Печати

В тот день Намджун выбрал лук, два метательных ножа, арбалет и заметил, что мне лучше не тренироваться во дворе, чтобы не возникало лишних вопросов. Сказал, что уже к завтрашнему дню освободят залу на этом же этаже, где я смогу заниматься без свидетелей, а пока нам стоит вернуться в библиотеку.

Уже там он объяснил:

— Позже я, возможно, приглашу тебе учителя, чтобы он тренировал. Конечно, все будет только под моим контролем — я не пропущу тот момент, когда ты из зайца превратишься в смертоносную тень. А сейчас возьми кинжал, попробуй попасть сюда.

Он водрузил стул с высокой спинкой прямо на стол и развернул. Сам не отошел, поддерживая импровизированную мишень одной рукой. Я не знала, что делать. Намджун торопил:

— Возьми за острие, прицелься и кинь.

— А если я попаду в вас, государь?

— Тогда я войду в историю, как самый медленный Дракон. Ну, долго ждать?

Я вдохнула. Перехватила кинжал за лезвие и бросила. Он не пролетел даже половины расстояния и под мой разочарованный выдох плюхнулся на пол. Но Намджун оставался терпеливым:

— Пробуй еще раз. Рано или поздно начнет получаться.

Я подняла кинжал и вернулась на исходную позицию. Прищурилась и кинула. Нож пролетел мимо, но уже дальше. Пришлось снова за ним идти. С пятой попытки я почти попала — кинжал полетел в Намджуна, но он с легкостью поймал его прямо в воздухе. Протянул мне. Я взяла и, возвращаясь, сказала:

— Простите, государь, я никогда не отличалась ловкостью.

— Ловкость тут ни при чем, Дженни. Должно включиться совсем другое. Иначе я сильно ошибся в предположениях. Ну-ка, попробуй закрыть глаза.

— Что?

— Закрой глаза, стань тенью, а только потом кидай.

Пожала плечами. Сделала, как просил, и поймала внутреннюю тишину. И просто кинула вперед. Сразу же посмотрела — кинжал улетел в сторону и довольно далеко, дальше, чем получалось до сих пор. А теперь торчал из корешка книги на одной из полок.

На этот раз Намджун сам подошел, чтобы взять его, но не передал мне, а воткнул в стол.

— Я понял, — сообщил мне. — Мои предположения были верны, Дженни. Но твоя магия зажата в животе, она управляет тобой, но ты вообще не управляешь ею.

— И что с этим делать?

— Попробуй протолкнуть ее — в руки или ноги.

— А... — я осеклась. — Простите, государь, но я не понимаю, о чем вы говорите.

— Точно. Теперь я уверен. Как только ты выпустила тень, твоя рука сразу стала сильнее. Но это совсем не полная сила и не контролируется тобой. Магия не может сидеть в одном месте. Сосредоточься, попробуй... я не знаю, попробуй опустить ее в ноги и подпрыгнуть.

Я смотрела на него как на умалишенного. Каким, интересно, образом я могу опустить ее в ноги? Но, порядка ради, прикрыла глаза и подпрыгнула. Посмотрела на Намджуна и развела руками. Он как будто сгорал от нетерпения:

— Иди сюда. На стол. Я попытаюсь тебе показать.

Подошла, и была усажена на столешницу, как в прошлый раз. Намджун прижал горячую ладонь к моему животу и наклонился:

— Чувствуешь, я держу ее? Но она остается там же. А теперь я попытаюсь ее переместить.

Он провел рукой чуть выше. Я напряглась, но точно ощутила, как магия поднялась вместе с его ладонью. Намджун перевел ладонь на талию, а с другой стороны положил другую руку, крепко сжал. Прошептал:

— Чувствуешь?

— Да, государь, — я была слишком удивлена, потому забыла о смущении. — Она будто разделилась... или расширилась.

— Она — чистая энергия, а не комок тканей. Ты можешь переводить ее куда захочешь, можешь растягивать и использовать так, как нужно тебе, а не ей.

Он провел горячие руки выше, почти касаясь груди. И я чувствовала, как магия перемещается туда, куда он ее тянет. Закрыла глаза, полностью увлеченная захватывающим экспериментом. Но услышала его дыхание, которое вдруг стало тяжелеть. Посмотрела на него, а Намджун отвел взгляд.

