The holiday heart | Отпускное сердце

23.04.25
Я проснулась от настойчивой вибрации телефона.
Солнце уже вовсю светило в окна, заливая комнату золотистым светом. Я потянулась за телефоном, глянула на экран - Костя звонил уже в третий раз, судя по пропущенным.
- Алло? - хрипло ответила я.
- Софи! Ты жива? - его голос звучал бодро, несмотря на вчерашнее количество выпитого, - Я тебе звоню уже час!
- Я спала, Кость, - я села на кровати, пытаясь привести мысли в порядок, - Ты как? Голова не болит?
- Аспирин спас меня, - усмехнулся он, а потом его голос стал серьёзнее, - Слушай, Софи... я должен извиниться.
- За что?
- За вчерашнее, - в трубке повисла пауза, -  Я напился в хлам и бросил тебя одну. Хотя обещал, что буду рядом. Мало того, что бросил, так ещё и оставил тебя с Владом. Я идиот, Софи. Прости меня.
Я вздохнула. Костя действительно был виноват, но злиться на него я не могла. Он не специально. И потом, он же не знал, что Влад полезет с разговорами.
- Кость, всё нормально, - сказала я, - Ты не виноват.
- Он что-то тебе сказал? Обидел? Если он хоть пальцем тебя тронул, я ему...
- Всё в порядке. Правда. Ничего такого не случилось.
Я не хотела рассказывать. Не хотела пересказывать этот дурацкий диалог в машине, его грубые вопросы, мои ответы, его крик вслед. Я не была готова делиться.
Костя помолчал, явно чувствуя, что я что-то недоговариваю, но давить не стал.
- Ладно, - сказал он наконец, - Но если захочешь поговорить - я выслушаю.
- Спасибо.
- Слушай, - он сменил тему, явно пытаясь загладить вину заботой, - Ты не забыла? Сегодня ужин у мамы. Она уже всё подготавливает, бабушка с дедушкой приехали, Кира будет.
Я замерла. Ужин. Родня Кости. В этой суматохе вчерашнего вечера я совсем забыла.
- Чёрт, Кость, я... - начала я.
- Ты что? Передумала? - в его голосе послышалась тревога, - Софи, они так ждут. Мама пирог испекла, специально по твоему любимому рецепту, я ей рассказал, какой ты любишь. Пожалуйста, не отменяй. Я тебя вчера подвёл, дай мне сегодня всё исправить.
Я закрыла глаза. Любимый рецепт. Мама Кости, которую я никогда не видела, испекла для меня пирог. А Костя так старается загладить свою вчерашнюю вину.
- Нет, не передумала, - сказала я твёрже, - Во сколько?
- В шесть. Я заеду за тобой в пять. И Софи... спасибо. Правда.
- Не за что, Кость. Увидимся.
Я отключилась и откинулась на подушку. И тут же телефон снова завибрировал - сообщение от Каи.
Я открыла. Кая прислала ссылку на свой новый пост и фото. Я пролистала - общие кадры за столом, Данила с огромным бургером, Аня и Лёша, целующиеся в углу. И вдруг я увидела нас.
Мы с Владом сидели за столом напротив друг друга. Кадр был сделан так удачно - я что-то рассказываю ребятам, жестикулирую, а он смотрит на меня. Смотрит так, как раньше, в те первые дни нашего знакомства. С этим взглядом невозможно было спорить - в нём было всё, что он отрицал на том пляже.
А следом шло сообщение от Каи:

Я закрыла чат и отложила телефон. Сердце колотилось.
Хватит. Не думать. Не вспоминать.
До вечера было ещё много времени. Я заставила себя встать, принять душ, выпить кофе. Потом долго выбирала, что надеть - хотелось выглядеть хорошо, но не вычурно. В итоге остановилась на тёплом свитере кремового цвета и джинсах. Просто. Уютно. По-домашнему.
Позвонила ассистентке, уточнила детали завтрашней съёмки.
- Отдыхайте, София, - сказала она на прощание, - Набирайтесь сил. Работы будет много.
В пять вечера в домофон позвонил Костя. Я спустилась, села в его машину, и мы поехали.
- Волнуешься? - спросил он, поглядывая на меня.
- Немного, -призналась я, - А вдруг я им не понравлюсь?
- Софи, - он закатил глаза, - Ты моя лучшая подруга. Для них этого достаточно. Плюс ты красивая, умная, успешная... Да они будут в восторге. И потом, я им уже столько про тебя рассказал, что они тебя заочно любят.
- Твоя мама правда пирог испекла?
- Правда. С яблоками и корицей. Ты же такой любишь?
Я улыбнулась. Он запомнил. Мелочь, а приятно.
Квартира Костиной мамы оказалась в милом районе с большими деревьями во дворе. Мы поднялись на лифте, и Костя открыл дверь своим ключом.
- Мам, мы пришли! - крикнул он.
Из кухни выбежала женщина. Невысокая, с тёплыми глазами и доброй улыбкой. Она всплеснула руками и бросилась ко мне.
