Под номером Девять⚜️

Наверное, это был маленький рай для них обоих. Всё немного поменялось с появлением колец на двух безымянных пальцах левых рук.

Один из них мог проснуться из-за прекрасных нот фортепиано, которое тоже было в огромном номере шикарного отеля, и подобное начало дня для мужчины было просто прекрасным. Да, мальчишки не было рядом, но то, что он играл, просто заставляло сердце биться с каждой секундой после того, как Алекс открыл глаза, всё сильнее и сильнее. Хотелось встать и просто незаметно наблюдать за этим милым существом из-за угла.

Куперу навсегда запомнятся эти растрёпанные русые волосы, но такое важное выражение лица, когда изящные руки касались клавиш. Это было нечто и каждый раз, как только Питер играл по утрам, за этим было безумно прекрасно наблюдать, но плотные губы вырисовывались в небольшую буковку "О", когда парень замечал поблизости Алекса и останавливался.

- Продолжай, - лишь отвечал он, складывая руки крест-накрест и облокачиваясь на дверной косяк.

Или юноша мог проснуться один, а будил его приятный запах еды. Он просто вылетал из постели, а затем застывал, снова видя за плитой Купера. После душевного разговора на море ему хватало сил подойти к нему сзади и приобнять, положить ещё сонную пустую голову на мускулистую спину.

Но чаще всего они просыпались в постели вместе. Алекс распахивал глаза первый, видя, как на его груди хорошо устроилась юношеская голова и руки, на которых из-за солнечных лучей ярко искрилось серебряное кольцо. Именно из-за французского яркого солнца Питер прижимался к мужскому телу и утыкался в его бока носом, прижимал руки, сжимался в калачик, заставляя появляться на лице Купера улыбку с самого утра.

Номер отеля был настолько большим, что там можно играть в прятки или догонялки, что как раз они и делали, но вечно там находиться было просто невозможно, ведь Монте Карло так и манил лишь верхушками своих небоскрёбов. Лишь одни прогулки по городу заставляли юношу снова открыть рот и начать осматривать каждый дюйм района, а ведь это были не все развлечения их отдыха.

Театры, музеи. В таких местах мужчина боялся открывать рта, видя, с каким интересом мальчишка смотрит на всё, что представляло ему заведение. Купер пропускал мимо глаз абсолютно всё, потому что он смотрел на него. На его красивые официальные костюмы в важных местах, на искрящиеся глаза, губы, эмоции, что выходили наружу в разных действиях. Питер был его театром, был его музеем.

Да, он был тем ещё ценителем искусства. И в галерее картин всё же уделил экспонатам внимание, и с таким же интересом, как он смотрел в других местах на Питера, юноша смотрел на него. Ни один из них не боялся аккуратно протянуть руку и скрестить их в каком-то кафе или на улице, и когда Купер подолгу рассматривал картины, парень часто касался кончиков его пальцев, чуть теребя, после чего Алекс сам сжимал пальцы, скрещивая руки.

Часто они встречались с Хлоей и Такером, которого девушка ну просто ненавидела за что-то, но они не лезли в их отношениях. Эти двое умудрились поссориться во время катания на водных скутерах, пока юноша в это время крепко обнял сидящего впереди него Купера и наблюдал за тем, как вода плещет под ними, а сердце оказывалось на самом дне моря, когда они подпрыгивали на волнах, отчего иногда парень сжимал жилет Алекса до следов от ногтей.

У всей этой компании была своя чёртова охрана даже в Монте Карло, но её Алекс и Питер вовсе не стеснялись, как и Хлоя, что просто шикарно выглядела в купальнике на собственном арендованном берегу моря. Кажется, она сражала на повал мужчин даже и в своей обычной одежде, но именно когда девушка была в купальнике, можно было заметить на ней горячий взгляд фиолетовых глаз. Как бы Хлоя не отталкивала Такера, а он явно к ней что-то пытал, но какие там у них были отношения - никто не знал.

В любом случае, они прекрасно проводили вместе время. Были новые дорогие вещи, поход в само казино Монте Карло, где Питеру никто не давал право участвовать. Алекс водил его туда, чтобы он просто понял, что это такое, но и иногда сам ставил небольшие ставки. И даже выигрывал, но не в этом суть. Мальчишке была даже по душе обыкновенная езда в автомобиле по городу, за которым сидел Купер, и чей торс был полностью оголён. Это было то ещё зрелище. Да, жара не щадила их, как и мускулистое тело женские взгляды, а парень довольно часто замечал их. Так и хотелось показать кольца на пальцах, прокричать "Он мой, сучки!", а затем развернуться и уйти, но нет.

Эту ревность Алекс читал в серых глазах моментально и делал всё, чтобы она исчезла. Это были шикарные две недели, которые они провели вместе. В первый раз эти двое вместе ездили на отдых, и у них остались незабываемые воспоминания от всего, что только было в Монте Карло. Шумные дискотеки, бары, кафе, ох, а их танцы... Они были просто наполнены всеми чувствами, что Купер и парень только испытывали друг к другу.

Питер даже иногда не успевал за мужчиной и часто путался в ногах, просто падал на руки Куперу, и широко улыбался. Танцы в клубе, на улице, между домами, в номере отеля. Они могли сделать что угодно и где угодно, нежели одни танцы. Монте Карло полностью раскрепостил их перед людьми, и они просто перестали бояться их.

Как самая обыкновенная парочка, эти двое могли спрятаться за уголком какого-то здания и начать целоваться, а когда кто-то проходил, то останавливались, но смеялись, провожая уходящего человека, с танцами была и вовсе другая история. Ни один из них даже и не останавливался, когда рядом кто-то был. Мало того, что они перестали бояться, так ещё они полностью приняли себя и даже в какой-то мере наплевали на тех самых людей. И это шло на пользу.

Было очень здорово кататься на велосипедах в более тихих местах района, попадать в особые дни вместе под дождь, промокать до нитки и прятаться в каком-то кафе или ресторане, слушать слова радости Хлои за эту парочку, пока один из них куда-то отходил. Всё это оживляло после того кошмара, что был. Алекс и Питер были по-настоящему счастливы. Вместе.

Конечно, парня и беспокоило то сообщение Оскара в самые первые дни. Он не знал, насчёт чего хотел с ним поговорить друг, и когда юноша пообещал ему разговор после прилёта в Джерси-Сити, то тоже боялся этого. Их разговор мог быть через чур серьёзным после того, как Оскар узнал про них с Алексом. Мальчишка понимал, что друг обиделся, очень сильно, и поэтому обдумывал моментами их разговор, ведь собирался рассказать абсолютно всю странную историю.

