Брошенный демон. || Kimetsu no Yaiba.

Где бы не ступила моя древняя, как я сама нога, куда бы не был устремлен мой ясный взгляд чужих голубых глаз, меня всегда сопровождали двое близнецов, так непохожие друг на друга. Жизнь и Смерть. Под покровом ночи ты, будучи человеком в этом ужасном мире, становишься маяком для тех, кто сдерживает свой голод днём, прячась в укромных, темных местах, отдаленных от солнца... Разумеется, никто не застрахован от рисков начиная с утра до вечера, люди издревле тянутся к новому, дабы не умереть молодыми. Но это вовсе не значит, что нет людей, которые ни за что не станут рисковать жизнями других, дабы заполучить желаемое, пусть и прикрывая деяния "благом ради блага".

Планета не остановит вращение вокруг оси, даже если последний человек на земле просверлит свою голову. Глупо отрицать очевидное: этой каменной глыбе в просторах космоса не жалко ничего и никого, ни горячо ни холодно. Я верю, что пропади все демоны и люди в одночасье, мир станет только светлее и добрее, ибо не будет тех, кто станет спорить ради добра и света. Мне были чужды эти чувства. Ни злобы, ни страха, ни доброты. Пустой камень, скитающийся в пустоте, однажды влюбившийся в "маяк". Она была несчастна. Ей было больно, грустно и была она разочарована этой жизнью. Я завидовала и трепетала перед этими чувствами в её голове, а впоследствии и сердце. Но там ведь не хранятся эти ощущения. Это орган для перекачки крови по телу. Глупые люди просто присвоили эти возможности совсем другому органу. Хотя всё хранится и появляется тут. Да, прямо тут, где я показываю. В голове. Никто, никакой организм не может думать сердцем.

Она хотела любви. Справедливости. Я тоже хотела. Мы казались одинаковыми, только вот, у неё было больше того, чем у меня. Вернее сказать, у меня этого совсем не было. Чувств.
Эта идея появилась мгновенно.

- Дитя человеческое, ты расстроена происходящим. Но уверяю. Когда я насыщусь, отпущу тебя. - мои корни простирались до самых глубин подсознания.

В-вы забрали моё тело! Почему вы это делаете? Это плата за вашу помощь?! -

- И да, и нет. Ты должна меня понять, потому-что мы, в какой-то степени, похожи. - звук, издаваемый гортанью, становился похожим на голос девушки.

К-как..? -

- Разве тебя не любили твои кровные люди? Этого должно быть достаточно.

Кр-кровные?? Вы имеете ввиду... Маму, отца и мою сестру?.. -

- Да. Зачем тебе ещё внимание от некровного создания?

Потому-что я имею на это права. Он так сказал! -

- Я не понимаю. - я опустила взгляд зрительных нервов, которые впоследствии стали полноценными глазами.

Вы хотите забрать того, кого я люблю? -

- Не совсем. Я не знаю что это такое. Я не знаю почему ты так упорно сопротивляешься. Уступи мне.

Вы просто не понимаете... Ох... Так вы... вы ничего не понимаете, потому-что не чувствуете? -

- Пусть по-твоему. Суть похожа. Я знаю про эмоции, их функции, назначение. Они созданы для укрепления союза между людьми, для продолжения жизни. Чтобы притягивать вас друг другу. Некоторые чтобы защищаться. Какие-то необходимы, как дополнение к другим.

Вы... -

- Но как бы я не старалась, я никогда не ощущала их присутствия. Меня никуда не тянет, никто не интересовал, медленно неслась в пространстве налюдая за миром. - я подошла ближе, протягивая образованную из насекомых руку в сторону души дитя. - А потом твои мольбы были услышаны. В тебе осколок божества, всплеск энергии привёл меня к тебе. Израненный, пасомый агнец.

