Брошенный демон. || Kimetsu no Yaiba.

Времена, когда даже собственная семья может оклеветать тебя колдуном остались в позорном прошлом. Множество невинно убитых людей, обвиненных за то, что те возможности даже не совершали. Наука, врачевание, простые сказки и больных галлюцинациями обьявляли колдунами и придавали властям инквизиции. Это слово... Слово, полное веры, преданности, благоговения перед Господом Богом и ненависти перед теми, кого ты считаешь предателем веры. Инквизиция... Считалось, что само упоминание этого учреждения ввергало толпу женщин в ужас, а мужей в неистовый ступор. Любая могла впасть в немилость другому, и от тебя после пыток и вынужденного признания останутся только повешенное тело или угли. Повезёт, если умрёшь во время пыток. А ведь на твою казнь, к эшафоту где тебя лишат жизни за ересь, придёт толпа. Эта толпа будет с благоговением, с ужасом и даже с восторгом смотреть как тлеет грешное тело. И никто не вмешается. Никто не остановит процесс казни за религиозные убеждения. Потому-что никто не захочет оказаться на твоём месте, грешник.

- Пошли вы... Пошли вы все к черту, твари! Ублюдки, ненавижу вас всех! - мужчина, чьи ноги уже охватило пламя, барахтался привязанный к полену, но не задыхался от дыма.

В эпицентре кострища горит настоящая нечисть. Осужденный людьми, названный посланником сатаны и вестником гибели человеческой. Вампир, чья жажда утоляется только кровью, чьи клыки с лёгкостью могут протыкать кожу, и чья сила не сравнима с силами дюжиной мужей. Вампир, которого схватили обманом и заковали в раскалённую сталь. Но заслужена ли казнь? Чем провинился мужчина, чтобы оказаться в огне? Убил человека? Расправился с невинной семьёй? Может, люди наконец-то поймали террориста, который своими жестокими руками рушил жизни людей на протяжении какого-то времени? Поймали бессмертного монстра, и наконец-то выдохнут спокойно!

- Сгинь, нечистая сила! Сгори в Геенне огненной, откуда ты явился! Оставь этот мир, именем отца всевышнего! - священник, в толпе с иными священнослужителями, крестили мужчину и читали молитвы.
- Вы... - мужчина рыдал, но не от боли в ногах, а от невыносимой боли в груди. От обиды, от потери, от печали. - Вы убили мою жену! Убили единственный лучик света в этом кошмарном мире! Мой смысл жизни, мою любиму женщину! Вам мало этого, вы не дали мне умереть самому, а теперь унижаете перед всеми людьми!
- Мы не слушаем ересь, произнесенную устами вампира!
- Все в городе знают, что та женщина была вампиром, в вашем доме все видели убитых животных с ранами на теле!
- Животных!! Животных, вашу мать!!! Мы никогда не трогали людей!!! - мужчина в ярости прокричал в толпу, ощущая как теряет чувствительность в ногах. Как и во всём теле. - Никогда никого не трогали... Никогда... Вы едите этих чёртовых тварей, так чем же мы согрешили?! Чем моя любимая вам помешала?! Ненавижу! Я заклинаю вас, будьте вы все прокляты!! Чтобы вы никогда не были счастливы, чтобы этот город сгинул в болезнях и огне!! Как вы могли забыть что мы вам помогали?! Благодаря нам вы до сих пор живы! Это мы отгоняли варваров! И это ваша благодарность?!

Мужчина закашлялся, уже не выдерживая дыма от огня. А между делом, священнослужители продолжали молитвенный хор, а кто-то покладывал под живой факел больше хвороста и соломы. Вампир сощурил красные глаза от едкого дыма.

- Ненавижу... ниужели... ниужели бог покинул это место? Если есть чудо... Если есть хотя бы дьявол, помоги, умоляю! Я душу тебе продам! Отдам даром! Останови же этих ублюдков! Этих линчевателей! Если есть хоть кто-нибудь... - и вот, алые глаза начали закрываться, а сознание мужчины начало ускользать от нехватки кислорода. Из носа и рта потекла кровь, от запаха крови у мужчины удлинились клыки. Но он потерял надежду. Это конец...

