Глава 25 [часть 2]
Проходит много времени, больше, чем час. Я жду Лиама и того, что он собирается сделать.
Я боюсь его, но этот страх непостоянный. Он будто галлюцинация, которой и вовсе не существует. Все, чего я хочу – это дойти до конца, и уже совершенно не важен исход. Я желаю, чтобы всё это закончилось, и весь дурдом остался позади.
Пока я жду Лиама, решаю посмотреть, можно ли выбить окно и выбраться отсюда. Встаю на кровать, но до окна дотянуться не могу. Тогда я осторожно ставлю левую ногу на металлическую спинку кровати. Хватаюсь руками за небольшое углубление в стене. Подтягиваюсь на них и одновременно отталкиваюсь правой ногой от посетли. Замираю на носочках на металлической трубе, но все мои попытки посмотреть в окно оказываются тщётны.
- Ну, здрасте, приехали, - низкий и неприятный голос говорит позади меня. – Дженни, ну ты как маленькая. Игры в шпионок давно закончились, слезай.
Чёрт, чёрт, чёрт!
- Если ты думала, что сможешь пролесть через это окно, то ты сильно ошибаешься, дорогая. А сейчас слезай, нам предстоит серьёзный разговор, - я не шевелюсь и прижимаюсь к холодной стене грудью. Интересно, сколько людей сейчас стоит за моей спиной?
- Она так и будет там стоять? – говорит чужой для меня человек.
Ответа со стороны Лиама не поступает, но я слышу шарканье ног недалеко от меня.
- Тебе что-то непонятно? – голос Лиама из дружелюбного переходит на сердитый. Он дёргает меня за предплечье, и я падаю на жёсткую кровать. Его грубая рука поднимает меня и усаживает на деревянный стул в центре комнаты.
Я смотрю на людей, собравшихся вокруг меня в полукруг, словно на представление. Двое охранников, уже знакомых мне, спокойно стоят у дверей, сложив руки внизу. На их чёрном поясе в кожаном футляре торчит пистолет, а рядом висит полицейская дубинка. Я сглатываю. Тёмно-рыжий мужчина, который стоит рядом с Лиамом и что-то ему шепчет на ухо, знаком мне. Его зовут Эд. Найл показывал мне его фотографии на парковке.
От упоминания его имени внутри меня обрывается трос, скрепляющий две стороны: на одной стою я, а на другой шанс к нормальной жизни. И чтобы попасть из пункта А в пункт Б мне нужен мост, чем и была эта верёвка. И теперь у меня нет никакой возможности перебраться через пропасть.
- Что будем делать? – спрашивает Эд. Лиам задумчиво потирает подбородок.
- Мы должны узнать, где находится копия наших документов. Если об утечки узнает Кёльн, мы все поляжем.
- Позволь мне. Я вытащу из неё всё, - Эд присаживается на колени.
- Не смей. Если ты хоть раз тронешь её без моего ведома, я тебя убью. А ты меня знаешь, я слов на ветер не бросаю.
- Мои методы никогда не подводили, брат. Если ты позволишь, то уже через пару часов мы будем знать всё.
- Я сказал нет, - Лиам мотает головой, но Эд не собирается отступать.
- Почему? Она нам не нужна.
- Потому что я так сказал. Она нужна мне, - моё сердце снова одолевает удар, и оно падает без сознания, точно так же, как и моё внутреннее я. – У меня есть на неё планы.
Вопросов у Эда боле не возникло, и его совершенно не смутил ответ Лиама. Кажется, он задел в этой компании только меня.
- Приступай, но имей в виду, если ты позволишь лишнего...,- Лиам кидает на него взгляд, которым строгая мать обычно смотрит на ребёнка, и выходит, забирая одного охранника.
Я, не двигаясь, сижу на стуле.
- Ну, вот и остались мы с тобой, - напевает он. – Может, ты скажешь всё сама?
- Что тебе от меня нужно?
- Мда, Лиам говорил, что ты тупая, но не настолько же, - Эд смеётся.
Своим телом он резко подаётся вперёд, падая на колени возле стула. Он ставит руки возле моих бёдер, но не касается их. Его омерзительное лицо очень близко к моему. Из его рта ужасно пахнет сигаретами и ещё чем-то неприятным. Я морщусь, а он улыбается пожелтевшими от никотина зубами. А его грязная и неухоженная борода чем-то испачкана около подбородка.
- Где документы? - чётко и медленно говорит он.
- Понятия не имею.
- Я вытащу из тебя эту информацию, просто дай мне время, - Эд даёт мне пощёчину, но несильную. Место удара начинает немного зудеть.
Он пристально смотрит на моё лицо, как скульптор смотрит на изготовленную только что фигуру, ища самые незначительные изъяны. Я поворачиваю голову, и тут же получаю подобный небольшой шлепок.
У Эда нет цели, причинить мне боль. По крайней мере, сейчас. Мужчина очень осторожен в своих движениях. Наверное, на это повлиял Лиам. Не думала, что скажу этого, но я благодарна ему именно в эту самую минуту.
- Я не знаю, где документы.
Я не лгу. Все копии у Найла, но где конкретно он их хранит, я не имею никакого представления. Плюс, если взять за основу, что Найл всё это время мне лгал, я уже сомневаюсь в подлинности и половины документов.
- Не заставляй меня бить тебя сильнее.
- Тебе не позволено делать этого.
Уголки его опускаются, брови хмурятся, а лицо звереет.
- Сука.
Эта пощёчина оказывается намного сильнее, чем две предыдущие. Моя голова непроизвольно окидывается назад, и я начинаю плакать.
