Глава 51 - Причина возвращаться
«Я пережил смерть не потому, что хотел жить, а потому что она ждала меня по ту сторону боли».
В один момент тьма больше перестала душить меня. Впервые за всё это время она начала трещать по швам, пропуская сквозь себя звуки.
Сначала я начал слышать смех. Детский, звонкий, такой искренний, что у меня внутри что-то болезненно дрогнуло. Это не были не крик, не выстрелы, не предсмертные хрипы, которые преследовали меня годами. Это был смех.
Я медленно открыл глаза, сам не понимая, где нахожусь. Первым что увидел был свет. Тёплый солнечный свет заливал огромную гостиную, падая на деревянный пол. Воздух пах малиной, ванилью, шоколадом и чем-то домашним, таким непривычным для меня, что первое мгновение я просто стоял, пытаясь осознать происходящее.
Это был дом, наш дом. На диване лежала кошка, а вокруг бегали котята, на полу возле них располагался Тедди, уже большой пёсик, возмужавший, на полу рядом с ним валялись игрушечные машинки, а на стене висели детские рисунки. И именно это почему-то ударило сильнее всего.
Я медленно подошёл ближе, чтобы рассмотреть всё детальнее. На одном рисунке был изображён мужчина с чёрными волосами и слишком хмурым лицом, чем-то похожим на моё. Рядом - девушка в длинном платье и двое детей. В углу коряво было написано: «Мама + папа = любовь».
У меня перехватило дыхание.
- Если мама увидит этот бардак первой, тогда ты труп, - раздался вдруг мальчишеский голос.
Я резко обернулся. Передо мной стоял пацан лет десяти. Тёмные волосы, немного взъерошенные, лукавые глаза Лии и моя наглая ухмылка.
Он был... слишком похож на нас обоих. И тогда я осознал, он - мой сын.
Сердце в груди ударило так резко, что стало больно. Мальчишка держал что-то за спиной и явно пытался выглядеть невинным.
- Что у тебя там? - спросил я, уже чувствуя подвох.
- Ничего, - он попытался обмануть меня.
- Лукавишь ты так же плохо, как я в детстве, - я сделал шаг ближе, но он моментально отскочил назад. И только тогда я увидел нож. Мой боевой нож. - Какого чёрта ты опять взял мои ножи?! - рявкнул я.
Он только засмеялся. Господи... Этот мелкий псих смеялся точно, как я.
- Я тренировался, вот и всё, - как ни в чем не бывало пробормотал он. - Ты сам говорил, что мужчина должен уметь защищаться.
- Не в десять лет, и не с моими ножами, - он резко сорвался с места и побежал по дому, пытаясь сбежать от меня. - Вернись сюда!
- Не-е-ет, ты медленный, старик, - заявил этот мелкий засранец.
Я уже хотел броситься за ним, когда из кухни донёсся её голос, тот самый. Из-за которого всё внутри меня перестало принадлежать мне. Любимый до боли голос.
- Армандо... не кричи на ребёнка с утра, - обернулся так быстро, будто боялся, что, если не успею, она исчезнет.
В этот момент у меня перехватило дыхание. Она посмотрела на меня с такой любовью, что внутри стало почти больно. Будто я действительно заслуживал этого. Будто рядом с ней я мог быть не монстром, а простым человеком.
Моя жена. Эта мысль ударила неожиданно сильно. Я медленно подошёл ближе и только тогда перевёл взгляд на малышку у неё на руках.
Маленькая девочка с тёмными, лёгкими кудряшками смотрела на меня абсолютно серьёзно, будто оценивала. Лия стояла у входа в кухню, держа на руках маленькую девочку.
И в этот момент мир вокруг просто перестал существовать. Она была прекрасна. В моей чёрной рубашке, которая доходила ей почти до колен. Волосы слегка растрёпаны, после сна, на лице ни капли косметики, но именно такой она казалась мне самой красивой женщиной на свете. Моя, полностью моя.
- Почему она так осуждающе на меня смотрит? - тихо спросил я, указывая на ребёнка.
- Потому что ты вчера не разрешил ей есть мороженое перед сном, - улыбнувшись ответила Лия.
- Папа какашка, - внезапно заявила малышка. В комнате стало тихо, я медленно посмотрел на Лию, а она на меня.
- Эли... - очень осторожно начала она. - Доченька, а кто тебя такому научил?
- Блять, - абсолютно серьёзно выдала девочка.
Я согнулся от смеха раньше, чем успел себя остановить.
- Армандо! - Лия попыталась выглядеть строгой, но сама уже едва сдерживалась. - Не смей смеяться!
Малышка задумалась, очень серьёзно.
- Не смейся папа, дядя Фабиано сказал, что это культурное слово, - ответила она.
- Я убью Фабиано, - сказала Лия.