Тишина. Хор священников утих, ровно как и гомон толпы людей из города. Но взамен облегчению от сожжения грешника, пришли тревога и нервный шепот. Вампир почувствовал некое странное присутствие, в то время как святоша впереди всех вдруг упал на пол. В этом не виновата нечистая сила. Мощный удар, снесший голову человека с плеч к чертовой матери, и элемент неожиданности. Из разорванной глотки безголового священника брызнула темная густая кровь. Наступила гробовая тишина, люди застыли на месте словно пораженные молнией, глядя с недоверием, переходящий на ужас, как по хорошо освещённой траве растекается алая жидкость. И ведь только некоторые заметили воткнутый в землю у ног костра длинный железный меч, с окровавленным лезвием. Некто в плаще врезался в деревянный столб, к которому был привязан мужчина. По инерции, после столкновения, столб начал падать на землю, вырываясь с земли и отбрасявая куски горящей соломы в стороны.

Началась паника, в некоторых людей прилетели угольки оставляя ожоги, огонь перекинулся на одежды и крыши близстоящих домов. Священники молились, думая о вмешательстве потусторонних сил. А пока люди отвлечены, человек в плаще и в маске на всё лицо с лёгкостью сломал железные кандалы с рук мужчины, и не дожидаясь полного потухания, накинул его на спину и с нечеловеческой скоростью побежал прочь, прихватив с собой меч.

- Кто... Ты? - но мужчина уже потерял сознание, осознав только то, что возможно он не обречён. Кровь вампира испачкала одежду спасителя, бегущего с грузом сквозь лесную чащу.

Пришёл в себя этот человек ближе к утру около какого-то громкого ручья, которого рядом с городом где он жил никогда не было. Неподалеку от него лежат чьи-то кое-где обгоревшие вещи, не его, он не носил черное. Ноги перевязаны в лохмотья, ужасно болят от ожогов, но по крайней мере не в огне.
Примечательно то, что он лежал на солнце, а вещи лежат в тени деревьев. Дубравы образуют густые заросли, где кое как, совсем еле еле слышно шуршит лесная подстилка. Кто-то перемещается в тенях, мужчина пытается увидеть его, но тщетно, тело словно парализовало. Обгоревшее тело не позволяет восстановиться, впрочем как и голод, возникший в период пыток и костра.

- Э-эй... - его голос хрипел, почти булькал от нехватки сил. Всё что он мог делать, это двигать глазами и открывать рот. От бессилия хотелось выть, ровно точно так же как от жажды.

Только он собрался с силами, чтобы позвать на помощь, как около его головы приземлилась тушка крупного оленя. Вернее сказать, олень был жив, но настолько бессилен, считай скоро умрет. Впрочем, это меньше всего волновало спасённого вампира, его голос неумолимо сводил с ума, и ему было абсолютно плевать что несчастное животное вот-вот отправится в мир иной. Вампир заставил свою руку пошевелиться, прикладывая тонны усилий. Шурша по почве, и пачкая обгоревший рукав пиджака, вампир силой воли заставил свою руку дотянуться до переднего копыта оленя. Мужчина только и смог, что притянуть самого себя к туше и не церемонясь впился клыками в живот животного. Олень лишь дёрнул копытами от боли и неожиданности и тут же потерял сознание от резкой потери крови. Вампир пил бысто, напористо высасывая всю спасительную алую жидкость.

Почувствовав как немеют, а после и восстанавливаются конечности, вампир издал удовлетворительный стон, вырвавшийся сам по себе из груди. Он отстранился от мертвой тушки, вампир откинулся на спину и уставился на чистое небо, тяжело дыша от частых глотков.
Но тут... Пришло осознание. Олень ведь не сам пришёл и лёг рядом с ним, его уже избитого выбросило из зарослей. Поднявшись на ноги, вампир направился к границе начала леса, осторожными, неторопливыми шагами. Его чувства обострены, пытаясь опознать того или тех, кто помог ему. Он слышал чьё-то тихое дыхание, шуршание одежды, даже моргание век, кто-то прятался от него.