Помимо хороших моментов, что были связанны с днём и утром, у Алекса с юношей были прекрасные ночи. Они иногда, практически, влетали в номер, и всё могло начаться около входной двери. Тела просто не могли дойти до кровати, потому что за день могло накопиться уйма эмоций, которые ярким фонтаном покидали свои вакуумы. Их невозможно было сдержать и донести до мягкой кровати.

Ночи были страстные, горячие, как солнце, что палило на следующие дни весь Монте Карло. Мальчишка извивался под мускулистым телом на полу, столе, или же все-таки на кровати, если удавалось дойти. Да, в их багаже не было всех тех развратных игрушек, но Купер умел заменять их в одни лишь секунды, доводя юношеское тело до невыносимого состояния, когда парень просто потом не мог встать на ноги, но это был итог их такой красивой любви. Когда юноша шёпотом, хриплым, дрожащим голосом, или же кричал, что любит Алекса, то внутри мужчины что-то дёргалось, сжималось до приятной боли, и что заставляло лишь продолжать.

Такого не было. Раньше такого не было. Ни с одной девушкой, ни с самим парнем. До этого момента. У этих двоих всё кардинально поменялось. И это было прекрасно. Было прекрасно тащить Питера на руках до постели, касаться что мужчину, что мальчишку. У них и вправду что-то ёкнуло в голове или ещё где-то после обмена парными кольцами, или же это было влияние Монте Карло. Кто его знает?

Это место заняло огромное помещение в головах и сердцах, и возвращались они обратно в Джерси-Сити с бурей эмоций и моментов в багаже. Бледная кожа парня была загорелой, а та часть, где он носил плавки, всё ещё была бледна, что заводило Купера по сей день. Им было вместе хорошо везде, хоть на краю света. И даже в том же самом городке, куда пришлось снова вернуться. Но они вернулись домой совершенно другими.

За всё это время мальчишка соскучился по Греху, который просто чуть не снёс его ещё на пороге пентхауса. Они были оба рады видеть друг друга.

- Можно я погуляю с ним? - С надеждой спросил парень, не опуская передние лапы большой собаки с заострёнными тёмными ушками, словно Грех был человеком.

- Но мы же недавно прилетели, - Купер моментально поворачивается и хмурит брови.

- Да, но ты же сейчас оставишь весь наш багаж своим людям, а сам закроешься в своём кабинете, потому что у тебя видеоконференция, - Питер пожал плечами, всё же отпустив добермана.

- И ты не устал? - Будто бы проигнорировав вопрос, задал новый Алекс.

- А ты? Кажется, тебе уже всё равно на своё время, ведь в Джерси-Сити оно расписано поминутно, хотя мы только вернулись из Монте Карло, где провели самые прекрасные две недели вместе.

С какой бы горькой правдой мальчишка не говорил эти слова, но всё равно улыбался, вглядываясь в загорелое лицо Купера, который лишь усмехнулся и отвёл взгляд. Даже если они и вернулись, то вряд ли всё встанет на свои места после того, что они испытали.

- Ненадолго, - словно мать, у которой сын отпрашивался гулять, ответил с тяжким вздохом мужчина, поцеловав парня в щеку, - Ты ведь не забыл, что намечается на выходных?

- Да, я помню. У меня есть всего лишь неделя, чтобы подготовиться. Если честно, я уже волнуюсь, - Питер начал мять руки и опустил взгляд.

- То, что было в первый раз, больше точно не повторится, - Купер сразу заставил юношу поднять подбородок, а вместе с ним и взгляд серых глаз, - Это мероприятие масштабнее, и я буду намного ближе, чем тебе кажется. И если даже ты растеряешься, собьёшься, то ничего страшного не случится.

- Но я ведь представляю в этот вечер твой отель и всего тебя, - сразу же отозвался мальчишка, - Я не должен тебя позорить.

- Ты и не сможешь. Чтобы не делал, то никак не сможешь опозорить меня, слышишь? Никогда, - Алекс моментально вложил юношеское лицо в свои ладони, - Всё будет хорошо.

Да, и до этого они верили друг в друга, но не показывали этого так ярко. Много делали, но так мало говорили, и сейчас ситуация кардинально поменялась. В этих отношениях больше не было отдельных понятий.

Джерси-Сити ни капли не изменился за эти две недели. Разгуливая по его улочкам с Грехом, Питер спокойно разглядывал уже такие знакомые места. Все те же магазины, дома. Люди... Мало того, мальчишка боялся представлять заведение Купера на этих выходных, так ещё и разговор с другом. Питер много раз представлял этот разговор, но очень часто в его голове лучшие друзья расходились в разные стороны. Мальчишка так боялся, что лучший друг не простит, ведь он его даже не предупредил про поездку, а написал сообщение только тогда, когда уже был в Монте Карло.

А кроме Оскара у Питера никого не было, не считая Хлои, Алекса и всех остальных людей со стороны Купера, которых было не так уж и много. Друг переживал, был рядом, когда парень лежал в больницах, но он мог просто не понять выбор Морриза. Смуглый парнишка не знал и не видел, что эти двое испытали, но их дружба Питеру была дорога. Он хотел её сохранить, ведь одного друга так и не удалось оставить рядом.

Катрин. Парень о ней помнил каждый день. Он тихо скучал, не показывая того, что иногда вскипало в груди, но скучал. К сожалению, на её могилу ему всё ещё не удавалось съездить, но хотелось. Да и не только её хотелось навестить. Ракель точно должна была уже посетить могилу родной сестры. По словам Купера, только Эмили имеет могилу из всех убитых девушек в том особняке. Даже будучи мёртвой, Куколка оставалась особенной.

Да, чтобы не было между ним и Купером, Питер не забывал и не собирался отпускать всё это, ведь он пережил определённые моменты с этими людьми. Как бы сейчас всё не наладилось, он продолжал скучать, продолжал бояться обыкновенных человеческих вещей, но это было намного лучше, чем гадать и думать, что же сделает Ванесса при очередной встрече с парнем.

Кажется, у Первой было много ненависти и агрессии, чтобы вот так в один момент упокоиться с миром, но всё же сам мальчишка на это надеялся, несмотря на то, что она ему сделала, ведь в отличии от Ванессы, Питер оставался человеком. И вообще, этот период заставил задуматься о многих и о многом, нежели только об одной девушке, ведь ушло уже, кажется, много времени, а вместе с ним и люди. Разные люди.