- Папа долбо... - снова начала малышка.
- Нет! - одновременно сказали мы с Лией. Сверху послышался дикий хохот сына. Мы одновременно подняли головы. На перилах второго этажа сидел наш сын, с моим пистолетом в руках. От чего у меня аж дёрнулся глаз.
- Ты, сейчас же отдашь мне его, - попытался сказать я, не повышая голос.
- Он не заряжен, - спокойно заявил этот малолетний псих.
- Откуда ты знаешь? - спросил я.
- Проверил, - заявил тот. Лия медленно повернулась ко мне, волнуясь на ребёнка.
- Армандо, он весь в тебя, - начала она, но я тут же ответил.
- Это клевета, я не знаю, как он это делает, - мальчишка довольно ухмыльнулся и внезапно прокрутил пистолет на пальце. Я почувствовал, как у меня сейчас остановится сердце. - СЫН!
- Да всё нормально пап, не переживай, - он спрыгнул с перил прямо вниз.
Лия вскрикнула, я инстинктивно дёрнулся вперёд, а этот мальчишка приземлился на ноги и довольно заржал. - Видели?!
- Я сейчас лично тебя придушу, - выдохнул я.
- Мам, папа опять угрожает ребёнку, его в угол нужно поставить! - Лия уже смеялась сквозь слёзы, качая головой.
А я смотрел на них, на весь этот хаос, на дом, наполненный жизнью, на женщину, которую любил сильнее собственной жизни, на детей, наших любимых животных, которые сводили меня с ума, и впервые за всё своё существование чувствовал себя счастливым.
Лия подошла ко мне ближе, всё ещё держа Элери на руках. Девочка тут же протянула свои маленькие ладошки ко мне.
- Папа, - одно слово, а у меня внутри будто душу вывернули, - возьми меня на ручки, мама уже устала, - я сделал это, осторожно прижал её к себе, чувствуя этот детский запах, тепло маленького тела. Лия смотрела на меня с мягкой улыбкой.
- Вот ради чего стоит жить, Армандо... - она прижалась, к моему плечу. Я закрыл глаза, притягивая их обеих к себе. Да, ради этого, только ради этого.
Но вдруг всё начало рушиться, сначала исчез смех, потом свет стал тусклее. Дом начал расплываться прямо у меня на глазах. Нет.
Нет, нет, нет. Я сильнее прижал Лию к себе. Теперь мы были только вдвоём, в пустой серой комнате, без окон и дверей.
- Не уходи, - впервые в жизни в моём голосе звучала настоящая паника.
Она подняла ладонь к моему лицу, и заплакала.
- Тогда вернись ко мне... - я почувствовал её тепло, запах её кожи, её дыхание. Камелия осторожно коснулась ладонью моего лица. Так нежно, будто я мог исчезнуть. - Вот видишь... - шёпотом сказала она. - Это могло бы быть нашим будущим.
Я смотрел на неё и не мог отвести взгляд, потому что именно так выглядел рай, не власть, не деньги, не страх за жизнь. А она, наши дети, животные, дом, наполненный жизнью. Страшно потерять это, даже если оно было всего лишь сном. Я накрыл её руку своей.
- Солнце, я бы всё отдал за такую жизнь, - признался хрипло я.
Она отдалялась, но я пытался удержаться за неё, за её руку, за её голос, но всё ускользало чтобы я не делал.
- Лия... - она плакала, улыбаясь сквозь слёзы.
- Вернись ко мне, пожалуйста, я люблю тебя! - было последним что я слышал прежде, чем впасть в темноту.
Когда это произошло я начал чувствовать, как обстановка начинает меняться, мои глаза потихоньку открывались, сначала я видел размыто, только потолок. Потом перевёл глаза вперёд и увидел нескольких мужчин и девушек в белых халатах, я всё ещё видел не точно, но понимал, что вижу. И как только я услышал этот голос, самый любимый, нежный и незабываемый мои глаза просветлели найдя её.
Моя девочка стояла в стороне, возле входной двери с небольшой улыбкой и слезами на глазах.
В этот момент я плохо понимал, что делаю здесь и почему нахожусь не дома, но мне захотелось побыть с ней наедине, и пошутить лишь для того, чтобы вызвать улыбку на её губах.
- Выйдите... всё, - сказал я, это была не просьба, это была команда. Говорить было сложно, скрывать не буду, горло пересохло, но это было неважно в сравнении с тем, что я наконец-то мог почувствовать её, увидеть.
- Синьор Армандо, вы извините, конечно, но мы должны провести некоторые процедуры чтобы удостовериться что с вами всё хорошо, а потом вы сможете остаться наедине, - ответил старик в белом халате.
- Я сказал выйти, значит сейчас же вон отсюда! - сейчас сказать было проще, мой голос возвращался к привычному командному тону.