— Сейчас, подожди. Слишком сильно мысли путаются.

— О, — я поняла, о чем он. Его волнует моя близость и эта — почти самая настоящая — ласка. И меня одолело запоздалое смущение.

Намджун почему-то тихо рассмеялся.

— Надо все-таки что-нибудь придумать с твоей внешностью. Ладно, я в порядке. Ты готова?

Я отрицательно затрясла головой, но он не обратил на это внимания — закрыл глаза и повел ладони выше, едва только коснулся груди и перевел на плечи, там остановился.

— Получается, — тихо сказала я. — Она двигается. У меня сейчас такое ощущение, как будто за спиной растут крылья.

— Крылья? — он открыл глаза. — Ты же не дракон. Но я понял твое сравнение. Попробуешь дальше сама?

И тут же отодвинулся. Но как только он убрал руки, вся сила рухнула вниз и замерла в животе. А потом и заколотила, напоминая о том, что только что произошло и как он водил ладонями по моему телу. Собралась, поджалась, чтобы утащить всю меня подальше от мужчины. Увидев панику в моих глазах, Намджун моментально прижал руку к животу:

— Все, держу. Сидишь?

— Сижу, — выдохнула я, недовольная очередным всплеском собственной слабости. — Государь, мне потребуется много времени, чтобы этому научиться. Пока я умею только убегать.

Намджун не смотрел на меня, подчеркнуто глядя в сторону.

— Тренируйся в своей комнате. Теперь ты знаешь, что это возможно, то есть рано или поздно получится. А завтра подготовят зал, там будет больше возможностей для тренировки.

— На сегодня я могу быть свободна, государь?

Он сделал паузу и руку не убирал. Но это как раз был единственный способ закончить разговор так, чтобы меня не зашвырнуло в стену после произошедшего. Пока он удерживал мою магию, чувство стыда не одолевало — я понимала, почему Намджун все это делает. Но как только он отпустит, думать я перестану.

— Да. Но сейчас я хочу спросить о другом. Почему Джису так поступила? Она никогда и ни о чем так не умоляла меня. Боялась, что я разгляжу твою внешность?

— Наверное, государь, — мой голос сбился, а от неприятной темы начало портиться настроение.

— Не понимаю. У меня была наложница не так уж и давно — мне казалось, что Джису это вообще не заботит. Да и с чего бы? У нее свой статус, она ведь не может ревновать меня к наложницам?

— Государь, вы задаете вопросы, на которые я не знаю ответа.

— Ого, — он вдруг воскликнул с азартом. — Почувствовала, как сжалось? Почему твоя магия сжалась, Дженни? Ведь она должна дремать.

— Я не знаю.

— Похоже, что знаешь. Она сжимается вместе с тобой. Чего ты боишься? Хотя бы это можешь сказать?

Теперь мне стало окончательно не по себе. Я понимала, что Намджун не просто так завел этот разговор. Я нравлюсь ему, у него мысли сбиваются от близости — он откровенно в этом признается и потому хочет знать точную причину, почему я до сих пор не его любовница. И до того, как этот вопрос прозвучит, решилась сказать сама:

— Я боюсь, государь, что каким-то образом могу привлечь внимание. Ваше или вашего брата. Государыня просила за меня, потому что я умоляла ее об этом. Не вините ее за доброту. Ее милосердие достойно восхищения.

— Тэхен вчера снял печать с последней наложницы, подарил ей дом в Тоаре и посоветовал не показываться ему на глаза. Как думаешь, ты сыграла в этом роль?

Я вздрогнула:

— Жаль, если так. Но вы сами говорили, что привлекательная внешность — просто свойство моей магии. Я не хочу этого свойства, но и ничего с ним не могу сделать.

— Значит, ты просила Джису... Потому что твое сердце глухо и ко мне, и к Тэхен.

— Глухо, государь. Я по-прежнему мечтаю о свободе.

— В это верю.

— А я буду верить, что когда-нибудь вы поймете — никакой угрозы могущественным Драконам я нести не могу. И тогда отпустите меня.

— До завтра, Дженни.

Он наконец-то отпустил. Меня как ветром сдуло из библиотеки.

