Исчезнувшие грёзы

«Каждое его прикосновение было как запретный огонь».

Этот вечер для меня был как кошмарный сон. Не из-за стрельбы, не из-за погони, а из-за страха за жизнь Лии.

Она не привыкла к такому, для неё это было морально сложно, я в свою очередь старался как мог перевести её внимание на себя, старался развеселить её, лишь бы она не впала в истерику, как несколько дней назад.

Я не хочу ранить её психику, не хочу видеть в её глазах страх, не хочу видеть слёзы. Мне важно, чтобы рядом со мной она чувствовала безопасность.

И когда она не впала в истерику, а злилась и кричала на меня я влюбился ещё больше, не знал, что она может быть настолько страстной. Я был готов остановить машину, и поцеловать её, но не мог. Я не знаю готова ли она к такому шагу с моей стороны, как она вообще на это бы отреагировала, и в принципе была не наилучшая ситуация для этого.

Успокоился я лишь тогда, когда она уехала с Меттео, а тех, кто решил, что может преследовать меня, когда в машине находиться она уже были у нас. Их мы не стали везти в пыточные, которые находились у нас в доме, это не то, что бы хотела видеть Лия, я уверен в этом полностью, поэтому мы повезли их в один из отелей, который был в трёх минутах езды, и в котором был огромное подвальное помещение.

Все семь человек говорили с американским акцентом, поэтому я сразу же понял, что это люди Реймонда.

Все они были живы, но в разном состоянии. Я спустился вниз первым. За мной Лучиано и Фабиано. Они оба были спокойные, но по-своему.

Фабиано уже закуривал, даже не глядя на двери:

— Ну что, Армандо, кого первым? Или всех вмести? Чтобы долго не выебывались.

Лучиано ухмыльнулся, поправив часы:

— По одному. Хочу видеть лица этих псов, когда поймут, куда вляпались.

Я подошёл к одной из двери. Когда мы вошли, самый старший поднял голову, но уверенности уже не было.

— Ну привет, ковбой, — сказал Фабиано, хлопнув дверь ногой. — Ездишь хорошо, но стреляешь хреново.

— Иди в жопу, — выдохнул тот, сплюнув на пол.

Я подошёл ближе. Спокойно. Слишком спокойно.

— Слушай сюда, — начал я тихо. — Семеро человек едут за моей машиной. Стреляют в машину, в которой есть человек не причастен к мафии, а самое главное ни в чём невинная девушка. И ты думаешь, что можешь сейчас строить из себя героя?

Он сглотнул, но держался:

— Мы не знали, что там будет девка. Нам приказали напомнить тебе правила, и мы начали прежде, чем увидели её, поэтому останавливаться не было смысла.

— Кто? — спросил Лучиано, опираясь о стену. — Давай, не мороси. Мы всё равно узнаем. Просто сейчас у тебя есть выбор затягивать это или нет.

— Пошёл ты... — пробормотал мужчина, но голос дрогнул. — У нас кодекс. Мы не сдаём своих.

Фабиано резко ударил кулаком по металлическому столу, так, что звук прошёл сквозь стены.

— Какой, нахер, кодекс? Вы стаей прыгнули на машину с девушкой! Хоть один из вас мозг включил?

Я медленно присел напротив пленника, опираясь локтями на колени.

— Послушай. У меня настроение хорошее. Домой хочу. Значит, у тебя есть шанс уйти отсюда с руками... и языком на месте. Так что думай.

Он молчал. Губы дрожали. Пот потом выступил на лбу, подвал был прохладным, дрожь была не от температуры.

— Это Реймонд, — выдохнул он, наконец. — Ты убил наших, он приказал припугнуть тебя любимы методами, вот и всё.

— Я так и знал, — во мне кипело бешенство, он посмел послать людей на мою территорию, — закройте их всех, пускай здесь сидят.

— Принято. — Сказал Фабиано и запер все двери, а затем вновь подошёл к нам с Лучиано. — Звоним ему?

— Да, но позже! — если он не умеет следить за своими людьми, я расправлюсь поочередно с каждым.

Лучиано приставил кулак к губам, делая вид, что это микрофон, и сказал:

— Слышите, многоуважаемые враги, дайте Армандо хотя бы день провести со своей сногсшибательной девушкой вместе!

Фабиано начал ржать:

— Тебе нужно было быть телеведущим, а не мафиози.

— Так не пойдёт, идите веселите Лию, и скажите, чтобы Меттео пришёл ко мне, он лучший в переговорах. — Я понимал, что если будут говорит они, то Реймонд скорее всего вызовет психиатрическую помощь нежели пойдёт на диалог. А если говорить буду я, то все построенные связи между нами рухнут.

— Спасибо ваше величество, мы только рады, милашка с нами будет в полном порядке, — возомнил Лучиано.

— Да, да братишка, даём тебе стопроцентную гарантию, — продолжил за первым Фабиано.

— Не сомневаюсь, давайте скорее. — Они пошли, а я остался ждать, наматывая круги по пустой комнате.

Мне хотелось прикончить каждого, но их бос бы просто так этого не оставил. Мы похожи во многом, в уважении кодекса, в непростительном наказании предателей, в месте тем, а кто посмел затронуть наших людей либо территорию.

А ввязываться в войну, когда рядом она мне не хотелось.

