"Влюбиться за 13 часов"

– Здесь кто-нибудь убирается по ночам? – спросила Ира.

Она почувствовала безумную тяжесть в желудке, предвкушая конец игры и возможность немного поспать. Ее глаза стали тяжелыми, но она все равно не смогла бы заснуть из-за душевного беспокойства. Прошлый час они с Лизой разговаривали о том, о сем, их разговор носил скорее поверхностный характер. Ира пыталась копнуть глубже, но Лиза кокетливо увиливала от ответов. Им предстояло просидеть в замкнутом пространстве еще несколько часов.

– По пятницам, этажи убирают но скользящему графику. Сегодня будут чистить ковры в другом крыле здания.

Ира зевнула.

– Везде все по расписанию.

Лиза прокашлялась.

– Можно я задам тебе вопрос? Нормальный вопрос.

– А какие раньше были вопросы?

– Ну, мы просто ходили вокруг да около.

Лиза широко открыла глаза, и Ира могла увидеть еле заметный пульс ее зрачков в изумрудно-зеленой оболочке. Казалось, что только ее прядь хорошо сложенных золотисто-каштановых волос не соответствовала всей обстановке лифта, в котором они уже просидели пару часов. Волосы прикрывали одну сторону лица, и Ире хотелось прикоснуться к ним и почувствовать их мягкость. В Лизе было что-то удивительно красивое. Она была одного роста с Ирой, слегка полновата в лице, а тело казалось таким чувственным, что Ира ощутила слабость в коленях.

Наконец-то они принялись за еду.

– Конечно, ты можешь задать мне вопрос, – Ира догадывалась о вопросе Лизы. – Что ты хочешь узнать?

– Мне просто интересно, почему ты решила заняться именно стриптизом?

– Мне больше нравится называть это танцами. – Этот ответ у нее был давно наготове. – Мне платят хорошие деньги, и часы работы меня устраивают, так как можно совмещать работу с учебой.

– Но, – Лиза снова пыталась аккуратно подбирать слова, чтобы не задеть Иру.

– Эта работа оскорбительна, – договорила Ира. Когда Лиза кивнула, Ира отрицательно покачала головой: – Я с тобой не согласна.

– Я занимаюсь этим по собственному желанию, и я не заставляю других людей делать то, чего они не хотят. Я зарабатываю достаточно денег, чтобы оплатить свою учебу в колледже. Скоро я стану доктором, поэтому глупо винить в чем-то свою работу.

– Но мне кажется… Я не знаю. С твоим интеллектом лучше не в таком месте работать.

– С моим интеллектом, – повторила Ира и пожала плечами. – Это работа. Я очень хочу завязать с этим и стать ветеринаром, но не вижу на самом деле ничего плохого.

– Сколько ты уже работаешь?

– Примерно шесть лет, – сказала Ира. Впервые за несколько минут она смущенно улыбнулась Лизе. – Я думаю, что это уже достаточно долгий срок.

– И обычно ты исполняешь приватные танцы? Как сегодня вечером?

Ира покачала головой: – Нет, я работаю в клубе. То, что произошло сегодня, это нечто другое.

– И как Саша нашел тебя? – спросила Лиза.

– Я подала объявление в лесбийский журнал несколько месяцев назад. Как исполнительница приватных танцев. Танцую только для женщин.

Лиза опустила взгляд на колени: – Значит, ты не танцуешь для мужчин?

– Нет, я танцую для них в клубе. Но мне бы не хотелось исполнять приватные танцы для мужчин.

– У тебя было много клиенток? – спросила Лиза напряженным голосом.

– Ты была третьей, – ответила Ира. – Это что-то вроде подработки. Дополнительная работа, которая приносит удовольствие. – Она снова прокашлялась. Ощутив странную необходимость в оправдании своего нового приключения, она спрятала руки в задние карманы джинсов. – Я имею в виду, я раньше танцевала и для женщин в клубе. Женщины приходят в клуб чаше, чем ты думаешь. Вот поэтому я решила еще потанцевать на стороне.

Казалось, Лиза была заинтригована, но все же беспокойство взяло вверх.

– Тебе не нравится танцевать для мужчин?

