Под номером Девять⚜️

Всё кругом затихло. За окном снова послышался гром, сверкнула молния, но парнишке было не до этого. Капли дождя всё так же разбивались об окно, однако юноше уже всё ровно. Он не следил за всем этим. Он слушал только собственное сердце и еле слышные шаги, пока голодный зверь рассматривал свою жертву со всех сторон.

Алекс взял с кровати стек, и уже через пару секунд его конец оказался на груди Питера, заставив его вздрогнуть. Спускаясь ниже, кожа на конце трости коснулась соска груди юноши, а затем и другого. Мужчина убрал атрибут от парня, а тот, в свою очередь, с дрожью выдохнул. Такая остановка слегка напугала Питера. И не зря.

Внезапно Алекс взмахнул стеком и ударил его концом по соску парня. Он ахнул, открыв рот, и, не успев разобрать свои чувства в данный момент, получает ещё один удар по другому соску, уже слегка вскрикнув. Нет, это не больно. Может, слегка, но потом накрывают совершенно другие ощущения. Питер сжал руки в кулак на мягком ковре, сглотнув. Соски слегка набухли, и он поджал губы.

- Ещё? - послышался где-то рядом шёпот, вызывающий мурашки на юношеском теле.

Снова шаги. Это темнота в глазах парня интриговала его самого. Могло случиться дальше что угодно, и от этих мыслей парень учащённо задышал, приоткрыв рот.

Отвечать на подобный вопрос ему было стыдно. Если описывать картину в общем, то парню было стыдно за себя. Осознав, что подобные действия дарят лишь необыкновенные ощущения, Питер понял, что вбивал страх сам себе в голову. Это пошло, похотливо, страстно, и он только на верхушке айсберга. Неудивительно, что большинство пассий стремятся попасть в лапы жадного хищника. Алекс и вправду опытен в этом деле.

Кончик стека снова оказался на подбородке парня, заставляя его поднять голову. Он был уверен, что Алекс сейчас стоит перед ним и наслаждается его видом.

- Не стесняйся, - мужчина провёл большим пальцем по нижней губе юноши, - это твой вечер. Не забывай об этом. Такие подарки я делаю не всем.

- Хочу, - тихо проговорил Питер, чувствуя, как его щёки покрываются румянцем, но отказываться было глупым решением, - хочу ещё.

Алекс расплылся в довольной улыбке и вновь обошёл парня, проведя стеком по его шее, а затем снова добрался до сосков. На этот раз он приступил не сразу. Мужчина начал поглаживать чувствительные части тела парня кожаным наконечником. Мальчишка слегка запрокинул голову, всё ещё тяжело дыша, а когда Алекс снова наградил его ударами по тем же местам, он вскрикнул, сжав в руках пушистую поверхность ковра.

Заёрзав, парень закусил губу, вспомнив про хвост и пробку внутри себя. Странные, но приносящие лёгкое удовольствие чувства. Кто бы мог подумать, что ему это понравится?

- Я был уверен, что ты захочешь ещё. Это совсем не страшно, малыш, - снова послышались шаги. Кончик стека медленно скользил по телу Питера, - в дальнейшем я буду делать с тобой такие вещи, что ты будешь умолять меня повторить их.

Внезапно стек добрался до члена парня, и он слегка запаниковал, издав звуки. Кожаный кончик начал поглаживать уже набухшую головку, заставляя сорваться стон с губ Питера.

- Не стоит путать боль и удовольствие, хотя между ними тонкая грань. Они не могут существовать друг без друга. Я научу тебя разделять между собой эти два чувства, а ты будешь моим послушным мальчиком, договорились?

Алекс внезапно ударил мальчишку между ног, по ляжкам, тот издал писк, а затем последовало ещё пару ударов. Хотелось сжать ноги, но Питер понимал, что это ни к чему хорошему не приведёт.

- Договорились! - быстро ответил парень, понимая, что мужчина ждёт ответа, вновь запрокинув голову.

