2 глава
Пара огромных синих глаз смотрела на Чонгука из-под длинных пушистых ресниц. Чонгук и в голову не пришло бы, что это и есть деревенская простушкаДженни. Хотя маленький рост и не позволил девушке стать моделью, но на убогую провинциалку она тоже не смахивала.
Ее миндалевидные глаза, обрамленные черными ресницами, превосходно сочетались с такими же черными, ниспадающими на плечи волосами. Белизна кожи, ухоженной и гладкой, как алебастровый фарфор, выгодно оттенялась умело наложенным макияжем, слегка приоткрытый ротик был накрашен помадой цвета искрящегося бургундского вина. Во всем облике Дженни присутствовала какая-то первозданная чистота и наивность. Чонгук усомнился в естественном происхождении такой святой невинности и предположил, что это всего лишь мастерски созданный имидж, к которому так стремятся многие девушки.
Черный облегающий свитер обтягивал высокую, упругую грудь Дженни, а талия была настолько тонкая, что казалось, ее можно легко обхватить руками. Черная мини-юбка едва прикрывала бедра, и взгляд Чонгука уже томно блуждал по обтянутым черным нейлоном ногам. Мужская природа давала о себе знать. Он сгорал от желания увидеть, что скрывается под этими сексуальными шмотками, которые вдребезги разбили его представление о здоровенной деревенской бабе в голубых джинсах и нелепых побрякушках.
Внезапно Чонгук заметил строгий взгляд своей сестры и поспешил изобразить непринужденную улыбку.
- Привет, Дженни, рад познакомиться. Джису и Каресса много о тебе рассказывали.
На бледной коже Дженни заиграл румянец, выдававший ее смущение.
- О... мне... тоже очень приятно, мистер Чон Макальпин, - заикаясь и с трудом подбирая нужные слова, выдавила Дженни.
Каресса громко рассмеялась.
- Мистер Чон Макальпин! - передразнила она. - Ты так говоришь, будто он такой же старикашка, как и моя мамуля.
- Так оно и есть, - огрызнулась Джису. - Тридцать четыре года - не так уж и мало, к тому же мы еще крепко стоим на ногах, молодая леди.
«Будь я и в самом деле старикашкой, разве забурлила бы от желания моя кровь, как у двадцатилетнего?» - чуть не ляпнул Чонгук, но вовремя остановился, заметив, как Дженни ломает свои пальчики и покусывает нижнюю губу, не зная, куда деться от смущения. Несмотря на роскошный макияж и тщательно подобранный гардероб, внешность Дженни, похоже, не имела ничего общего с ее характером. В умении держаться и вести светский разговор даже четырнадцатилетняя Каресса давала ей фору.
- Не слушай ее, сестра всегда любила приврать, - сказал Чонгук, подмигивая. - На самом деле я на четыре минуты младше Джису. Так что Каресса права, оставим «мистера» старичкам, называй меня просто Чонгук.
- Надеюсь, я вам не помешаю, - смущенно пролепетала Дженни. - Одно ваше слово - и я тут же куда-нибудь перееду.
- Не волнуйся, детка, - по-матерински успокоила ее Джису. - Ну, скажи ей, Чонгук!
- Конечно, нет, Дженни. В этом доме хватит места нам обоим. Когда я в нем жил, мы с Джису, бывало, здесь не встречались неделями, несмотря на то, что мы вовсе не старались избегать друг друга.
Если контраст между ангельским личиком и соблазнительной фигурой Дженни обезоруживал, то ее волшебная улыбка сразила Чонгука наповал. У него перехватило дыхание, когда он увидел две очаровательные ямочки, появившиеся на ее щеках.
- Спасибо, - сказала она. - Постараюсь не слишком вам надоедать. - И продолжила, обращаясь к Джису: Су...
Услышав, что Дженни называет его сестру уменьшительным именем, копируя Карессу, Чонгук еще раз убедился, что Дженни действительно по-детски наивна и неопытна.
- ...Су, я подумала, что тебе, наверное, хочется побыть с братом, вам ведь есть о чем поболтать; может, отменим сегодняшние занятия по вождению, а?