– Мне как-то все равно, – это было по большей части правдой. – Танцы для мужчин были средством заработка, и, в основном, мне попадались истинные джентльмены. – Ира догадывалась, о чем думала сейчас Лиза. Она встала перед выбором, когда заболела ее мама, и их бросил отец, и она взвалила всю ответственность за семью на свои плечи. – Я имею в виду, клиенты бывают хорошие и плохие, понимаешь? Некоторые парни, чаше всего просто рабочие, как правило, грубые или просто неприятные типы. Но со многими из них весьма приятно иметь дело. У меня есть постоянные клиенты, которые приходят просто пообщаться.

– У вашего клуба есть правила обращения клиентов с вами?

Ира снова догадывалась о мыслях Лизы. Раньше она думала то же самое, когда разговор заходил об экзотических танцах, или срыванию одежды для вожделеющих посетителей сомнительных стриптиз клубов.

– Конечно, есть правила. Мы носим стринги все время. Никаких прикосновений. Мы можем прикасаться к мужчинам, но они держат свои руки в стороне от нас. – Она одарила Лизу нежной улыбкой. – На самом деле, все не так ужасно, как ты подозреваешь. Я много танцую на столе. Мне не нравится исполнять приватные танцы для парней.

– Но у тебя хорошо получается, – Лиза искоса удостоила ее улыбкой.

– Хорошо, когда клиент уже на взводе.

Улыбка Лизы тут же испарилась, и брюнетка заметила волну неуверенности на ее лице. В то же время Лиза явно смутилась от сказанного собой комплимента в адрес Иры.

– В первый раз, наверное, было тяжело? В смысле, раздеваться и танцевать перед большой аудиторией.

– Конечно. Первое время я очень нервничала, как и в первый раз, когда у меня случился секс.

Лиза не знала, как ответить на данную реплику. Ее щеки порозовели.

– Я потом даже плакала, – призналась Ира. – Когда, вернулась домой. Моя мама ждала меня дома, и я просто расплакалась в ее объятиях. – Она пожала плечами. – Это произошло спустя несколько месяцев, как нас оставил папа, и я все еще была ошеломлена случившимся. Моя мама хорошо относилась к танцам. Она знала, что я этим занимаюсь, и она одобрила мой выбор.

– Ты даже не представляешь, какой дурой я себя ощущаю, – ответила блондинка тихим голосом. – Тебе было девятнадцать, ты ухаживала за больной матерью и, тебе еще приходилось оплачивать учебу в колледже. Я не собираюсь снова извиняться, потому что знаю, что ты уже простила меня, но мне бы хотелось сказать кое-что. Я думаю, что ты выглядишь удивительно молодо для своего возраста. И к тому же ты хороший человек.

– Спасибо, – брюнетка обратила внимание на то, что Лиза больше говорила о себе, чем о ней. Но все равно приятно было слышать, что та признает свою вину. – Должна признать, что вначале я была не самого лучшего мнения о тебе, но сейчас все изменилось. Я вижу, что внутри тебя живет жизнерадостная, интересная женщина.

– Я рада, что ты так считаешь, – сказала Лиза, – Иногда я в этом сомневаюсь. – Ее слова прозвучали как-то безрадостно.

– Ты просто боишься открываться перед другими людьми.

– Да, вот такая я безнадежная, я знаю.

Она казалась такой опустошенной, что Ира решила перейти к более легкой теме разговора: – Где ты училась?

– В университете. – Ответила со смешком Лиза, – я выпустилась семь лет назад, получила степень бакалавра по специальности «Управление бизнесом», – Сделав паузу, она добавила: – С уклоном в сферу компьютерных информационных систем. В то время разрабатывали новую программу, и я заинтересовалась технологической стороной бизнеса. Мне больше нравилось этим заниматься, нежели бухгалтерским делом, хотя я и в нем очень хорошо разбираюсь. Моя команда прекрасно справляется с поставленными задачами, обычно мы действуем в пределах выделенного бюджета.

– Я представляю, как твои родители гордятся тобой, – сказала Ира.

– Так оно и есть. Но мы не часто общаемся. Они больше времени уделяют моей младшей сестре, которая собирается поступить на юридический факультет, правда, я слабо представляю её юристом.