Дверь открылась, вошёл Меттео.

Первым делом, что я сделал, это спросил о ней:

— Как она там?

— Злиться на тебя, но блядь, я бы сказал для такого момента это идеальный расклад, — я кивнул, он полностью прав.

— Пускай злиться, это лучшее что я мог ожидать. Когда эта хуйню началась я думал, а что если она упадёт в истерику, как я её успокою, и что ещё важнее защищу... — я замялся, — а когда достал пистолет, тогда думал лишь о том, чтобы её чувства ко мне не ушли и она не послала меня нахуй.

Он усмехнулся:

— Адреналин открыл в ней характер тигрицы, честно я бы даже не подумал, что она может быть на только властной. Но тебе я вижу это нравиться.

Я кивнул, конечно, нравится. Как она может вообще не нравиться кому-то? Мне нравиться в ней всё, но на первом месте эти небесно-голубые глазки.

— Ладно Меттео, давай вернёмся к делу. — Опять-таки, говорить о чувствах это точно не лучшее занятие для нас.

Мет взял телефон и подошёл ближе:

— Люди Реймонда, я правильно понимаю?

— Да, парни сказали? — Лучиано и Фабиано редко держат язык за зубами.

— Нет, не говорили, эти и так понятно, я думаю, что ты это знал и до допроса, который как я понимаю прошёл, легко и очень быстро судя по тому, что твой внешний вид в порядке.

— Да, ты прав, блядь. Сука. Ты даже не представляешь, как я хочу их убить, но мысль о том, что то, что начнёт Реймонд меня беспокоит, Лия может попасть не туда и не в тот момент, поэтому лучше, чтобы ты переговорил с ним. — Он кивнул и без лишних слов набрал.

Три коротких гудка, и он поднял:

— Привет Меттео, тебе что-то нужно? Или всего лишь о жизни поговорить захотелось?

— Здравствуй Реймонд, скорее первый вариант, нежели второй. — Меттео был как всегда непоколебим.

— Хорошо, есть вопросы спрашивай. — Не признаётся, вот жучара. Я всё ещё соблюдал терпение и молчал.

— Твои люди что забыли на нашей территории?

— Хм... — сделал вид, что задумался, — даже не знаю.

Блядь, я больше не могу.

— Мы будем говорить, или ты продолжишь строить дурака?

— О, вот это сюрприз Армандо, и ты здесь, а я думал, что не поговоришь даже со мной. — В его голосе слышалась насмешка.

— Реймонд что ты сука здесь устроил? Я понимаю ты отдал приказ напасть на меня, но девушка, которая была в моей машины никак не связана с нашим миром, Лия неё это совсем другое нежели для нас. — Меттео знал, что, когда я завёлся останавливать меня бесполезно. — Твои люди забыли, что существует кодекс чести? К нему даже такие как мы должны прислушиваться.

— Армандо успокойся. И о кодексе скорее всего забыл именно ты. — Мне было понятно, о чём он, мы убили его людей не сообщив ему. — Ты убил моих людей.

— Хах. Перед тем как рассказывать мне о правилах ты должно узнать причину их смерти, и я уверен, что, если бы это случилось у тебя на территории, ты бы поступил точно также.

— Что бы они не сделали, ты должен был сообщить мне, а я бы уже принял определенные меры. Я слушаю Армандо, говори. — За это умение обладать эмоциями я его уважаю.

— Слушай. Эти мрази ворвались в мой бар, начали приставать к официантке, намекая на секс и предлагая деньги, на что она вызвала охрану, и твои люди в их выстрелили, они мертвы. Ещё вопросы есть?

Я чувствовал, как его голос меняется:

— Я никогда не позволял этого, ты знаешь моё отношение к девушкам. Они непреклонны.

Меттео перехватил инициативу:

— Сейчас все семь человек живы, и мы предлагаем их тебе забрать, спокойно закончив это.

— Ты же сам понимаешь, что об этом предложении ты должен был говорить до того, как совершил убийство, и что бы они не сделали, это не оправдывает твои действия. — Не оправдывает? Он серьёзно сейчас?

Глубоко вдохнув, и собрав все свои мысли в кулак я заговорил:

— Раз уж ты так считаешь, давай представим одну ситуацию. Люди, которых я захотел исключить из мафии, потому что они ни на что не способные решили показать себя. Поехали в Калифорнию, пришли в твое заведение, и начали приставать к девушке, которая никак к этому не причастна. И убили твоих людей, которые работают там в качестве охранников. Твои действия?

— Они бы больше ничего не сделали, потому что были бы мертвы. — Я так и знал, он бы не позвонил мне, а сразу же убил их.

— Ну и? К какому выводу мы пришли? — я настаивал на том, чтобы он понял, что в смерти тех подонков нет ничего плохого.

— Чёрт с тобой Армандо. Ладно, с этим я согласен, раз уж они наплевали на мои правила, они бы и так были мертвы. — Наконец-то до него дошло.

Затем в его голосе мелькнуло веселье:

— Выходит, что ты влюбился?

Меттео закрыл глаза, он не смеялся, но ему было интересно, как я выкручусь из этой ситуации.

— О чём ты? — Я лучше буду выглядеть как дурак нежели сообщу ему о Лии.