- Привет?.. здравствуй? Это ты меня спас? - мужчина осторожно обошёл дерево, за которым прятался незнакомец.

Медленно, слегка пригнувшись, чтобы чуть что сразу увидеть некого спасителя, потянул руку к кусту. Приблизившись к диким лиственным кустам, он раздвинул ветви и тут же к его лбу прижался острый кончик лезвия длинного меча. Это произошло настолько неожиданно и резко, что он по инерции слегка поддался вперёд, и кончик меча оставил ссадину на лбу. И понял он это только когда по его лицу потекла тоненькая линия крови. Но не это его поразило, а тот, вернее та, кто этим мечом обладал.

- Ангел... - непроизвольно вырвался нежный, благоговейный шепот с уст мужчины, замер уставившись на девушку как на единственное чудо света. Он прикрыл губы руками и отстранился от лезвия. - М-мои извинения, мадемуазель... Вы... Вы кто? Это вы спасли меня?

Мужчина как встал на месте с открытым ртом от изумления, так и забыл как дышать не в силах оторвать взгляд от неземного чуда, что прижималось спиной к коре дерева. Он не мог оторвать взгляд от голубых как озёра глаза, в которых как два каное вертикальных зрачка смотрели в ответ в его алые. Дыхание вампира тут же слилось с возникшим ветром, вздымающий почти белые волосы незнакомки как снежную шапочку на горах. Короткие локоны упали на маленький аккуратный нос, но незнакомка даже не шелохнулась убрать их, чего не скажешь про вампира, который подавил в себе желание убрать ее пряди за ухо. Тонкие черты лица и бледная как фарфор кожа резко контрастировала с её такой небрежной одеждой, и вампир разочарованно подумал, что этой юной на вид леди не хватает шелкового платья, чтобы полностью подчеркнуть ангельский вид.

- "Я грежу?" - мужчина прикрыл рот рукой, подметив что сам бессовестно таращиться на девушку. - "Или я умер и попал в рай, а она ангел, что неиспослана самим Богом? Эта девушка действительно спасла меня? Трудно поверить, что такая миниатюрная леди... Но что если это был кто-то другой? Сообщник ли..." Мадемуазель? Как вас зовут?"

Вампир попробовал осторожно шагнуть ближе, но девушка снова сверхбыстро вытянула меч, и сильнее вжалась в дерево. Мужчина остановился, находясь в полутора метрах от неё. Подняв руки в знаке повиновения, он присел на колени перед ней, объявляя о своей капитуляции.

- Я вас не обижу. Леди... Как вас зовут? Вы меня понимаете? - инстинктивно при взгляде на леди, мужчина понизил голос до благоговейного шёпота, и еле дыша дожидался её ответа.

Девушка кивнула.

- Меня зовут Рихтер Минашунеску, мадемуазель. Это вы спасли меня? - вежливо спросил он.

Девушка снова кивнула, ни на миллиметр не опустив меч. Столь крепкая выдержка поразила Рихтера, не каждый мужчина может владеть мечом навесу так долго, а тут такая нежная на вид леди, да так мощно и невозмутимо, словно меч ничего не весит. Впрочем, он должен был удивиться раньше от того, что она вообще каким-то образом умудрилась спрыгнуть откуда-то на столб, к которому его привязали цепями, и тому как она каким-то образом сломала эти самые цепи, и тому тоже, что она после всего накинула его на свои плечи и унесла с небывалой скоростью. А это дошло до него поздновато.

- Пожалуйста, не бойтесь меня. Я не думал, что в мире существуют чудеса, но кажется господь всё же услышал меня и послал своего ангела. - он неловко почесал затылок, смущенно отведя взгляд в сторону. - Миледи, я не знаю как вас зовут, но я искренне благодарен вам. Не могу поверить в то, что вы... Такая хрупкая на вид... Извините, не воспримите мои слова за оскорбление, я всё же... Просто... Я просто поражён. Это вы так ловко скинули меня со столба и увезли на спине?

