глава 2
В подъезде её посетила запоздалая мысль — а что если Вова грабитель? Или маньяк? Настя покачала головой, обругав себя мысленно идиоткой. Чё у неё грабить-то? Три сосиски в холодильнике или допотопный чёрно-белый телевизор? У неё даже мобильника нет… А на маньяка он не похож, те больше ласковые и обаятельные с виду.
Всё ещё под влиянием чудной по интеллигентности мысли, Настя отперла дверь и вошла. Вова старательно отряхнул снег с ботинок, вытер ноги о половичок и тоже вошёл, точнее, втиснулся в узенький коридорчик.
— Раздевайся, проходи на кухню, я сейчас, — Настя скинула кроссовки у обувной полочки и поспешила в зал. Отстегнула Ленку вместе с её сумкой, так прямо, не вынимая, положила в кроватку, сняла куртку и тут заметила бардак на диване, оставшийся с утра. На всякий случай принялась запихивать выстиранные шмотки в «стенку». Вова спросил из кухни:
— Одна живешь?
— Ага…
— Работаешь где?
— Дворником в ЖЭКе, на полставки, а по вечерам полы в Тёмкином садике мою, — ответила Настя, аккуратно складывая единственный парадный лифчик. Услышала быстрые шаги по коридору, дверь негромко щёлкнула замком, закрываясь — и тишина.
Настя выглянула в коридор, растерянно посмотрела на дверь, потом на лифчик в руках и вдруг разозлилась, зашвырнула лифчик на полку. Правильно, что он тут забыл, Вова? Он крутой, полный бабла и из себя ничего, а она кто? Нищая истеричка с двумя детьми… Настя посмотрела на вещи на диване и, бросив всё как есть, пошла на кухню. Огляделась с внезапной тоской и молча заплакала…
Вова вернулся минут через двадцать, когда она безуспешно пыталась накормить детей. Вошёл без стука, по-хозяйски отодвинул сахарницу и чашку кофе и принялся выгружать из пластиковой сумки яблоки, мандарины, бананы, какие-то игрушки, бутылочки, детские консервы… Настя растерянно смотрела на всё это богатство, а Ленка, не будь дурой, потянулась к ярким фруктам, лопоча что-то на своём языке. Настя автоматически вложила ей в ручку смешную погремушку с утенком и спросила:
— Зачем это всё? Не надо…
— Надо, — отрезал Вова и выгрузил из кармана штук десять разноцветных машинок, положил перед Артёмкой и внушительно сказал ему:
— Доешь кашу и получишь!
Артем отправил в рот ложку ненавистной гречки, не сводя завороженного взгляда с машинок, а Вова пододвинул табуретку к столу и спросил:
— Так как насчет кофе? Я купил хорошего, сваришь?
Настя очнулась, встала, отнесла Ленку в кроватку и достала из «стенки» Витину турку и две маленькие чашечки. Витя любил варить кофе, настоящий и дорогой. Вернувшись на кухню, она налила воды в турку, поставила её на газ и услышала за спиной щелчок зажигалки. Сердце заколотилось, как сумасшедшее, Настя втянула носом сигаретный дым и закрыла глаза. Господи, полцарства за сигарету! Только вот полцарства у нее нету. Уже две недели, как она, оставшись без гроша до получки, экономила на всём. Сигареты вошли в разряд «необязательных».
Вова заметил выражение её лица и помахал рукой, разгоняя дым:
— Извини, не спросил, у тебя можно курить?
Настя кивнула, не смея попросить сигарету. Но, видимо, желание было написано у неё на лице, потому что Вова, спохватившись, протянул ей пачку. Настя достала длинный тонкий «Ротманс», закурила, зажав сигарету в дрожащих пальцах, и, выпустив дым ноздрями, с наслаждением закрыла глаза…
— У тебя кран течёт, инструменты есть?
Она вздрогнула от неожиданности. Вова стоял возле раковины, пытаясь закрутить кран. Настя затянулась и махнула рукой:
— Не надо, ребятам из ЖЭКа бутылку поставлю, и починят.
— Ага, пьяные починят и через два дня опять капать начнет, — покачал головой Вова. — Есть инструменты или нет?
Настя молча встала и пошла в кладовку за Витиными инструментами. Витя всё собирался сделать ремонт, поклеить новые обои, ванную обновить, да откладывал на потом, а потом… А Вова этот — мужик хозяйственный, с ходу в галоп за кран, небось дома у него всё в порядке! А у неё вон кран капает, в ванне вообще струйкой течёт, обои от стен отклеиваются, краска на окнах облупилась.
Она поставила перед Вовой сумку с инструментами, и он без слов принялся раскручивать кран. Настя заварила кофе, удивляясь, как ещё не потеряла навык, и присела с чашкой к столу. Поколебавшись, вытащила из пачки новую сигарету, закурила. Вова разобрал кран, неодобрительно качая головой, проворчал что-то под нос, копаясь в железках, снова собрал всё на место, хорошенько закрутил и присел на освободившееся Артёмкино место:
— Я бы починил, но у тебя и прокладок нет. А там всё менять надо к чёртовой матери. И сифон тоже.
Настя пожала плечами:
— Оставь…
— Слушай, я сейчас занят. Подъеду часам к восьми и всё тебе сделаю. Договорились?
— Мне заплатить нечем, денег нет
— Кто тебе про деньги говорит? Ужином накормишь, делов-то!
Она взглянула ему в глаза — он улыбался. Настя машинально улыбнулась в ответ, стряхивая пепел, и Вова одним глотком выпил горячий кофе:
— Ну всё, уехал. До вечера.
И ушел, тихо затворив за собой входную дверь.