— Ну же Армандо, не начинай вот эту хуйню. Хоть у нас и действуют правила, я уверен, что ты бы не переживал за каждую девушку так как за эту официантку, и ту, что была с тобой в машине. Это же одна и та же? — Реймонд продолжал ухмыляться, и, хотя я этого не видел наяву, это было понятно и так.

Если он хочет поиграть, то я тоже знаю кое-что:

— Реймонд, я же не говорю с тобой за Мэдисон, я прекрасно знаю, что она была в Сицилии недавно, и то, что ты её забирал. Но я не нарушал наши договорённости, она осталась в целости и сохранности. Поэтому я предлагаю закрыть диалог, и забыть об этом.

— Мэдди говорила, что видела, как за ней следят, и она знала, что это ты приставил к ней охрану. Я благодарен тебе за это, она хоть, и сама может за себя постоять, помощь лишней не будет. — Он остановился на несколько секунд, будто думал, стоит ли говорит, но затем сказал. — Если эта твоя загадочная девушка для тебя дорога, не выводи её на люди, ты знаешь как быстро слухи у нас распространяются. И не все придерживаются кодекса. Но если что, Калифорнию она может посещать спокойно, не важно есть ли, между нами, раздор, я не нарушу клятву.

— Ладно, Реймонд, договорились, людей я тебе передам, и на этом эта ситуация завершена. — Я не хотел продолжать этот разговор.

Он промолчал, но перед тем, как завершить звонок добавил:

— Мне будет очень интересно посмотреть на ту, которая смогла удержать тебя, и что самое интересное настолько.

Наконец отключившись, я кинул телефон на стол, где сидел Меттео и чистил пистолет.

— Я думал, что ты пошлёшь его, но ты смог сдержать свой гнев, неожиданно, Лия хорошо на тебя влияет.

— Я понимаю, что война с ним нам не нужна, сотрудничество выгоднее. — оставив пистолеты здесь, чтобы больше не было повода для новых споров с Лией, я подошёл к двери.

— Иди, иди, я разберусь с ними. — Сказал Меттео перед тем, как я вышел.

Подойдя к кухне, я услышал её смех, повезло Лучиано, что она не считает его шутки идиотскими.

Как только я вошёл она посмотрела на меня горящими глазами, готовыми убить прямо сейчас. Парни заметили, что нам нужно поговорить наедине, и сразу же вышли. Она долго сопротивлялась, не хотела говорить, отходила от меня, а сейчас на это у меня не было сил, поэтому взяв её на руки я понёс в свою комнату. Всю дорогу она била меня, но эти удары можно было сравнить с лёгким массажем разве что, не больше.

Зайдя в комнату, я опустил её, сел на кровать, и хотел наконец начать разговор. Но эта упёртая девочка ни в какую не слушалась, поэтому мне пришлось использовать как она говорила волшебное слово «пожалуйста», и как бы это не было странно, оно сработало.

Нервы не выдерживали, мне нужно было выбросить весь негатив, и лучшим, что я придумал было удар в стену.

Мне действительно было страшно признавать, что я босс мафии, босс небезызвестной империи «Moranta». Смерть. Мне хотелось скрыть эту информацию от неё, но она настояла, я рассказал.

Первая её реакция была имена та, которой я боялся. А слова: «Обычно такими стают те, у кого было плохое детство, те, кто не получал любви от родных, те, кто был сам по себе». Ударили по самом больном. Никто не знал, что у меня вообще есть семья. Марко и Карен для меня не родные, как и Киара, она об этом не знает. Для неё мы с Фабиано родные братья. И я не мог просто взять и вывалить это на Лию, точно не сейчас.

Спустя несколько секунд после назойливой тешены, она сделала то, что действительно меня удивило. Подошла ко мне, встала на носочки, чтобы дотянуться к моей шее, и обняла меня. Крепко. Нежно. Так, как умеет лишь она.

Моя благодарность ей за этот жест неизмеримая, я ожидал, что она скажет уйти мне, или уйдёт сама, но нет. Она осталась радом... Рядом, несмотря на то, кем я являюсь на самом деле.

Вдохнул аромат её волос, я сказал:

— У меня есть что рассказать, о детстве... и в общем о том, как я стал таким. Но я не хочу пока говорить об этом, немного позже.

Она не стала дальше расспрашивать лишь кивнула, сказав: «Хорошо», и осталась стоять в моих крепкий объятиях.

Если бы моя воля, я бы не отпускал её ещё долго, но я видел, что она устала стоять на носочках. Она же такая маленькая в сравнении со мной, маленькие ручки, маленькие ножки, слишком хрупкая. Но не слабая. Точно не после того, как она сегодня вела себя во время стрельбы.

Всё было бы прекрасно, если бы не следующее её действие. Заставила промыть руку, на которой были раны, и помазать их заживляющим кремом. Это ещё ладно, но вот пластыри с какой-то кошкой с бантиком на голове, которые она приклеила мне на руку, были конкретно так лишнее. Но она не оставила мне выбора, как я мог отказать?

Она ещё не до конца понимает, что такие мужчины как я не чувствуют боли, не такой уж точно. Для меня это привычная царапина, иногда на тренировках можно заработать даже хуже.

Главное не забыть снять это завтра утром, иначе для Лучиано это станет мировой новостью, о которой дай Бог он не напишет в газете и не сделает баннеры.

