Глава 55. Зарождение чего-то.
Весь зал гудел от смеха, музыки и звонких голосов - все веселились и танцевали. Пары кружились на танцполе, хлопая в ладоши под ритмы громкой музыки. Но когда начала играть песня «Macarena», динамика резко изменилась: большая часть парней покинула танцпол, оставив его почти пустым. Зак, Брэндон и Дориан быстро остановили свои движения и направились к дивану, где уселись, обсуждая что-то между собой. Волки, словно чувствуя перемену настроения, неспешно отошли в сторону. Девочки, напротив, наоборот, расцвели и с воодушевлением вскочили со своих мест.
Лу энергично схватила Луну за руку и потянула за собой, захватив по пути Тикаани, которая все это время оживленно беседовала с Карагом. К ним присоединилась и Холли, и вот уже все четверо начали танцевать знакомый всем танец «Macarena».
Сначала девушки вытягивали руки вперед, разворачивая ладони так, чтобы их внутренняя сторона смотрела вверх, затем переносили ладони на плечи, плавно покачивая бедрами в такт музыке. Смех и радостные выкрики наполняли комнату, и было очевидно, что им это очень нравится. В какой-то момент Луна почувствовала руки Холли, ласково обнимающие ее за бедра. Улыбаясь, Луна повернулась к ней, обняла за шею, и они продолжили веселый танец вместе. Температура в комнате стремительно росла, но никому не было дела до жары - басы пульсировали в груди, а парни, стоя в стороне, наблюдали с улыбками, наслаждаясь этим зрелищем.
Среди наблюдателей был и Джеффри. Он стоял в углу комнаты с легкой улыбкой, немного затуманенной от выпитого алкоголя. Его взгляд скользил по открытым ногам Луны, останавливаясь на месте в районе оголенного пупка из-за того, что она высоко подняла руки. Он словно рассматривал выставочный экспонат в музее, не отрывая глаз. Луна встретилась с его взглядом, но улыбки не убрала - ей было слишком весело, а злость, которую она испытывала к Джеффри, казалось, полностью исчезла. Это уже не имело значения. Она просто погрузилась в танец с подругами.
Тикаани подхватила Луну за руку и весело запрыгала рядом с ней. Лу и Холли продолжали движение в унисон, наслаждаясь музыкой и моментом.
Жара стала почти невыносимой, и Тикаани сняла свою клетчатую кофту, оставшись в одной черной майке. В этот момент к ним подбежал Зак и радостно вскрикнул.
— Ух-у, девочки, вы самые лучшие!
Он плавно пристроился рядом с Тикаани и Луной. Между ним и Луной началось забавное движение - Зак пытался трясти грудью в стиле восточных танцев. Все трое смеялись безудержно. Внезапно он развернулся к Лу, схватил ее, поднял и подбросил, вызывая у неё удивленный, но радостный звук сажая девушку к себе на шею. Сначала она немного испугалась, но вскоре тепло улыбнулась.
Луна ощутила, как кто-то точно так же подходит к ней со спины, а потом резко поднимает вверх. Не заставляя себя ждать, Дориан тоже поднял на Луну. Холли раскрыв рот от удивления, затем просвистела от восхищения.
Все взгляды в комнате мгновенно обратились к девушкам, сидящим у парней на шеях, а вскоре начали поднимать и других гостей вечеринки. Ну а поднятие на шею стало одним из забавных развлечений этого вечера. Температура в комнате не спала, а те, кто уже успел выпить, почти не замечали жары.
Джеффри, по-прежнему наблюдая за происходящим, замечал взгляд Луны, который то встречался, то убегал от его взгляда, но неизменно возвращался, создавая невидимую линию между ними.
— Лу, ты самая прекрасная! — выкрикнул пьяный, но от этого не менее искренний Зак. Он резко спустил Лулу с шеи, подхватил её на руки и, не удержавшись, поцеловал в щеку.
— Охренеть! — расхохоталась Холли, улыбаясь во все зубы.
Луна, которая все еще находилась на шее Дориана, смотрела на Зака с удивлением, а потом перевела взгляд на покрасневшую Лу. Джеффри свистнул в знак одобрения.
— Я тебя не знаю, но ты крут! — крикнул Заку Дориан, оценивая поступок.
Пьяный Зак торжественно улыбался, поставил Лу на ноги и продолжил кружиться в танце, словно ничего особенного не произошло.
Однако Джеффри стал ощущать головную боль, проклятие после выпитого алкоголя. Ему срочно понадобился свежий воздух, и он поспешил покинуть зал. На улице было многолюдно и шумно, и найти уединенное место было сложно. Поэтому он поднялся на второй этаж дома и стал открывать двери подряд в поисках тихой комнаты.
— Пардон, — усмехнулся Джеффри, открыв дверь, в которой застал пару учеников, целующихся на кровати.
Ища дальше, он наконец открыл дверь в конце коридора и вошел в полупустую комнату с широким подоконником. Он распахнул окно, чтобы впустить прохладный вечерний воздух.
Луна, танцующая с Карагом, передала эстафету Тикаани и решила сделать перерыв и попить. Несколько шагов, и она почувствовала как напряжение, накопленное после визита к психологу, полностью испарилось. Она улыбалась, растворяясь в легкости момента. Её больше не волновала внутренняя сила, Донован, и даже Джер, по которому она так сильно скучала, почувствовала, что ничего вокруг не имеет значения. В этот момент была только музыка, друзья и свобода.
Она невольно обратила взгляд к колонне - тому самому месту, где ранее стоял Джеффри. Однако теперь его там не было. Луна быстро огляделась, надеясь поймать его, но ей не удавалось найти его в толпе. Это казалось странным - ведь совсем недавно он был рядом, общался с друзьями, улыбался. Сама того не осознавая, Луна почувствовала лёгкое беспокойство и направилась к Клиффу, надеясь узнать, куда мог пропасть Джеффри.
— Где Джеффри? — спросила она, стараясь звучать спокойно и непринуждённо.
Клифф отвёл на неё взгляд, оценивая сверху вниз. Было видно, что он уже слегка напился: щеки его были румяны, взгляд медлителен и слегка рассеян.
— Чего вы друг за другом как собачки, бегаете? — усмехнулся он, словно шутя, но с ноткой раздражения.
Луна встретила его взгляд с неподдельной строгостью, подняв одну бровь. В ответ он лишь закатил глаза и, мягко покачиваясь, указал рукой на лестницу, ведущую на второй этаж.
— На втором этаже, — пробормотал он, словно сам себе напоминает о том, что сказал.
Луна кивнула в знак благодарности: коротко и без лишних слов. Она сделала первый шаг в сторону лестницы и начала подъём наверх. По мере того, как музыка становилась тише и казалась отдаляющейся, чувство тревоги внутри неё росло.
Поднимаясь по лестнице, она пыталась понять, почему так беспокоится. Было ли это связано с тем, что Джеффри исчез так внезапно? А может с тем, что она неосознанно чувствовала вину из-за того, что подслушивала и следила за ним?