- Доктор дайте пять минуточек побыть нам наедине, после он обязательно всё что нужно сделает, - попросила Лия, не сводя с меня своих горящих любовью глаз.
- Только пять минут, нам нужно удостовериться во всём чтобы не пришлось продолжить действия наркоза, - объяснил тот. Ещё чего, условия будет он ставит моей девушке.
Они ушли, и мы с ней остались вдвоём, я решил, что настал подходящий момент для шутки, которая не покидала мою голову.
- Девушка, а вы почему остались? - спросил я, от чего её глаза расширились. - Я же просил меня оставить одного.
- Что? Армандо ты бредишь? - она подошла ко мне, ладошкой проверила температуру. - Лихорадки нету вроде бы, ничего, сейчас я позову врачей, они всё обязательно решат, - Лия уж было распереживалась.
Как только она попыталась развернуться к дверям, я схватил её за ладошку, приложив всю возможную силу чтобы притронуться к ней впервые за это чертовски долгое время.
- Камелия, я пошутил, у меня нету возможности тебя забыть, ты постоянно в моей голове, - успокоил я её.
- Дурак, - легонько она ударила меня по плечу, но улыбнулась.
- Ай, ай, больно... - притворился я. Хоть какой-то плюс должен быть от этой больницы. - Поцелуй теперь меня.
- Хотела, но теперь не буду, - заявила она, ух какая упёртая, как же я соскучился, невероятно просто.
- Мне проявить инициативу, подняться, прижать тебя к стенке и зацеловать? - подниматься было сложно и больно, но я всё равно пытался.
- Лежи, ты что, тебе нельзя вставать у тебя серьёзная черепно-мозговая травма и шов на груди, он может разойтись, - она уложила меня на место ухватившись за плечи. - Так уж и быть, поцелую.
Лия наклонилась к моему лицу, ждать было невыносимо, поэтому я сбросил с пальца какой-то аппарат, вытянул из вены катетер, ухватил её за шею и наклонил так близко чтобы мог поцеловать не напрягаясь. Она начала тяжело дышать уже после первой минуты, но я всё никак не мог насытиться ею. Запахом, вкусом, мягкостью, всего не хватало.
- Пока меня не было в сознании ты потеряла навыки долгих поцелуев, но ничего, я это исправлю, - сказал я, дав ей несколько секунд чтобы передохнуть.
- Так, всё, хватит, теперь врачи тебя обследуют, а потом мы поговорим... - я хотел отвергнуть это предложение, но она была первее, - и нет, ты сопротивляться не будешь, иначе больше не поцелую тебя, понял?
- Понял, понял, - угроза и вправду страшная, рисковать не хочу.
Белые халаты вернулись, уже без лишних слов, я только бросил короткий взгляд на Лию, она отошла в сторону, но не сводила с меня глаз. Это было... странно, обычно я контролировал всё, а сейчас - она контролировала меня.
- Не двигайтесь, синьор Армандо, - сказал тот самый старик, подходя ближе. - Нам нужно оценить ваше состояние.
- Я и так лежу, - сухо ответил я, чувствуя, как раздражение начинает возвращаться вместе с силой.
Он проигнорировал тон, и правильно сделал. Сначала направил светящий фонарик в г лаза, от чего я невольно поморщился.
- Так хорошо, теперь следите за пальцем, - продолжил он, двигая рукой перед моим лицом. - Реакция есть, отлично, - я улавливал каждое слово, даже если они старались говорить тише. - Давление стабилизируется, пульс учащён, но в пределах нормы. Удивительно, учитывая травму...
- Конкретнее, - сказал я. - Что со мной?
- У вас была тяжёлая черепно-мозговая травма, - начал он спокойно. - Также значительная кровопотеря и повреждение грудной клетки. Шов держится, но любое резкое движение может привести к расхождению, - врач кивнул куда-то вниз. Он посмотрел на меня внимательнее, будто пытаясь понять, насколько я вменяем. - Вы были без сознания неделю, - добавил он. - И, откровенно говоря... - пауза, - вы не боролись.
Эти слова ударили сильнее, чем должны были, я медленно перевёл взгляд на Лию. От слов врача она замерла.
- Вы же медик, разве не видите, что сейчас я в полном порядке, и борюсь, - ответил я твёрдо.
- Это заметно, но положительная динамика появилась только сегодня.
Ко мне подключили какие-то приборы, снова поправили капельницу, и катетер, который я вырвал ранее. Медсестра недовольно покосилась.
- Вам придётся соблюдать режим, - продолжил он. - Минимум нагрузок, полный покой, наблюдение. В противном случае...
- В противном случае? - перебил я, если говорит, то пускай делает это быстрее, моё терпение не безгранично.
- Вы можете не пережить следующего ухудшения, - сразу же ответил тот. Я снова посмотрел на Лию. Она стояла, сжав пальцы, будто держала себя, чтобы не подойти.