Алекс был доволен подобной реакцией. Он понимал, что Питер сопротивлялся, боялся, но мужчина готов сделать всё, чтобы мальчишка сам прыгнул ему в кровать.

- Так-то лучше, - мужчина бросил стек рядом с Питером на пол, - можешь встать.

Мальчишка медленно начал подниматься, чувствуя, как затекли ноги. Пробка снова дала знать о себе, и он сжал губы, чтобы не издавать лишних звуков. На глазах до сих пор маска, некоторые места загораются небольшим пламенем от прикосновений и ударов стека.

Встав в полный рост, парень затаил дыхание. Его плеч коснулись руки в перчатках, аккуратно разворачивая юношеское тело. Снова повисла тишина и всё, кроме гнева за окном, затихло, но крепкие мужские руки упираются в грудь Питера и толкают его. Юноша пятиться назад, сердце от страха колотится, и вот он уже приземляется на мягкую кровать, тяжело дыша. Это было довольно резко.

Вновь ничего не слыша, и вдобавок ко всему, не видя, Питер затаил дыхание, прижал руки к груди. Внезапно послышалось звяканье наручников. Мальчишка нервно сглатывает. Он уже догадывался, что руки ему сегодня явно не помогут заострить на себе внимание, пытаясь отвлечься от неописуемой страсти.

Снова шаги. Они близко. Алекс крепко хватается за тело юноши, и через несколько секунд он полностью оказывается на огромной кровати. Звяканье наручников будто бы оглушают парня из-за своей близости к его ушам, а затем они сковывают обе его руки с двумя колоннами кровати, не давая Питеру воспользоваться руками вообще.

Это непростые наручники. Запястья Питера чувствовали вместе с холодным материалом что-то мягкое, но это было не так важно. Мужские руки начали блуждать по бледному юношескому телу. Мальчишка выгнулся рукам навстречу, от чего под кожей можно разглядеть костяшки хилого тела, и Алекс, словно по арфе, провёл по ним кончиками пальцев, слыша самую прекрасную мелодию из уст Питера.

После, он резко прильнул губами к юношескому телу, начав оставлять дорожку поцелуев. Парень сразу же дёрнул руками, услышав звяканье наручников и ахнув. Вот уже Алекс добрался до сосков, проведя языком по одному из них. Позже, он начал оттягивать его зубами, а другим пальцем поглаживать второй.

Питер громко простонал. Снова это чувство зарождалось ниже живота. Там разгоралось настоящее пламя. Тело воспринимало ласку, как подарок судьбы, и в следующие секунды покрылось мурашками. Мальчишка слегка приподнимался, а затем медленно опускался, двигаясь, тем самым задевая хвост, что приносило ещё одну сладкую пытку.

- Алекс! - крикнул парень, совершенно забыв, что мужчина не разрешает произносить своего имени, но держаться с каждой секундой было всё труднее и труднее.

- Кто давал тебе разрешение звать меня? – мужчина оторвался от тела парня, подняв на него свой холодный взгляд.

Руки Алекса потянулись к хвосту. Нет, он не схватился за его конец и начал двигать, а просунул в парня ещё два пальца, заставив вскрикнуть. Там и без него было до безумия узко и тесно, хотя бы смазка разглаживала обстановку. По телу пробежался разряд, который и задел откровенное место парня, заставило сжать ноги, но рука Алекса не давала сделать это до конца.

- Ты обещал мне быть послушным мальчиком, или хочешь, чтобы я начал с боли?

- Пожалуйста! - Питер снова дёрнул руками, почувствовав, как внутри него Алекс начинает двигать пальцами, - Умоляю!

- Чего ты хочешь? - его голос снова похолодел. Будто бы мужчина не понимал, чего просит Питер.

- Я хочу звать тебя по имени.

Алекс застыл на мгновение. Его пассии просили чего угодно, но ещё ни одна девушка не жаждала так звать своего Хозяина по имени, как бы им не было хорошо в его постели.

Мужчина щёлкнул пальцами свободной руки, и приятный свет в комнате потух. За окном вновь сверкнула молния, бросая свою тень на бледное юношеское тело. Питер лежал неподвижно, переводя дыхание и постепенно разжимая ноги.

