Сломай меня

Квар­ти­ра Ки­рил­ла встре­ти­ла Жень­ку ос­леп­ля­ющим све­том. При­хо­жей здесь не бы­ло, по­то­му что, вхо­дя в квар­ти­ру, ты сра­зу же по­па­да­ешь в свет­лую прос­тор­ную гос­ти­ную в сти­ле "мо­дерн". Спра­ва сто­яла не­боль­шая пол­ка для обу­ви и встро­ен­ный в сте­ну шкаф-ку­пе с зер­каль­ны­ми створ­ка­ми. Ком­на­та бы­ла ос­леп­ля­юще сол­неч­ной: ок­на здесь бы­ли прак­ти­чес­ки до са­мо­го по­тол­ка, с низ­ки­ми по­до­кон­ни­ка­ми. Квар­ти­ра рас­по­ла­га­лась на сем­над­ца­том эта­же, по­то­му вид из этих ог­ром­ных окон был прос­то пот­ря­са­ющим. Ан­самбль из бе­лых ко­жа­ных ди­ва­нов и кре­сел, сде­лан­но­го на за­каз стек­лян­но­го сто­ли­ка и неб­реж­но раз­бро­сан­ных по сте­нам по­лок, соз­да­вал рос­кош­ный об­раз по­ме­ще­ния. Сле­ва сто­ял но­вень­кий блес­тя­щий син­те­за­тор. Од­на из стен бы­ла пол­ностью за­ня­та под но­во­мод­ные ве­яния тех­ни­ки, а имен­но для ог­ром­ной плаз­мы, но­вой иг­ро­вой прис­тав­ки и му­зы­каль­но­го цен­тра с боль­ши­ми ко­лон­ка­ми, встро­ен­ны­ми в сте­ну, что­бы не заг­ро­мож­дать прос­транс­тво. 

Пря­мо по кур­су бы­ла ар­ка, за ко­то­рой бы­ла кух­ня в тём­но-шо­ко­лад­ных то­нах. Спра­ва бы­ли две две­ри: од­на ве­ла в ван­ную ком­на­ту, дру­гая – в не­боль­шой ко­ри­дор, где то­же бы­ло нес­коль­ко две­рей, ве­ду­щих в спаль­ни.

Жень­ка изум­лён­но ози­ра­лась по сто­ро­нам. В нас­толь­ко бо­га­той квар­ти­ре она не бы­ла ни ра­зу. Осо­бен­ный кон­траст чувс­тво­вал­ся из-за то­го, что де­вуш­ка дол­го жи­ла в дет­ском до­ме, а там кро­ме ка­би­не­та ди­рек­то­ра и пос­мот­реть бы­ло не на что. 

За­во­ро­жён­ная, она не­уве­рен­но шаг­ну­ла впе­рёд и ос­та­но­ви­лась. Под но­га­ми ле­жал вор­сис­тый бе­лый ко­вёр, на ко­то­ром де­вуш­ка сто­яла в гро­моз­дких гряз­ных бо­тин­ках. С ужа­сом пос­мот­рев под но­ги, она ти­хо ой­кну­ла и пос­пе­ши­ла вер­нуть­ся на­зад, вре­зав­шись в тёп­лую муж­скую грудь. Жень­ка за­мер­ла, то ли от сму­ще­ния и от бли­зос­ти мо­ло­до­го че­ло­ве­ка, то ли от ужа­са из-за ис­пор­чен­но­го ков­ра. 

– Я… прос­ти, я не спе­ци­аль­но… я… не ви­де­ла это­го ков­ра… – рас­те­рян­но бор­мо­та­ла де­вуш­ка, гля­дя пе­ред со­бой, чувс­твуя го­ря­чее ды­ха­ние где-то в рай­оне за­тыл­ка, от ко­то­ро­го по спи­не по­бе­жа­ли вол­ну­ющие му­раш­ки.