В своей комнате я успокоилась. Все-таки Намджун производил на меня очень приятное впечатление: у него рассудительность была превыше эмоций. Да, я его привлекала, но он даже к этому вопросу подходил с какой-то подчеркнутой разумностью. И сегодня сделал меня счастливой, постепенно отвечая на мои вопросы, а завтра вообще будет учить стрелять из лука! Ух, аж голова кружится от радостного предвкушения! Вот если бы я не была так красива, то работа с ним доставляла бы сплошное удовольствие.

В столовой во время ужина я увидела, что пальцы поварихи окрасились в неприятный фиолетовый оттенок. Это меня настолько заинтересовало, что я осмелилась спросить о причине прямо. Женщина добродушно рассмеялась над моей наивностью и сказала, что это от натирания голубой ягоды для пирога — мол, кожа окрашивается, но страшного в этом ничего нет. Я еще час мялась, но потом все-таки осмелилась зайти на кухню и попросить у нее горсть тех самых ягод.

Затем нашла Юри, попросила ее достать мне платье служанки, но размера на два побольше. Она сразу поняла, что к чему, потому рассмеялась и без лишних вопросов согласилась помочь. Вместе с Юри мы состригали мои едва отросшие ресницы и брови, а потом и густо мазали все лицо ягодной кашей. Юри хохотала над полученным результатом, но я была довольна — лицо мое снова стало одутловатым, но с этой кожей землистого оттенка так и вовсе отталкивающим. Настоящая уродина, насколько я вообще способна ею быть. Как бы то ни было, я хотела сделать все возможное, чтобы Намджун больше не отвлекался.

Полночи я тренировалась сдвинуть магию из живота, но ничего не выходило. Наверное, за долгие годы сам организм привык к ее положению, мой разум к этому привык, потому уйдет уйма времени, чтобы перестроиться.

Государыня, увидев меня утром, сначала на месте подскочила, а потом не смогла сдержать улыбки, но никак комментировать не стала. Я, счастливая, побежала в библиотеку к Намджуну. Он встретил мое появление приподнятой бровью, задумчивой паузой, а затем неожиданным:

— Нет, не помогло.

Разочаровано поморщилась, но постаралась быть приветливой:

— Доброе утро, государь. Я все же надеюсь, что мои усилия не пропадут даром.

Он почему-то удивленно рассмеялся:

— Тэхен, ты только посмотри на это.

Я вздрогнула, не ожидая увидеть здесь и второго Дракона, который ни разу до сих пор к исследованиям интереса не проявлял. Он, оказывается, стоял за моей спиной. А теперь подошел и наклонился, чтобы разглядеть лучше. Пришлось выдавить:

— Доброе утро, государь.

— Доброе, страшилка, — он оставался по привычке ироничным. — Ты решила окончательно пленить того рабочего синюшной физиономией?

— Какого рабочего?

— Хосока, если я правильно понял. Разве ты не ему несла морс? Не донесла?

Я смущенно уставилась на свои ноги:

— Не было времени, государь.

— Не красней! Не красней, я сказал! — Тэхен воскликнул с подчеркнутым ужасом. — Когда краснеешь, опять становишься хорошенькой. Ну ладно, красней, раз у тебя сердца нет.

Я кое-как сдержалась, чтобы не метнуться в дальний угол библиотеки, но все равно сжалась. Намджун подошел ближе и коснулся двумя пальцами моего локтя:

— Зал для тренировок готов. Идем туда. А ты, брат, не доводи нашу воительницу до обморока. Это существенно снизит качество эксперимента.

Тэхен вскинул обе руки:

— Я вообще молчу. Но это нормально, что я случайно пожелал Джису всех бед? Сам не пойму, с чего вдруг такие бесконтрольные мысли...

Я думала, что Намджун разозлится, но он только глянул на брата укоризненно и сразу начал объяснять мне:

— Я рассказывал Тэхену обо всех своих выводах, и у него возникла идея, которую мы обязаны проверить.

— Что проверить? — я не удержалась от вопроса, поскольку он замолчал.

— Пугать тебя будем, бесстрашную, — раздался за спиной ответ Тэхена.