В очередной раз девушка только кивнула, не издав ни звука. Хотя, она поджала губы, и Рихтер, заметив это, невольно покраснел, ибо настолько пухлые губы он мог представить только у своей покойной жены, когда та целовала его и- кхм...
Впрочем, вампир не знал, что девушка просто не хотела с ним разговаривать.

- Скажите же что-нибудь. Вы стесняетесь? Я правда не обижу вас, пожалуйста. Вы спасли мне жизнь, я в неоплатном долгу перед вами. У меня сейчас нет никаких ценностей... Я могу как-нибудь помочь вам? Что угодно. Вам не холодно? Это ваша одежда лежит на земле?

От такой кучи несанкционированных вопросов девушка только нахмурилась и сглотнула, не зная как ответить. Не отрывая взгляда от мужчины, она пошарила свободной рукой с длинными ногтями в карманах одежды и выудила блокнот, внутри которого лежал кусочек угля. Открыв блокнот, она с малым усилием открыла чистую страницу и не глядя в блокнот написала крупным почерком одно слово.

- Хельдез... - он озадаченно перечитал снова. - Хель...дез... Это ваше имя, мадемуазель?

Она кивнула и следом снова написала то, что расставило на место некоторые детали.

- Немая... - он сглотнул.

Повисла неловкая тишина между ними, прерываемый лишь стуком сердца вампира, чей шум он слышал в своих ушах. Он почувствовал себя круглым идиотом от того, что так нагло распрашивает такую неземную девушку, да ещё и тогда, когда та толком не может ответить.

- Хельдез, простите если я обращаюсь к вам без разрешения, я действительно хочу отплатить вам. Не знаю кто вы, но я точно понял что вы не... Не человек. И я уверен, вы тоже поняли, что я человеком не являюсь. Даже если и так, можете не бояться. Я никогда не подниму руку на вас, на своего героя.

Хельдез сощурила глаза, с подозрением глядя на него, и осторожно опустила меч, но не убрала в ножны. На ней была тонкая майка с узкими лямками, и пара штанов, края штанин которого были подпалены. Рихтер стыдливо и нехотя отвел взгляд от голых плеч и ключиц, под которыми то и дело вздымалась аккуратная грудь. И бедра, господь всемогущий, сейчас он вообще не может думать ни о чём другом, кроме как подойди поближе и обнять её, бессовестно спрятать лицо в её тонкой шее и вдохнуть этот чудесный аромат... Аромат... Аромат... Чем же пахнет? Ни лилии, ни розы так величественно не пахнут как она. Что-то манящее, как зов бабочки к заветному нектару.

Она окинула его выжидающим взглядом и нахмурилась, увидев перемену в его лице, когда тот громко сглотнул и попятился назад от греха подальше.

- Простите меня. Вы лишились одежды, спасая меня. Вот, держите. - мужчина снял и протянул свой пиджак. Хельдез не приняла, видя что целостность пиджака тоже не идеальная. - Понимаю. Почему вы сидите здесь, а не убежали, раз не хотели контактировать со мной? Здесь светло, да и пока я пил кровь вы могли быстро убежать. Вы устали?

На очередные вопросы Хельдез отрицательно покачала головой и вздохнув, вернула меч в ножны, стараясь избежать контакта с солнечными лучами. Это показалось странным для Рихтера, но значения не придал, ведь какая разница? Если она так делает, значит в этом есть смысл, и это не его дело, если та сама не делится своим секретом.

- Как я уже говорил, меня зовут Рихтер. - сдерживая дрожь в голосе произнес вампир, пытаясь освободить шею от тугого воротника. Действительно, от аромата Хельдез кружилась голова и образовывалась слюна. - А вы, мадемуазель, Хельдез. Верно?

Она кивнула, притягивая колени к груди.

- Ч-чудно. Да... Поз-позвольте спросить. Почему вы так сильно вжимаетесь в дерево? Я не трону вас, обещаю. Я не привык угрожать моим героям. Мадемуазель Хельдез, позвольте помочь вам, как-нибудь. Что угодно. Вы голодны? Я могу поохотиться в лесу. Я могу развести костер, распотрошить и приготовить животное. Вы наверное понимаете откуда у меня такие навыки... Да, я вампир. Люди по глупости и страху своему изначально поняли всё не так. - и история Рихтера потекла сама собой.