Но Лии нравилось, как эти кошки выглядели у меня на руке, а я люблю её улыбку, поэтому жаловаться не могу.

Мне нужно было уточнить ещё одну деталь. Разрешит ли она мне лечь рядом с ней в постель:

— Касаемо сна... Это моя комната, можешь спать здесь, и, если ты хочешь побыть одна, я буду спать в гостиной.

Она не ответила, а хитро усмехнулась, подошла ближе, и поцеловала. Не в губы, конечно. Жаль. В щёку, быстро. Но это лучшее что я мог ожидать она не сказала мне идти нахер.

Сегодняшний день познакомил меня с другой стороной Лии, той, где она делает то, что хочет, не обращая внимание ни на что. То, что она доверяет, открывается, большой знак, и я не нарушу эту идиллию своей эрекцией.

Взяв её за руку, я повёл в гардеробную, взял свою пижаму, хотя обычно я сплю только в трусах, или вообще без, рядом с ней лучше не пробывать это. Хоты бы для начала.

Сказав, ей: «Можешь выбрать здесь всё что угодно для сна, а я пока что приму душ», я действительно пошёл в душ.

Первым желанием было снять пластыре, вторым подрочить. Но каждое из них я проигнорировал, вместо этого быстро принял душ, одел пижаму и вышел из ванной.

Она уже лежала на моей кровати, в одной из футболок. На ней она смотрелась как слишком, вот прям овер-овер сайз платье. Это мило.

Я приляг рядом, мне хотелось её обнять, и после нескольких мгновений я это сделал, она не отказалась, ведь теперь это некая наша традиция, засыпать в объятиях.

К моему огромному сожалению первым уснул я. Вымотали меня эти переживание по поводу её реакции, самочувствия и прочему.

Утро было тихим. За окном первые лучи солнца скользили по стенам комнаты, мягко освещая лицо Лии, спрятавшейся в моих объятиях под тёплым одеялом. Она спала глубоко, её дыхание ровное и спокойное.

Медленно снял с себя пластырь с «Хеллоу Кити», который она так аккуратно наклеила на мои руки вчера вечером. Улыбка появилась сама собой, эта маленькая деталь, эта забота... сейчас мне кажется, что только ради таких моментов стоит жить.

и направился в зал. Спортивные шорты и лёгкая футболка, всё, что нужно для утренней тренировки. Тяжести, скамья, гантели — привычные движения, которые включали тело в ритм дня, помогали сосредоточиться. Несколько подходов, плавные, контролируемые, дыхание ровное, мышцы работали без спешки.

После тренировки я направился на кухню, включил кофеварку, налил себе чашку крепкого кофе, и вдруг сзади услышал шаги. Обернувшись, я увидел Меттео.

— Доброе утро, — сказал я, делая первый глоток кофе.

— Доброе, — отозвался он, голос спокойный, ровный, но в нём чувствовалась та стальная сдержанность, что делает его непредсказуемым. — Впервые слышу это от тебя, учишься манерам Армандо. Ну что как вчера всё прошло? Рассказал о том, кто ты на самом деле?

Я слегка улыбнулся.

— Да. Сначала она отреагировала достаточно так скажем... огненно. Кричала. Прямо как дикая фурия. Но потом успокоилась.

— Хорошо. Это очень даже хорошо. Не хочется, чтобы кто‑то подумал, что она слабая, — тихо сказал он.

Я кивнул, допил кофе, и после разговора вернулся в комнату. Лия всё ещё спала, голова была слегка наклонена на подушку, волосы рассыпались по плечу. Я направился в душ. Тёплая вода, звук которой заполнял весь дом, смывала остатки сна, но мысли мои всё равно были с ней.

Вышел из душа я только с полотенцем на бедрах, я делал так всегда, и учитывая, что она спала, могу сделать это. Но выйдя мне пришлось застыть на мгновение, Лия приоткрыла глаза. В её взгляде промелькнула смущённость, и она быстро отвела взгляд:

— Я... я ничего не видела, — проговорила она, пытаясь скрыть румянец.

Я улыбнулся, наклонился чуть ближе и сказал с лёгкой насмешкой:

— Если не видела... можешь посмотреть ещё раз.

Она резко прикусила губу, взгляд метнулся куда‑то в сторону, но она ничего не сказала. Тишина, лёгкое напряжение, которое превращалось в что-то игривое, почти интимное.

Я взял костюм и боксёры, зашёл обратно в ванную, оделся, положил полотенце на место. Затем вышел, и сел на край кровати, наблюдая за ней.

Лия тихо вздохнула, чуть смягчившись. Её руки играли с одеялом, а глаза иногда поднимались на меня, застенчиво, но с интересом. Я позволил себе лёгкую улыбку, внутренне наслаждаясь тем, как она реагирует, по ней видно было, что ей понравилось то, что она увидела. Годы тренировок всё же были не зря. Эти её медленные вздохи, она же даже не понимает, что делает со мной.

Постаравшись привести дыхание в порядок Лия села на край кровати и, с хитрой улыбкой, достала с полки свой телефон. На экране мигало фото, те самые пластыре «Хеллоу Кити», аккуратно наклеенные на мои руки.