– Ни­че­го страш­но­го, зав­тра при­дёт дом­ра­бот­ни­ца и всё убе­рёт, – ти­хий шё­пот на ухо и под­ка­ши­ва­ющи­еся ко­ле­ни. Де­вуш­ка пос­пеш­но отод­ви­ну­лась от пар­ня и, сде­лав глу­бо­кий вздох, хмык­ну­ла, так и не пос­мот­рев в его гла­за от сму­ще­ния. Стоя к не­му спи­ной, яз­вить бы­ло го­раз­до про­ще.

– В та­ком слу­чае… – на­иг­ран­но рав­но­душ­но на­ча­ла де­вуш­ка, уве­рен­но ша­гая бо­тин­ка­ми по бе­лос­неж­но­му ков­ру, – по­ка­жешь мне мою ком­на­ту?

Ки­рилл толь­ко ти­хо рас­сме­ял­ся, чем ввёл Жень­ку в не­до­уме­ние. Её по­пыт­ки на­со­лить ему, ка­зать­ся рав­но­душ­ной, выг­ля­де­ли нас­толь­ко жал­ко и как-то по-дет­ски, что вы­зы­ва­ли толь­ко снис­хо­ди­тель­ную ус­меш­ку, точ­но не гнев и не раз­дра­жи­тель­ность. Дев­чон­ка нах­му­ри­лась.

– Че­го ты сме­ёшь­ся? – го­лос оби­жен­но­го ре­бён­ка ещё боль­ше рас­сме­шил пар­ня.

– Ес­ли это бы­ла по­пыт­ка вы­вес­ти ме­ня из се­бя, то у те­бя ни­че­го не вый­дет, Жень, – улы­ба­ясь, про­го­во­рил па­рень.

– Это мы ещё пос­мот­рим.

Же­ня тол­кну­ла од­ну из двух две­рей спра­ва и заг­ля­ну­ла внутрь. Это ока­за­лась ван­ная в тём­но-бор­до­вых то­нах. В гла­за бро­си­лась боль­шая ван­на, ко­то­рая бы­ла встро­ена в по­ди­ум. Вез­де бы­ли чёр­ные пол­ки с раз­ны­ми ван­ны­ми при­над­леж­нос­тя­ми. Здесь же бы­ла и ду­ше­вая ка­бин­ка, на слу­чай, ес­ли на при­ня­тие ван­ны нет вре­ме­ни. В уг­лу сто­яла сти­раль­ная ма­шин­ка чёр­но­го цве­та, на ко­то­рой ле­жал крас­ный кру­жев­ной бюс­тгаль­тер. Же­ня хмык­ну­ла – по-ви­ди­мо­му, этот па­рень во­дит до­мой ка­ких-то по­тас­ку­шек, ко­то­рые пы­та­ют­ся та­ким об­ра­зом по­ме­тить тер­ри­то­рию.

– Не хо­чу те­бя огор­чать, но в ван­ной ты жить не бу­дешь, – улыб­нул­ся Ки­рилл.

– Спа­си­бо, Ва­ше Ве­ли­чес­тво, но я и без Вас уже до­га­да­лась.

– Ядом не зах­леб­нись.

– Как ска­жешь, – спо­кой­но от­ве­ти­ла дев­чон­ка, пи­ная но­гой вто­рую дверь и де­лая шаг внутрь уз­ко­го ко­ри­дор­чи­ка. В кон­це не­го бы­ла уз­кая лес­тни­ца бе­ло­го цве­та, по ти­пу по­жар­ной, ве­ду­щая к лю­ку под по­тол­ком. 

– Слу­шай, мо­жешь вы­во­дить ме­ня из се­бя сколь­ко ду­ше угод­но, для это­го не обя­за­тель­но пор­тить моё иму­щес­тво, – тер­пе­ли­во про­го­во­рил па­рень, гля­дя на чёт­кий след от бо­тин­ка на бе­лос­неж­ной две­ри.

– Твоё иму­щес­тво? Не сме­ши, всё это ку­пил твой па­па­ша, гор­дить­ся не­чем, – сде­лав рав­но­душ­ное ли­цо, ска­за­ла Жень­ка.

– Вот дверь в твою ком­на­ту, – спо­кой­но от­ве­тил па­рень, не об­ра­щая вни­ма­ния на яз­ви­тель­ность сво­ей по­до­печ­ной, про­пус­кая де­вуш­ку в её спаль­ню.