Он не мог молчать в её присутствии, он плакал, дрожа плечами. И дело не только в том, что он использовал немоту девушки, чтобы иметь возможность болтать сколь угодно. Он просто доверился ей машинально, как цыплёнок впервые увидевший кого-то после вылупление из скорлупы. Он увидел её и мгновенно понял что всё изменилось. Нет, Рихтер не забыл свою жену, он горевал и изливался слезами, но более того он почувствовал как окаменевшее от обиды сердце трепещется. И стоит ей мимолетом бросить взгляд прямо в его глаза он начинает робеть и заикаться. Не от страха, не от смущения, а потому-что он снова влюблён. Это любовь с первого касания кончика лезвия о его лоб, любовь с первого порыва дурманящего аромата, с первого взгляда.

- Когда люди той деревни окончательно убедились в истине, они заманили нас в ловушку и разделили. Нас пытали, мою прекрасную, милую жену пытали ещё жестче как рассказывал один из ублюдков, и он же рассказал о её случайной гибели, когда её случайно подожгли, оставив около камина. И опытным путем они догадались, что вампиров можно убить огнем. Думаю вы поняли почему я оказался в том костре.

Рихтер вытер слезы рукавом, всё ещё дрожа от рыданий. Некое облегчение покатилось по его груди, после двадцати минут непрерывного исповедания. Он вновь поднял взгляд, и от былого недоверия в глазах Хельдез ничего не осталось. Она глядела на него с сочувствием, быстро вытерев маленькие слезинки с уголков глаз. Её тронул рассказ вампира до глубины души, ведь она сама понимает что значит быть преданной кем-то и быть брошенной. Со вздохом, она села на колени, и уставилась на Рихтера.

- Простите меня. Вы не обязаны были слушать меня, это не ваши проблемы, просто... Я уже не могу. Простите. Мне жаль, мадемуазель Хельдез, я так устал. Мою жену убили, меня пытались сжечь, я несколько недель пробывал в подвале в голоде и холоде, из меня самого высосали всю жизнь. И если бы вы меня не спасли, то я бы уже превратился в редкие угольки на пепелище. Я в таком неоплатном долгу перед вами, что мне совесть не позволит уйти не отплатив за вашу доброту, за вашу подмогу. Из всей толпы людей только вы вмешались...

Хельдез слегка пошевелилась, когда солнце сдвинулось по небу, меняя направление лучей. Ширина дерева позволяла прятаться, но было так неудобно находится в одном положении. Она с нетерпением ждала ночи, чтобы размять конечности.

- Мадемуазель Хельдез, кто вы? Вы скажете? - не унимался Рихтер, снова заметив движения девушки.

Какое-то время, около получаса девушка вовсе отстранилась от разговора с Рихтером, и молча уставилась в пустоту. Но как только солнце снова поменяло положение, она сглотнула и начиркала в той же странице словосочетание.

- Д-... - вампир запнулся, поперхнувшись воздухом. - Кха-кха! Кхе... Вы это серьезно?

Она вопросительно откинула бровь.

- Понятно. В этом есть смысл. Вы - демон людоед. А мы похожи, да? В какой-то степени. - он неловко почесал затылок, приметив что такой ответ ему показался логичным. - Думаю, о вашем рационе спрашивать не надо?.. простите.

Этот односторонний разговор и обмен письмами продолжался до самых сумерек, а когда солнце полностью скрылось за горизонтом, вампир уже подкидывал ветки в разожженный костер на берегу той реки. Он сидел на песке, рисуя палочкой портрет своей жены, пока Хельдез умывала лицо и волосы в прохладной воде. Всё же, солце даже не касаясь кожи демона всё равно оказывает воздействие. Жарко очень.

- Куда вы теперь двинетесь, мадемуазель Хельдез? Вы были в Бухаресте. Теперь направитесь в Яссы? Можно с вами? Пожалуйста? У меня здесь никого нет, я не знаю что делать. Может, найду новый смысл жизни в пути. Обещаю, я не буду досаждать, заботиться о себе могу, в обиду вас не дам. - говоря это, вампир врал. Он уже нашёл новый смысл жизни.