Бастер, которого Питер просто до усрачки боялся до определённого момента, и они так не сумели продлить свою короткую дружбу. Катрин, что хвостиком бегала за мальчишкой целый год и унесла с собой тайну, что перед смертью разбила ей вдребезги сердце. Ванесса, которая так и не поняла, что имела, пока не потеряла. Люцифер, который пытался заставить её понять. Эмили, которая была ангелом в самом настоящем аду и, наверное, заняла почётное место в ином мире. Валери, которая просто хотела жить. Все остальные девушки и много других людей, и все они были уже вовсе не чужими. Их, практически, засосало случайно, но они были уже частью этой довольно жестокой и одновременной романтической истории. И Питер боялся потерять кого-то ещё, хотя опасности вроде уже и не было. Он боялся потерять в один момент и себя каким-то невообразимым способом.

И этими мыслями парень ни с кем не делился. Даже с Купером. Это было его личное. Он показывал эти чувства, когда играл по ночам в собственной комнате пентхауса, но их никто не видел. Купер мог уже в это время спать или всё ещё работать с бумажками, а мальчишка играл. Играл до боли в пальцах, лишь бы выплеснуть всё это и отработать всё до мелочей, лишь бы хорошо сыграть на выходных. Иногда внутри него что-то могло резко цокнуть, и комнату озарял сильный хлопок крышки фортепиано. Юноша просто сам иногда не выдерживал своего состояния, когда освобождал мысли.

Алекс прекрасно слышал, как аккуратные и быстрые ноты сменялись этим хлопком, но редко заходил в комнату, где горел лишь ночник. Он знал, что парень не любил, чтобы кто-то резко заходил во время его игры, но и сам чувствовал, что что-то поменялось и в самом себе, и в мальчишке. Кажется, обретя кольцо на пальце, Питер повзрослел. Это слегка пугало мужчину, ведь он каждый вечер мог слышать эти звуки перемен в его мелодиях, а затем в резких хлопках, недовольным ворчанием за дверью, а затем снова в мелодиях, и так раз за разом.

Это был ещё один странный период, хоть и не большой, но довольно значительный для них обоих. Да, мальчишка взрослел. На глазах. Всего лишь за неделю. И мужчина не то, чтобы видел его взросление, а слышал. Каждый день. За дверью огромной комнаты с фортепиано, около которой Алекс иногда даже садился и просто слушал, как играл парень. Но даже несмотря на его какие-то недовольства своей игрой, на его волнения, на его переживания перед выступлением, их отношения лишь укреплялись. К тому же, Питер всё-таки оставался ещё подростком. Ему нужно было время привыкнуть ко всему.

Но вот успеть вырасти за одну неделю и подготовиться к очередному выступлению - были совершенно два разных утверждения. Юноша, может быть, всё же и повзрослел, начал на всё глядеть с другим взглядом, но страх-то оставался. Никто не говорил, что он набрался мужественности и храбрости за эту чёртову неделю, и именно сейчас пытается уничтожить в своей глотке очередную пустыню лишь слюнями, смотря на количество присутствующих первого этажа отеля "Gold", где всё было готово к выступлению. Да-да, всего лишь первый этаж, где должен был находиться ресепшен, но не сегодня. Сегодня здесь люди, много людей, которые пришли либо поддержать Купера, либо просто помусолить глаза всеми его успехами.

Тот стеклянный купол крыши в Кэноне смогли быстро восстановить, а сам отель был довольно посещаем многими людьми. Скажем так, это было некое переоткрытие, в котором всё же были люди, которые помогли Куперу, но рассматривая первый этаж и всех тех людей, что там были, Питер не видел в них какой-то доброты. Они были статными, шикарно одеты, уверены, нежели он, стоящий чуть ли не в уголке в смокинге, отчего становилось неловко. Так хотелось найти хотя бы одну знакомую живую душу, но парень продолжать мять руки и стоять на месте.

Нет, конечно, сам мальчишка был опрятно одет, приготовлен, но его сердце не унималось. На самом деле, лишь в серых глазах людей было так много. Питеру казалось, что на него никто не обращал внимания, но его замечали, чего он сам не замечал из-за волнения, и вдруг замирает. Какая-то девушка открывает ему взор на Алекса, который был просто прекрасен в синем костюме. Мужчина вежливо разговаривал с какой-то незнакомой юноше дамой и улыбался, но фальшь Питер бы почувствовал. Купер был с ней добр, но и мальчишке не было повода ревновать.

Он будто бы начал трястись на месте, словно пёс, который сидел на месте и ждал своего хозяина, но им не был. Когда Питер увидел, что Алекс готов закончить разговор и подойти к нему, то его серые глазки загорелись. Они не виделись с самого утра, потому что мужчина был занят, и это было так долго. Хотелось наброситься на него и крепко-крепко обнять, но общество не позволяло, что сжимало юношеское сердце всё сильнее и сильнее.

- Твои искры я почувствовал ещё тогда, когда разговаривал с той девушкой, - тихо прошептал Алекс юноше, когда подошёл к нему ближе.

- Я... Я просто соскучился по тебе, и... - Питер опустил взгляд и продолжил мять руки, словно мальчишка в детском саде. Его голосок дрожал, как и сердце, - Я боюсь. Мне страшно.

- Но ты ведь не один. Ты же знаешь, я рядом.

- Да, но ты-то будешь около сцены, - мальчишка указал на небольшую сцену, где уже находилось фортепиано, - А я на ней.

- Кто сказал, что ты там будешь один? - Как-то спокойно проговорил Алекс, после чего юноша поднял на него свой удивлённый взгляд и увидел на мужском лице ухмылку.

Вот он медленно разворачивается к парню в пол оборота и ищет глазами кого-то. Питер не понимает, но делает то же самое. Не понимает, кого же ищет Купер, и сам не находит кого-то из знакомых, пока взгляд не останавливается на идущему к ним юношу. Как только Питер увидел скрипку, то понял, что это Оскар, а когда поднял взгляд на его лицо, то только убедился в этом. Парень выглядел серьёзным, что только пугало, а сам парень и не знал, как на это реагировать. Он был удивлён.

- Ты серьезно? - Сразу же начал шептать юноша, привлекая снова внимание Купера, - Почему ты мне не сказал?

- Питер, ты всю неделю готовился к сегодняшнему вечеру и даже позабыл позвонить ему. Да, он обижен, и я был уверен, что именно сегодня вам удастся помириться, а там и поговорить. Потом ещё спасибо скажешь, - с особой интонацией так же шёпотом ответил ему Купер, а затем похлопал по плечу мальчишку, - Думаю, здесь я уже лишний.

