Iskuplennyi

Чонгук

Семь месяцев спустя

— Дети готовы к твоему появлению, — Лиса вошла в мой номер Бандини.

Я улыбаюсь ей, застегивая свой гоночный костюм.

— Они все там?

Она кивает и протягивает мне руку.

— Готовы смотреть, как их любимый парень участвует в своем первом Гран-при.

Я заканчиваю пристегивать iWalk и встаю с дивана. Вместе с Лисой мы выходим из дома на колесах, где я готовлюсь и отдыхаю перед гонками.

Мы идем по главной дороге к ряду сцен, где гонщики и спонсоры встречаются с болельщиками.

Лиса качает наши руки в воздухе.

— Ты готов к своему первому сезону?

— Да.

Люди останавливаются и смотрят. Некоторые открыто глазеют на мой iWalk, другие избегают прямого зрительного контакта со мной. Мне должно быть не по себе, но один взгляд на ухмыляющееся лицо Лисы заставляет меня игнорировать их.

Кому есть дело до остального мира, когда мой вращается вокруг этой девушки? Она ведет меня к сцене.

— Ты нервничаешь?

— На удивление, нет.

— Как тебе машина?

— Ты уверена, что хочешь знать ответ на этот вопрос? Ты можешь начать ревновать.

Ее плечи вздрагивают, когда она смеется про себя.

— Я? Ревновать к машине?

— Я любил ее до тебя, — поддразниваю я.

Она высунула язык.

— Она может быть твоей первой любовью, но не станет последней.

— Кто-то наглеет.

— Я заслужила свое место, — она подмигивает.

Из меня вырывается бурный смех.

Мы останавливаемся у входа на сцену. Я притягиваю ее к себе и целую в макушку. Желая насладиться моментом, я делаю несколько глубоких вдохов.

Лиса возится с молнией на моем костюме.

— Просто предупреждаю. Я могла бы сделать что-то особенное для сегодняшнего дня.

— Я почти боюсь спрашивать.

— Почему бы мне просто не показать тебе? — коварная улыбка Лисы заставляет меня
насторожиться.

Рука об руку мы поднимаемся по ступенькам на сцену. Сотни детей кричат во всю мощь легких, когда я вхожу на огромную сцену. На них нет одежды Бандини, которую я послал им в качестве части благотворительного пакета.

Нет.

Все дети, от малышей до подростков с самодовольными ухмылками, одеты в различные варианты одежды Железного человека. Некоторые размахивают в воздухе своими протезами, держа в руках плакаты с моим именем. Хотя все выглядят по-разному, от национальности до возраста, у них есть одна общая черта.
Они все похожи на меня.

Я моргаю, глядя на их костюмы, которые определенно не входили в план.

— Сюрприз? — Лиса смотрит на меня так, будто хочет оценить мою реакцию.

Толпа кричит, когда моя семья выходит на сцену. Ноа держит Марко, который одет в
свой собственный костюм Железного человека. Майя и мои родители присоединяются к нему, улыбаясь мне в своих рубашках Бандини. Мама смахивает слезу, стекающую по щеке, а папа обнимает ее за плечи.

Я смотрю вниз на женщину, которую люблю.

— Ты все это спланировала?

— Ну, ты попросил меня помочь организовать сегодняшнее мероприятие.

Толпа начинает скандировать «Железный человек» все громче и громче. Я подхожу к краю сцены, совершенно ошеломленный.
Лиса дает мне что-то в руки, и я смотрю на это. Это новый гоночный шлем, сделанный
на заказ. Символ дугового реактора Железного Человека расположен в центре верхней части, окруженный испанским флагом. Я переворачиваю его и осматриваю заднюю часть. Специальная наклейка с изящным почерком Лисы находится в нижней части шлема.

Может, ты и герой в моей истории, но в их истории ты легенда.

Это один из лучших подарков, которые мне дарили.

Одной рукой я хватаю Лису и притягиваю ее к себе. Я нежно целую ее губы.

— Спасибо.

— О, пожалуйста! Это ты основал благотворительную организацию. Я только привела их всех сюда.

— Без тебя, со своим безумным планом вторжения в частную собственность, не было бы ни благотворительности, ни тем более мероприятия. Это ты.

Она смеется про себя.

— Может быть, там была кошка, которую нужно было спасти.

— А может, там был человек, которого нужно было спасти, — я смотрю на толпу детей, у которых есть протезы благодаря фонду, который я основал.

Достаточно было одного видео, где ребенок плачет, глядя на свою культю, чтобы показать мне, что у меня есть и другая цель, кроме гонок. Родители с трудом могут позволить себе протезы, но если к этому прибавить рост детей, то возникают огромные медицинские счета. С помощью Лисы я создал свой фонд в надежде показать пример.

Я больше не участвую в гонках только ради себя. Я участвую в гонках ради них. Для людей, которым нужен кто-то, на кого можно равняться, кто может показать им, что они больше, чем инвалидность. Чтобы показать им, что мы — новая норма.