Но только сейчас вампир понял, что исчезли мокрые звуки и дыхание демона. Он оглянулся и никого не обнаружил вокруг себя, девушка, а вернее женщина как выяснилось в недавнем разговоре, просто исчезла.

- Мадемуазель? - его одолел тревожный озноб. Он также не нашёл её меча.

Ниужели она просто сбежала? Пока он непринужденно рассказывал, она просто смылась под шумок, даже не попрощавшись.
В груди вампира кольнуло острым жалом, он схватился за голову и присел над землёй.

- "Ушла... Она просто ушла. Но почему? Почему она тоже ушла? Я был излишне болтлив. Но всё же! Мне показалось, что мы подружились! Почему? Почему? Поче-"

- Отвали от меня, дрянь! Какого черта ты напала на меня, свали с дороги, это моя добыча! - вдалеке, на противоположном берегу послышался недовольный мужской голос и копошение, похожее на драку.

Не успел вампир приглядеться, как оттуда на огромной скорости вылетает чьё-то тело, врезается в берег десяти метрах от левой руки вампира. Но тело не останавливается на месте, по инерции оно отскочило и кубарем влетело в сухое дерево. Подойдя ближе он с ужасом обнаружил лежащую и переломанную всю его мадемуазель.

- О, Господи! Хельдез! Хельдез, вы живы? Не бойтесь, восстановитесь, я защищу вас! "Она не ушла... Не важно. Тот кто это сделал - умрёт. Не прощу." - только он повернулся, как встретился лицом к лицу с мужчиной.

Разумеется он не слышал приближения его шагов и отшатнулся назад. Мужчина был высоким, выше даже его. У его была странно синяя кожа с красными крожилками на шее и ребрах. Мужчина оказался мускулистым, было три глаза, один из которых на второй щеке под вторым. Во рту ряд острых зубов, из одежды на нем только штаны, голова полностью лысая.

- Ты кто- гха! - Рихтер согнулся в три погибели, выкашливая сгустки своей же крови, после того как в его живот прилетел мощный удар. Вампир болезненно заскулил сам от себя такого не ожидая, и обнял свой живот.
- Вот это да... - демон засмеялся. - так даже проще. Сегодня я начну с тебя, а потом сожру девчонку. Люблю когда моя еда корчается по песку, ре в силах подняться. Чувствуешь как твои органы перемешались между собой? А я слышал как у тебя хрустнули ребра. Ломать людишек так легко.~
- Нг... Тцк... - этот звук донёсся со стороны сухого дерева, под которым лежала Хельдез. Она поднялась на ноги, но нападать не торопилась. Она застыла на месте.
- Что такое? - дразняще ухмыльнулся демон. - Ты слабачка. Как ты вообще выжила в таком хрупком теле? Да из тебя демон некудышный, погляди на себя. Иди уже, пока я добрый, а мальца оставь мне. Будь умной девочкой и уступи этот улов старшим.
- Убе...гай... - вампир встал на четвереньки, всё ещё приходя в себя после внезапной атаки. - Хельдез... Мадемуазель Хель...дез... я отжил своё, уже мертвец... Уходите...

Демон искоса посмотрел на вампира и придавил его ногой по спине, почти до хруста позвоночника. Нет... Позвоночник проломился под давлением и вампир истошно завыл от нестерпимой боли на всю лесную округу. В следующую секунду он почувствовал как теряет сознание. Перед глазами расплылись бурые пятна - капиляры лопнули, и окрасили его белки в красный. Он смутно помнил как и почему демон убрал ногу, также не мог ясно осознавать как и что тащет его за руки. Его сознание в болезненной границе оставалось, но обрывками.

Вдруг, открыв глаза, он обнаружил у себя в руках тушку кролика, абсолютно сухого, без единой капли крови. Он сидел в поляне согнувшись над землёй, окруженный луговыми цветами из ромашек и клевера, чьи лепестки окрасились в алый. А подняв взгляд, вампира поразило осознание, что заяц - не единственное животное, которое своей кровью помогло ему восстановить силы. Образуя кучу трупов, друг на друге лежали волк без головы, ещё один олень, вернее оленёнок, ещё три зайца.