— Смотри, — сказала она мягко, но с едва заметной искрой дерзости.

Я поднял бровь, ухмыляясь:

— Дай-ка сюда, — сказал я, протягивая руку.

Она вдруг дернулась назад, быстрым движением запрыгнув подальше на кровать, а я тут же за ней. Так, что теперь я оказался сверху. Тёплое дыхание Лии коснулось моей щёки, её сердце билось так быстро, что я мог чувствовать ритм каждого удара.

На секунду мы замерли. Дыхание сбилось у нас обоих, будто мир вокруг исчез, оставив только нас двоих и ту напряжённость, которая буквально искрилась в воздухе. Её глаза широко раскрылись, но в них было не страх, а была лишь смесь вызова и смущения.

Я наклонился чуть ближе, почти касаясь её губ, но Лия в последний момент выкрутилась, изящно освободилась и прыгнула с кровати.

— Если ты не будешь слушаться, — произнесла она, слегка задохнувшись от собственного смеха и волнения, — я покажу это фото парням!

Я рассмеялся тихо, глубоким, почти рычащим смехом, чувствуя, как адреналин заполняет каждую клетку.

— Ну-ну, — сказал я с улыбкой, слегка приподняв бровь. — Попробуй.

Лия схватила телефон, прижала его к себе и сделала шаг назад. В её глазах играли огоньки дерзости, а щеки вновь слегка загорались румянцем. Я откинулся на кровать, наблюдая за ней, и внутренне восхищался этой лёгкой, непредсказуемой, хрупкой, но такой дерзкой девушкой.

— Ладно, маленькая хитрюга, — сказал я, улыбаясь. — Но знай, это оружие против меня... работает только в твоих руках.

Она усмехнулась, чуть приподняв плечо, и в этот момент мир вокруг нас казался одновременно и безопасным, и наполненным напряжением, которое буквально искрилось, между нами.

Лия села обратно, держа телефон, а я остался на кровати, наблюдая за ней. Этот момент был больше, чем игра, это была настоящая битва характера и доверия, первых маленьких границ, которые мы позволяли друг другу пересекать.

И в глубине души я понимал, что эти мгновения, такие простые и одновременно такие насыщенные, будут с нами всегда.

Полежав ещё немного в кровати, взглянув на время, я понял, что мне пора:

— Ладно солнышко, мне нужно идти, если тебе что-то нужно можешь сказать Лучиано, он сегодня дома будет.

Она подошла обняла и ответила:

— Хорошо Армандо, я буду по полной эксплуатировать бесплатный труб Лучиано.

Эта фраза заставила меня усмехнуться, он заслужил, пускай привыкает.

Выйдя из дома, я сел в машину и поехал.

Остановившись на огромной парковке, я вошёл в свой офис, просторное помещение с тяжёлыми кожаными креслами, темным деревом и несколькими дисплеями, на которых мигали графики и карты поставок. На столе аккуратно разложены бумаги, документы, контракты, маркированные коробки и накладные, всё, что касалось текущих операций.

— Селеста, — позвал я, когда секретарша вошла, — отчёт по вчерашней поставке готов?

— Готов, шеф, — кивнула она, раскрывая папку. — Всё дошло без задержек. Доставку проверили.

— Отлично, — коротко сказал я, перебирая бумаги. — А что с новым маршрутом?

— Транспорт готов, люди тоже. Но есть нюанс: новые ребята с юга не знают местности. — Селеста слегка пожала плечами.

— Значит, пускай их сопровождают наши ветераны, — спокойно ответил я. — Никто не должен потерять товар.

— А если кто-то попытается вмешаться? — осторожно спросила она.

Я медленно поднял взгляд, сжав пальцы на ручке кресла.

— Тогда вмешаемся мы. Без шума, без лишних слов. Кто будет стоять на пути, тот получит урок, который запомнит надолго.

Она кивнула.

— А контракты с новыми партнёрами? — спросил я, пролистывая бумаги.

— Все подписаны, — подтвердила Селеста. — Ждём подтверждения со складов.

— Хорошо, — сказал я, опершись на спинку кресла. — Сегодня вечером пускай Дарио проверит маршрут лично. Если что-то пойдёт не так, нужно быть готовыми к непредвиденному.

— Понимаю, шеф, — кивнула она.

Я взял трубку и набрал одного из своих людей на складе:

— Кристо, проверка склада. Все коробки на месте? Никаких пропаж?

— Всё в порядке, — прозвучал уверенный голос. — Патроны, оружие, комплектующие. Всё на месте.

— Отлично, — коротко ответил я и положил трубку. — Никто не должен знать о проверке заранее.

Затем я повернулся к Селесте:

— Запомни. В этом бизнесе нет случайностей. Ничего не происходит просто так, и никто не появляется просто так. Каждый контакт, каждый перевозчик, это часть цепи. Нарушишь цепь, значит заплатишь, в лучшем варианте деньгами, в худшем жизнью.

— Да, шеф, я понимаю, — сказал она, кивнув.

Здесь все знают, что лучше любого отчёта меня успокаивало знание, что всё под контролем. И пока я держу контроль, никто не сможет потревожить мою уже выстоянную годами цепь.