- Он будет всё соблюдать, - сказала она тихо, но уверенно.
- Видите? У меня теперь есть свой собственный надзиратель, - я усмехнулся, а она в ответ показала мне свой маленький кулачок.
И вот впервые за долгое время я позволил себе закрыть глаза не из-за слабости, а из-за спокойствия на душе, потому что знал: когда открою, она всё ещё будет здесь, это было единственное, что сейчас имело значение.
- Рекомендуем остаться в больнице хотя бы не неделю, чтобы мы привели ваш организм в норму после комы, хоть и не настолько длительной, и шов к тому времени сможем снять, - нет, нет, и ещё раз нет, я не останусь здесь и на день. - На этом у меня всё, можете отдыхать.
- Да доктор, спасибо, мы поняли, останемся в больнице на эту неделю, - согласилась с тем дедом Камелия, но я-то был категорически против.
- Нет... - начал я, но эта девушка вновь перебила меня не дав закончить.
- Да, вы не обращайте на него внимания, здесь всё решаю я, - вот это заявления, я чуть ли не подавился водой, в употреблении которой меня тоже решили ограничить. Говорили и говорили, кучу времени забрали, как будто бы мне не похуй на их рекомендации.
Они ушли, и мы вновь остались одни, наконец-то.
- Когда это у тебя проснулась эта командная мадама? - мне конечно нравится всё, но такие изменения весь неожиданные, я же вроде бы память не терял.
- С недавнего времени, но ты привыкай, тебе с этой мадамой всю жизнь проводить, - ох какая дерзость, я уже её хочу. - Та и вообще, вы как дети малые, за вами глаз да глаз нужен, как не в то, так в это вляпаетесь.
- Ты сейчас серьёзно Лия? - шок не проходил, он только зародился.
- Как никогда Армандо, - с серьезным выражением лица ответила она, надевая мне на палец опять ту прищепку, ведь доктора сказали, что она нужна.
- Это конечно хорошо, но вот только я не планирую оставаться здесь на аж неделю, - врач сказал, что я и так уже больше недели провалялся в кровати, какой больничный, у нас немного не та робота к которой он привык.
- Ты можешь и не планировать, это уже сделала я, - забавно, я вроде бы не так долго лежал, но изменения в характере моей любимой весьма заметны.
В памяти вдруг всплыл той день, а вместе с ним угроза её жизни и то видео, с так званой «изменой». Я посмотрел, как она раскладывает фрукты на полочке, рядом, со мной, всё ещё здесь. Значит она не поверила, так ведь?
- Лия... - мне нужно было объяснить ей всё, даже если это уже сделал кто-то вместо меня. - Ты видела то видео?
Вместо ответа я услышал глухой звук падающего яблока на пол, и сразу же понял, что ответ - да, она всё видела.
Её ладони потянулись к лицу, к глазам, я понимал, что она вытирает слезы, скрывает их от меня. Мне хотелось встать, подойти, опуститься на колени и извиниться за то, что в то утро ушёл из постели и всё обернулось таким образом.
- Не поднимайся, пожалуйста... - как только я предпринял попытку встать она тут же оказалась рядом. - Всё хорошо, извини.
- За что ты извиняешься? - Лия уселась рядом на кровати, и теперь я отчётливее видел её красные от слёз глазки.
- Я поверила, что ты изменил... - призналась она, от чего мне стало больно. Нет, не из-за того, что она поверила, из-за того, что я причинил ей боль такого рода. - Винила тебя пока ты здесь один лежал, понимаешь? А когда пришла твоё сердце не дышало, врачи отказались продолжать реанимационные действия, сказали, что это всё. Всё, понимаешь? А если бы я опоздала, если бы не появилась тогда, если бы ты не задышал...
- Тише, тише солнышко, - я остановил всю эту речь, потому что продолжи она, истерики было бы не избежать. - Если кому-то нужно извинятся так это мне, я должен был предвидеть что такое возможно. Мы должны были обговорить каждую возможную проблему, в которую ты могла поверить, но я не сделал этого, так что вся вина на мне.
- А если бы тебя убили... - я приподнялся и обнял её, крепко, крепко.
- У них бы не получилось, я не умру пока у нас не родиться сын и дочка, я вообще-то планировал претендовать на отца года, в Италии, так что ещё рано помирать, - пошутил я, чтобы она перестала думать о плохом.
- Не смешно вообще-то... - ответила Лия, но всё равно улыбнулась, вытерев слёзки. - Как же я соскучилась по тебе, по объятиям, не хочу, чтобы ты меня отпускал, никогда!
- Никогда, - подтвердил я, - ты моя навсегда, и это никто не изменит.
- Но в больнице мы всё-таки останемся, хорошо? - я покачал головой. - Хотя бы на три дня, чтобы я не переживала, пожалуйста.