Мы прошли в другой зал на том же этаже, и он оказался еще больше, чем библиотека. Или из-за отсутствия полок и книг так сильно бросалась в глаза громадность помещения. Серые голые стены, серый пол и высоченный потолок того же цвета. Я замерла в самом центре, но Намджун подтолкнул меня дальше. Я дошла до дальней стены и обернулась, не предполагая, чего ждать.

Намджун шел следом, на ходу рассказывая:

— Дженни, твоя магия каким-то образом должна противоречить нашей, но пока тому нет ни единого подтверждения. Она подчиняется нам с такой легкостью, словно ей только того и надо. Тэхен и предположил, что мы не видим твоих отличий, потому что до сих пор не смотрели.

— В смысле не смотрели?

— Глазами дракона. Не бойся, стой на месте. Я буду держать твою магию, чтобы страх не загнал тебя в угол.

Но я уже была готова хоть куда-нибудь отсюда смыться. И в голосе прозвучал ужас:

— Что вы собираетесь делать?!

Намджун обошел меня, встал за спиной, а потом резко притянул к себе, прижимая горячую ладонь к животу. Магию-то он успокоил, страх теперь не был парализующим, но никуда не делся. А я так мечтала, что буду сегодня стрелять из лука! Домечталась... Дернулась, но вырваться, конечно, не смогла.

Тэхен к нам не подошел и остался в центре зала. Он, не сводя с меня взгляда, начал расстегивать черный камзол. Откинул его в сторону на пол, затем так же быстро снял рубашку. Когда потянулся руками к завязке на штанах, я отвернулась. И даже почувствовала, как он усмехнулся. Но Намджун не заставлял меня смотреть, как раздевается его брат, он просто держал, чтобы я не побежала. Тэхен, наверное, просто обязан был сказать:

— Ты никогда не видела обнаженных мужчин, я прав? Можешь смотреть, страшилка. Я никому не расскажу о твоем бесстыдстве.

Я только покраснела еще сильнее и не ответила.

Через некоторое время странный и неожиданный в помещении ветер привлек мое внимание, потому я невольно посмотрела вперед. Тэхен стоял там же, совсем без одежды, но теперь я не обращала внимания на его вид. Над его головой мелькнула отчетливая черная тень — просто скользнула высоко, но она мне не привиделась. Драконово крыло, я уже видела такое у Намджуна в лесу. А потом Тэхен начал падать вперед. Я вскрикнула. Его руки, как и все тело, на лету менялись — вырастали, чернели, покрывались чешуей. Он падал всего лишь миг, но приземлился на пол уже не ладонями, а огромными лапами с когтями. От них я заторможено перевела взгляд вверх — передо мной был дракон. Совсем не то, что принято называть Драконами в бытовой речи, а настоящий, могущественный, невероятных размеров монстр с широченной грудью, покрытой толстыми черными пластинками. Крылья взметнулись вверх и ударились о стены, а затем немного сложились, выдаваясь большими костями вперед. Ему здесь было тесно...

Голова с вереницей рогов, шедших от самого лба, вытянулась немного вперед. Оскалившаяся пасть могла поглотить всю меня целиком. Говорят, древние драконы питались людьми, но сложно представить, какое количество людей потребуется, чтобы насытить такое чудовище. И только глаза — тоже большие, с вертикальными зрачками — остались темно-синими. Лишь это подтверждало, что передо мной Тэхен.

— Не бойся, — тихо сказал Намджун. — Он не причинит тебе вреда.

— Я не боюсь.

Ответила — и только после этого удивилась собственным словам. Но я в самом деле не испытывала страха. Подалась вперед. Намджун через некоторое время отпустил меня. Я и не заметила, как его рука соскользнула с моего живота, но магия не бунтовала — она тоже не ощущала опасности.

Я много раз видела изображения драконов в книгах, но они, как оказалось, вообще ничего не передавали, кроме формы. В них не было этого ощущения всепоглощающей силы и самой настоящей красоты. Хотелось протянуть руку и коснуться его. Он может сжечь меня, если выдохнет пламенем, но даже это не могло унять восторга. Я видела совершенство. Что-то намного большее, чем умещается в сердце. Я чувствовала, что готова умереть прямо сейчас, потому что обречена не увидеть ничего прекраснее. Мое сердце зашлось непонятными судорогами — так, что захотелось заорать или разрыдаться, хотя причины тому не было. Просто изнутри раздирало чем-то невысказанным, невыкрикнутым, хотя бы на каплю отражающим абсолютное совершенство.