Их крики становятся громче, когда я поднимаю шлем в воздух и улыбаюсь.
Время для гонки.

***

Вибрация двигателя щекочет мой позвоночник. Запах свежей резины одурманивает воздух, врываясь в крошечную щель в козырьке. Я стою третьим на решетке старта позади моего товарища по команде Бандини и Элиаса, лидера гонки.

Я вернулся. Я делаю крестное знамение и быстро произношу молитву. Двумя слегка дрожащими руками в перчатках я вцепился в руль.

Расслабься. Ты месяцами тренировался с Ноа. У тебя все получится.

Экипажи разбегаются от тротуара. Один за другим загораются пять красных огней. Мое сердце колотится в груди, когда все пять выключаются одновременно.

Я нажимаю на педаль газа. Шины визжат, когда моя машина проносится через решетку. Внутри меня все бурлит, когда я прохожу первую прямую невредимым. Каким-то образом я удерживаю третье место, сразу за Элиасом и моим товарищем по команде Финном.

Я улыбаюсь под шлемом, когда Джеймс начинает говорить в микрофон.

— Отличный старт, Чонгук. Держи стабильный темп и покажи этим ублюдкам, как выглядит победитель. — он приводит несколько статистических данных, за которыми нужно следить.

Я использую дроссельную заслонку и тормоза попеременно, проезжая первый круг без проблем.

Мне нравится, как колотится сердце в груди. Нравится чувствовать, как шины вздрагивают подо мной, разрываясь на части, когда я прохожу каждый круг. Это вызывает зависимость, когда проезжаешь мимо ревущих трибун.

Я люблю все это. Каждый неровный вздох, вырывающийся из моих легких, каждый изгиб трассы, каждый раз, когда мой товарищ по команде не дает мне покоя, потому что я его обошел.

Круг за кругом я удерживаю третье место, отбиваясь от других гонщиков позади меня. Никто не обходит меня, но этого недостаточно.

Я хочу большего. Для детей, которые пришли поддержать меня, и для женщины, которая была рядом со мной на протяжении всего этого.

Я подтягиваюсь к своему товарищу по команде. Мы едем в тандеме по длинной дороге, пока я не обхожу его машину с внешней стороны и не набираю скорость перед его машиной.

— Потрясающе! Вот о чем я говорю! — кричит Джеймс.

Адреналин — мой любимый наркотик. Прилив сил мгновенный, а ощущения ни с чем не сравнимы.

Двигатель грохочет, когда я увеличиваю скорость. Дроссельная заслонка работает как по маслу, и после всех тренировок она стала частью меня самого.

Элиас остается лидером гонки на своем сером автомобиле МакКой. Он обнимает
повороты на каждом вираже и держит себя в руках на каждой прямой.

Я нажимаю на газ, и моя машина ускоряется позади него. Его задний бампер уже близко, настолько, что я практически касаюсь его передним крылом.

— Полегче, — добавляет Джеймс по командному радио.

Все в этом деле легко, и именно это делает его еще более веселым. Меня больше не волнует, как попасть на подиум или стать лучшим. Все, что меня волнует, — это получать удовольствие и жить своей жизнью.

Победа — это больше не титул чемпиона. Главное, чтобы я гордился собой, независимо от результата. Похвала других людей теперь лишь дополнительный бонус. Потому что, в конце концов, я потратил слишком много бессмысленных лет, ориентируясь на мнение людей, которые не имели значения.

Элиас не сдерживается на последних кругах. Я еду рядом с ним, и только когда мы достигаем следующего поворота, меня оттесняют на второе место. Он талантлив и умеет защищаться. Честно говоря, я могу кое-чему поучиться у него.

Он проходит финишную черту менее чем за секунду до меня. Я поднимаю кулак в воздух и подъезжаю к трибуне, где собрались все дети, пришедшие раньше. Их крики становятся громче по мере приближения моей машины.

Я закручиваю свой автомобиль на трассе перед ними. Дым поднимается от горящих шин, и толпа приходит в неистовство. Моя улыбка не сходит с лица все это время.

Мне не нужна нога, чтобы участвовать в гонках. Все, что мне было нужно, — это мечта, смелость и крутая подружка, которая снова и снова обличала меня в моем дерьме. Мне нужен был кто-то, кто научил бы меня смириться с тем, что я не сломлен, а потерян.

Жизнь больше не заключается в бесконечной погоне. Это желание замедлить время и наслаждаться каждой секундой, потому что я не хочу ничего упустить.

Потребовалась одна случайная встреча с незнакомкой, чтобы изменить мою жизнь. Один человек заставил меня понять, что я не смогу полюбить кого-то другого, пока не полюблю себя. Одна мечтательница, которая заставляет меня загадывать желания в дневниках, на счастливых звездах или на чертовых одуванчиках.

Одна девушка. Одна любовь. Одна навсегда.