Эпилог
Утро.
Медленное, тёплое, как шелест простыней по коже. Я открываю глаза и не сразу понимаю, где нахожусь. Комната залита золотым светом, за окном шумит море — будто шепчет: ты дома.
Я поворачиваюсь — и вижу его.
Дамиан спит рядом. Спокойно. Ровно. Его ресницы отбрасывают лёгкую тень на щёки. Рука лежит поверх моего живота — будто даже во сне он хочет быть ближе. Его дыхание — мой якорь.
Мы поженились две недели назад.
Никакого пафоса. Только мы.
Платье — прозрачное, как ветер.
Скалы — как свидетели.
Кольца — как обещания.
Он держал мою руку, и его пальцы дрожали. Он впервые за долгое время показал, как боится потерять. И я — впервые за долгое время — не боялась быть его.
Я провожу пальцем по его груди.
Он просыпается, медленно, лениво. Приоткрывает один глаз. А потом — улыбается.
— Доброе утро, жена.
От его голоса у меня внутри всё замирает. Тепло разливается по телу, как мёд.
— Доброе, — шепчу я. — Муж.
Он тянет меня к себе. Кладёт голову на моё плечо, обнимает — так, что я вся утопаю в нём.
— Знаешь, о чём я мечтал, когда тебя не было? — спрашивает он.
— О чём?
— Чтобы однажды ты проснулась рядом. Без страха. Без боли. Без масок. Чтобы ты повернулась ко мне и просто сказала: «я счастлива».
— Я счастлива, — отвечаю, не раздумывая.
Он не говорит ничего. Только прижимает губы к моему виску. А потом — к шее. К ключице. К сердцу.
— И я тоже, — шепчет он.
Мир стал другим. Мы стали другими.
Всё страшное осталось в прошлом. Оно не исчезло — просто больше не управляет нами. Мы — сильнее. Мы выбрались. Мы победили.
И теперь — у нас есть «завтра».
Он встаёт первым. Надевает простую белую рубашку. Подходит к окну и смотрит вдаль, как будто видит что-то большее, чем просто горизонт.
— Завтрак? — спрашивает он, оборачиваясь. — Или сначала… ещё час под одеялом?
Я смеюсь.
— Только если ты принесёшь мне кофе. С мёдом. И свой поцелуй — вместо сахара.
Он качает головой, но улыбается.
— Слишком избалованная жена мне досталась.
— Ты сам меня избаловал, — парирую я.
И в этом — вся наша любовь.
Сложная. Яркая. Настоящая.
Любовь, которая не пришла просто.
Но осталась навсегда.