Дитя просто лакомый кусочек для любого пространственного мусора. Повезло ей, что именно я та, кто протянул ей руку помощи. Она не заслуживает плохой участи. Мы пожали руки, придя к соглашению. Мне дозволялся год, дабы я могла не волноваться на счёт сопротивления, а она про моё присутствие. Год, чтобы я познала на себе все возможные чувства.
Да вот только, последнее, что я испытала, будучи человеком, стало разочарование. Любовь приносит несчастья. Кромешную, колючую, беспощадную боль.

- Г-господин? "Почему он ударил меня? Что нашло на это существо? Всё же было хорошо..."
- Ты не смеешь здесь находится! - в его взгляде читалось презрение. - Пошла прочь! Уходи немедленно, иначе я больше не стану сдерживаться! - его за обе руки держали люди, чьи тела приняли черты лисов и лисиц. Выражение лица выражал абсолютный гнев.
- Успокойтесь, пожалуйста! "Может, он уже догадался что к чему?"
- Заткнись, мерзавка! Как ты только смеешь говорить со мной в таком тоне?! Я не хочу, чтобы в моём храме было нечто подобное, вроде тебя!!!

Резкий толчок в грудь и я ударилась головой о каменную стену храма. Меня вывели к подножию горы несколько лицис, пока большинство из них успокаивали, и сдерживали чудовище. Пусть так, но за тридцать два дня, такой короткий срок, я сумела понять что значит любить. Это никакое не тёплое чувство. Это страх оказаться отвергнутым, поэтому ради избежания этого, ты отбрасываешь себя на второй план и устремляешь внимание лишь на того, в ком ты нуждаешься. Я делала всё, что говорила мне Йоко, чтобы завоевать его расположение. Я хотела почувствовать любовь не головой, а сердцем. У меня вышло, к сожалению.
Бродя близ подножия я совершиила ошибку, случайно зайдя за пределы барьера. Меня настиг второй монстр. Но это уже начало истории меня в облике демона.

Вот что я вспомнила. Вот что так тщательно скрывалось в глубине моего подсознания от самой себя. Кибуцуджи не похищал меня. Более того, он просто случайно увидел человека около горы и превратил в демона, даже не задумываясь о последствиях, как это делал в прошлые и будущие разы. Это я прицепилась к нему как пиявка. Меня гложило разочарование, такое мощное и незабываемое, и дабы не мучить себя более, переключила свою боль на него. Я возжелала его любви и снова разочаровалась. Любовь меня губила. И я до сих пор хочу этого. Настоящего теплого-... Нет, горячего, обжигающего, страстого чувства, которое есть у Йоко. Её ждут спустя года, когда меня никто и никогда. Не моя жизнь, не мои чувства. У меня ничего нет. Нет тела. Нет оболочки, своей собственной, чтобы в неё влюбились и желали, затем и в начинку, то есть в моё "Я". Люди называют это романтично "любить душу".

- Йоко.~ Дорогая, о чём ты так глубоко задумалась? - моё плечо аккуратно погладили пять крепких пальца. - Не думаешь же ты, что Аказа сбежит? Доверься мне, любовь моя.

Он ждёт в очередной раз, когда я кивну. Я легко могу сказать, что он меня не любит, как Йоко. Были бы его чувства реальны, он бы сделал всё, чтобы уберечь от несчастий, даже если бы пришлось бы мириться с другой личностью в её теле. Он жадный, корыстный мужчина, в чьих интересах владеть тем, что захочет, а не предлагают. Я изначально подозревала его в том, что с ним что-то не так и мои догадки подтвердились, когда я всё вспомнила. У меня только одно не укладывается в голове:

На кой черт ему позволять вспоминать? Даже не так. Он ведь знает, что происходит со мной, от него ничего невозможно скрыть. В чём причина столь странного поведения? Он мог удостовериться в том, что сознание Йоко в порядке и не морочить свою голову, помогая вспомнить мне. Зачем он стремится помочь мне?.. разве что... есть шанс, если бы он не знал о том, кто я. Всмысле, он может, думает: наконец это существо покинуло тело Йоко, надо теперь вернуть ей память. Боюсь, в таком случае, мне придётся притворяться, дабы не потерять эту жизнь.