- Ты же боишься врачей и больниц, зачем нам здесь оставаться? - она задумалась.
- Чтобы удостовериться что ты здоров, ты же знаешь, я ради тебя умереть готова, так что и это перетерплю, - моя маленькая девочка.
- Мы останемся, на три дня, но не больше, и чтобы я никогда не слышал глупостей по типу: «готова умереть...», понятно? - Лия кивнула, и мы продолжили сидеть в самых теплых объятиях в мире.
Немного позже к нам в палату постучали.
- Входите, - сказали Лия, мне, конечно, не хотелось её отпускать, но она настояла.
А комнату вошёл Меттео, вместе с какой-то девушкой, судя по его довольны глазам это была та самая Ада, их руки были скованы наручниками, вот только непонятно почему.
- Ты решил приковать к себе Адель чтобы она не убежала? - моя любимая спросила, видимо они уже успели познакомиться, и её зовут Адель.
- Он вообще совесть потерял, - возмутилась та девушка.
- Кто бы говорил, - парировал Меттео. - Знаешь Армандо что эти двое устроили?
- Что? - было интересно, я даже предложить не могу какую глупость могла совершить Лия, она же такая милая и нежная, точно не что-то свойственное мне.
- Камелия пошла к Али сегодня утром, одна, взяв твой пистолет, как-то там встретила Адель, это та самая Ада, и они напали на них, вдвоём, когда мы пришли в живых был только наш виновник, он в камере уже, Фабиано играется, - моё солнце с пистолетом, нападает на кого-то? Я что продолжаю спать, или это розыгрыш?
- Она, кстати, та кто вытащила вас оттуда, - сказала Лия, указывая на избранницу Меттео как на ту, кто спас нам жизнь.
- Я благодарен тебе Адель, не только за спасения наших жизней, но и за спасения жизни Камелии, - мой тон был строже предыдущего, потому что я был очень зол на то, что Лия подвергала себя опасности.
- Вы недооцениваете её, она метко стреляет, - сказала Адель. Сегодня день откровений, да? Она ещё и убила кто-то?
- Вообще-то да, я прямо в лоб попала, - с гордостью заявила Лия. - Спасибо тебе Аделька, я заберу тебя от этого арбузера. Где это видано надевать на девушку наручники в первую нормальную встречу, Меттео?
- Ты видишь, как они спелись? - спросил тот оставив вопрос Лии без ответа.
- Вижу, и честно я в ахуе, - моя девочка легонько шлёпнула меня по губам за матерное слово.
- Мы не «спелись», а встали на защиту вам мальчики, - ответила она.
- Кто сказал что нам нужна защита? - уточнил я.
- Оно и так видно, Армандо, - спокойно продолжила Камелия. - Без девушек мужчинам никуда. Вон Меттео с Адель как красиво смотрятся вместе, она быстро выучит его правильным манерам.
Я перевёл взгляд на Меттео. Тот стоял с таким выражением лица, будто впервые в жизни не знал, что сказать. Адель рядом с ним закатила глаза, но уголки её губ всё равно дрогнули.
- Я не нуждаюсь в перевоспитании, - пробормотал он.
- Конечно, не нуждаешься, - тут же ответила она. - Именно поэтому таскаешь меня в наручниках.
- Это мера предосторожности, - сухо сказал Меттео.
- От кого? От меня или от себя? - не отступала Адель. Я тихо усмехнулся. Да... теперь понятно, почему он так на неё смотрит.
- Сними с неё это, - сказал я спокойно, - она же не пленница. - Меттео на секунду задумался, но потом достал ключ. Щёлк - и металл разошёлся. Адель тут же потерла запястье, бросив на него выразительный жёсткий взгляд.
- Запомни этот момент, - сказала она, - ты только что сделал что-то разумное, и может быть он поможет тебе остаться в живых.
- Биться с тобой я не собирался, успокойся, и стой молча, - отрезал он, от чего та фыркнула и собралась к выходу, но Меттео её остановил.
- Мудак, - обозвала она его. Лия тихо рассмеялась рядом со мной, и я поймал себя на том, что просто слушаю её смех, как что-то жизненно необходимое.
- Ладно, - продолжил Меттео, уже серьёзнее. - Мы зашли убедиться, что ты живой, и... - он кивнул в сторону Лии, - что она больше не устроит ещё один рейд в одиночку.
- Не устрою, - сразу же сказала она.
- Тогда мы пойдём, - сказала Адель. - Вам явно есть о чём поговорить.
- Есть, - подтвердил я. Меттео ещё раз посмотрел на меня, кивнул, и они вышли. Дверь закрылась, и в палате снова стало тихо.
Я посмотрел на Лию, она стояла рядом, чуть напряжённая, будто ждала, что я начну её ругать за проделнные глупости, и была абсолютно права.