Осмотрев его с головы до ног, Алекс недовольно цыкнул и вытащил из него пальцы, потянувшись к ширинке джинсов. Схватившись за бегунок, он потянул его вниз. Звук расстёгивающей ширинки дал юноше понять, что скоро он может распрощаться со своей девственностью, от чего кровь забегала по жилам и начала отдавать в виски.

Питер приподнял голову, машинально сжав ноги, будто бы пытаясь увидеть, что делает Алекс, но маска лишь давала ему возможность разглядеть всю роскошь мрака перед его глазами. Послышался шорох, будто бы фольга, но это был презерватив в упаковке, который мужчина прятал у себя в кармане всё это время. Натянув его на внушительно-большой и упругий орган своего тела, Алекс отбросил джинсы куда-то на пол, уже положив две руки на колени Питера.

Он начал подниматься вверх по бедру, заставив мальчишку опустить голову. Парень пошевелить руками не может, уже начиная биться в панике. Он уже до этого был знаком с похотью, но в голову даже не приходило, какие ощущения его накроют после того, как в него войдёт Алекс: страх, удовольствие, отвращение, боль?

Парень начал рывками глотать воздух, сжав ноги между собой до такой степени, что касания подушечек пальцев Алекса казались ему ничем. Страшно. Этот мужчина ничего не боится. Будет ли он жалеть после того, что сделает с Питером — это зависело только от самого парня. Он ещё раз убеждается в том, что Алексу не нужны люди, ему нужны тела. Хрупкие, человеческие тела, над которыми можно издеваться сколько угодно и как угодно, лишь бы это приносило удовольствие.

Мужские руки уже оказались в той точке, в которой Питер сдерживал себя - пах. Он слышал учащённое дыхание парня и даже понимал, как ему страшно, но его это не заботило. Резко схватившись за ляжки Питера, он развёл его ноги в разные стороны. Не потребовалось слишком много усилий, чтобы это сделать, но мальчишка всё равно пытался сжаться, вот только Алекс поставил колени между его ног, и парню остаётся только пытаться. Этот дьявол силён до безумия.

Схватившись за хвост, Алекс резко высунул пробку. Мальчишка вскрикнул, а затем почувствовал, как по обеим сторонам слегка прогнулась кровать. Мужчина опёрся двумя руками на постель, нависая над Питером. После, он уткнулся носом в его шею, опаливая её своим горячим дыханием.

- Хочешь звать меня по имени? - Алекс поднял голову, всё ещё не давая парню сжать ноги, - Дерзай.

Питер даже не успел понять смысл этих слов, как Алекс резко вошёл в него. Мальчишка громко вскрикнул от больных чувств внутри себя и поднялся. Резко дернув руками, он снова услышал звяканье наручников. Мужчина лишь расплылся в широкой улыбке, медленно входя в парнишку до конца, слыша его протяжной стон в ответ на сладкую пытку.

Будто бы там, внутри, находилась одна точка, и если на неё нажать, что и делал мужчина, то внутри каждого чувствительного места юношеского тела осколки какого-нибудь разбитого зеркала вопьются в тело изнутри. Чувства были неописуемыми, всё тело разом напрягалось. Было больно. Больно до такой степени, что хотелось разрыдаться. Остатки смазки с пробки и вся смазка на презервативе никак не помогали парню.

Алекс дал пару минут, чтобы парнишка привык, а потом начал двигаться. Медленно, разрывая Питера вдребезги, сжав в руках с натянутой на неё перчаткой одеяло.

- Алекс! - снова выкрикнул парень, выгнувшись навстречу толчкам. Ноющая боль всё ещё растекалась по телу, и ему приходилось сжимать до боли руки в кулак.

Скрип кровати заглушал ему уши, но с губ юноши снова и снова срывались стоны, которые уже перерастали в крик, одновременно выкрикивая имя мужчины. Алекс начал двигаться намного быстрее, и узел, который тянуло страстное желание за оба конца, будто бы порвался, накрывая каким-то приятным теплом всё тело, которым пару минут назад овладевала боль.