В звонках и бумагах прошёл весь день, поэтому вернулся домой я только к вечеру. Везде в моей части доме было темно, только в спальне светился лёгкий свет. Но зайдя туда, я не увидел никого, положив ключи на тумбочку, сняв часы, я заметил, что балконная дверь приоткрыта.

Осень уже взялась за город. Холодный ветер шуршал листвой и пробирал сквозь одежду, но она... стояла там, будто не чувствовала холода.

Лия.

В тонком свитере, в домашних тапочках, с руками, лежащими на груди, чтобы защититься от ветра.

Я подошёл молча. Перед этим с собой взял плед, который обычно валялся на кресле. И только когда оказался вплотную за её спиной, понял, как сильно она замёрзла.

Я накинул плед ей на плечи, медленно, осторожно. Она вздрогнула. Лёгкое, еле заметное движение. Но посмотрев назад, она увидела меня. Её плечи расслабились. Я обнял её сзади, прижимая к себе через плед.

— Ты совсем околела, — тихо сказал я возле её уха.

Она не ответила, только выдохнула, медленно, будто этот выдох держала внутри весь день. Мы стояли так долго. Минут пятнадцать, может больше. Смотрели на лес, за которым находиться город. Молча. И в этой тишине было больше близости, чем в любом разговоре.

В какой-то момент она слегка повернулась, сначала голову, потом плечи, затем и всё тело. И оказалась лицом ко мне.

Так близко, слишком близко.

Её руки держали плед у горла, чтобы тот не спадал. Щёки порозовели от холода. Глаза блестели. Она смотрела прямо в мои глаза потом на губы, потом опять на глаза, будто изучала, будто пыталась понять, можно ли довериться ещё чуть-чуть.

И я понял: если не поцелую её сейчас, буду жалеть об этом всю жизнь.

Я выдохнул:

— Чёрт...

И наклонился к ней. Сначала коснулся губами её губ, просто прикосновение. Лёгкое. Нежное. Такое, от которого сердце бьётся в горле.

Она не отстранилась. Наоборот, закрыла глаза. Чуть приподнялась на носки. И я не выдержал. Поцеловал глубже, языком, который она впустила неуверенно, робко, я проник ей в рот.

Она выглядела как человек, который делает это впервые. Её дыхание стало быстрым, мягкие короткие вздохи между прикосновениями.

Я остановился. Не потому, что не хотел продолжать. А потому что понял, что это её первый настоящий поцелуй.

Лия распахнула глаза, большие, растерянные... А потом шагнула ко мне ближе, обхватила меня руками за талию и спрятала лицо в моей груди.

Я обнял её крепче, прижимая к себе.

— Всё в порядке, — прошептал я в её волосы, и улыбнулся, она не оттолкнула меня, а наоборот приблизилась.

И впервые за очень долгое время... мне было хорошо.

Я чувствовал, как она дышит, коротко, неровно, точно пытаясь прийти в себя. Плед слегка сполз ей на локти, и я поправил его, укрывая получше.

Прошло несколько секунд, прежде чем она тихо, почти неслышно сказала:

— Эм... я... я не знала, что ты... — она запуталась сама в своих словах и тихо фыркнула на свою неловкость.

Я улыбнулся.

— Что я захочу тебя поцеловать? — подсказал я мягко.

Лия медленно подняла голову. Щёки у неё были тёплые, покрасневшие. Глаза сияющие, как будто в них ещё дрожал огонёк того первого прикосновения.

— Ну... — Она сглотнула. — Я думала, что... может... ну... ты просто...

Она смутилась до невозможности, закусила губу и совсем тихо закончила:

— Я не была уверена... что нравлюсь тебе.

Я коснулся её подбородка пальцами и чуть приподнял, чтобы она смотрела на меня.

— Лия. Ты даже не представляешь, насколько мне нравишься.

Её взгляд дрогнул, и она снова опустила глаза.

— Я просто... — она выдохнула, — я не знаю, как... правильно целоваться. Вдруг я сделала что-то не так...

— Всё было идеально, — сказал я честно, для первого раза она прекрасно справилась, а в дальнейшем мы научимся ещё лучше.

Её глаза снова распахнулись, удивлённые, трогательные.

— Правда?

— Правда. Твои губы были расслаблены так, будто ты доверилась мне. Это значит намного больше, чем просто техника.

Лия вспыхнула ещё сильнее, спрятала половину лица в плед, оставив наружу только глаза.

— Ты... ты так уверенно это сделал. Я... — она смутилась, — я просто не ожидала, что это вообще произойдёт.

Я приблизился, убрал с её щеки прядь волос.

— Я тоже не ожидал. Но как только ты повернулась... — я слегка провёл пальцами по её щеке, — я понял, что удержаться не смогу.

Она смотрела на меня долго.

— А если... — она тихо сглотнула, — если я... попрошу... поцеловать меня ещё раз?

Я почувствовал, как внутри что-то стиснулось, растаяло и вспыхнуло одновременно.

— Тогда, Лия, — сказал я низко и медленно, — я сделаю это так, что ты забудешь про холод на улице.

Она улыбнулась, робко, искренне, чуть дрожащей улыбкой человека, который делает шаг в новый мир, но в её глазах не стихал огоньок той страсти.

— Тогда... — тихо, почти шепотом, — поцелуй.

Мы были настолько близко, что, между нами, не осталось ни сантиметра. Плед соскользнул с её плеч, но она не заметила. Я обхватил её лицо руками, нежно, как что-то драгоценное.