Алекс лишь подарил Питеру свою дерзкую ухмылку и отошёл от него, открывая полный вид на обиженного друга, который тоже прекрасно выглядел этим вечером, но его взгляд, которым он прожигал юношу, был просто невыносим. Его было трудно чувствовать на себе, а мальчишка понимал, что сделал только уже, так и не позвонив Оскару, но тот всё равно не отказал Алексу и приехал. А ещё этот его строгий смокинг... Питер и вправду был тогда мальчишкой из детского сада по сравнению с другом.

Да, теперь в этом была его вина, но и Оскару вечно не хотелось держаться подальше от близкого друга, хоть и был обижен. Долго они оба не могли перенести это, но у Морриза даже не хватало сил поднять взгляд, нежели что-то сказать. Он лишь видел уже знакомые туфли и часть скрипки друга. Никого и ничего уже не видел, кроме этого, а страх лишь нарастал.

- Будешь играть со мной? - Лишь спустя некоторое время заговорил мальчишка, чуть подняв взгляд.

Они мечтали сыграть вместе, и мечта готова была сбыться. За время учёбы в академии подобных совместных выступлений у них не было, да и они сами не умели пока что вместе работать, а сейчас им выпал шанс, хотя парни могли оплошать из-за волнения, обиды и страха.

- Да, я пришёл тебя поддержать, - не сразу ответил Оскар. Его голос тоже слегка дрожал, и поняв, что друг тоже волнуется не меньше, чем он, Питер поднял на него взгляд, - Даже несмотря на то, что я послал Алекса в день того странного диалога, я готов тебе составить компанию, но кое-что хочу попросить.

- Что?

- Расскажешь мне всё после того, как закончится вечер? - Уже помягче продолжил Оскар, подойдя ближе к Питеру. На его лице появилась скрытая тень лёгкой улыбки.

- А ты примешь это? - Тоже уже смелее спросил юноша.

- Ради нашей дружбы - да. Возможно, я вправду сделал поспешные выводы, не зная и половины. Ты боишься мне довериться?

- Нет, - с усмешкой ответил парень, не смело коснувшись плеча Оскара, - Я боюсь, что ты просто не поймёшь моего выбора. Хоть и думаешь, что всё здесь очень легко, и выбор вот он - Алекс, но нет. Да, это мужчина, но здесь всё куда более сложнее.

- Но я попытаюсь, - сразу же ответил смуглый парнишка. Его голос крепчал, как и чувства, - Правда попытаюсь ради нашей дружбы, ведь она того стоит. Не так ли?

Карие глаза наконец-то загорелись каким-то огоньком, и Питер это прекрасно видел. Он сам не понял, как они перешли на хорошую ноту общения, и спустя какие-то секунды расплылся в улыбке. Оскар, узнав об отношениях с мужчиной, мог просто прекратить общение с мальчишкой, но он остался и готов был продолжать быть рядом, несмотря на такую страшную правду, а говорить её юноше было страшно, но несмотря на это, он улыбается. В следующие секунды забывает про всё и просто обнимает друга. Тот отвечает ему взаимностью, хоть и не сразу от некого шока.

- Я скучал, - лишь в оправдание проговорил юноша в плечо Оскара, крепче обняв его.

Они не виделись три недели, и это было долго, особенно с той информацией в их головах. Питеру стало на душе легче, когда он хоть что-то сказал другу спустя это время, но в юном сердце снова начал расти страх. Они ведь оба понимали, что вот-вот и будут на сцене.

За ними наблюдали Купер и Хлоя, чьё появление юноши не заметили. Всем в этой истории станет немного спокойней, если это чудо, по имени Оскар, который был всё же схож с Питером, узнает всё. Конечно, на Алексе может оказаться большая вина со стороны смуглого парня.

В один момент всё на первом этаже становится тише. Люди кучкуются, чтобы оказаться ближе к сцене, либо же смотрят на тех, кто на ней оказался, не вставая из-за своих столов. А там уже занимали свои места парни, чьё волнение может почувствовать почти каждый. Оно, практически, летало в воздухе. Когда Питер увидел безумно рядом с небольшой сценой Алекса, то зажал губы и просто перевёл взгляд на Оскара, который в тот момент ещё был рядом.

- Ты хоть мелодию знаешь? - Шёпотом спросил его юноша, открывая клавиши фортепиано, поднимая крышку.

- Не совсем, но, мне кажется, ты что-то подобное уже играл, - так же отвечает ему друг.

- Так это чистая импровизация?! - Уже на собственных нервах шепчет Морриз, выпучив глаза, но не смотря на Оскара.

- Почти, - лишь пожал плечами он, а затем изящно взял в руки скрипку, - Так мы начинаем или нет?

Морриз лишь краем глаза ещё раз взглянул на смуглого парня и тяжело вздохнул. Послышались лёгкие хлопки в знак поддержки, но Питер не хотел видеть толпу и осознавать, что она рядом. Даже тот же Купер был тяжестью в тот момент, пока друг был самой надёжной поддержкой и опорой. На это Купер и рассчитывал, и понимая это, легко улыбается, видя, как уже такие знакомые и изящные пальцы готовы вот-вот накрыть чёрно-белые клавиши.

Он начинает аккуратно, с какой-то нежностью, кажется, лишь наблюдая за собственными руками. Хватает всего лишь несколько секунд, чтобы юноша на мгновение замер, всего лишь на немножко, и перешёл на чуть сильный тон, где в мелодичную игру вступает Оскар. Его игра даёт мелодии твёрдость и уверенность, но он тоже нежен своей игрой. Они друг друга не сбивали.

Снова сероглазый мальчишка прибавляет громкость своей игре, а Оскар наоборот - затухает, давая возможность прочувствовать слушателям только начинающуюся силу фортепиано. Это было красиво. Оба знали, когда надо делать свою работу, чтобы показать и собственные таланты, и совместную работу, где хоть и росли ноты, но никуда не уходила та нежность. Питер переходил с одного тона на другой очень и очень плавно, а его вовремя подхватывал Оскар, так же начиная медленно, а затем только набирал свою силу.

Вот играют в унисон, попадают в один такт, ритм, звук скрипки растёт и растёт, добавляя некой страсти, заставляя замереть человеческие сердца, а затем просто резко прекращает, снова уступая место другу, и сердца дёргаются от такой красоты резкости. Они умели играть, они знали, они слышали друг друга и чувствовали поддержку друг друга. В тот момент это было очень важно.