- Смотри на меня, - сжав рукой мою челюсть, Эд поднимает мою голову, смотря исключительно в мои заплаканные глаза. Он заряжается энергией моего бессилия, слабости и беспомощности.
Дверь открывается, и Эд резко оборачивается. Слышу голос Лиама и единственное, что бросается мне в глаза – его развязная и самодовольная походка.
Улыбаясь, он встаёт напротив меня. Лиам покручивает прядь моих волос, а затем начинает наигранно говорить.
- Да, вот же она, прямо передо мной...Нет, ей всё очень нравится...Да-а-а...Зейн, не всё так просто...Нет, нет, нет...Документы...Ну, на нет, и суда нет...Поговорить?...Даже не знаю...Твои угрозы никогда не действовали на меня...Ладно, так и быть...
Пейн протягивает телефон к моему уху.
- Ало, - очень тихо говорю я.
- Господи, Дженн, с тобой всё хорошо?
- Да, наверное, я не знаю.
- Господи, Дженн, зачем? Я не понимаю, почему ты полезла сюда. Господи, я же говорил, какой Лиам. Зачем, скажи мне?
- Я...
- Не отвечай. Скажи, они прикасались к тебе? Они сделали тебе больно?
- Нет, - тихо отвечаю я.
- Не ври мне. Я знаю Лиама и тех, кто с ним работает. Они не умеют по-другому. Они делали тебе больно? Они тебя били? – Зейн говорил очень быстро, и я еле-еле разбирала слова.
- Да, - я начинаю плакать, и он слышит это. Я хочу, чтобы он забрал меня отсюда.
- Твою мать! Твою мать! – сначала слышу, как на заднем плане что-то ломается, а затем успокаивающий знакомый голос. Я не могу разобрать, что он говорит дословно, только вырванные из контекста слова. Последняя реплика была сказана намного громче предыдущих, и благодаря ей я узнаю Найла.
Лиам отбирает у меня телефон и прежде, чем нажать на громкую связь подмигивает мне.
- Зейни, дорогой, ну, что? Удовлетворился?
- Что ты хочешь?
- Мне нужны документы. Я знаю, что ты с Найлом, чёртов сукин сын. Не думал, что ты способен на предательство.
- Ты их не получишь. Я доведу дело до конца. Слышишь? Тебе не удастся отвертеться в этот раз! – Зейн кричит в трубку.
- Ты такой самоуверенный, Зейн, - Лиам сигнализирует мужчине у двери. Тот подходит ко мне и суёт кляп мне в рот. – А если я скажу, что убью твою Дженнифер, если ты не согласишься на мои условия?
Что, простите? Я смотрю на Лиама, а тот подмигивает мне, от чего становится ещё страшнее.
- Лиам, мне надоело выслушивать твои пустые угрозы.
- Я не шучу. Если ты сейчас же не дашь мне согласие, я выстрелю ей между её серых глаз.
Зейн молчит. И молчит достаточно долго. На другом конце что-то шуршит и бренчит.
- Зейн, брат, ну что? – Лиам широко улыбается.
- Делай с ней, что хочешь, но знай, документы ты не получишь в любом случае.
Во мне как будто лопнула та пружина, на которой всё держалось и представлялось живым. Умерла вера в людей, в человечность и в человеческие души.
Столь яркая улыбка Лиама в тот же миг пропадает с его лица. Оно тускнеет, а его глаза бегают в разные стороны. Он не был готов к такому ответу. Никто не был.
В такие минуты приходит осознание мира, смысла жизни, и смысла своей собственной роли в этой вселенной. Только в такие моменты, ты понимаешь, что даже самый близкий тебе человек способен на хладнокровное предательство. И именно в этот самый момент, тот недостающий фрагмент единого пазла в моей голове встаёт на место, и я получаю цельную картинку. Картинку моей жизни до и после. Во что она превратилась? Во что превратилась я? Во что превратился человек, которого я так любила? Я благодарна Зейну за эти слова, ведь именно они заставили меня признаться самой себе в том, чего я боялась сделать раньше.
Но всё же, что-то здесь не сходится.
- Зейн, не делай того, о чём пожалеешь, - когда-то уверенный голос Лиама робеет
- Это всё?
- Ты блефуешь! Я знаю это! – Зейн что-то отвечает, но я его больше не слушаю. – Хорошо, как скажешь. Мне не составит это большого труда.
Лиам вытаскивает пистолет с пояса охранника, наводит в мою сторону и делает два выстрела. Я даже не успеваю зажмуриться, поэтому чувствую, как будто в замедленной съемке, как пуля попадает в стену сзади меня.
Все самые яркие и неприятные моменты моей жизни пролетают перед глазами. Я вспоминаю детство, как мы с Ким играли на заднем дворе нашего дома. Она вечно дразнила меня. Я даже вспомнила, куда спрятала свою шоколадку в третьем классе, и задумалась, нашли ли её родители, и если нет, то, скорее всего, в нашей стене завелись тараканы. Я даже вспомнила свой выпускной в школе и Райана, с которым танцевала последний танец.
Пейн смотрит на меня и мотает головой. Все вокруг молчат, и лишь голос Зейна(тоже не такой уверенный, как раньше) прерывает её.
Осознание того, что я всё ещё жива постепенно возвращается ко мне.
- Теперь, когда ты избавился от лишнего груза, у тебя есть время подготовиться, потому что скоро я доберусь до тебя.
- Ты ублюдок, Зейн, - говорит Лиам. – Ты только что совершил самую большую ошибку в своей жизни, и ты за неё ответишь.