- Иди сюда, - скомандовал я. Она подошла сразу, я взял её за руку, медленно, аккуратно, чувствуя, как всё ещё не до конца слушается тело.
- Ты с ума сошла, - произнёс я без злости, но жёстко. - Украла мой пистолет, и пошла к ним... Ты чем вообще думала?
- Я не одна была, - тихо, неуверенно возразила она. - И я знала, что делаю.
- Нет, - я покачал головой. - Ты рисковала своей жизнью, а этого недолжно было быть. - Она опустила взгляд, но руку не убрала, я притянул её ближе, насколько смог. - Больше так не делай, никогда. Я не переживу, если с тобой что-то случится, ты же самый близкий для меня человек в этом грязном мире.
Она кивнула и аккуратно коснулась губами моей щеки.
- Хорошо, но и ты тоже больше чтобы не устраивал таких игор с моими нервишками.
Через пару минут я почувствовал неприятное давление и скривился.
- Что? - сразу насторожилась она.
- Мне нужно встать, - сказал я.
- Куда? - её тон сразу стал подозрительным.
- В туалет, - спокойно ответил я.
- Нет, - отрезала она.
- В смысле «нет»? - мне даже поссать нелься, или что?
- В прямом, - она скрестила руки, придав себе уверености. - Ты не встанешь, тебе нельзя!
- Я не буду делать это здесь, - сказал я.
- Если так, то тогда я помогу, - я же вроде диеспособен пока, член и сам могу удержать.
Насколько бы я не пытался доказать ей что в полном порядке, она всё равно придерживала меня, когда я пытался подняться. Мир на секунду поплыл, в груди резко кольнуло.
- Ну вот, я же говорила, - тихо сказала она, крепче удерживая меня.
- Я справлюсь, - стиснув зубы, ответил я, и сделал ещё один шаг. Каждое движение отдавалось болью, но я не остановливался. - Всё любовь моя, дальше я сам, и не вздумай возвражать, - она отпустила меня, но далеко не отходила. Как только я вышел из двери туалета помогла мне дойти к кровате, и всё время сидела рядом, уставшая, но не уходила.
- Солнышко, ты устала, ложись, - сказал я отодвигаясь в сторону, хоть кровать и была маленькой, хоть мне и было больно, но эта невинная близость лучшее что только могло быть.
- Я тут посижу, - ответила она, боясь сделать мне больно.
- Ложись, - повторил я, более уверенно.
- Армандо... - начала она, но продолжить я не дал, чуть приподнял руку, давая ей больше свободного места, и сам лёг так чтобы не чувствовать боли.
- Сюда, - она колебалась пару секунд, потом всё-таки аккуратно легла рядом, стараясь не задеть меня. Я сразу же притянул её ближе.
- Осторожно, - прошептала она, - тебе больно будет.
- Плевать, - ответил я. - Я хочу чувствовать, что ты рядом, твой запах, твою нежность, всю тебя, слишком долго я не чувсвовал этого.
Мы уснули почти сразу же, уставшие от произошедшего, выдохнув проговорив все страхи, продолжая чувствовать любовь друг друга. Насколько бы сложной не была эта неделя, мне кажется она нас ещё сильнее сплотила, мои чувства становились только крепче.
Утро пришло раньше, чем я хотел. Я проснулся не от боли - к ней уже начал привыкать, а от неприятного запаха. Медленно открыл глаза и сразу увидел Лию. Она сидела рядом, с самым невинным выражением лица... и с тарелкой в руках.
- Нет, - сказал я тут же, это «нечто» было слишком отвратительным.
- Ты даже не знаешь, что это, - спокойно ответила она.
- Знаю, это что-то невкусное, - и я точно знаю что накормить меня этим её надоумили врачи. Ничего с ними мы потом тоже поговорим. Сказали бы пицой поправить злоровья, или хотя бы стейком, так нет же, нужно есть что-то что пахнет хуже канализации.
- Это суп, полезный, ты с ним быстрее поправишься, - я покачал головой, чтобы она поняла, что ответ «нет», я не буду это есть. Она вздохнула, как будто разговаривала с ребёнком. - Армандо, тебе нужно есть.
- Я не голоден, - лучше побыть голодным несколько дней, и потом дома нормально поесть, но точно не употреблять это.
- Ты неделю был без сознания, нужно покушать, давай же, любимый, - она протянула тарелку ближе ко мне.
- И прекрасно себя чувствовал, - невозмутимо ответил я, отвернувшись от запаха. Я не преверлев в еде, когда Киара експерементировала с готовкой, из печенья кторое должно было быть белым делала чорное, без добавления какао ел и не морщился, ещё и хвалил этот уоль. Но этот суп это уже что-то превосходящее мои возможности.