- София! Наконец-то! Костя столько про тебя рассказывал! - она обняла меня так крепко, что я растерялась, - Проходи, проходи! Раздевайся!
- Мам, дай ей хотя бы войти, - засмеялся Костя.
- Ой, и правда, - она отстранилась, но глаз с меня не сводила, - Какая же ты красавица... Кость, ты не преувеличивал.
Из комнаты показалась Кира - высокая, худая, с веснушками на носу и смущенной улыбкой.
- Привет, - сказала она, - Я Кира, сестра этого балбеса. Слышала про тебя много. Рада познакомиться.
- Взаимно, - улыбнулась я.
Из кухни вышли брат, бабушка и дедушка - невысокие, седые, с такими же тёплыми глазами, как у Костиной мамы. Бабушка сразу заохала, какая я худая, и что меня срочно надо кормить. Дедушка степенно пожал руку и сказал, что рад видеть друзей внука. Серафим тихо поздоровался и крепко пожал руку.
Мы сели за большой стол, накрытый белой скатертью. Чего там только не было - пироги, салаты, горячее, соленья, компот. Настоящее русское застолье.
- София, ты из Москвы сама? - спросила бабушка, подкладывая мне салат.
- Я здесь родилась, - ответила я, - Но улетела в два года.
- А родители где? - спросила мама Кости.
- В Нью-Йорке, - коротко ответила я. Костя понимающе посмотрел на меня.
- Ну ничего, - вмешалась бабушка, - Здесь теперь твой дом тоже. Кость, ты смотри, не давай её в обиду.
- Обидишь её, как же, - усмехнулся он, - Она сама кого хочешь обидит.
- Кость! - возмутилась я.
Все засмеялись.
За столом было удивительно легко. Кира рассказывала про работу с детьми,  бабушка жаловалась на соседей, дедушка вспоминал молодость, мама Кости подкладывала мне еду и всё приговаривала: «Кушай, кушай, худенькая слишком», а тихий Серафим всё поглядывал то в телефон, то в телевизор.
Я поймала себя на мысли, что улыбаюсь уже который час подряд. По-настоящему. Без натяжки.
После ужина Кира утащила меня в  комнату.
- Ну рассказывай, - она плюхнулась на диван и похлопала рядом с собой, - Как там Америка? Правда, что там всё большое и яркое?
Я рассмеялась и села рядом.
- Ну, Майами точно яркий. Солнце, океан, пальмы... Иногда кажется, что живёшь в фильме.
- Круто, - мечтательно протянула Кира, - А я только в Москве и была. Мечтаю когда-нибудь выбраться.
- Выберешься обязательно, - заверила я, - Костя тебя в гости пригласит.
- Ой, Кость, - махнула она рукой, - Он вечно занят своими стримами. Но вообще, он классный брат, хоть и придурок иногда.
Я улыбнулась.
- Он вправду классный.
- А вы с ним правда просто друзья? - вдруг спросила Кира, с любопытством глядя на меня, - Я к тому, что вы так близки... многие подумали бы, что вы пара.
- Правда, просто друзья, - ответила я твёрдо, - Он мой самый близкий человек. Но именно друг. Он как брат, которого у меня никогда не было.
- Понимаю, - кивнула Кира - У меня тоже есть подруга, с которой мы как сёстры.
- А про Диего? Это правда? Вы встречаетесь? Я новости видела, фотки эти. А потом вспомнила его из фильма. Это же круто встречаться с актёром!
Я замялась. Кира была милой, открытой, и врать ей не хотелось. Но и правду сказать я не могла.
-  Диего замечательный человек, - осторожно сказала я, - Он очень помог мне. Мы дружим.
- Дружите? - Кира разочарованно выдохнула, - А так красиво в новостях писали. Но, наверное, это и к лучшему. Дружба со звездой - тоже круто. Он хоть в жизни такой же красивый, как на экране?
- Ещё красивее, - честно призналась я, - И очень добрый. Настоящий.
- Счастливая ты, - вздохнула она, - Столько путешествуешь, с интересными людьми общаешься.
- У тебя всё впереди, - улыбнулась я, - И путешествия будут, и интересные люди. Главное - не бояться.
Мы проболтали ещё час. Кира расспрашивала про Майами, про океан, про съёмки, про то, трудно ли быть моделью. Я рассказывала, смеялась и загадывала ей вопросы про её работу, про то как это быть спортсменкой.
Когда мы с Костей наконец собрались уходить, мама вручила мне пакет с едой.
- На завтра, - сказала она, - А то у вас там, поди, в холодильнике мышь повесилась.
- Спасибо огромное, - искренне сказала я, - Мне было очень приятно познакомиться со всеми вами!
- Ты теперь всегда приходи, - улыбнулась она, - Ты нам как родная.
Кира обняла меня на прощание и шепнула на ухо:
- Держись там. И если что - я всегда на связи. Костя даст мой номер.
Я кивнула и улыбнулась.
После тёплых объятий с бабушкой и мамой, обещаний обязательно прийти снова и порции домашней еды с собой, мы наконец вышли из подъезда.