Ес­ли чес­тно, Же­ня рас­счи­ты­ва­ла на ма­лю­сень­кую ком­на­ту с ро­зо­вы­ми миш­ка­ми на обо­ях: та­кую ти­пич­ную дет­скую. Но её спаль­ня бы­ла очень прос­тор­ной, с круг­лой кро­ватью с бал­да­хи­ном. У про­ти­во­по­лож­ной от кро­ва­ти сте­ны бы­ла не­боль­шая со­фа, ко­то­рая на­хо­ди­лась ря­дом с книж­ной пол­кой. У ок­на сто­ял пись­мен­ный стол. Это бы­ла прос­то рос­кош­ная спаль­ня, хо­тя ме­бе­ли здесь бы­ло ма­ло.

– Эта ком­на­та бы­ла пус­той ещё вче­ра. Ког­да я ре­шил взять над то­бой опе­ку, я съ­ез­дил в ма­га­зин и ку­пил не­об­хо­ди­мую ме­бель. Зав­тра при­ве­зут те­ле­ви­зор и шкаф, ве­щи свои по­ка ос­тавь в сум­ке.

Же­ня, всё ещё стоя к не­му спи­ной, хму­ро гля­де­ла в ок­но. Ки­нув тя­жё­лый рюк­зак на пол и швыр­нув его но­гой, де­вуш­ка рез­ко раз­вер­ну­лась и пос­мот­ре­ла на Ки­рил­ла. Хоть он и был стар­ше де­вуш­ки на семь лет, сей­час, в этих до­ро­гих уз­ких джин­сах, боль­шой се­рой тол­стов­ке, с этой ма­лень­кой се­рёж­кой в ухе, он ка­зал­ся свет­лым и улыб­чи­вым во­сем­над­ца­ти­лет­ним пар­нем.

– И что даль­ше? – хму­ри­лась Жень­ка. – Я ос­та­юсь у те­бя жить?

– Имен­но так, – уве­рен­ность в его го­ло­се пон­ра­ви­лась Жень­ке, но про­тест всё же рвал­ся из неё на­ру­жу.

– За­чем, объ­яс­ни? По ка­кой хрен, прос­ти, ты ре­шил вдруг ме­ня удо­че­рить? 

Ки­рилл мол­ча смот­рел на де­вуш­ку, пы­та­ясь по­нять, к че­му она кло­нит. Ему бы­ла сим­па­тич­на эта де­вуш­ка. Па­рень с детс­тва меч­тал о млад­шей сес­тре, ко­то­рую он мог бы за­щи­тить, с ко­то­рой мог бы де­лить­ся сво­ими проб­ле­ма­ми. Воз­мож­но, эта дет­ская меч­та и пос­лу­жи­ла при­чи­ной столь серь­ёз­но­го и от­ветс­твен­но­го пос­туп­ка. А воз­мож­но это бы­ло прос­тым же­ла­ни­ем по­мочь, что при­су­ще каж­до­му из нас. Столь­ко мыс­лей и при­чин в го­ло­ве, но вслух он ска­зал лишь:

– Я не знаю.

– Не зна­ешь? За­то я до­га­ды­ва­юсь! Ли­бо ты прес­та­ре­лый из­вра­ще­нец, ко­то­ро­му не тер­пит­ся за­са­дить мне в зад, ли­бо ты по­жа­лел нес­час­тную си­рот­ку. И ты не по­ве­ришь, но я на­де­юсь на пер­вый ва­ри­ант, по­то­му что для ме­ня луч­ше, ес­ли ме­ня бу­дут тра­хать в зад, чем жа­леть.

Ки­рилл изум­лён­но гля­дел в гла­за этой де­вуш­ке. Её ли­цо, кра­си­вое, как у фар­фо­ро­вой кук­лы, иде­аль­ное, чис­тое, без еди­ной мор­щин­ки или пок­рас­не­ния на неж­ной мо­лоч­ной ко­же, не вы­ра­жа­ло аб­со­лют­но ни­че­го. Слов­но ма­не­кен: не­жи­вая, не­ес­тес­твен­но рав­но­душ­ная. 