- Открой ротик, - сказала она, хотя я уже домал о том как сам говорю ей это, дома, в нашей комнате.
- Нет, - вместо желаемого ответил так, потому что понимал что сейчас с ней шутить и флиртовать бессполезно.
- Армандо, - строже произнесла она.
- Камелия, - я повторил за ней. Мы смотрели друг на друга несколько секунд.
- Ладно, - сказала она вдруг слишком спокойно. - Не хочешь, не надо, - я даже удивился, как-то слишком легко она сдалась.
- Правда? - уточнил я.
- Конечно, - Лия пожала плечами. - Тогда я скажу врачам, что ты отказываешься есть, и тебя будут кормить через трубку.
- Ты блефуешь, ты меня любишь, и не допустишь такого мучения для свего любимого мужчины, так же? - спросил я.
- Вот как раз таки из-за того что я тебя люблю, я сделаю это. Не веришь, проверь, - мило улыбнулась она. Я посмотрел на ложку, с ужасным супом, потом на неё.
- Ты ужасный человек, - пробормотал я, изображая страдающего пленника.
- Открывай ротик, - невозмутимо ответила она. В этот раз я всё-таки подчинился. Ложка приблизилась, я попробовал.
- Это отвратительно, - честно сказал я, ели как проглотнув убивающую жижу.
- Это полезно, - парировала она.
Когда я уже почти доел «что само по себе подвиг», в дверь постучали.
- Входите, - вновь сказала Лия.
Дверь открылась, и в палату вошёл Фабиано.
- О, - протянул он, окинув нас взглядом. - Я не вовремя? У вас тут романтический завтрак?
- Если ты считаешь это романтикой, - сказал я, кивнув на тарелку, - у тебя серьёзные проблемы братишка.
- Я вижу, тебя уже пытают, - усмехнулся он.
- Она хуже, чем мои враги, - ответил я, мечтая о том чтобы суп побыстрее закончился.
- Я услышала тебя Армандо, и если так, то следующая порция будет больше, - тут же сказала Лия.
- Видишь? - я посмотрел на него. - Я в плену у любимою, жесток мир.
Фабиано рассмеялся и подошёл ближе.
- Рад, что ты жив, брат, - он похлопал меня по плчу в знак приветствия, а затем сразу же сел рядом, закинув ногу на ногу, как будто мы не в больнице, а у него в гостиной.
- Ну что там, ты выиграл? - спросил я. Для него эта борьба как единствинный признак нормальной жизни где всё по правилам.
- Почти, - он сделал паузу, и хитро улыбнулся. - Я же приехал раньше, чтобы помочь Меттео, не успел на последний день соревнований.
- И? - уточнил я не понимая чем он так доволен.
- И решил, что это несправедливо, - Лия уже подозрительно на него смотрела на его ухмылку как у волка. - Поэтому, - продолжил он, как ни в чём не бывало, - я сломал своему сопернику руку и ногу, чтобы и он не смог принять участие в последнем состязании.
- Разумное решение, - кивнул я.
- Фабиано! - возмутилась Лия.
- Что? - он пожал плечами. - Соревнования перенесли на два месяца, теперь у меня есть время. Вообще я ещё кстати тот актёр, сыграл сострадающего, и все поверили что мне жаль его. Никто же не знал что это я его отмудохал, на мне была маска.
- Ты ненормальный, - сказала она.
- Главное, что ты не потерял форму, так держать, - Лия смотрела на нас с непонимаение, забыв что ещё вчера пошла с нападением на моего врага.
- Конечно нет, - он посмотрел на меня. - А ты давай восстанавливайся, чтобы тоже мог повеселиться с Али, он уже ждёт нас, - мы ещё немного поговорили, Фабиано отпустил пару шуток, снова посмотрел на нас с этим своим понимающим взглядом... и ушёл.
Когда дверь закрылась, я снова посмотрел на Лию.
- Ты довольна? - спросил, указывая на пустую тарелку в её руках.
- Вполне, - улыбнулась она, а затем наклонилась и поцеловала меня. - Завтра будет ещё одна порция, так что не соскучишься по нему.
Она рассмеялась, видя моё недовольное но смерительное выражение лица, и чёрт возьми... ради этого смеха я готов был есть даже этот ужасный суп.
Так проходили наши дни, медленно, спокойно и счастливо. Каждое утро Лия будила меня раньше врачей, потому что, по её словам, «лучше я сама тебя покормлю, чем эти люди снова принесут серую жижу». Потом она поправляла мне подушки, заставляла пить таблетки, ругалась если я пытался резко встать, и постоянно смотрела так, будто всё ещё боялась, что я исчезну.
А я смотрел на неё, постоянно. Иногда мне казалось, что я всё ещё в том сне, потому что такая жизнь ощущалась слишком нормальной для меня.