- Не глупи! У нас полно времени, я только выпью чашечку горячего кофе на дорожку. Помогла бы тебе с чемоданами, братишка, но я уже слишком стара, - кинула Джису через плечо, уже на полпути к кухне. - Зато моя драгоценная Каресса с удовольствием поможет своему одряхлевшему дядюшке.
С виду безобидная шутка была адресована Карессе, но смышленый Чонгук сразу догадался, что она намеренно старалась подчеркнуть разницу в возрасте между ним и Дженни.
- Пойдем, - позвала Каресса, нетерпеливо потянув его за руку. - Надо побыстрее распаковать чемоданы, а то они умнут торт, не дождавшись нас.
- Ах ты, моя хитрая маленькая шалунья, я-то знаю, чего ты хочешь, - рассмеялся Чонгук.
Он выудил маленький сверток из кармана и, улыбаясь, вручил племяннице, которая чуть не сбила его с ног, бросившись к нему на шею.
- О Чонгук, это потрясающе! - воскликнула она, надевая инкрустированный бирюзой серебряный браслет и восхищенно любуясь новым украшением.
Но как только Чонгук увидел эти бирюзовые камушки, он сразу вспомнил огромные глаза, которые только что видел. Бирюза, подумал Чонгук, разглядывая камни, глаза Дженни - чистая бирюза.
- Спасибо, спасибо, спасибо! - не унималась Каресса, кружа по комнате. - Пойду похвастаюсь мамочке и Дженни. А потом сразу же вернусь и помогу тебе с чемоданами, договорились?
- Да ладно, беги, я справлюсь, - откликнулся Чонгук уже в дверях. - Кстати, Джису что, действительно учит Дженни водить?
- А тебя тоже это пугает?..
- Не то слово, девочка, - пробормотал Чонгук. Подвергать малейшему риску поистине уникальную красоту Дженни Ким Форд не просто страшно, а преступно.
На протяжении трех дней Чонгук приводил себя в божеский вид, стирая из памяти жизнь за границей. Встречи с Дженни были нечастыми. Один раз он увидел ее, направляясь в жилую часть дома из своей спальни, когда она гнала на всех парусах и чуть не сбила его с ног.
Машинально Гук опустил руки на ее хрупкие плечи. Дженни застыла, неподвижно уставившись на Чонгука, и внезапно, словно опомнившись, начала сумбурно извиняться, пытаясь объяснить, что намеревалась успеть на автобус, следовавший до агентства в Сиднее.
- Послушай, малышка, если ты подождешь, пока я натяну рубашку, я подброшу тебя прямо на остановку.
Такое невинное предложение вызвало у Дженни еще больший шквал эмоций. Ее и без того огромные глаза от смущения стали еще больше, а на щеках выступил багровый румянец.
- Нет, нет, не стоит, спасибо... все хорошо, со мной все в порядке, я спешу.
Она выскочила на улицу, быстро захлопнув дверь и оставив за собой тонкий аромат духов. Этот нежный запах, сразу так полюбившийся Гуку, еще долго преследовал его... Однако второй раз, когда ему снова посчастливилось ее увидеть, Чонгук стоял слишком далеко, чтобы почувствовать его.
Чонгук как раз собирался на вечернюю пробежку, когда увидел Дженни, садящуюся в «порше». Внешний вид девушки не возбудил в нем никаких подозрений. Судя по обычным облегающим джинсам и свободной блузке, это была просто дружеская прогулка, а не романтический ужин при свечах в дорогом ресторане.
И, наконец, третий раз их дорожки пересеклись пятью часами позже. Чонгук вышел на крыльцо проверить, что заставило сработать охранную систему сигнализации в переднем дворике. Под моросящим дождем, согнувшись в рвотных судорогах над грядкой с азалиями, стояла Дженни. Мокрая, залитая слезами, она представляла собой жалкое зрелище. Единственное, что мог предложить ей Чонгук, так это моральную и физическую поддержку. Вспоминая, как он уверял Джису, положа ей руки на плечи, что она будет жить и что все будет хорошо, (то же самое говорил ему их старый сосед мистер Парсон), Гук подошел к девушке.