- Йоко? - он приближается к моему лицу, ласково обхватив его обеими ладонями. - Такая грустная. Не бойся, я не дам тебя в обиду иным демонам. Пожалуйста, никогда больше не уходи без предупреждения, хорошо? Никто тебя не осуждает, ты имеешь права гулять где и когда хочешь. Просто время сейчас такое, поэтому нужно быть аккуратными.

И вновь он нянчится со мной, как если бы с Йоко. Она нежная натура, с которой нужно говорить мягко и терпеливо, иначе не избежать трясущихся бровей и губ, виноватого взгляда, а впоследствии и слёз. Стоит кивнуть ради приличия.

- Ну, вот. Всё хорошо, милая моя. - он проходит за мою спину, обнимает талию и кладёт голову на плечо. - Извини, если напугал тебя, когда не отозвался на твой зов. Знаю, ты нуждалась в моей помощи. Прости, что в тот момент не был рядом. Мне нет оправдания.

- "Не важно."

В небе потихоньку смеркалось. Аказа до сих пор лежит на земле, его глаза расслаблены, неотрывно смотрят на звезды, а Дзю ходила рядом, полагая о потере сознания демона, но как бы ещё и злясь на него. Ренгоку попросили проводить Аой обратно в поместье, чтобы он сменил бинты на ногах, а девушка пришла в себя в знакомой обстановке. Разумеется Дзю протестовала тому, потому-что побоялась отпускать недееспособного Столпа и слабого охотника одних, а поэтому Вольдемар приставил человека-лису к ним. Только потом охотники покинули поместье. Через какое-то время Вель сказал, что двое добрались без происшествий, и купол снова стоит как прежде. Отправленный вместе с ними человек-лиса в тот же момент появился около Вольдемара, а потом снова исчез. Вольдемар удостоверился, что следующего разрушения купола более не будет, ибо камни с рунами надёжно спрятаны.

- Слава Богу. - выдохнула Мицури с рукой на сердце. Она направилась к демонам. - Дзю, а что вы делаете?
- Хн? - Дзю поправила волосы, взмывающие ветром вверх. Она указала на демона.  - Хмм...
- Вы хотите привлечь Высшую Луну на нашу сторону? Хотя нам выбирать не приходится. - она кивнула в сторону Вольдемара, который всё так же спорил с Обанаем.

Мицури поняла по грустным глазам демона, что чувствует она себя не самым лучшим образом. Она хотела обнять Дзю, но подумала, что ей это не понравится, вспоминая отстранённость демона. А она как никогда раньше хотела чьих-то объятий и утешения, иметь возможность спрятать лицо в плече этого доброго человека или не совсем, дать волю эмоциям, воговриться в конце концов. И демон понимала, что сейчас все заняты недавним нашествием, нападением Высшей Луны и его вербовкой.

Девушка пожелала доброй ночи и направилась к Хашира.
Дзю медленно присела на камни рядом с Аказой, обхватив колени руками, колеблясь между тем, чтобы пожалеть или ударить. Но самом деле, самым сильным желанием было наорать на демона за то, что тот создал ей такие проблемы.

Но не сейчас. Ей слишком не по себе от сей затеи, она даже не знает что именно сделал Вольдемар, доверившись его решению. То облегение, испытанное после касания пальцев, до сих пор лёгким туманом парит в душе демона. Дзю стало интересно, как бы реагировал Мудзан, если бы Аказа, один из Высших Лун, в самом деле переметнулся к Столпам? Оказался бы в замешательстве? А может он предполагал бы подобный исход и просто смирился? Наверняка говорить не стоит, ещё ничего не произошло.