И поцеловал ещё раз, позволяя ей самой выбрать темп.

Она коснулась моих губ медленно, будто училась. Пальцы потянулись к моему свитеру, сжались на нём. Дыхание стало неровным, а сердце я чувствовал даже через ткань.

Мы оторвались только тогда, когда ей пришлось вдохнуть полноценный воздух. Лия прильнула ко мне лбом.

— Это так... ммм... приятно, — призналась она, всё ещё дыша быстро. — Я никогда такого раньше не чувствовала.

— Привыкай, — сказал я, притягивая её ближе. — Это только начало.

Она тихо рассмеялась:

— После ужина, ты сможешь отвезти меня домой?

Я напрягся, мне бы хотелось, чтобы она осталась здесь, со мной, засыпала и просыпалась рядом.

— Останься здесь, я не хочу отпускать тебя.

Улыбка не сходила с её лица:

— Я не хочу предоставлять неудобство тебе и им.

— Лия, для меня наилучшее место, в котором я чувствую комфорт это твои объятия, так что здесь ты ошибаешься. Вот если ты уедешь, вот тогда доставишь неудобства. — И парни я уверен тоже не будут против неё в этом доме.

— Ну раз уж так, то так уж и быть, я останусь с вами сеньор Армандо.

— Я невероятно благодарен вам сеньорита Камелия. — Она смотрела на меня, но избегала смотреть в упор, а когда всё-таки взглянула, её щёки всё ещё были покрасневшими, а губы чуть припухшими.

— Нам... надо идти вниз, — прошептала она, будто боялась громче.

— Если честно, — я наклонился к ней, — я бы никуда не пошёл.

Она вспыхнула ещё сильнее.

— Армандо... ну... там все ждут...

— Все могут подождать, — усмехнулся я.

Но она уже делала шаг назад.

— Нет. Я вообще-то старалась, готовила... весь день.

Она гордо вскинула голову, но глаза всё ещё смущённо бегали. Я не стал её мучить, только улыбнулся и жестом предложил идти.

Она взяла меня за руку. Сама. Неуверенно, но взяла.

Мы спустились по лестнице. И уже на подходе к кухне услышали хаос:

— Если там снова брокколи, я ухожу от вас! — громко возмущался Фабиано.

— Ты не можешь уйти идиот, — отвечал Меттео.

Я тихо усмехнулся, Лия тоже, чуть прикрыв рот рукой. Мы вошли. И все трое сразу же ЗАМОКЛИ.

Взгляд всех был направлен на нахи руки, поэтому Лия хотела выдернуть свою, но я не дал этого сделать, сжав её ладонь чуть сильнее.

Она посмотрела на меня, но я пошёл дальше.

— Не бойся Фаби, — начал Лучиано, — Лия сегодня целый день провела на кухне, поэтому сегодня у нас выбор как на швейцарском столе.

Реально, это не пустой стол, к которому мы привыкли, это целый пир.

Салат «Цезарь» в огромной стеклянной миске. Жульен в маленьких формочках. Ещё одна запеканка с золотистой корочкой. Домашние булочки. Стейки и многое другое.

А в конце стола стояла тарелка моих любимых шоколадных печенек с ванильной прослойкой посередине.

Все уставились.

— Это... — начал Меттео.

— ...ты всё сделала? — закончил Фабиано.

— Одна? — уточнил Лучиано, стронно усмехаясь.

Лия засмущалась:

— Лучиано помогал.

Неожиданно, конечно, от Лучиано вчастности, как она заставила его готовить? И съедобные ли будут приготовленные им блюд?

И вдруг Фабиано загудел:

— ЛИЯ, ТЫ СВЯТАЯ ЖЕНЩИНА!

Я притянул стул для неё:

— Садись.

Она опустилась, всё ещё улыбаясь. Я сел рядом. И началось.

— А меня что ли никто не будет хвалить? — Спросил Лучиано.

— Ты огромный молодец, очень помог мне. — После этих слов Лии он гордо поднял нос и сел за стол.

— Спасибо милашка, только от тебя можно услышать такие слова, а эти киборги убийцы ни на что не способны. — Он подмигнул ей.

Меттео не обращая внимание на Лучиано схватил жульен, понюхал:

— Боже... это пахнет как... как... — он замер. — Как что-то, что я не заслужил.

Лия расслабилась, ей было комфортно в нашей мужской компании.

— Ну вот. Теперь мы точно потеряли его. — Сказал Лучиано. — Будет жить на кухне, как кот. А нам с Лией готовить нужно.

— Кот хотя бы полезен, — буркнул Фабиано.

— Эй!

Я смотрел на Лию. Ей нравилось, что все едят. Нравилось, что хвалят.

И мне нравилось, что ей нравится.

— Попробуй это, — она пододвинула ко мне кусочек запеканки.

Я взял вилку. Попробовал.

— Ну? — Лия прикусила губу.

Я дал честную оценку:

— Охрененно.

Фабиано исправил:

— Ты хотел сказать охуенно!

Я же говорил им не материться в её компании:

— Фабиано я предупреждал.

Как только я это сказал Лия схватила мен за руку под столом, и наклонилась поближе, и на ухо прошептала:

— Армандо, они могут материться, если хотят.