– Че­рез двад­цать ми­нут будь го­то­ва. Мы по­едем с то­бой обе­дать, по­том за по­куп­ка­ми: у те­бя сов­сем нет одеж­ды, – хо­лод­но от­ве­тил па­рень и по­ки­нул ком­на­ту.

Гос­по­ди, что тво­рит­ся в го­ло­ве у этой взбал­мош­ной де­ви­цы?

***

Жень­ка си­де­ла на пе­ред­нем пас­са­жир­ском си­де­нии и хму­ро смот­ре­ла в бо­ко­вое стек­ло. Ки­рилл не за­го­во­рил с ней ни ра­зу пос­ле то­го ди­ало­га в ком­на­те. Же­ня чувс­тво­ва­ла смут­ные по­ры­вы со­вес­ти, но под­да­вать­ся и про­сить про­ще­ния у пар­ня де­вуш­ка не со­би­ра­лась.

– Да­вай до­го­во­рим­ся. Я не при­нуж­даю те­бя ни к че­му. Ты мо­жешь иг­но­ри­ро­вать ме­ня, не раз­го­ва­ри­вать со мной, мо­жешь кру­шить мою ме­бель, жечь мою одеж­ду – что угод­но. У ме­ня пол­но де­нег, свя­зей, по­это­му все твои по­пыт­ки дос­та­вить мне неп­ри­ят­нос­ти бу­дут выг­ля­деть жал­ко. Ты спра­ши­ва­ла, по­че­му я те­бя удо­че­рил. Прос­то за­хо­те­лось. На­вер­ное, это приш­ло из детс­тва: я всег­да хо­тел млад­шую сес­трён­ку, но вви­ду не­ко­то­рых об­сто­ятель­ств, – па­рень про­чис­тил гор­ло, встрях­нув го­ло­вой, буд­то от­го­няя мрач­ные мыс­ли, – сес­тры у ме­ня нет. И я уж точ­но не из­вра­ще­нец. И не прес­та­ре­лый.

– Лич­но я бу­ду счи­тать это при­хотью бо­га­тень­ко­го уро­да, – гнев­но про­ши­пе­ла Же­ня, са­ма не зная, по­че­му этот па­рень вы­зы­ва­ет у неё та­кие прис­ту­пы аг­рес­сии. На столь гнев­ный вы­пад Ки­рилл от­ре­аги­ро­вал улыб­кой: на­ко­нец-то он уви­дел хо­тя бы од­ну эмо­цию на ли­це де­вуш­ки. 

– Счи­тай ме­ня кем угод­но. Но, по-мо­ему, я не сде­лал те­бе ни­че­го пло­хо­го, что­бы ты так обо мне ду­ма­ла. Хо­тя, мне пле­вать, ес­ли чес­тно.

– Бы­ло бы пле­вать, бро­сил бы ме­ня го­лод­ную и хо­лод­ную до­ма.

– Мне пле­вать не на те­бя, а на твои при­чу­ды. Бо­лее то­го, те­перь я дол­жен нес­ти за те­бя от­ветс­твен­ность, – ска­зал па­рень, за­ра­зи­тель­но улы­ба­ясь.

– Ни­че­го ты не дол­жен. Я мо­гу са­ма нес­ти за се­бя от­ветс­твен­ность. 

– Сом­не­ва­юсь. 

– Как же ты ме­ня бе­сишь! – Жень­ка рез­ко пих­ну­ла пар­ня в бок, от­че­го тот рез­ко кру­та­нул руль и чуть не вре­зал­ся в се­реб­рис­тую ино­мар­ку из со­сед­не­го ря­да. Пов­сю­ду раз­да­ва­лись ав­то­мо­биль­ные гуд­ки и ру­га­тель­ства в сто­ро­ну не­ра­ди­во­го во­ди­те­ля.

– Иди­от­ка, что ты тво­ришь? – сер­ди­то про­ши­пел Ки­рилл, гля­дя на «доч­ку». 

– По­шёл ты, – прос­то от­ве­ти­ла она, про­дол­жая пя­лить­ся в ло­бо­вое стек­ло.