- Срань... срань господня. Ик... - после неожиданной икоты ему в голову пришло осознание, что столько животных он не осушал даже вместе со своей женой по праздникам. Казалось, он даже не насытился, но как такое возможно, когда столько сухик как бумага трупов животных лежат поодаль от него. - Что случилось..?

Он растерянно огляделся, пытаясь вспомнить что привело его в такую ситуацию. Его окружает ночная мгла, звуки стрекотания сверчков нежно убаюкивали его, а прохладный воздух заставил его глаза замкнуться.
И тут он вспомнил. Неизвестный мужчина, пострадавшая Хельдез, боль в животе и нестерпимая боль по спине. Эти воспоминания нахлынули на него, вызвав мимолётную пульсацию в весках. Но где демон?... Демоны? Почему он жив? Где он вообще?

- Умоляю, помогите! - из лесной чащи выбежал... Тот демон?

- "Что за чертовщина?"

- Спаси меня от этой ненор-

Демон не успел закончить фразу, как его голова оказалась отсечена поперек разреза рта, и с глухим стуком упала на землю. Вопреки ожиданиям, демон не упал после предполагаемой смерти, он развернулся и попытался ударить кого-то. А пока его голова восстанавливалась, кто-то остек ему обе руки одним точным взмахом по самые плечи.

- Ах? - вампир попытался встать, но его притормозили множественные брызги крови от тела демона, который покрывался ранами.

Демон предпринял попытку сбежать, однако по самые колени его ноги полетели в сторону. Тут же и выяснилось, что смертоносной и жестокой машиной для убийств оказалась она. Она - заляпанный в крови врага ангел. Она - мадемуазель, с окровавленным мечом. Она - миловидная девушка, чей яростный взгляд вызывал мурашки по телу вампира. Она - как разъярённая кошка встала на дыбы, широко раскинув плечи, и вытянула свои когти для молниеносной атаки.
Издав гулкое грудное рычание, оскалившись, она набросилась на демона, который уже пожалел о нападении. Куски плоти и костей разлетались во все стороны, она разбирала его на мельчайшие детали, стоило ему только восстановить повреждение. Она резала его грудную клетку мечом, разрывала его плоть клыками и руками и рычала. Очень громко, настойчиво, предупреждая о своей опасности, словно дикий зверь.

- "Она такая..." - вампир, наблюдавший со стороны как главный зритель, нервно прикусил губы, чтобы ненароком не воскликнуть от изумления. - "непредсказуемая... Богиня войны и смерти Хельдез. Она не ангел. Богиня. Теперь я точно не могу не помолиться на нее."

Она рвала, кромсала и рубила демона безостановочно, без капли сожаления и усталости в лице, до самых первых лучей зари.
И вампир до самой последней минуты не верил своим глазам, когда труп ещё живого демона внезапно загорелся и так же быстро истлел под лучами солнца, в то же время как Хельдез стояла в тени гущи леса, с головы до пят словно умытая в крови врага, и со спокойным, невозмутимым выражением лица подносила лезвие меча под лучи. Кровь с орудия тоже испарилась.

- Вы... - спустя час после прострации очнулся вампир. Рихтер на немеющих ногах поднялся и тут же свалился на колени. Он поднял взгляд, полный восхищения и радости на своего героя. - Вы были бесподобны. Умоляю, научите и меня тоже обращаться с мечом. Я никогда не держал оружие в руках, кроме ножа... Но я усердный! Я буду слушаться вас! Хельдез, вы меня слышите?

Хельдез.

- Какая же она красивая... - Шун поправил волосы, отодвигая несколько прядей за ухо. Он наблюдал. Он учится у лучшего мечника, какого он только встречал за свою жизнь. И он бережно хранит в своём сердце не только её, его Богиню, но и дары, которыми она его одарила. Он следовал за ней попятам, стоило только найти знакомый аромат. И теперь он знает что это за цветок. Глициния.