Это было удовольствие. Оно медленно растекалось по всему телу, а давало начало от резких, сильных и довольно больных толчков Алекса. Питер запрокинул голову, чувствуя, как между ног разгорается пожар. Он начал сжимать в себе член мужчины, от чего тот зашипел, приближаясь к лицу парня.

Алекс прильнул губами к ключицам Питера, не замедляя темп, практически вдалбливая парня в матрас, что было и обещано ему пару дней назад. Если бы юноша сейчас мог, то зарылся бы руками в этих густых каштановых волосах и обхватил это мускулистое тело руками, а затем приблизился бы к его уху и шептал дрожащим от толчков голосом его имя.

Мужчина провёл языком по впадинке одной из ключиц, а затем поднял голову, нависая прямо перед лицом Питера. Его горячее и жгучее дыхание опыляло юношеское лицо, а сладостные стоны ласкали уши. Алекс ритмично двигался, и мальчишка резко вскрикнул, когда его тело охватила судорога, накрывая волной первого оргазма.

Горячие капли собственной спермы будто бы опалили его живот, и он снова поднялся, громко вскрикнув, не имея больше сил. Алекс на секунду замер, понимая, что тонкие губы мальчишки близки к его губам. Его охватила какая-то злоба и, крепко вцепившись в плечи Питера, мужчина снова повалил его на кровать и начал ритмично двигаться, не давая отойти мальчишке от оргазма.

Тело ватное. Оно совсем не слушалось своего хозяина. Сладостная пытка пожирала парня полностью, ведь Алекс совсем не жалел его, входя полностью своими внушительными размерами в него.

- Не смей касаться моих губ! - яростно прошипел Алекс, сжав плечи парня до боли, будто бы пытаясь их сломать.

- Алекс, помедленней, умоляю! - прокричал Питер, а после снова послышался стон. Мужчина был груб, как никогда. Он вдалбливался в мальчишку как в последний раз, совершенно не жалея его ягодиц, с которыми он резко соприкасался, хоть и не с самого удачного ракурса.

- С чего бы это? - Алекс выгнул бровь, уже тяжело дыша, но не останавливаясь, - Ты же хочешь узнать меня, я уверен в этом. Так вот — это и есть я. Грубый и жестокий.

После этих слов мужчина аккуратно натянул повязку на лоб Питеру, чтобы увидеть в темноте ночи его серые глаза. Но как только мальчишка распахнул глаза, по лицу на постель быстро стекли капли слёз.

Алекс слегка удивился, замедлив темп. Он стёр одну слезу с лица Питера, а сам мальчишка толком и не понимал, что плачет.

- Нет, это от... удовольствия, - хриплым голосом проговорил он и повернул голову в сторону, чтобы не смотреть на Алекса. Всё тело дрожало от толчков.

- Я впервые вижу, как кто-то плачет от удовольствия, - мужчина аккуратно коснулся подбородка и заставил парня снова посмотреть ему в глаза, - я хочу видеть твои заплаканные глаза.

- Освободи мои руки, - умоляюще процедил Питер, когда мужчина восстанавливал дыхание.

- Зачем?

- Это не важно. Ты же сказал, что это мой вечер.

Алекс с презрением начал рассматривать Питера, снова начав резко двигаться.

- Я не буду сопротивляться, - нежно проговорил парнишка, сдерживая порывы страсти в себе.

Алекс нервно цыкнул, но всё же освободил обе руки юноши. Питер сразу же обвил мужчину ногами и руками, и, приблизившись к его уху, дрожащим голосом начал нашептывать имя, что и хотел сделать пару минут назад.

Он произносил имя тихо, но довольно часто. Тело Алекса вмиг напряглось, и после самого сильного и больного толчка замер, отдавшись оргазму в компании Питера, который громко прокричал имя собственного дьявола.