Когда парень снова начал набирать плавный тон, слыша, как начинает нарастать медленно звуки скрипки, то и вовсе позабыл про то, что они были в ссоре, ведь их мечта сбывалась. Они играли. Вместе. Они слышали, несмотря на красивые звуки собственных инструментов, дрожащие выдохи некоторых людей из той толпы, что за ними наблюдала. Хлоя стала очередной статуей, которая лишь могла переводить взгляды с одного парня на другого, пока Алекс был просто восхищён. Мало того, что ему нравилась сама игра Питера, но то, как она комбинировала со скрипкой Оскара, было просто потрясающе.

Вот так в один момент переплетались искусство с музыкой, словно отдельные истории. Просто мужчина в один момент представил, как можно наложить талант этих мальчишек на какую-то картину, статую. Да на что угодно, но мужское сердце замерло, словно в первый раз, а в первый раз как раз всё и смешалось. Пока мальчишка играл, он смотрел на картины девушек в комнате сестры в особняке. В тот момент Купер и понял, что музыка и искусство могут ужиться вместе, как и он с мальчишкой, которым он гордился. И, нет, Питер не представлял в тот момент его отель. Он показывал себя во всей красе, и даже если в первый раз у него это не получилось, то в тот момент - да. Парень превосходил самого себя, находясь рядом с другом.

Под конец они оба набирают темп, но делают так, чтобы их обоих было слышно. Но они не слышали, как намного быстрее бьются их юношеские и ещё, кажется, совсем детские сердца. Органы готовы были вырваться из груди, но у парней были свои методы, чтобы держаться на сцене до конца. Оскар, зажав скрипку, просто закрыл глаза, зная, как играть, а Питер просто смотрел на чёрно-белые клавиши. Нет, он глядел сквозь них, не следя за руками, потому что знал всё наизусть. В быстрых движениях пальцев можно было легко запутаться, но мальчишка до первых капель пота на собственном лбу старался просто не глядеть на собственные руки.

В один момент они оба отрываются от своих инструментов. Оскар поднимает резко вверх смычок от скрипки, громко переводя дыхание и медленно открывая глаза, пока Питер даже сам не понимает, как встаёт со специального табурета, а его руки лишь висят в пару сантиметров над клавишами. Он тоже тяжело начинает дышать, будто бы задержал дыхание на время игры, а затем медленно поворачивает голову, чтобы разглядеть сначала друга, который тоже одарил его своим взглядом, но и не сдвинулся с места, а там и на застывшую толпу, которая продолжала за ними наблюдать, не отойдя от мощного конца их совместной работы.

Поначалу было страшно подумать, что они не произвели на людей никакого впечатления, но потом, когда первый захлопал в ладони Купер, все сразу же подхватили его мотив. Хоть и небольшая, но всё же толпа аплодировала им громко, с особыми чувствами, с улыбками на лицах, отчего парнишка расплылся в лёгкой улыбке. Ведь это были не просто люди. Это были люди с роскошной стороны Алекса, и им удалось их удивить.

Было просто прекрасно дать волю своим чувствам, а затем смело подойти к другу и приобнять его, дав понять всем, что они смогли сделать это вместе. Это не был провал. Это был маленький шаг в музыкальный мир, который в будущем сможет прокормить их, потому что даже за такое выступление им положена плата, тем более, Алекс являлся тем человеком, который как раз и организовал всё это для парней. Они своё получат.

- И сколько же вы потратили денег на то, чтобы восстановить стеклянный купол отеля? - Уже сидя за одним столом с Купером, Хлоей и Питером смело спрашивает Оскар. Да, кажется, он уже сам забыл, как посылал этого человека куда подальше.

- Тысяч двадцать пять, - спокойно пожал мужчина плечами, выпивая из шикарного бокала спиртной напиток, - Может, чуть больше. Пострадал не только купол, но и сама крыша от его разрушения. К тому же, я работал не один.

- Я немного помогла финансово, - с улыбкой продолжила Хлоя, положив в рот кусочек клубники после того, как на неё посмотрел Алекс.

- Ты способна на это со своей работой.

- Кстати, - перебил мужчину Питер, - Как ты попала в отделение полиции? Я и подумать не мог, что ты работаешь лейтенантом полиции, а с тобой в придачу и Ракель.

- Алекс в своё время помог мне заработать деньги, а там я попала в училище, - девушка с особым взглядом одарила Алекса, слегка улыбнувшись. Кажется, кроме Купера мальчишка тоже понял, что за "особое время". Именно то время, когда она, будучи подростком, ходила самовольно удовлетворять его желания, зарабатывая на этом деньги. Мальчишка не знал всю историю Хлои, где были её родители, и почему именно таким способом девушка зарабатывала деньги, но не ему осуждать её, - Отучившись, я устроилась в полицию, а спустя некоторое время работы меня повысили до лейтенанта. Перешла в другое отделение и продолжила работать на этой должности. Около года назад мне как раз и дали помощницу - Ракель. Мы с ней хорошо сработались.

- Вау, - не сдержался Оскар, выгнув бровь, - Ваша карьерная лестница серьёзна, как никогда. К тому же, вы двое давно знакомы, раз помогаете друг другу. Вы лучшие друзья?

- Думаю, что про это тебе расскажет Питер, - с лёгкой улыбкой ответил Алекс, переведя взгляд на Питера, чьё сердце дёрнулось.

Он прекрасно понимал, на что намекал Купер. Мужчина сам был не против, чтобы юноша всё поскорее рассказал другу и дал сигнал, что пора. Прямо сейчас. От удивления даже Хлоя поменялась в лице, как и Оскар, пока мальчишка нервно сглотнул.

- Я думаю, что вам правда пора поговорить, - продолжил Купер, поджав губы, - Но не здесь.

- Хах, ты нас выгоняешь? - Усмехнулся парень, чуть сбавив обстановку.

- Нет, но Оскар после вашего разговора может почувствовать себя здесь не комфортно. К тому же, здесь много людей. Конечно, вы можете остаться до конца вечера...

- Нет, - сразу же отозвался смуглый парнишка, вставая изо стола и рассматривая всех, кто сидел за ним, - Вы правы. Нам нужно во всём разобраться. Одним.

Его карие глаза остановились на обеспокоенном Питере. Конечно, было здорово осознавать, что Оскар с Купером приобрели особую форму общения, в которой уважали друг друга, но об этом можно поговорить в другой раз. Юноша лишь медленно перевёл взгляд на Алекса, который слегка качнул головой в знак согласия. Он дивился его смелости.

