2 глава
***
Выйдя с его ленты, Катя терялась в догадках, как же поближе подобраться к Косте, потому что он ей очень понравился. Ленты с ним не так часто, как бы ей хотелось, но и сделать с этим она ничего не могла. Оставшаяся лента пролетела быстро и Катя наконец-то освободилась и поехала домой. До нового года Катя списывалась со своей двоюродной сестрой по маминой линии, которая жила в Берлине и она обещала скоро приехать, но не уточняла когда. Ее приезда она ждала больше всего, потому что она была единственной из всей семьи с кем Катя хорошо общалась и считала ее близким человеком. Доехав домой за полтора часа из-за ужасных пробок, Катя была абсолютно вымотана. Она решила сначала сходить в душ, а уже потом делать домашку, которую успели задать. После душа Катя сделала себе лёгкий ужин и села за домашку, включив на фоне свой любимый сериал. Просидев до двенадцати ночи за домашкой она уснула за столом, так и не дойдя до кровати.
Проснуться с утра для Кати стало испытанием, потому что спина затекла и очень сильно болела.
— Ой мамочки, я сегодня сдохну на парах. – сказала я сама себе.
Кое-как встав со стула, Катя направилась в ванну, чтобы хоть немного привести себя в порядок. Она вышла оттуда через полчаса гораздо свежее, чем была до этого, но спина все равно предательски ныла. Одев фиолетовую толстовку, чёрные джинсы и кроссовки, Катя спустилась на подземную парковку и поехала в универ. Сидеть было просто невозможно, потому что боль из поясницы сразу же уходила выше по спине. Кое-как доехав до университета, Катя дошла до нужной аудитории и почти легла на стуле.
— Чем таким нужно было заниматься всю ночь, чтобы так сидеть? – с сарказмом в голосе спросила Полина.
— Я уснула пока делала домашку. Восемь часов спать сидя, так себе удовольствие, знаешь ли. – хмуро ответила я, стараясь найти удобную позу.
— Так мы тебе и поверили, рассказывай давай кто обеспечил тебе боль в спине. – с издевкой сказала Света.
— Идите в баню, не хотите не верьте. Мне реально плохо.
Со звонком пришел преподаватель и начал читать лекцию. Она особо не слушала, потому что искала хорошего мануального терапевта. К концу ленты её поиски увенчались успехом и она записалась на три часа дня. Ей нужно было уйти с двух последних лент, поэтому Катя пошла к куратору, чтобы предупредить её. Найти куратора было не сложно, потому что она всегда была в своем кабинете. Осторожно постучавшись, Катя заглянула в кабинет.
— Алена Сергеевна, можно? – спросила я.
— Заходи, Катюш. – ласково ответила она.
Она зашла в кабинет и медленно опустилась на стул, что стоял рядом со столом Алены Сергеевны.
— Что-то вид у тебя не очень. Ты хорошо себя чувствуешь? – с тревогой в голосе спросила она, взяв меня за руку.
— Честно нет, сегодня уснула за столом и спина жутко болит. Можно я уйду с двух последних лент, чтобы к врачу съездить? – ответила я, кривясь от боли.
— Конечно, Катюш. Полину я предупрежу, что она вместо тебя будет на двух последних лентах. Напиши мне пожалуйста будешь ли ты завтра на парах или нет.
— Хорошо, спасибо, Алёна Сергеевна.
Она улыбнулась мне и я пошла на ленту. Алена Сергеевна с первого курса относилась ко мне очень тепло и с заботой. Мне было это приятно, потому что я давно жила без этих чувств. Отсидев еще две ленты, я уехала к врачу. Дорога в полчаса показалась мне адом, потому что спина начала ныть еще сильнее, даже с учетом того, что я выпила уже две таблетки обезболивающего. Доехав до клиники, я припарковалась и пошла на приём. Зайдя в кабинет, я кое-как опустилась на стул.
— Добрый день, с чем вы пришли ко мне? – спросил врач.
— Добрый, вчера случайно уснула за столом и проснулась с адской болью в пояснице, которая усиливается, если сидишь. Обезболивающие не помогают, поэтому терплю. – ответила я.
— Хорошо, снимайте верх и я осмотрю вас.
Катя кивнула и сняла толстовку. Осмотр тоже проходил через боль и итог его был неутешительный, поскольку врач сказал, что у нее защемило седалищный нерв. Еще около часа он ставил его на место и, в принципе поправлял имеющиеся у Кати проблемы со спиной. Когда она встала с кушетки, то ощутила лёгкость.
— Нерв я вам вправил, так что теперь боли быть не должно. Постарайтесь впредь не засыпать за столом на всю ночь, потому что это очень печально сказывается на вашей спине. – сказал врач.