Ночная Москва встретила нас лёгким морозцем и россыпью звёзд на чистом небе. Я забралась в знакомый салон Гелендвагена и блаженно откинулась на сиденье.
- Ну что, довольна? - улыбнулся Костя, заводя двигатель.
- Очень, - честно призналась я, - Твоя семья... они невероятные.
- Знаю, - он довольно кивнул, - Слушай, заедем ко мне на пару минут? Вещи кое-какие захвачу.
Я одобрительно кивнула, ведь он сегодня останется у меня, чтобы завтра поддержать на съёмках.
Мы подъехали к его дому, и Костя выскочил, пообещав вернуться через десять минут. Я осталась одна в машине, убаюканная теплом и сытостью.
Потянулась за телефоном, чтобы написать Лике, рассказать о сегодняшнем дне. Открыла инстаграм и замерла.
В запросах горела цифра «2».
Два сообщения от Влада.
Я нажала, и моё сердце пропустило удар.
Первое было отправлено сегодня днём, около двух.
«Ну что, Софи, поздравляю с повышением. Звезда, контракты, Москва покоряется. Быстро ты после меня нашла себе богатенького парня. Или я ошибаюсь, и это не из-за денег? А хотя какая разница, ты всегда умела выбирать. Просто интересно, он знает, что ты так быстро переключаешься? Или вы там в Майами все такие? Ладно, не бери в голову. Веселись со своим актёришкой».
Я перечитала это сообщение три раза. Каждое слово впивалось в сердце, как игла. Богатенький парень. Переключаешься. Актёришка.
Он надо мной смеялся. Он унижал меня. После всего, что было, после его же слов на пляже - он смел писать мне такое?
Пальцы дрожали, когда я открыла второе сообщение. Оно пришло пару часов назад, когда мы как раз сидели за ужином.
«София... я эт самое... набешал вчера. Не то написал. Ты это... не обрашай внимание. Я просто... ну ты понила. Не хотел тебя обидеть. Прости если что не так. И за машину тоже... перегнул я. Ладно... корч прости если че»
Я перечитала это сообщение несколько раз. Ошибки, смазанный текст, бессвязные фразы. Он был пьян. Сильно пьян, когда писал это.
И в этом пьяном, корявом сообщении было больше искренности, чем во всех его трезвых словах за последнее время.
Я сидела в машине и смотрела на экран сквозь пелену.
Первое сообщение - злое, колкое, унизительное. Второе - пьяное, бессвязное, но... живое.
Кто он такой, чтобы так со мной поступать? Чтобы то унижать, то просить прощения?
- Софи! - Костя плюхнулся на сиденье, бросив сумку назад, - Я быстро, да? Ты чего такая?
Я подняла на него глаза и, видимо, лицо у меня было красноречивее любых слов.
- Что случилось? - Костя мгновенно стал серьёзным.
- Всё хорошо, Кость, - я быстро заставила себя улыбнуться. Убрала телефон подальше, - Поехали.
Он посмотрел на меня с сомнением, но вновь спорить не стал. Тронул машину, и мы поехали ко мне.
Всю дорогу я молчала, глядя в окно. Костя поглядывал на меня, но вопросов больше не задавал. За что я была ему бесконечно благодарна.
Дома Костя быстро освоился в гостевой спальне, бросил сумку и вышел в гостиную с ноутбуком.
- Смотри, Илья новый ролик выложил, - позвал он, - Говорит мне будет круто принять участие в следующей части.
Я присела рядом, и мы уставились в экран. Ролик был смешной, лёгкий, и на какое-то время я даже забыла о сообщениях, спрятанных в телефоне.
- Ну как тебе? - спросил Костя, когда видео закончилось.
- Очень круто, - искренне сказала я, - Снимайся обязательно.
- Ага, - он зевнул, - Ладно, я спать. Завтра рано вставать, тебя поддерживать.
- Спокойной ночи, Кость.
- Спокойной.
Он ушёл в свою комнату, а я ещё долго сидела в гостиной, глядя в одну точку. Потом заставила себя встать, принять душ, переодеться.
Я легла в кровать, но сон не шёл.
Сообщения от Влада жгли до сих. Я открывала их, перечитала снова. И снова. И снова.
Злое утреннее и пьяное вечернее - они сменяли друг друга в моей голове, как два разных человека. Какой из них настоящий? Тот, кто унижает, или тот, кто еле вяжет слова, но пытается извиниться?
Я смотрела в потолок и вспоминала сегодняшний день. Тёплую кухню мамы Кости, пироги, разговоры с Кирой. Всё это было таким настоящим, таким правильным.
И рядом с этим - его слова. Его злость. Его пьяное «прости если че».
Я так и не ответила.
Не знала, что писать. Не знала, хочу ли вообще отвечать. Не знала, кому из этих двух Владов я могла бы ответить.
Ворочаясь с боку на бок, я думала о том, что завтра важный день. Первые официальные съёмки. Нельзя думать о нём. Нельзя.
Но мысли возвращались снова и снова.
Я уснула только под утро, так и не найдя ответа. Ни для него, ни для себя.