– Так почему же твои родители больше времени уделяют сестре?

Лиза придвинула ноги к груди.

– Потому что ей нужна их поддержка. Она просто привязана к родительскому дому, еще молода и все такое. Она живет там по выходным. А у меня своя жизнь и мне она нравится. Я думаю, что я просто одиночка по жизни.

– А я всегда торчала у своей матери, когда она была жива, – сказала Ира. – Мой отец… Я больше не хотела иметь с ним ничего общего, Я признаю, что я до сих пор не могу его простить.

– У меня прекрасные родители, – Лиза торопилась объяснить. – Но рядом с ними я почему-то чувствую себя не в своей тарелке.

– Это плохо, – прошептала Ира. – Я надеюсь, что ты их все равно ценишь, пока они у тебя еще есть, – она медлила. – Не хочу говорить плохие вещи, я просто…

– Я понимаю, о чем ты, – в глазах Лизы была искренность. – Мне всегда казалось, что я еще успею сблизиться с ними. Возможно, мне лучше предпринять усилия для сближения с ними.

Ира едва сдерживала эмоции: – Правильное решение.

– И твоя мама знает о твоей ориентации?

– Конечно. Мне было восемнадцать лет, и я ей сказала об этом сразу после того, как ей поставили диагноз рак. На тот момент, я уже несколько лет знала о своих лесбийских наклонностях, но предпочитала молчать. А когда узнала о болезни матери, я больше не могла скрывать свою ориентацию.

– И как она восприняла эту новость?

– Сначала она очень удивилась. Но я думаю, что в тот момент моя ориентация была меньшим из ее зол. – Ира вспомнила испуганное, почти потерянное лицо матери в последние месяцы ее жизни, когда она оставалась наедине или думала, что на нее никто не смотрит. Даже сейчас, вспоминая ее взгляд и зная, как много страха и горечи скрывалось в прощальных словах, сердце Иры разрывалось от боли. – Она даже обвинила меня в том, что я не во время сообщила эту новость. После того, как она узнала, что у нее рак груди она была не в силах ругать свою дочку за то, что ей нравятся девочки.

Фырканье Лизы было скорее нервным, чем удивленным.

– Так твой камин-аут прошел безболезненно?

– Я плакала в тот день, но, если честно, все прошло без особых травм, – казалось Ира, не хотела вдаваться в подробности. – А как у тебя все прошло? Как твои родители восприняли новость о том, что ты гетеро?

Лиза рассмеялась: – Вот чертовка.

– Тебе нравится меня так называть.

– А тебе нравится быть такой, – выдала Лиза ответ, – а твой отец тоже знает, что ты лесби?

Ей явно нравится говорить на эту тему, подумала Ира.

– Он знает, но мне все равно, что он там себе думает.

– Хоть чуть-чуть его мнение должно иметь значение для тебя. – Лиза казалась озадаченной. – Мнение родителей всегда важно.

– Мнение моего отца перестало быть ценным, когда он бросил мою мать, а она в нем сильно нуждалась, особенно в тот момент, – сказала Ира, – мама любила его. Что же касается меня, то его поступок сыграл главную роль в моем отношении к нему. Желая перейти на более легкую тему, она с воодушевлением спросила: – Ну что, готова сыграть в игру «Правда или действие», я же уже рассказала тебе три самых страшных эпизода из своей жизни.

– Возможно, – Лиза пересчитала вслух, загибая пальцы, – потеря девственности, первая ночь в стриптиз клубе и признание своей ориентации матери. Все?

– Думаю, вполне достаточно. Теперь твоя очередь.

– Я устала.

– Да ладно. Разговаривать со мной не такое уж скучное занятие, не так ли?

– Надеюсь, ты не будешь задавать действительно трудные вопросы, – у Лизы появилась нервная ухмылка, – или придумывать сложные действия.

– Я обещаю быть хорошей, – Ира невинно взмахнула ресницами.

– Боюсь, что ты вкладываешь совсем другое понятие в слово «хорошая».