Ночь. Наконец Дзю не приходится щуриться на свет, голубые глаза расслаблены. Одежда, что на демоне, едва едва прикрывала оголенные руки и щиколотки, всё осталось под крышей поместья, когда невыносимое пекло сводило с ума. Волосы свисали вниз по спине и груди, грязь осела на белых корнях и локонах. Впрочем, лицо и тело тоже испачканы, но о гигиене ей сейчас думать хотелось в последнюю очередь. Аказа моргнул несколько раз, со скрипучим вздохом повернул голову к демону.
- Ночь?

Дзю кивнула.

- Это... - Аказа осёкся, он звучал спокойно, озадаченно. - То что я увидел... правда?... Я не могу не знать, что это было на самом деле, но... мне очень хочется сомневаться.

Дзю вопросительно качнула головой, с одной стороны понимая его, в плане ощущений, а с другой она абсолютно без понятия о чём говорит Аказа. Демон до сих пор гадает какое волшебство применил Вольдемар по отношению к ней и Аказы, она спросит об этом чуть позже, наверное. Если снова не забудет, как и о том, чтобы спросить на счёт её самой и Йоко.

- Значит, ты правда немая. Я бы в жизни не поверил, что есть демон с таким дефектом. Мы ведь можем восстановить что угодно. Ты что, водишь всех за нос?

Демон отрицательно покачала головой. Данное высказывание ей слышать приходится не в первой, скажем, даже чаще, чем доброе утро. Хорошего в этом мало, люди и демоны с первого раза полагают о лжи, а когда узнают причину либо всё равно не верят, либо верят, но с трудом. Догадаться не трудно, Дзю не станет говорить о своей жизни незнакомому демону, тем более Высшей Луне.
Позади поднялся гомон. Столпы с Вольдемаром о чем то бурно спорили, даже казалось, что скоро эти голоса станут громче. Дзю хотела подняться и вмешаться, однако вопрос, заданный Аказой, вогнал в ступор.

- Дзю, ты бы хотела бы вновь стать его демоном, если была возможность? - голос Аказы звучал серьёзно. Дзю не мешкаясь провела большим пальцем поперек горла. - Предпочитаешь умереть?

*Дзю*

А какой он ожидал ответ? Без разницы, даже если он предложит мне стать Первой Высшей Луной, я в жизни не соглашусь вернуться в этот ад. Я не вернусь на короткий поводок.
Больше на вопросы Аказы я не отвечала, ушла в свои мысли.
У Столпов там нешуточные словесные баталии, боюсь вмешаться.
Охотники уже устали от всего что со мной связано, ведь это я навлекла на их итак неспокойную жизнь столько неприятностей. И просить в добавок понимания не только эгоистично, но и... нагло.

Вольдемар разумеется поддержит, я ведь облик Йоко. Йоко где-то в подсознании собственного тела, не имеет возможности вмешаться, если дело дойдет дальше объятий, а я не хочу разрушать их отношения, поэтому держу дистанцию с ним. Но что если я делаю только хуже? Что если его чувства остынут по отношению к ней, потому-что создала большую дистанцию? Вероятно, он уже устал от всего и просто хочет закончить этот цирк чувств, но идея одолеть Кибуцуджи его сдерживает.
Когда я так рьяно желала этого чувства, но получила лишь предательство, до этого другой человек купался в чужой любви.

Представить себе не могу как я жила такой чёрствой все эти восемьсот лет. Почти девятьсот. Это как нужно устать от жизни и людей, чтобы забить на своё мироощущение? Я вспомнила о том, что я живое тело только когда начала получать любовь мужчины. Слышать собственное сердцебиение не в бегстве, а держась за руки приятно, но не когда понимаешь, что этот мужчина влюблён не в тебя, а того, чьё тело ты занимаешь. Смогу ли я остаться в живых, в её теле, когда Вель узнает что происходит? Я не хочу умирать. Наверное из-за страха смерти я до сих пор молчу.
Завидую Йоко.

А ведь...