Что заставило ее так наклюкаться и где тот паренек на «порше»? - спрашивал себя Гук, приближаясь к ничего не соображающей Дженни. Он подхватил ее на руки.
- Я... не пла... - пролепетала она заплетающимся языком в ответ на предложение Гука отнести ее в дом. - Я... никогда... не напиваюсь, я вообще... не пью.
На секунду Гуку захотелось отнести ее, уже и без того промокшую, в ванную и облить холодным душем. Но Дженни так доверчиво прижалась к нему, что у Чонгука не хватило духу. Вместо этого он остановился в дверях спальни и попытался открыть дверь так, чтобы не уронить Дженни. Но дверь оказалась заперта.
- Черт возьми, - выругался Гук и вздохнул. Даже в таком непривлекательном виде, с удушливым запахом перегара изо рта, спутавшимися волосами и размазанной по всему лицу черной тушью, Дженни была чертовски красива.
- Дженни... Дженни, я сейчас уложу тебя и... - Не успев закончить, Гук почувствовал, как ее руки еще крепче обвились вокруг его шеи.
- Нет, я... сплю... сплю...
- Родная, ты не спишь, - сказал Чонгук, стараясь не смеяться. - Ты попросту напилась, солнышко.
- О... спасибо... какой ты... добрый...
Дивясь ее пьяной вежливости, Чонгук покрепче прижал ее к груди левой рукой. Пытаясь сохранить равновесие, правым предплечьем он поддерживал нижнюю часть ее тела так, чтобы можно было вслепую ухватиться за дверную ручку. Из-за его роста, ноши на руках и низкого расположения ручки все это напоминало работу жонглера. К счастью, вскоре Чонгук справился с давно ему знакомым хитрым механизмом замка.
Он открыл дверь ногой, затем локтем дотянулся до выключателя и зажег свет. Девушка сразу же взвизгнула.
Чонгук осмотрелся, подошел к кровати и, собираясь откинуть ватное одеяло, опустил Дженни на ноги. Но она, удовлетворенно простонав, тут же рухнула на кровать. Все произошло так быстро, что Гук едва не завалился вместе с ней.
- Очнись, Дженни, твоя одежда промокла, если ляжешь спать прямо так, то простудишься, - уговаривал Гук, тряся девушку за плечо.
- Шпать... я хочу шпать... - невнятно пробормотала Дженни.
- Это потом, а сейчас будь умницей, давай переоденемся во что-нибудь сухое.
Но едва ему удалось посадить Дженни, как она оттолкнула его и, бурча что-то себе под нос, перекатилась на подушку, лежавшую на противоположной стороне кровати.
Проклятье! - отчаявшись, подумал Чонгук. С каким удовольствием он позвонил бы своей сестре прямо сейчас, ночью. Интересно было узнать, что скажет Джису. Следовать ему инструкции «руки прочь» или постараться спасти девушку от воспаления легких? Но Джису уехала на выходные за город, и Чонгуку пришлось самостоятельно решать эту проблему. В случае с беспомощной и ничего не соображающей Дженни уговоры не принесут никакой пользы, и он только потеряет зря время.
Разглядывая неподвижный грязный комочек на кровати, он правильно оценил ситуацию. Оставить ее в таком состоянии будет просто бесчеловечно, решил он, хотя прекрасно понимал, что справиться ему будет нелегко. Чего стоили синие джинсы, плотно облегающие фигурку, стащить которые даже в сухом виде не каждому под силу, а что уж говорить о мокрых...
Чонгук уныло почесал в затылке, затем решительно приступил к действиям.
- Проснись, Дженни! Ну же, детка, давай. - Чонгук бесцеремонно встряхнул ее за ногу.
Все напрасно, Дженни была в полной отключке.
Что ж, сама виновата, мне все равно, от чего ты завтра будешь умирать - от похмелья или от стыда, подумал Гук и начал стягивать с нее высокие, армейского типа ботинки, пользующиеся особой популярностью у молодежи.