Робкое беспокойство Лизы вызвало покалывание в теле Иры. Она казалась такой милой, почти скромняшкой, но Ира ощущала сексуальную, игривую женщину за этой скрытой оболочкой. В предвкушении игры Ира проговорила гортанным голосом:

– Еще ни разу никто не жаловался на то, что я вкладываю в это слово.

Лиза посмотрела на нее со страхом и возбуждением.

– Хорошо, давай попробуем, – прохрипела она.

                                                                                                        
                                          ***

Лиза не знала, с какого момента их общение приняло такой оборот. Сейчас они разговаривали друг с другом, как будто им было нечего терять. Внутри нее буйствовало смешанное чувство сильного возбуждения и явного страха.

– Сколько у тебя было мужчин, с которыми ты спала? – спросила она.

Ее сразу же удивило собственническое чувство, которое появилось у нее при этой мысли. Ей не хотелось представлять Иру с мужчинами, тем более, как она танцует для них. Она попыталась представить ее исполняющей эротический танец для другой женщины, подобный тому, что она танцевала у нее на коленях. Эта мысль тоже оказалась неприятной. Нужно взять себя в руки, подумала она. Ира была красивой женщиной с прекрасной грудью и обширным кругозором, а она была 28-летней заново рожденной девственницей, которой не мешало бы сбросить лишних 6 килограмм.

Ира посмотрела на нее загадочным взглядом, и Лиза почувствовала, что ей стало трудно дышать. Она закашлялась от смущения. Ира протянула ей свою руку и погладила по спине. Шок от нежного прикосновения успокоил дыхание Лизы, но, все равно, ощущалась некая нервозность.

– С тобой все в порядке? – спросила Ира, – если ты устала, то мы можем попытаться заснуть.

Теперь мысли о сне казались невозможными, так как она постоянно думала об игре «Правда или действие» с этой женщиной. У Лизы появилось ощущение, будто ее рассматривают под микроскопом, и это не давало ей покоя.

– Все хорошо, – соврала она.

Ира помолчала некоторое время, а потом ответила на вопрос: – Ни с одним. А ты?

– У меня был один мужчина, – она заметила, как Ира производила мысленные подсчеты.

– Двадцать восемь лет. Один мужчина. Для гетеросексуалки не так уж и внушительно.

Успокоившись тем, что не последовало обсуждения этой темы, она обратилась с этим же вопросом к Ире: – Так сколько у тебя было женщин?

– Три. – Ответила Ира без колебания.

Лиза удивилась. Она ожидала, что их будет гораздо больше: – Правда?

– Правда. Тебя это удивляет?

– Нет, – солгала Лиза. Ира зевнула.

– «Правда или действие», Елизавета?

Лиза пыталась не обращать внимания на приятное покалывание в клиторе, когда Ира обратились к ней подобным образом. Она сразу вспомнила свои самые любимые сексуальные фантазии, в одной из которых она оседлала очень сексуального раба на большом дубовом столе у себя в офисе.

– Правда, – выдавила из себя Лиза.

– Сколько тебе было лет, когда ты лишилась девственности?

– Все вопросы будут о сексе? – выразила недовольство Лиза. Не то, чтобы она не ожидала этот вопрос, но ложь легко можно было вычислить под таким надзором милых голубых глаз. – Я же говорила тебе, что не люблю говорить на эту тему.

Ира провела кончиком пальца по запястьям Лизы, быстрая, нежная ласка, которая появилась ниоткуда и так быстро оборвалась. Она ободряюще улыбнулась ей.

– Ты же никогда меня больше не увидишь. Почему бы тебе не открыться? Я обещаю быть хорошей.

Лиза расстроилась, так как ее лицо постоянно выдавало себя своей пунцовой краской, и, пытаясь побороть комплексы, она ответила: – Мне было семнадцать. Мы с ним учились в университете. Его зовут Лёва. Она пыталась перестать говорить, но затем осознала, что ответила уже на последующий вопрос, который могла задать Ира. Боже мой. Вот так она сама себя и выдаст.

– Видишь. Ничего постыдного в этих вопросах нет.

Лиза засмеялась. – Но ты же не узнала всю историю. «Правда или действие»?

– Черт, я снова выбираю правду, – сказала Ира, – давай, срази меня.