Но парню не сразу хватило сил встать из-за стола так же резко, как другу. Мальчишка встал в полный рост очень медленно, и все видели, что он волнуется больше, чем кто-то другой. Да, он мог потерять друга или любимого, или же двоих сразу. Могло после разговора случиться что угодно, но когда плеч Питера коснулся Оскар, то это дало некую надежду на более хороший конец секретов в их дружбе.

- Ты обещал, - тихо проговорил парнишка, чуть сжав его плечо.

- Да, я помню.

И только юноша договорил до конца последнее слово своего предложения, Оскар крепко схватил его за запястье правой руки, а затем побежал, потащив его за собой. В этот момент юношеское сердце чуть не упало в пятки, ведь всё случилось так резко, но и друг не знал, как бы начать их разговор. Естественно, по дороге к выходу из отеля мальчишка снова чуть не упал, не уследив за ногами, но Оскар ловко пробрался через толпу, позабыв даже про скрипку.

Да, наверное, правда в тот момент была важнее какой-то там скрипки. Оскар мог позволить себе купить новую, а вот информацию хрен выкупишь. Добегая до входных дверей, эти двое выглядели, словно друзья-первоклассники, которые хотели в скромном уголке показать друг другу свои детские игрушки, а там ими и обменяться. Кажется, они больше не дети, а обменяться им стоит. Кому-то информацией, а кому-то своей реакцией на эту информацию.

Был уже вечер. Кэнон постепенно утопал в темноте, но его спасали и украшали огни уже включённых фонарей. И даже тогда, когда в юношеские лёгкие впился свежий воздух, и Питер с Оскаром оказались на улице, смуглый юноша не остановился, а лишь сильнее сжал запястье друга, продолжал бежать неизвестно куда в своём официальном костюме. Мальчишка снова чуть не клюкнулся носом вниз, и он начал в какой-то момент молиться Богам, чтобы Оскар остановился, потому что весь вред курения в красе показывал себя. В горле начали драть когтями кошки, он будто бы задыхался и вовсе не видел, где они оказались, как друг наконец-то останавливается, отпуская его запястье.

Отойдя к стене какого-то здания, оба переводят дыхание, но Питер делает это громко, положив руку на грудь, сжав пиджак вместе с рубашкой. Глаза закрыл, и так хотелось пить, но не было такой возможности. Юноша безумно хотел, чтобы Оскар, как в самом начале всей этой бешеной истории, кинул ему в руки холодную баночку газировки, но пришлось наслаждаться лишь воздухом.

- Хлоя давно знакома с Алексом, - начал мальчишка, уже спокойно идя по дороге и элегантно засунув руки в карманы строгих брюк. Оскар его внимательно слушал, а сами они знали, что обратно вернуться в тот самый отель, а там и уедут в Джерси-Сити здоровыми и невредимыми, ибо рядом охрана, - И он был работорговцем. Она должна была искать таких девушек, у которых толком ничего нет, кроме красоты и тела, но вместо этого она пошла в клуб, а там и наткнулась на нас.

Юноша мельком посмотрел на друга, который быстро отвёл от него взгляд. Прерывать разговор Питера он не собирался, хотя мальчишка чувствовал, как внутри него всё в один миг перевернулось. Его губы сжались в тонкую линию, а глаза уже смотрели в пространство. Возможно, Оскар готов был услышать что угодно, но не этого.

- Продолжай, - лишь хриплым голосом проговорил он.

- Об этом узнал Алекс, и поняв, за кого так переживала Хлоя в тот день, когда у нас было похмелье, то поменял таблетки, которые она взяла для нас. Я встретил её на улице, где как раз и выпил их, там и отключился. После, оказался в больнице, и когда девушка отходила то ли в аптеку, то ли ещё за какой-то помощью, меня очень быстро забрали. Так я и оказался за городом.

- Значит, всё то, что было на твоём теле, сделал он? - Сдержанно спросил Оскар, остановившись. Питер остановился не сразу, пока не обернулся и не увидел лицо друга, на котором, практически, пошли трещины. Он будто бы слышал, как бьётся его такое же юношеское сердце, как и у него, но понимал, в каком шоке друг. Просто принять такое никто сразу не мог.

- Оскар, - сразу же подлетел к нему парень, схватив за плечи, - Я понимаю, что ты сейчас просто не можешь принять и понять то, что было, но даже не дослушав мой рассказ, я люблю этого человека. Очень сильно.

- Но что же ты тогда забыл за городом у этого извращенца, если его интересовали девушки!? - Чуть ли не крича снова спросил парень, рывком убрав руки друга с плеч. Проходящие мимо люди начали обращать на них внимание.

- Он забрал меня к себе, потому что хотел проучить Хлою, - юноша рывком заставил Оскара встать рядом с собой и пойти в один шаг дальше, тихо продолжая свой разговор. Их нервы постепенно натягивались, - Она всеми способами хотела меня вернуть, но у неё просто-напросто не получалось. Хлоя должна была найти девушку, которая займёт девятый номер, но его занял я и тоже особо не понимал, что там забыл. Девушек было девять. У каждой своё место. У Алекса был собственный бордель, но пользоваться теми, кто там был, мог только он сам и его люди. Меня не трогали какое-то время.

- И в каких условиях ты там жил?

- У меня была отдельная комната, как и у всех девушек. Нас одевали, кормили, давали гулять в саду, но конкуренция между девушками росла. И даже среди них я нашёл друзей. Одна из них та самая сестра Ракель - Эмили. Другая - Валери. Они были одни из самых лучших, кто мог принести удовольствие, но, кажется, даже не боролись за свои места. Им было всё равно. Там каждая просто хотела выжить.

- В каком смысле?

- Девушек могли лишить всей энергии в любое время. Когда угодно. Мужчинам было плевать, поели они или нет, выспалась, пришли только что от другого мужчины - плевать. Там было одно лишь желание. Они могли спать всего лишь часа два-три в день и есть один раз, или вовсе не есть. Но среди них была одна стерва.

- Та самая? - Оскар наконец-то хоть как-то смягчился, - Ванесса?

- Она была под номером Один. Тоже одна из лучших, но боролась за своё место любой ценой. Конечно, и до этого я попал под горячую руку за свою дерзость, но и из-за неё тоже влетало. Ванесса была из тех, кто дольше всего находилась в том особняке, а ведь девушек могли продать или обменять.

- Скажем, она была там элитой?