Ки­рилл при­пар­ко­вал ма­ши­ну у пер­во­го по­пав­ше­го­ся ка­фе и вы­шел из ма­ши­ны. Же­ня вы­лез­ла вслед за ним. За сто­ли­ком они си­де­ли мол­ча, толь­ко Же­ня бу­ра­ви­ла его взгля­дом, пол­ным не­на­вис­ти. Рас­пла­тив­шись по счё­ту, Гро­мов по­вёз де­вуш­ку в бли­жай­ший тор­го­вый центр. За­ве­дя Жень­ку в фир­мен­ный ма­га­зин, Ки­рилл сра­зу же по­вёл её в сто­ро­ну при­ме­роч­ных.

– Ку­да ты ме­ня та­щишь? – ши­пе­ла де­вуш­ка, пы­та­ясь вых­ва­тить свой ло­коть из его цеп­ких лап.

– В при­ме­роч­ную, ма­лыш­ка, – снис­хо­ди­тель­но улы­ба­ясь, ска­зал Гро­мов.

– Я ещё не выб­ра­ла одеж­ду, – сер­ди­лась дев­чон­ка, пы­та­ясь тя­нуть пар­ня на­зад, тем са­мым зас­тав­ляя его бук­си­ро­вать се­бя за со­бой. Эту «идил­лию» прер­ва­ла про­да­вец-кон­суль­тант, ко­то­рая с ши­ро­кой улыб­кой дви­га­лась в сто­ро­ну ре­бят.

– Я мо­гу чем-ни­будь по­мочь? – с ис­кусс­твен­ной улыб­кой на гу­бах ска­за­ла жен­щи­на.

– Да, нуж­но по­доб­рать одеж­ду для этой мел­кой, – снис­хо­ди­тель­но улы­бал­ся Ки­рилл.

– Я не мел­кая! – вос­клик­ну­ла Жень­ка, но на неё, ка­за­лось, ник­то не об­ра­щал вни­ма­ния.

– Что имен­но нуж­но по­доб­рать? Вер­хнюю одеж­ду? Пов­сед­нев­ную? Спор­тив­ную? Бельё? Обувь?

– Всё сра­зу. 

– Хо­ро­шо. Ка­кие па­ра­мет­ры у де­вуш­ки?

– Ну… раз­мер гру­ди ну­ле­вой, на­вер­ное… – не­вин­но про­го­во­рил Ки­рилл.

– Вто­рой! – ис­пра­ви­ла Жень­ка, тол­кая пар­ня лок­тем под рёб­ра. 

– Ну-ну, толь­ко не плачь, – зас­ме­ял­ся Гро­мов, шу­точ­но гла­дя Со­ко­ло­ву по го­ло­ве, за что сно­ва по­лу­чил по рёб­рам.

– Хо­ро­шо. Ме­рить бельё бу­де­те, де­вуш­ка? – спро­си­ла про­дав­щи­ца, гля­дя на Же­ню, как на та­ра­каш­ку. Дей­стви­тель­но, жен­щи­на сра­зу по­ня­ла, что день­ги имен­но у Ки­рил­ла и прес­мы­кать­ся нуж­но пе­ред ним, а не пе­ред этой стран­ной ры­жей де­ви­цей. 

– Не бу­ду я ни­че­го ме­рить! Дай­те па­ру тру­сов и лиф­чи­ков, они все оди­на­ко­вые, за­чем их ме­рить?

Ки­рилл за­ка­тил гла­за и дал под­за­тыль­ник сво­ей по­до­печ­ной, шеп­нув: «Не по­зорь ме­ня». 

Че­рез па­ру ча­сов, ког­да оба уже еха­ли до­мой, Же­ня вне­зап­но взор­ва­лась.

– Я ни­ког­да, слы­шишь, ни­ког­да не пой­ду с то­бой по ма­га­зи­нам! Чувс­тво­ва­ла се­бя кук­лой, ко­то­рую оде­ва­ли в раз­ные плать­ица и ту­фель­ки! Бе­сит! А эти про­дав­щи­цы – ли­пуч­ки – чуть ли не на шею те­бе ве­ша­лись, лишь бы ты по­боль­ше ба­бок от­ва­лил! Ка­ко­го чёр­та ты взял эти ду­рац­кие туф­ли на каб­лу­чи­щах? Я да­же хо­дить в них не мо­гу! А это платье? Оно еле зад­ни­цу прик­ры­ва­ет! А тру­сы? Ты хо­чешь ска­зать, что эта ро­зо­вая тряп­ка с по­лос­кой – тру­сы?