Единственный человек, который не отвергал меня, был на моей стороне, безустали читал мои записи, ругал за глупости, поддерживал, терпел меня такой какая я есть, а не пытался подстроить под стандарты, видел во мне не кровожадного монстра, а личность, знает меня как "Дзю", это она - Кочо Шинобу. Она имела возможность оставить меня подле себя в качестве раба, Убуяшики ничего не сказали ей по этому поводу, но она отпустила меня, извинилась за неудобства. Её девочки каждый раз зашивали мою одежду, поместье бабочки никогда меня не выгоняли прочь. Я всё это разрушила, потому-что дура! И я навредила этому человеку, не уберегла, позволила этому цветку медленно увядать. Ненавижу себя за это и никогда не прощу до конца жизни. Когда бы этот конец не произошёл...

- Да делай что хочешь! - меня вырывает из тяжелых мыслей вопль одного из Столпов. Обернувшись, выяснилось, что Обанай направляется прочь от Хашира, стараясь не сбавлять темп.
- Игуро-сан! Не уходите! Стойте! - Мицури не знала что делать: бежать за Столпом или стоять с другими. - Пожалуйста, давайте просто поговорим вместе!
- Нам не о чем говорить, Канроджи, я больше и шагу не сделаю здесь, пока этот урод не уйдет! - слышу я его ответ.
- Не понимаю, почему ты обижаешься на правду. - Вель кажется подливает масло в огонь.

Я смотрю на Аказу, а тот закатил глаза и игнорирует в ответ. Возможно он говорил со мной, а я не слушала его, поэтому и капризничает. Я направилась к Столпам, но тут же срываюсь с места и встаю между Велем и кончиком необыкновенно изогнутой катаны Обаная. Конец лезвия замирает на поверхности кожи лба, чувствую как по лицу течёт тонкая дорожка крови. А ведь он целился в горло Веля.

- Глупышка, что же ты делаешь?! - Вель хочет оттолкнуть меня назад, а я не поддавалась, и в шоке смотрю в глаза охотника. Его глаза полны ярости, обиды и ненависти, он остановился не потому-что одумался, а потому-что его ноги, в момент приближения, опутали лозы с весьма крупными шипами.
- Дрянь. Уйди прочь! Если так сдохнуть торопишься, то я с тобой потом разберусь, а сейчас я проучу этого придурка! - вопреки боли он стремился выбраться и взмахнуть катаной.
- Угомо-

- Грах! - гневно зарычала я, сама от себя такого не ожидая. Это рычание прозвучало грубо и по зверски, как крик крупной кошки. - "У всех охотников одна цель, из-за разногласий вы можете всё испортить. Немедленно прекратите весь этот сырбор, не до бытовых разборок сейчас! Вель, повтори!"

Он глядел на меня странным взглядом, как будто радуясь и одновременно дивясь тому, что я вообще вмешалась. Разумеется он сказал всё слова в слово, а Столп только сильнее разозлился.

Атмосфера накалилась до предела. Ещё немного, ещё одна неправильная фраза может разрушить итак сложные отношения подобно карточному домику. Мои самые худшие сценарии начинают подтверждаться. Самое страшное и нежелательное, что я могу предположить - это распри между Хашира. Я удостоверилась никогда не упоминать и не вспоминать о путешествиях среди охотников, дабы случайно не начать разговор. Если бы Хашира пришли к вопросу, а есть ли демоны за пределами Японии, мне пришлось бы сказать правду. Ибо в противном случае, велик шанс, что Мицури вспомнит о том, что собиралась рассказать о подозрениях на счёт этого. Если бы Хашира узнали о других подобных организациях в странах столь отдаленных и близких, то с большой вероятностью случился бы контакт. Но сейчас это не имеет значения. Хашира ссорятся не с другими организациями, а с между собой. Нужно избежать крупного конфликта.