- Можно и так сказать, но с моим появлением всё поменялось. Алекс хотел поменять свою жизнь и избавится от всего, что сам и создал, а тут я. Он заострил своё внимание на парне, нежели на обычной девушке, чтобы хоть как-то поменять свою жизнь.

- И... Он быстро привык к тебе и тому, что вы... - Парень замялся и опустил взгляд. Ему стало неловко, так же, как и Питеру.

- Он поначалу говорил, что ему плевать, какого я пола. Главное - тело, и моё тело ему понравилось. Я не мог сопротивляться, потому что боялся наказания за непослушание больше, чем сам процесс нашего с ним первого раза. К тому же, хоть это было и год назад, я был таким ребёнком. Он мне стал интересен, как личность. И Алекс это прекрасно видел, сначала играя со мной.

Мальчишка замолчал, вспоминая всё, что было год назад. Да, между ними было много искр, плохое начало и прочего дерьма, но всё же Питеру сейчас хватает сил всё рассказать другу.

- Спустя какое-то время мы начали сближаться, хотя Купер продолжал спать с другими девушками и вытворять дичь. Я был единственным, перед кем он извинялся, кого он впервые пустил в свою комнату и кого впервые целовал из всех десяти людей в губы. Я был для него первым всем, в том числе и парнем.

- Но если вы чувствовали, что между вами что-то есть, то почему Алекс всё это не прекратил? У него был повод. Огромный.

- Он не мог куда попало отдать тех девушек, что у него были. Как ни странно, Алекс за них волновался, и искал нужных людей, кто бы мог принять всех девять девушек, одна из которых ненавидела меня. Ванесса видела, что я подобрался к первому месту, которая занимала всё это время она и делала всё, чтобы я попадал снова и снова под горячую руку Алекса, но в один момент что Алекс, что Ванесса зашли за грани. Разозлив его, я получил очередное жестокое наказание, но я терпел, понимая, что любил этого человека.

- Но и он тебя любил! - Резко крикнул парень, снова остановившись, переводя дух, - Алекс тебя любил. Так почему же он не мог остановиться? Судя по тому, в каком виде ты от него убежал, то он и тебе причинял боли не меньше, чем тем девушкам. Что же было не так?

Юноша в этот момент просто не знает, что делать. Он уже рассказал слишком много, чтобы остановиться, поэтому берёт друга и быстро забегает за угол, отказываясь между домами, где их никто не мог увидеть или услышать, но Питер видел лицо друга и понимал, что Оскару всё очень трудно представить и понять.

- Он просто не мог остановиться. Да, отчасти, это его вина, но всю эту жестокостью в него закладывал с самого детства отец. Мои родители точно рассказывали тебе о том дне, когда я смог до них дозвониться. Знаешь, что тогда было? В знак наказания Алекс повёл нас с Ванессой в бордель, где она целовалась с девушкой, а меня чуть не продали, словно товар.

- Тогда, что же это за любовь? Оставлять знаки на теле любимого, заставлять его бояться тебя, заставлять чувствовать страх? Питер, что это тогда были за чувства? И почему ты тогда продолжал его любить?

- Я уже не мог остановиться, - парень резко схватился за предплечья рук Оскара, отчего тот вздрогнул, - Я терпел и любил, но хотел вернуться. Мы два раза приезжали в город, но один раз это было, словно сказка, а другой - очередной ад. В обоих случаях я мог сбежать, но не делал этого, веря в то, что всё-таки что-то изменится. Да, был полным идиотом, ведь мог вернуться домой, успокоить тебя и родителей, но не делал этого, потому что знал, что найдёт. Я ему был нужен, конечно, тогда не знал, в каких целях, но был нужен.

- Ты был псом, пока он просто наслаждался твоей болью...

- Не в таком количестве, как с другими девушками. А все эти следы на теле, - Питер потёр шею, где была девятка, - Да, то, что было на спине, его рук дело, но всё остальное - я и Ванесса. Девятка на шее и другие следы от ножа - её рук дела и того, от кого она родила ребёнка. А то, что было на руках...

- Ты хотел покончить жизнь самоубийством? - Тихо и с огромным ужасом в глазах прошептал Оскар, сморщив лоб.

- Я бредил, потому что был болен. Ты же помнишь, что я оказался в больнице с жаром, но меня спасли. Алекс спас меня, и вины Хлои во всём этого не было. Она до конца пыталась вернуть меня. Купер спас меня от самого себя, отпустив, пока Эмили умерла на постели из-за мужской силы, где не было его вины, пока остальных семь девушек расстреляли на моих глазах. Поверь, он мог сделать только это.

Карие глаза набирали огромные размеры. Оскар просто вглядывался в бледное от страха лицо друга и представлял то, что видел он, а потом просто облокотился на стену и начал потирать лицо ладонями, пока юноша видел его в таком состоянии. Да, вот, кого он любил: убийцу, доминанта, извращенца. И Питер так боялся, что друг просто не поймёт, что было между этими двумя сейчас.

- Неужели всех? - Еле-еле проговорил смуглый парнишка, приоткрыв лицо.

- Всех. Всех, кто остался. Ванессу спас Люцифер, а меня просто отпустили. Я бежал изо всех сил подальше от того места, лишь бы оказаться дома, но меня сбил грузовик.

- Теперь понятно, почему с твоей психикой не всё в порядке. Тебе голову потрепали так, что ты не мог встать на ноги и заговорить с нами месяцами! - Начал кричать Оскар, освободив лицо от ладоней, - Та футболка, в которой ты оказался в больнице, та цепочка, что была на шее - это всё дал тебе Алекс. Тот, кто делал тебе больно! Тот, кто забрал у нас тебя, но ты его любишь! Это ненормально, Питер!

- Я знаю, - таким же криком ответил он, - Но, как и Алекс изменил мою жизнь, так и я оставил в нём свой след. У него был запой после того, как особняк опустел, и знаешь, за кого он взялся? За меня. Только с помощью него меня снова приняли в академию, с помощью него в больнице были самые лучшие лекарства и обслуживания. Он меня продолжает защищать, несмотря на всё, что было, и да, это странно, ужасно и кошмарно, но если бы Алекс не любил, то его бы здесь не было. Я тоже боялся, что он придёт, снова заберёт меня, но продолжал любить и ненавидеть, и ты даже не представляешь, какие это чувства, а когда он всё-таки появился... Я готов был умереть от страха, но, как видишь, я всё ещё здесь. Он никуда меня не забрал, я живу в его квартире, он защищает меня. Я научил его жить, но это многого стоило. Да, смерти тех девушек, Катрин, я, моя чёртова психика, но мы могли потерять больше, если бы он не любил меня.