– Сколько тебе было лет? – спросила Лиза, – когда ты лишилась девственности?

– Мне было восемнадцать, – сказала Ира. – Это случилось с моим партнером по дискуссионному клубу в выпускном классе. Мы жили в одном номере в отеле, когда ездили на соревнования… и спали в одной кровати.

Ага, я попрошу ее рассказать об этом поподробнее в следующий раз, когда она выберет правду в игре, – задумалась Лиза. – Задай мне еще один вопрос.

– Тебе понравилось? – Спросила Ира, – с Лёвом?

Лиза нахмурилась. – Мы занимались этим всего два раза.

– Значит, было не так хорошо, если не последовало третьего раза.

– Было не очень, – призналась Лиза.

Ира посмотрела с таким видом, как будто хотела задать еще один вопрос, по вместо этого она покачала головой.

– Почему бы на этот раз мне не выбрать действие? Сердце Лизы остановилось на секунду. Сейчас пришло время, чтобы напомнить ей правила игры. Задавать вопросы оказалось легко, но придумывать действия для обеих, или одной из них – это уже другая история.

– Начни с чего-нибудь простого, – предложила Ира. – с чего-нибудь глупого.

Лиза могла вспомнить только один раз, когда она будучи подростком играла в эту игру на дне рождения своей подруги Ники.

– Я бы хотела, чтобы ты играла оставшуюся часть игры без лифчика.

Ира вся засветилась, залезая себе под рубашку и начиная сложный процесс снятия лифчика под одеждой.

– Я думала, что ты будешь смотреть, когда я буду уже без него.

– Ты отказываешься выполнять действие? – спросила Лиза, – я уверена, что будут последствия после твоего отказа.

– Конечно же, я не отказываюсь. – Ира сняла лифчик и вытащила его из-под футболки, передав его в руки Лизы. – Я думаю, что согласно правилам, ты будешь гордым обладателем этого предмета до конца игры.

Лиза окинула взглядом грудь. Футболка так вкусно обхватила соски, кроме того, от тонкого запаха парфюма, исходящего от лифчика в ее руках у Лизы закружилась голова.

– Как насчет тебя? – спросила Ира. Ее соски начали твердеть, под тайным взглядом Лизы, но все равно Ира бы не надела обратно лифчик, даже если бы заметила этот взгляд. Ее бледно-желтая футболка оставляла мало места для фантазии.

– Действие, – выпалила Лиза, набравшись смелости.

– Я бы хотела, чтобы ты меня обняла, – сказала Ира, – обеими руками, в течение хотя бы тридцати секунд.

Это действие просто ошеломило Лизу. Обнять? Она тут же ощутила прилив влаги у себя между ног, что еще больше ее смутило.

– Обнять?

Ира кивнула и поднялась с колен.

– Я сама хотела тебя обнять. Вот сейчас я и воспользуюсь этой возможностью.

– Ты хочешь пошалить? – ошарашено спросила Лиза, тоже вставая.

– Ох, ты даже не представляешь, как я умею шалить, – Ира вытянула руки вперед, приглашая Лизу в свои объятия. В результате этого выпала, ее возбужденные соски просто вырывались наружу и манили к себе, скрываясь под тонкой тканью. – Давай же.

Лизу уже полгода никто не обнимал, да и то в последний раз это был папа. Она обвила руками шею Иры так бережно, как будто прикасалась к хрупкому фарфору. Она стеснялась того, что Ира своим плоским животом заметит относительно мягкое тело Лизы.

– Расслабься, – прошептала Ира ей в ухо. Она помогла своей рукой приблизить Лизу к себе, а другой в это время гладила ее по шее, большим пальцем касаясь затылка.

– Тебе нравится?

Лиза медленно отодвинулась, боясь, что Ира почувствует, как безудержно бьется ее сердце и как участилось ее дыхание. Она пыталась отвлечься, считая секунды. Казалось, тридцать секунд будут длиться вечность.

– Прекрати считать и желать скорейшего завершения игры, – пожурила ее Ира. Она слегка отодвинулась, но все равно ее руки полукругом обнимали Лизу. – Уверена, что тебе понравилось. Просто у тебя на лбу написано, что тебе нужно, чтобы тебя кто-то обнял.