Он перестал держаться за мускулистое тело, снова оказавшись на кровати, совершенно не ожидая, что на него ляжет Алекс, переводя дыхание. Перед глазами всё плыло. Этот сукин сын смог выжать из парня последние соки за сегодняшний вечер, но сейчас лежит на хрупком юношеском теле, уткнувшись в грудь. Питер снова почувствовал, как слёзы скатились на постель, но ему было плевать. Он ввёл руку в каштановые волосы, восстанавливая себя по кусочкам.

Алекс резко перевернулся и лёг рядом с парнем, смотря в потолок. Его грудь величаво возвышалась, и Питеру оставалось только любоваться этим. Этим спокойным, хоть в какой-то момент, мужчиной, который только что подарил ему неописуемые чувства.

Он первый и, скорее всего, последний, кто сделал и будет делать такие вещи с ним. Хочется прижаться к нему, как делают это парочки в фильмах после всего этого, но какая бы между этими двумя не была горячая страсть пару минут назад, Алекс остаётся таким же холодным.

- А ты не так уж и плох, как мне казалось, - мужчина расплылся в довольной улыбке, поворачиваясь лицом к Питеру.

- Сочту за комплимент, - хрипло отозвался парень, а затем кашлянул.

Алекс усмехнулся, быстро пришёл в себя и встал с кровати. Обойдя её, он пошёл к двери в ванную, по пути захватив свои джинсы. Когда дверь хлопнулась, Питер закрыл глаза. Тело ныло, а там, между ног, начинало болеть. Отодрали, как последнюю суку, но эти двое были так близки.

- Что ты такое? - тихо спросил Питер, закрыв лицо руками. Его, в отличии от Алекса, переполняли чувства, и он не мог разобрать, какие именно. Сжавшись калачиком, парень начал всхлипывать. Он совсем не контролирует свои слёзы.

Как же это странно. Неправильно, страстно и больно. Между ног всё начинает гореть от начинающей боли, но самое отвратительное, что здесь нет ничего, кроме похоти, разврата, этой самой страсти, холода и безразличия. Но именно в такие моменты Алекс показывает себя, можно услышать его голос, и Питеру только остаётся удовлетворять его в постели. Большего не позволено.

Всхлипы в темноте не прекращались. Молния освещала голого парнишку. Его начинало трясти, будто бы у его начинался приступ. Было больно морально, хотя пару минут назад Питер пропустил через себя неописанные чувства. Он игрушка, обыкновенная игрушка.

Его могут сломать, выбросить, продать, обменять. Да что угодно, он боится этого да, но, даже если это случится, мальчишка будет помнить эту ночь, потому что с ним был Алекс. Это первый и последний мужчина, которому позволено делать с Питером подобные вещи. Это отвратительно, но парень полностью в его власти и это единственный способ хоть как-то обратить внимание деспота на себя.

Дверь тихо открылась. Настолько тихо, что парень даже не услышал, продолжая лежать на постели и рыдать. Мужчина облокотился на дверной косяк ванной комнаты, спокойно наблюдая за Питером. Алекс уже натянул на голое тело джинсы, приведя себя в порядок. А что насчёт его чувств? Ничего... Казалось бы. У него пронеслась мысль снова успокоить парня, но он отогнал её прочь. Его никто не успокаивал, когда это было так нужно.

Тяжело вздохнув, Алекс всё-таки сдвинулся с места. Сев на край кровати, он заметил, что парень затих, услышав его приближение. Собравшись с духом, мужчина положил ладонь в перчатке на спину Питера, чувствуя его дрожь.

- Сейчас эти слёзы появились явно не от удовольствия, - Алекс резко переключился на плечо парня, начав поглаживать его.

- Оставь меня, пожалуйста. На пару минут, - тихо проговорил Питер, вытирая мокрое от слёз лицо. Но ему было приятно, что Алекс хотя бы касается его.

- Эти пару минут ничего не решат. Пойдём мыться.

Казалось, в этом голосе ни осталось и капли какой-то нежности, но если ворваться в их смысл, то можно подумать иначе. Услышав эти слова, Питер резко поднялся и посмотрел на Алекса, а тот всё ещё не убирал от его плеча руки. Он был удивлён. Даже слишком.