Весь ужин прошёл, сопровождаясь смехом, шутками и вкусной едой.

Фабиано жуя печенье сказал:

— Лия, если ты ещё раз так накроешь стол, я официально переезжаю к тебе, если ты дома также готовишь, в то Армандо нам не готовит, голодом морит.

— Ты и так живёшь у меня, та и не маленький уже. — Хмыкнул я.

— Ну да... но у неё я уже буду не в роли гостя. А в роли домашнего питомца. Ты же любишь котиков и собачек да? — Он шутил, но допустим, Лия кивнула.

— Не-не-не, — замахал руками Лучиано. — Домашний питомец у неё, это я. По статусу.

— Ага, — поддержал Фабиано. — Тебя ещё прививки надо поставить. В особенности от бешенства, а то вдруг всё-таки укусишь.

— Пошёл ты, Фаб.

Лия смеялась, тихо, искренне, а я просто смотрел на неё. И от этого у меня внутри всё становилось мягче, чем надо.

Она почувствовала мой взгляд и аккуратно подтолкнула тарелку ко мне:

— Ешь. Ты слишком долго смотришь.

— На тебя? — спросил я тихо.

Она кивнула, и резко убрала взгляд:

— Да.

А троица парней синхронно сделала:

— Ооооооооооооооо...

— Тихо, — бросил я, но они продолжали хихикать как школьники.

Когда все наелись так, будто неделю голодая, Меттео откинулся на стуле:

— Лия... ты спасла нам жизнь.

— Да, вот действительно, — серьёзно сказал Фабиано. — Ты СПАСЛА нам жизнь. Потому что мы жрём, как свиньи, но готовить никто не умеет. Никто.

— Я умею, — отозвался Лучиано.

— Ты? — фыркнул Меттео. — Ты в прошлом месяце сжёг тост.

— Он был слишком хрупкий!

— Это был хлеб, Лучиано. — Продолжил Меттео.

— И что?! Хлеб тоже может быть хрупким!

Лия иногда коротко поглядывала на меня, и я подумал: «Если ради такого ужина мне придётся убить половину города — я, сука, сделаю».

После того, как ужин закончился мы вернулись в комнату, она была тёмной, только слабый тёплый свет от ночника подсвечивал контуры.

Лия пошла в гардеробную и одела свою пижаму, голубую, как её глазки с бантиками, а затем первой легла на кровать Я выключил свет, тоже переоделся в пижаму, сел на край кровати, и она тихо прошептала:

— Армандо...

— Ммм?

Прошло несколько секунд, и она медленно повернулась на бок, лицом ко мне. Её глаза в полумраке сияли чуть ярче обычного.

— Тебе... удобно? — спросила она, будто этот вопрос был страшнее всего, что происходило за последний месяц.

— Очень, — ответил я. Она сглотнула, прижала к груди край пледа и вдруг протянула руку, неуверенно, едва касаясь пальцами моей футболки.

Я поймал её руку в свою, мягко, без давления. Лия замерла. Пальцы слегка дрогнули. Мы смотрели друг на друга почти минуту. Молча.

И после этой тишины я медленно наклонился ближе. Она не отстранилась. Не зажмурилась. Только вдохнула глубоко.

Когда наши лбы коснулись, она тихо сказала:

— Я... немного нервничаю.

— Я знаю, — прошептал я. — Не спеши.

Она улыбнулась уголками губ, так робко, что мне захотелось удержать этот момент. Её пальцы медленно поднялись выше, к моему лицу, к щеке. Я накрыл её руку своей.

И тогда она сделала то, чего я точно не ожидал... Лия сама потянулась вперёд. Очень медленно, но уже не сомневаясь. Губы коснулись моих, лёгким, едва заметным касанием.

Я ответил. Так же мягко. Поцелуй был почти невесомым.

Она дрогнула, дыхание сорвалось, грудь поднялась резко. И тогда я чуть углубил поцелуй, всё ещё осторожно, давая ей выбрать нужный ритм.

Она выбрала. На секунду она прижалась сильнее, губы подались вперёд увереннее, почти жадно, и тут же сама испугалась своей смелости, отстранившись. Но я удержал её взгляд. Мы оба тяжело дышали.

— Хватит? — спросил я.

Она открыла глаза. Сделала короткий вдох.

— Нет, — сказала Лия тихим. — Но... давай... не сегодня больше.

Я улыбнулся, мне было достаточно того, что она уже даёт:

— Как скажешь.

Она чуть коснулась носом моей груди, укрылась пледом, придвинулась ближе, так близко, что я чувствовал каждый её вдох.

И тихо, почти нечаянно сказала:

— Спасибо... что не торопишь.

Я поцеловал её в макушку. Она спрятала лицо у меня в груди, и так заснула, нагрев пространство, между нами А я лежал рядом, держа её за талию, и думал только о том, что впервые в жизни ничему так не доверяю, как этой девочке, уснувшей у меня на руках.

______________________

Жду ваши комментарии и эмоции после прочтения, если всё понравилось, не забудьте нажать на звёздочку!✨

Если хотите видеть всю информацию о книге, спойлеры, эстетику, прототипы персонажей, знать, о ком будет следующая книга, и многое другое, тогда жду вас в Телеграм канале)