— Спасибо большое, постараюсь больше так не делать, но должны понимать, что студенты спят там где придётся. – ответила я, смеясь.
— Понимаю, сам был студентом. Три дня никакой нагрузки на спину и завтра желательно вам день отлежаться.
— Хорошо. Спасибо, до свидания.
Катя оделась, оплатила прием и поехала домой. Припарковавшись на подземке, она поднялась на свой этаж и начала открывать дверь.
— Стоять, мелкая. Прежде чем ты зайдёшь в квартиру, ты обязана обнять меня. – услышала я до боли знакомый голос за спиной.
Катя резко развернулась и увидела Ксюшу – свою двоюродную сестру. Она улыбнулась, подбежала к ней и крепко обняла. Ксюша рассмеялась и тоже обняла ее. Они не виделись больше трех лет и эта встреча была по-настоящему долгожданной. Через пару минут девочки разорвали объятия и зашли в квартиру. Ксюша оставила вещи в коридоре и они пошли на кухню, чтобы попить чай с тортиком. Катя поставила чайник и села напротив неё.
— Если бы ты знала, как я рада тебя видеть, ты бы не поверила. – с счастливой улыбкой на лице сказала Катя.
— Знаю, сама ужасно соскучилась по тебе. Ты выросла с нашей последней встречи. Как у тебя дела? – спросила Ксюша, разглядывая Катю.
— Да все прекрасно, через полгода выпускаюсь из университета. Одинока, но это меня совсем не волнует. Завтра целый день с тобой проведём. – ответила Катя.
— У тебя завтра нет пар? – удивлённо спросила Ксюша.
— Есть, но мне надо день отлежаться, потому что сегодня я едва ходила из-за того, что защемило седалищный нерв.
— Господи, бедняга. Как так получилось?
— Уснула пока делала домашку, а с утра разогнуться не смогла, когда проснулась.
— Ну везение это однозначно твой конёк. Ты хоть предупредила кого-нибудь?
— Щас позвоню куратору, она знает про мою ситуацию.
Катя взяла в руки телефон и набрала Алену Сергеевну. Она как всегда ответила очень быстро.
— Да, Катюша, слушаю тебя. – все с той же лаской в голосе сказала она.
— Алена Сергеевна, добрый вечер. Меня завтра не будет, мне нужно отлежаться один день. И несколько дней я не буду на физкультуру ходить. – спокойно ответила я.
— Хорошо, я предупрежу вашего физрука. Поправляйся.
— Спасибо, до свидания.
Катя закончила звонок и положила телефон на стол. Сделав чай, Ксюша порезала торт и они продолжили свою беседу. Рассказать им нужно было много чего, ведь за три года их жизни очень сильно изменились. Ксюша вышла замуж и успела родить племянницу Кате. Они разговаривали до двух часов ночи, после чего решили всё-таки лечь спать.
Ксюша пробыла у Кати до начала февраля, после чего ей нужно было возвращаться в Берлин. Катя отпросилась с пар, чтобы проводить её, ведь Ксюша была для нее по-настоящему родной. Приехав в аэропорт, они дошли до стойки регистрации возле которой нужно было прощаться. Каждый раз это делать было все труднее и труднее.
— Ксюх, пообещай мне, что в следующий раз ты приедешь не одна. Я очень хочу увидеть свою племяшку. – со слезами на глазах сказала я.
— Хорошо, обещаю тебе, что в следующий раз мы приедем втроем. А ты пообещай мне, что после выпуска займешься своей личной жизнью, а то так и останешься одна. – так же со слезами на глазах ответила Ксюша.
— Иди уже на регистрацию, а то я рыдать начну. – с улыбкой на лице, но болью в голосе сказала я.
— Ладно, я люблю тебя, мелкая. Пиши почаще пожалуйста. – сказала Ксюша и обняла меня.
— Я тоже тебя люблю, старая. Ты тоже пиши, знаешь же, как мне тебя не хватает. – ответила Катя, прижавшись к ней.
Так они простояли пару минут, после чего Ксюша всё-таки ушла на регистрацию. Катя провожала ее взглядом, пока она не скрылась в зоне досмотра. Она плакала и это было понятно. Единственный близкий ей человек снова уехал и не понятно насколько. Придя в машину, Катя немного поплакала и поехала в университет. Она успела к началу второй ленты, поэтому быстро направилась туда, но по пути ее поймала Алена Сергеевна.
— Катюш, пойдем ко мне, поговорить хочу с тобой. – ласково сказала она.