Мои мысли перебил шум в небе. Скажем, такой, как если бы вдалеке вдалеке взорвали фейерверк, и эхо взрывающегося пороха доносился заглушенно. Этот звук снова повторился, но ближе.
Все обострили слух, я смотрю в небо в поисках источника шума, за мной повторяют половина присутствующих. Вижу очень далеко какое-то свечение, пытаюсь разобрать что это, но взгляд размывается. Эта штука, чем бы была, как будто не намерена приближаться и застыла на месте. Хашира в недоумении спрашивают Вольдемара, а тот в свою очередь хмурится и тоже щуриться. Не имею ни малейшего понятия о происходящем, однако напрягает, что сам Вель не может дать ответ.

- Это... Что это за штуковина? - словно спрашивает себя Вель, в попытке разглядеть приближается на несколько метров. На его лице застывает удивление. - Никогда подобного не видел.

Вдруг, это свечение затухает. И в следующий же миг раздается громчайший взрыв, и небо озаряется сплошным светом. Мы рефлекторно зажмурились и закрыли уши. Вель в том числе, он согнулся над землёй и опустил голову, его губы двигаются, кажется он что-то говорит, но мои барабанные перепонки трещат по швам. Грохот рассеялся, а свет полавно затухал. Люди вокруг меня пооткрывали рты в полнейшем шоке. Мы какое-то время пытались успокоить глаза. До сих пор в ушах стоит звон.

- Дзю! Дзю! Твои уши кровоточат! Дзю, ты впорядке?! - руки Мицури приподняли меня, когда я вдруг потеряла равновесие.

Она сама держалась на ногах кое-как, но впрочем, мы целы. Тем не менее полнейший шок вывел нас из строя. Молчание, казалось, длилось часами, хотя на деле прошли лишь секунды.

- ...ло с толку. - Вел выпрямился и встряхнул пыль с колен. Мне потребовалось время, чтобы восстановить чувствительный слух. - Дорогая, ты знаешь что-нибудь?

Я покачала головой, понимая что откровенно вру. Я не знаю точно, но слышала, что люди разрабатывают новые виды бомб. Это было недавно, в одном из республик, лет пять назад. В любом случае нам повезло, никакой разрушительной силы-

Треск...

Треск...

Треск.

Все кто пришёл в себя после оглушения принялись искать источник этого звука. Кто-то мог подумать про окна, но в поместье Убуяшики нет подобного в стенах дома. Затем, мы переглянулись и как один организм подняли головы.

Барьер над нами покрылся паутиной из трещин. Ведь испуганно сглотнул, уставившись как один из его волшебных творений тает на глазах. Непривычно видеть подобный спектр эмоций у того, кто только и делает как улыбается в разных тональностях. Купол лопнул подобно мыльному пузырю, его остатки растаяли в воздухе.

- Э-эй... зачем ты убрал купол? - дрожащим голосом спросил Тамиока.
- Это не я. - голос Веля слышался шёпотом. - Что произошло?

- Удивлён?~

Тот, кто стоял в тенях разрушенного забора, заставил моё сердце сузиться до размера зёрнышка. Алые глаза очень хорошо выделяются во тьме, вкупе с ужасающей, до боли и печали знакомой аурой.
Я слышу удар об струны бивы. В тот же момент я перестаю ощущать почву под ногами и проваливаюсь в незнакомое мне пространство. Всё вокруг двигается в хаотичном порядке. Туннели из комнат соединнялись и разъезжались, образовывая коридоры и помещения. Не понятно где здесь верх, а где низ. Ориентация тут же ломается. А ещё больше страшно стало от того, что я здесь по-видимому одна.

- Йоко!!! - крик. - Убега-! - вижу в открытом окне сверху отчаянного Веля, намеревающегося прыгнуть за мной, но окно закрывается прямо перед ним.

- "Что происходит?! Где я?! Это же был он... К-кибуцуджи!" - в панике перемещаюсь между подвижными комнатами, затем снова звук бивы. Я очутилась в маленькой комнате, темной, спокойной. Тут тихо, я оглядываюсь по сторонам, в поисках хоть чего-то вразумительного и замираю с открытым ртом.

- С каких пор ты носишь лохмотья? Мне казалось ты, как женщина, любишь наряды.

- Мх... "к...Ко... Кокушибо..."