больше соответствуя образу, который он создал, когда только появился в доме Ян Цина.
Ян Цину очень нравилась его покорность, он потрепал его по макушке, развернулся и уехал в компанию.
Чжан Ую смотрел, как модифицированный седан увозил Ян Цина. И только когда тот скрылся из виду, медленно вернулся домой.
Ради лечения У Цзыцзюнь Ян Цин распорядился переоборудовать редко используемую комнату в больничный кабинет, оснащённый всем необходимым оборудованием. Чжу Сюаньань каждый день проводил там два часа лечения У Цзыцзюнь. На данный момент результаты лечения были весьма обнадёживающими. Последние пару дней у У Цзыцзюнь было ровное умиротворённое настроение, а на лице играла очаровательная лёгкая улыбка.
Сейчас Чжан Ую стоял у двери больничного кабинета, прислонившись спиной к стене. Звукоизоляция здесь была отличной, он абсолютно ничего не слышал, но просто хотел быть ближе к У Цзыцзюнь. Собственнический инстинкт Ян Цина уже начинал его слегка душить. В прошлой жизни у них не было такого опыта, потому что между ними всё время маячила проблема в виде Су Яньян, и время, которое они могли провести наедине, было весьма ограничено. Это заставляло их наслаждаться каждой секундой, проведённой вместе, и в то же время давало больше личного пространства.
В этот раз, переродившись, сначала он закончил снайперскую стрельбу по Су Яньян, и только потом напрямую раскрыл бόльшую половину своих секретов. Оставшаяся часть тоже вот-вот должна была раскрыться. Со способностями Ян Цина он, скорее всего, уже догадался что Чжан Ую переродился. Возможно, именно по этой причине он и мешал Чжан Ую мстить семье Чжан. Ведь в правовом обществе Ян Цин имеет возможности самым законным путём устроить этой семье жестокую расплату. Естественно, он не хотел, чтобы Чжан Ую нарушал закон.
Начало было хорошим, но, к сожалению, результат не был тем, чего хотел сам Чжан Ую.
Простояв за дверью больше часа, он вновь улыбнулся только когда вышла УЦзыцзюнь, и тихо позвал:
- Мама.
- Сяо Сяо. - Ласково окликнула У Цзыцзюнь, взяла Чжан Ую за руку и радостно покачала ею.
Чжу Сюаньань, желавший всем сердцем стать отчимом Чжан Ую, тоже относился к нему очень дружелюбно, его радужные пуки всегда были наготове:
- Ую ждёт маму? Какой сыновний заботливый ребёнок. Сейчас таких детей, как ты, действительно мало. Эх, вот бы и мне такое счастье.
Чжан Ую лишь слегка улыбнулся в ответ на желание доктора Чжу стать его отцом, не сказав ни слова, а просто увёл У Цзыцзюнь в сад на заднем дворе.
Ян Цин уже давно превратил задний двор в кошачью игровую площадку. В огромной стеклянной теплице был установлен изготовленный на заказ специальный кошачий комплекс, где лежали или сидели бесчисленные забавные котята. За ними был очень хороший уход и воспитание. Довольно упитанные, с густой блестящей шерстью, они уже совершенно не боялись людей. Поэтому увидев мать и сына, появившихся за пределами стеклянной комнаты, они пару раз лениво прошлись вдоль стены, мурлыча и выглядя одновременно милыми и ручными.
Чжан Ую уставился на кошек в стеклянной теплице и задумался. На самом деле он хотел спросить совета у У Цзыцзюнь. В конце концов, когда дело доходило до семьи Чжан, Ян Цин становился слишком властным и деспотичным. Он понимал, что это была его природная черта, ведь если бы он не был таким, как бы он смог удержать положение главы семьи Ян? Но, с другой стороны, он и сам был главой семьи Ян целых десять лет, так почему же его характер и темперамент по-прежнему оставались прекрасными? Очевидно, что Ян Цина недоработали! Поэтому ему очень хотелось услышать совет от У Цзыцзюнь. Но вопросы чувств немного сложно обсуждать, поэтому слова, которые он хотел произнести, несколько раз застревали у него во рту, и в итоге получилось:
- Всех этих кошек вырастил Ян Цин. Правда, милые?
У Цзыцзюнь улыбнулась и похвалила:
- Конечно милые. Сяо Цин очень заботливый и у него доброе сердце.
Эти слова заставили Чжан Ую усмехнуться:
- Ты должно быть первая, кто назвал его Сяо Цином, и при этом не кормишь рыб в море.
- А? - У Цзыцзюнь удивлённо воскликнула: - Неужели Сяо Цин топит людей в море?
- Нет, я просто образно выразился. - Чжан Ую, опасаясь стать распространителем слухов, поспешил смягчить свои слова: - Он законопослушный гражданин и не совершает незаконных действий...
— Это хорошо. - У Цзыцзюнь вздохнула с облегчением и затем добавила: - Но, когда я впервые увидела Сяо Цина, он был настолько серьёзным и суровым, что мне стало страшно.
Чжан Ую чувствовал то же самое, поэтому согласился с этим:
- Ещё бы.
У Цзыцзюнь нежно смотрела на профиль Чжан Ую с лёгкой улыбкой и тихо спросила:
- Ты сегодня не в духе?
Чжан Ую коснулся своей щеки:
— Это так заметно?
У Цзыцзюнь ласково погладила его по другой щеке:
- Сяо Сяо, ты мамин ребёнок, моё сокровище, и мама хочет, чтобы ты всегда был счастлив.
Она хотела сказать, что в их семье не меньше денег, чем у семьи Ян, и если Сяо Цин сделает его несчастным, не нужно мириться и жертвовать собой.
Чжан Ую уже собирался заговорить, когда вдруг услышал шум вертолётного винта, доносившийся издалека. Ветер и рокот работающих винтов постепенно приближались, заглушая их голоса, и их разговор прервался. У Чжан Ую было хорошее зрение, поэтому, когда он поднял голову, он смог ясно разглядеть эмблему семьи У на хвосте вертолёта:
- Дядя приехал.