- Мыться? - хриплым голосом переспросил Питер, не сводя взгляда с мужчины.

- Да, мыться, - спокойно ответил он, а затем коснулся ног парня, заставив его вздрогнуть.

Алекс схватился за щиколотку Питера и резко пододвинул его к себе. Парень запаниковал, начиная сжиматься, но, когда мужчина начал стягивать с него один чулок, он с дрожью выдохнул, однако всё же страх не уходил. Стянув чулок, Алекс поцеловал то место, где он держался на юношеском теле, повторив то же самое со вторым аксессуаром. Затем мужчина аккуратно снял повязку со лба юноши, ободок и ошейник.

После, Алекс снова наклонил голову вбок, и Питер поборол что-то внутри себя, приподнявшись. Ноги Питера свисли с кровати, и он снова провёл руками по лицу, громко выдохнул, а затем встал и поплёлся к ванне, не посмотрев на Алекса. Мужчина не сразу последовал за ним, по пути подбирая рубашку и нижнее бельё парня.

Ванная была шикарна. Кремовый тон совершенно не подходил к такому человеку, как Алекс Купер, но было до безумия уютно и просторно. В левом углу стояла душевая кабина, подходящая под тон стен и пола, справа от неё, чуть дальше, большая ванная треугольной формы у стены, где уже плескалась горячая и прозрачная вода, над которой вился лёгкий пар. Рядом с ней полка, где стояли гели для душа, шампуни, мыла в мыльницах и прочее. После, шла раковина с зеркалом на стене, тумбочки. В левом нижнем углу, от входа, джакузи и неподалёку пару тумб, где аккуратно лежали несколько мягких полотенец, на крючках белоснежные халаты, а также туалет напротив раковины.

Питер застыл в дверях, рассматривая эту роскошь. На свою ванную комнату он не жаловался, но здесь выглядело богато абсолютно всё. Даже чёртов ковёр для подобного места во всю комнату, чтобы ноги не касались холодного кафеля.

Резкий, но не сильный удар по заду заставил вернуться его в реальность, вздрогнув. Парень зажал губы и поморщился, ведь это место начинало болеть от резких и сильных толчков. Алекс зашёл в ванну, положив вещи парня на тумбочку, а когда их взгляды встретились, то он изогнул бровь, коснувшись краёв раковины.

- Только так тебя можно разбудить. Залезай, - на его лице появилась ухмылка, и он указал на ванну. Питер зашагал к ней.

- Ты будешь принимать ванну со мной? - Тихо спросил парень, засунув сначала одну ногу, затем вторую. Сев, он вцепился в края ванны, чувствуя, как всё ниже пояса отреагировало на горячую воду.

- Обойдусь, - Алекс сел на край ванны, осматривая мальчишку.

Он опустил взгляд, вспомнив, как отсюда пару дней назад вышла Ванесса. Они явно принимали душ или ванну вместе. Видимо, парень ещё такого не заслужил.

Мужчина опустил руку в перчатке в воду и, намочив её, начал проводить по лицу Питера, чтобы стереть все следы слез. Парень молчал, иногда всхлипывая.

- Почему ты не снимаешь перчатки? - он поднял голову, и ладонь Алекса застыла на его щеке, - Всё ещё боишься, что я дотронусь до твоих рук?

Мужчина будто бы растерялся, но это чувство быстро прошло, и он усмехнулся. Оторвавшись от лица Питера, он начал снимать перчатки, а потом кинул их на пол, сложив руки на голой груди и показывая лёгкую улыбку мальчишке.

- Доволен? - он снова изогнул бровь.

Питер приподнялся, и аккуратно потянулся к мужским рукам. Алекс напрягся, но всё же освободил руки от позы. Юноша аккуратно схватился за их запястья, а затем поднес ладони Алекса к своему лицу, укрывая ими свои щёки.

- Да, доволен, - проговорил он, закрыв глаза. Всё же приятно чувствовать его руки без перчаток. Он кажется таким... настоящим.