— Она действительно не боится, Тэхен, — раздался удивленный голос за спиной, но я не обратила на него внимания.

Дракон с таким же интересом рассматривал меня. Он немного наклонил голову — я узнала эту привычку Тэхена, которую раньше не осознавала. Почему я всю жизнь считала себя слабой? Во мне нет слабости, только чистая сила. Я настолько сильна, что способна стать единственной для него, как он станет единственным для меня. И я смогу быть настолько сильной, чтобы стать ему равной — вся моя магия, вся я создана именно для того, чтобы когда-то стать равной совершенству. Ни один мужчина не сможет войти в мое сердце, потому что оно только что полностью истратилось на эту бессмысленную попытку осознать совершенство...

Тэхен вскинул огромную голову, когда я потянулась к ней. И рванул вверх всем телом, одновременно вставая на ноги и обращаясь в человека. Я все еще продолжала смотреть на него, обнаженного, как и он смотрел на меня. Лишь опомнившись, отвернулась и зажмурилась. Намджун внимательно посмотрел на мое лицо и тихо спросил:

— Почему ты плачешь?

Я вытерла слезу, о которой до этого вопроса и не подозревала.

— Не знаю, государь. Наверное, от волнения.

Непередаваемое чувство спадало быстро, отпускало, но оставляло в душе разъедающую пустоту. Тэхен оделся и подошел к нам. Его голос был лишен привычной нотки извечного веселья:

— Я был прав, брат. Она отличается.

— Чем? — Намджун сразу забыл обо мне и направил свое любопытство на Тэхена.

— Светится. Вокруг всего тела какая-то аура, довольно заметная. Уверен, даже с большого расстояния будет видна.

— Да? Это очень странно.

— Не то слово. Но угрозы я так и не почувствовал. Скорее... — и вдруг замолчал, не закончив фразу.

— Может быть, тени могли убивать Первоходцев в их драконьих обличьях? — предположил Намджун.

Тэхен говорил с непривычным равнодушием, а на меня вовсе не смотрел:

— Возможно. Но для начала надо научить ее хотя бы из лука стрелять. Я пойду, не буду мешать тренировке.

Намджун шагнул к нему и уточнил удивленно:

— Брат, что с тобой?

— Ничего. Просто зверски устал. До встречи, страшилка.

— Доброго дня, государь, — я тоже не хотела на него смотреть.

Ожидала сарказма, ну хотя бы одной шуточки, как я его разглядывала, но не дождалась. Тэхен резко развернулся и ушел.

Намджун, похоже, тоже был удивлен — это эхом звучало в его голосе:

— С чего бы ему уставать?.. Ну да ладно. Как насчет лука?

— Государь, а можно заняться этим чуть позже? Я сильно переволновалась.

— Хорошо, отдохни. Тогда увидимся после обеда.

Я поклонилась и вышла из зала, а потом побежала. На этот раз меня несла вовсе не магия, а желание поскорее оказаться в своей комнате. Зарыться с головой в одеяло и остаться наедине с тянущей пустотой.

Но через пару часов все прошло и даже стало казаться смешным. Что странного, что меня впечатлило великолепие этого существа? Оно и должно впечатлять! И что с того, что я разглядывала Тэхена, когда он уже принял человеческий облик? Он сам по себе красив, я это и раньше знала. Я не разглядывала его, просто сознание не могло смириться с сопоставлением — как он, абсолютное совершенство, превратился в обычного мужчину. Красивого, идеально сложенного, но несравнимого по впечатлению с тем, кем может быть. И он уверен в себе настолько, что не подумал бы закрываться. Тэхен тоже не мог оторвать от меня взгляда, как будто получал удовольствие от моего изумленного восторга. Вот только эти взгляды и вызывали смущение, а остальное было объяснимо.

Уже к обеду я только посмеивалась над собственной реакцией, ведь у любого на моем месте случился бы точно такой же ступор, когда он впервые видит что-то настолько невообразимое. То есть моя реакция была естественной и единственно возможной, а Джису вряд ли кто-то побежит докладывать, как я не могла оторвать взгляда от ее мужчины. И как он откровенно этим наслаждался.