Парень начал переводить дух от сказанных слов. Ему было так трудно донести всё это тому, кто не видел того, что видел он. Такое больше никто не почувствует. Питер остался в живых из всех десяти человек, что там были, и разве это не доказательство, что Купер, хоть и жесток, но умеет любить?

- Я так и знал, что ты не поймёшь, поэтому и боялся рассказывать, - юноша чуть отошёл от удивлённого друга, - И если ты всё же не понял и даже не хочешь, то, пожалуйста, не говори никому. Не смей. Этот человек мне дорог, он многое сделал для меня, ты же видел. Он просто не умел жить до моего появления. Я любил и продолжаю любить его, и поэтому не сдавал полиции. Не говорил это никому, и кроме вас с Ракель об этом никто не знает, и то она знает меньше половины, потому что мы вам доверяем. Мне просто не хватало сил рассказать тебе всё, что со мной было...

Не успел он договорить, как Оскар оторвался от стены и крепко его обнял, как и сам Питер в отеле после небольшого диалога. И именно в этот момент он понял, как ему стало легко оттого, что рассказал. Всё рассказал, хотя это могло плохо кончиться для всех, кто участвовал во всей истории.

- И каким же я был дураком, обидевшись на тебя в тот день, - прошептал Оскар в плечо другу, крепче обняв его, - Никому. Ни за что. Я ничего не расскажу.

Мальчишка моментально зажмурил глаза, потому что всё это время в горле был ком. Ему даже не хватило сил так же обнять в ответ друга, потому что руки задрожали. Вот и всё. Он высказался, а Оскар всё знал.

- Это твой выбор, дружище, - парень оторвался от Питера, - Не знаю, что было между вами год назад, и как Алекс спасал тебя тогда, но я видел, как он спасал тебя в нынешнее время. Мы бы не выкрутились из задниц без него. Я не вправе судить тебя и его. Если вы любите друг друга, то продолжайте. Я просто хочу, чтобы ты был счастлив.

Их глаза заискрились. Да, возможно, это было счастье, но также слёзы. Это был ещё один важный момент в их дружбе, в жизни Морриза, который они запомнят на всю жизнь. Питер был уверен в друге, а страх начал постепенно уходить, потому что Оскар так же постепенно принимал такую кровавую правду. Они оба поняли, как любят друг друга именно сейчас. Смуглый мальчишка хотел просто чувствовать рядом счастливого друга, а Питер больше не хотел его расстраивать своим отсутствием.

Вот тогда всё и встало на свои места, как и внутри парня. Им даже не пришлось идти обратно в отель, потому что быстро подъехал автомобиль с Флинном и увёз их в город, ибо Алекс уже оказался там. Питер ехал в пентхаус Купера со своим другом таким счастливым. Ему стало легко. Больше нечего было скрывать. Все обиды ушли, правда была известна, но день подходил к концу. Он был ярок всякими событиями, которые вряд ли кто-то из них когда-то забудет.

Питер чуть ли не прыгал от счастья уже в лифте. Он так хотел поделиться всем с Алексом и порадовать мужчину реакцией друга, зная, что Куперу это принесёт определённый покой. Хотя, Оскар снова мог относиться к нему по-другому, но это предстояло им узнать дальше. Другу нужно было время, чтобы обварить информацию. Сейчас главное влететь в квартиру и рассказать всё до мелочей любимому человеку.

И он готов был это сделать. Вот двери лифта распахиваются, и юноша вылетает из него, громко проговаривает имя любимого, но когда оказывается в гостиной, то застывает, видя незнакомую личность напротив Купера, который был ну очень напряжён. Каждая его часть, казалось бы, готова была порваться на мелкие кусочки от этого напряжения, пока серые глазки начали разглядывать

У мальчишки пиджак снят, а рукава белоснежной рубашки закатаны, пока мужчина уже в зрелом возрасте был в строгом костюме, на его лице красовалась щетина, но полностью спокоен и с особой улыбкой разглядывал удивлённого и молчаливого Питера. Он даже не замечал гневного взгляда Купера, что вовсе недавно оказался дома после торжества.

- Ох, здравствуйте, - лишь выдавил из себя парень, придя в себя.

- Так эта та самая яркая звёздочка, которую мой сын держит у себя под крылом? - Уверенно проговорил мужчина басом, и юноша сразу же поменялся в лице.

Только после этих слов он понял, как же сильно похож этот человек с Алексом, и ярче всего у них выражались эти голубые глаза. Храня в своей юношеской головке важную информацию про этого человека, парень просто теряет дар речи, пока отец Купера оказывается рядом. С высоты своего роста он продолжает рассматривать Питера, пока в его голове закрутились шестерёнки. Неудивительно, что Алекс так напряжён. В его отце он узнал ту самую тёмную личность любимого, словно отражение Купера в зеркале.

- Я тебе говорил тысячу раз, чтобы ты меня не называл своим сыном! - Как-то по-ребячески для мужчины прозвучало высказывание своего сына, но только Питер понимал, какую обиду держит Алекс на своего отца.

Ему не казались эти слова детскими. Даже если это было так, то это только вина этого самого мужчины, ведь он помотал своему ребёнку нервы в своё время.

Пока отец Купера не отводит взгляда от мальчишки, никак не реагирует на слова сына и не убирает улыбку, Алекс просто не выдерживает и подходит к ним. Крепко берёт парня за плечо и тянет за собой в коридор, в отдельную комнату. Как бы в тот момент Морризу не было больно, он молча идёт за Купером, надеясь, что в появлении отца самого дьявола нет ничего плохого, хотя в это слабо верилось.

- Алекс? - Шепчет мальчишка, когда мужчина отпускает его и отходит. Юноша видит обеспокоенное лицо любимого и кладёт сложенный в руках пиджак на стул, подходя к нему. Алекс был обижен, он ненавидел собственного отца и не разрешал ему назвать себя сыном. Он его и боялся.

- Он... Он просто появился здесь, - неуверенно начал Купер, потирая лицо, - Его пустила Эвелин.

Даже тот синий костюм не придавал мужчине уверенности. Это пугало. Мальчишка отложил все свои положительные новости на потом, потому что появились новые проблемы.

- И что ему нужно? Просто поговори с ним, и, я думаю, он уйдёт, - мальчишка пытался успокоить Алекса.

- Питер, я женюсь, - очень быстро проговорил в ответ Купер, пока Питер даже не понял смысл его слов.