– Стрин­ги. Мно­гие де­вуш­ки в тво­ём воз­рас­те их но­сят. В них не­жар­ко и удоб­но…

– Ну, те­бе вид­нее! – и сно­ва этот ядо­ви­тый тон, ко­то­рый за­бав­лял Ки­рил­ла всё боль­ше.

– Эй, я же не пе­дик, что­бы но­сить та­кие тру­сы? Прос­то де­вуш­ки, с ко­то­ры­ми я встре­чал­ся, всег­да но­си­ли по­доб­но­го ро­да бельё.

– По­то­му что они шлю­хи.

– По­то­му что они хо­тят быть сек­су­аль­ны­ми и женс­твен­ны­ми. Те­бе бы то­же не по­ме­ша­ло. На те­бя ни один па­рень не пос­мот­рит.

– Да лад­но? Вот толь­ко не­дав­но пос­мот­ре­ли! Да­же сра­зу двое! И то, что я бы­ла в обыч­ных тру­сах, их не сму­ти­ло.

Глу­хо про­ры­чав, Жень­ка от­вер­ну­лась от Ки­рил­ла, по­ти­рая тря­су­щи­ми­ся паль­ца­ми шею. 

– Жень, я не это имел вви­ду. Прос­ти, по­жа­луй­ста.

– Те­бе не за что про­сить про­ще­ния. Ус­по­кой­ся. Ни­че­го уже не ис­пра­вить, и я впол­не спо­кой­но к это­му от­но­шусь.

– К из­на­си­ло­ва­нию? – изум­лён­но вос­клик­нул Ки­рилл.

– Как буд­то в пер­вый раз… – ти­хо про­шеп­та­ла де­вуш­ка, на­де­ясь, что па­рень не ус­лы­шит её слов.

– То есть как не в пер­вый раз?

Ма­ши­на въ­еха­ла во двор двад­ца­ти­этаж­ки и при­пар­ко­ва­лась на при­выч­ном мес­те. Же­ня сра­зу же выш­ла из ма­ши­ны и дви­ну­лась в сто­ро­ну подъ­ез­да, что­бы из­бе­жать не­же­лан­но­го раз­го­во­ра. 

В квар­ти­ру оба вош­ли мол­ча, но Со­ко­ло­ва чувс­тво­ва­ла на се­бе ис­пы­ту­ющий и воп­ро­си­тель­ный взгляд Ки­рил­ла. 

– Слу­шай, ес­ли мне за­хо­чет­ся из­лить ду­шу, то ты бу­дешь мо­ей пер­вой жи­лет­кой, до­го­во­ри­лись? 

Не дож­дав­шись от­ве­та, Жень­ка пош­ла в свою ком­на­ту и упа­ла на ог­ром­ную круг­лую кро­вать. Она пе­ре­уто­ми­лась, по­то­му быс­тро ус­ну­ла, нес­мот­ря на то, что бы­ло толь­ко шесть ве­че­ра. 

***

Ки­рилл си­дел на са­мом краю кро­ва­ти Жень­ки, гля­дя на неё свер­ху вниз. Она ус­ну­ла пря­мо в одеж­де, да­же не рас­сте­лив пос­тель. Дев­чон­ка ме­та­лась по кро­ва­ти и су­до­рож­но сжи­ма­ла в ку­лач­ках пок­ры­ва­ло. Из глаз тек­ли слё­зы, а из гор­ла вы­ры­ва­лись хрип­лые кри­ки. Те­ло вы­ги­ба­ет­ся под не­объ­яс­ни­мым уг­лом и сно­ва ду­ше­раз­ди­ра­ющий вопль. Сер­дце пар­ня быс­тро ко­ло­ти­лось в гру­ди. Что же те­бе снит­ся, ма­лыш­ка?