— Алена Сергеевна, но у меня пара сейчас у Константина Алексеевича. Я не хочу ее пропускать. – ответила я, стараясь уйти.
— Я его предупредила, что ты опоздаешь. Пойдем.
Катя вздохнула и пошла за ней следом. Она не понимала о чем хочет поговорить Алена Сергеевна, но сейчас отдала бы все, чтобы сидеть на паре у Доброго и наблюдать за ним. Придя к ней в кабинет, она села на стул возле стола Алёны Сергеевны.
— Катюш, ты в последний месяц очень много пропускала последние пары и ректорат интересуется тобой не в самом хорошем ключе, как ты понимаешь. – сказала она, беря меня за руку.
— Алена Сергеевна, у меня весь этот месяц жила сестра с которой я не виделась больше трех лет. Я отпрашивалась, чтобы провести с ней побольше времени, а сегодня я проводила ее на самолет. Больше я не пропущу ни одну ленту. – ответила я, вытерев слезы, которые появились от мыслей о Ксюше.
— Я тебе верю, постарайся не портить свою безупречную репутацию за четыре месяца до выпуска. А в ректорат тебе придётся сходить, потому что мне они уже не верят.
— Ладно, схожу после этой пары. Я могу идти?
— Подожди… я могу попросить тебя о личной встрече вне стен университета, хочу с тобой кое-что обсудить… – неуверенно спросила она.
— Ну хорошо, напишите когда и где вам будет удобно, а я подъеду.
Она кивнула, а Катя встала со стула и наконец направилась на пару. Опоздала Катя всего на десять минут, но Добрый смирил ее совсем не добрым взглядом. Она прошла через весь кабинет и заняла свою заднюю парту. Ей понадобилось еще пару минут, чтобы окончательно успокоиться и она включилась в работу. Лента прошла очень быстро и Катя уже хотела покинуть аудиторию вместе с одногруппниками, как ее окликнул голос Доброго.
— Екатерина, задержитесь пожалуйста. – спокойно, но с угрозой в голосе сказал он.
Катя кивнула и подошла к его столу. Все как было в ее фантазиях, но сейчас ее это абсолютно не радовало, хотя фантазия явно ликовала от такого поворота событий. Когда аудитория наконец опустела, Константин Алексеевич сел на свой стул.
— Присаживайтесь, я не кусаюсь. – сказал он с неприкрытой насмешкой.
— Да я и не думала, что вы кусаетесь. Просто не понимаю смысла моего нахождения здесь. – спокойно ответила я, садясь на стул.
— Я вам просто облегчил жизнь немного. Вы же все равно собирались сегодня посетить ректорат, так ведь?
— Допустим, не думала, что вы захотите это прям после ленты обсудить. У вас же наверняка есть дела поважнее.
— Есть, но меня очень интересует, почему такая примерная студентка как вы, у которой за четыре года обучения не наберётся и ста часов пропусков в последний месяц так часто стала пропускать? – задумчиво спросил он, крутя на пальце одно единственное кольцо.
— Ко мне приезжала сестра с которой мы не виделись больше трех лет. Я хотела провести с ней максимально много времени, потому что не знаю когда увижу ее в следующий раз. Вроде бы Алёна Сергеевна должна была вам это объяснить. – сухо ответила я, не желая впускать его в свое личное пространство.
— Не успела. Я раньше решился с вами поговорить. Екатерина, давайте договоримся, что впредь такого я больше не увижу. Не хочется портить ваш красный диплом на который вы точно рассчитываете. Да и на практику вас вряд ли возьмут в ту компанию, в которую вы хотите попасть, если узнают о вашем количестве пропусков за последний месяц. – сказал он, не скрывая своей заинтересованности в том, чтобы я не попала в эту компанию.
— Константин Алексеевич, я не хочу ругаться с вами и уж тем-более портить отношения. Я обещаю, что больше не буду пропускать ленты, но на ваш шантаж я не поведусь. – без особого интереса с угрозой в голосе ответила я.
— Верю, можете идти. И помните, что за вами теперь пристально наблюдает ректорат.
Катя кивнула, взяла сумку в руки и вышла из аудитории, громко хлопнув дверью. В голове крутились тысячи нецензурных слов, которые она хотела ему сказать, потому что его поведение было просто невыносимым. Оставшиеся ленты, Катя просидела злая, поэтому ни Света, ни Поля не лезли к ней. Выйдя из университета в пять часов вечера она дошла до машины, взяла из нее пачку сигарет и прикурила одну. Курила Катя редко и в те моменты, когда ее доводили до состояния, когда она хотела убивать. Не понимая как Добрый сделал это, она выкурила сигарету и села в машину.