Меттео приходил почти каждый день. Обычно с Адель, которая всё чаще закатывала глаза именно так, как это делала Лия рядом со мной. Фабиано заявлялся громче всех, приносил отвратительный кофе из автомата и рассказывал, как «случайно» довёл до нервного срыва половину охраны, а с Лучиано мы общались по видеосвязи, и он совершенно не потерял свой азарт к шуткам. Лия смеялась, и я жил этим смехом.
Прошло ещё два дня прежде чем я смог более-менее нормально ходить без её помощи. Хотя она всё равно продолжала держать меня под руку так, будто я мог развалиться прямо посреди коридора.
- Камелия, я не инвалид, - в который раз сказал я, когда мы медленно шли обратно в палату после обследования.
- Пока ещё нет, поэтому не выпендривайся, - спокойно ответила она.
Я усмехнулся, даже находясь почти между жизнью и смертью, я всё равно оказался под её контролем. И, как ни странно... мне это нравилось.
- Мы уезжаем завтра, - сообщил я врачу, когда тот в очередной раз проверял мои швы. Всё как мы и оговаривались, завтра уже третий день, а значит мы уезжаем.
- Простите? - старик медленно снял очки, делая вид что нерасслышал.
- Вы прекрасно слышали, - сказал я. Лия рядом тяжело вздохнула, уже заранее понимая, что сейчас начнётся.
- Синьор Армандо, - начал доктор тем самым голосом, каким обычно разговаривают с психически нестабильными людьми, - после ваших травм вам необходим покой и постоянное наблюдение.
- У меня дома достаточно людей для наблюдения, - больше чем у него в больнице кстати.
- Это не обсуждается, - он видимо забыл кто я.
- Ошибаетесь, - спокойно ответил я. - Именно это и обсуждается.
- Хорошо. Тогда хотя бы услышьте рекомендации, - он прикрыл глаза ладонью на секунду, будто собирался с силами.
- Говорите, - я откинулся на подушку чтобы услышать то, чего не планировал выполнять.
- Минимум физической активности ближайшие две недели, никаких нагрузок, никакого стресса, и никакого алкоголя... - касаемо алкоголя проблем нет, а вот с остальным да.
- Это уже звучит как невыполнимое задание, - пробормотал я.
- И никакой интимной жизни, потому что от этого вы получите слишком много нагрузки на сердце, что нежелательно, - в палате повисла тишина, и я медленно повернул голову к врачу.
- Простите? - Лия резко закашлялась рядом, пытаясь скрыть смех.
- Швы могут разойтись, - абсолютно серьёзно продолжил доктор. - Ваш организм ещё слишком слаб.
- Нет, - сразу сказал я, ещё секс мне никто не запрещял и не будет.
- Армандо... - предупреждающе протянула Лия.
- Нет, - повторил я, уже глядя на неё. - Это правило мы убираем.
Доктор устало посмотрел в потолок.
- Синьор Армандо, вы буквально недавно чуть не умерли, - продолжил настаяивать он, понимая что пока моя девушка рядом ему ничего не угрожает.
- Но не умер же, - я был на грани того чтобы сорваться.
- Именно потому я и пытаюсь сделать так, чтобы это не повторилось, - Камелия уже откровенно смеялась, прикрывая лицо ладонью. Предательница, ну она у меня получит по попке.
- Хорошо, - спокойно сказал я спустя пару секунд. - Тогда просто скажите насколько опасно нарушить это правило?
- Армандо! - теперь уже Лия ударила меня по плечу.
- Я уточняю детали, - честно ответил я. Врач посмотрел на меня так, будто впервые за всю карьеру хотел лично придушить пациента.
- Достаточно опасно, можете вернуться в больницу, и тогда его придёться продлить на неопределённый строк, - плохо.
- Ладно, неделю, но небольше, - доктор кивнул, принимая хоть этот выбор.
- Так быстро согласился? - Лия удивлённо повернулась ко мне.
- Я умею жертвовать собой ради любви, - невозмутимо ответил я, а она закатила глаза.
- Актёр, самовлюблённый актёр, - главврач быстро закончил осмотр и буквально сбежал из палаты, явно не желая дальше участвовать в этом цирке.
Как только дверь закрылась, Лия тихо рассмеялась. Я смотрел на неё несколько секунд, на её счастливую улыбку, на живые глаза, на девушку, ради которой вернулся с того света.
- Неделя солнце это лишь рекомендации, но никак не приговор, - я придумаю что-то интересное и без того чтобы нагружать себя.
- Армандо... - ей не нравился мой тембр.
- Я просто размышляю вслух, - она покачала головой, всё ещё смеясь, подошла ближе и наклонилась ко мне.
- Ты невозможный, - я осторожно обхватил её за талию и прижал к себе, не давая отойти, мне было так спокойнее, тот сон. Я планировал сделать его реальностью как можно скорее.