Отодвинувшись Лиза кивнула, стараясь больше не считать секунды и начать наслаждаться самим процессом игры. Ее эмоции лежали на поверхности, она решила окунуться всей головой в эту игру. Когда Ира выбрала правду, Лиза воспользовалась этой возможностью, чтобы расспросить Иру о ее первом партнере. В ответ она рассказала ей о Лёве. Впервые кому бы то ни было, она призналась, каким ужасным был секс с этим парнем.

Теперь Ира знала о ней больше, чем кто-либо другой.

Лизе хотелось продолжить эту игру: – Сколько у тебя было серьезных отношений?

– Только один раз, – сказала Ира. – Ее зовут Полина. Мы были знакомы со школы, и встречались с ней два с половиной года. Она не была готова к разрыву наших отношений, ей было очень сложно смириться с нашим расставанием. Я проводила много времени у кровати матери, я возила ее в больницу на химию… – Она содрогнулась. – Тогда я не могла думать об отношениях. Но, все равно, я любила ее. Я была еще больше опустошена, когда мы перестали встречаться.

– Мне очень жаль, – сказала Лиза. Хотя она солгала, претворяясь, что сожалеет о том, что Ира была сейчас одна. Эгоистично, но что поделать. Мысленно упрекнув себя в этом, Лиза выбрала правду.

Ира нежно улыбнулась: – Если бы ты могла что-то изменить в своей жизни, что бы ты сделала?

Лиза задумалась над вопросом.

– Я бы хотела меньше бояться, – она уставилась в пол, стараясь уловить свой же голос.

– Бояться чего? – Ира сложила руки на коленях, но Лиза увидела сочувственный взгляд в глазах Иры, что придало ей ощущение безопасности.

Лиза пожала плечами, хотя уже знала ответ: – Себя, я думаю.

Ира осталась удовлетворена ответом. Лиза заметила, как та о чем-то напряженно думала, когда они переглянулись. На несколько секунд в лифте воцарилось молчание.

– А сейчас перед нами настоящая Лиза? – наконец-то спросила Ира.

– Именно сейчас? – Лиза ни на минуту не могла расслабиться с того самого момента, как оказалась в лифте. – Учитывая, что я легко могу ответить на любой твой вопрос, думаю, что да.

– А раньше? – спросила Ира.

Лиза покачала головой: – Не всегда.

Кончиками пальцев Ира дотронулась до колена Лизы.

– Почему у меня такое ощущение, что та часть тебя, которая мне нравится, – это именно ты и есть?

Жар прошел на лицу Лизы. Сейчас я, наверное, похожа на самую неуклюжую, раскрасневшуюся, немую идиотку.

– Ты можешь выполнить одну мою просьбу? – Ира подняла вверх свою руку над коленями Лизы. – Будь собой. Вот именно с этим человеком я хочу застрять в лифте. Настоящая Лиза – это вовсе не та женщина, которой ты хочешь казаться. Заметив нервный кивок Лизы, она спросила: – Ты боишься?

Конечно, внутри Лизы шла борьба. Она ответила голосом, предназначенным «специально для других людей», и он был несколько мягче, чем ее внутренний голос: – Немного.

Ира посмотрела ей в глаза: – Не бойся, хорошо? Ты мне действительно нравишься. Может быть, тебе покажется странным, но мне хорошо с тобой.

– Мне тоже. – Сейчас уже не было пути назад. Лиза знала, что Ире нравилось находиться в лифте с ней. Признать правду значило сдаться. – У меня есть еще один вопрос, – сказала она.

– Спрашивай все, что хочешь.

Лиза искренне спросила: – Что ты хочешь найти в женщине? Я имею в виду, что ты считаешь привлекательным в женщине, которая тебе нравится.

– Ты имеешь в виду, на что я сначала обращаю внимание? – Ира все еще пристально смотрела в лицо Лизы – Глаза – сказала она. – Люблю веснушки. Губы. Руки. Люблю блондинок и брюнеток.
– Мне нравятся умные женщины, – продолжила Ира.– С мотивацией. С хорошим чувством юмора. Доброжелательные. Милые, но крайней мере, со мной. Я действительно люблю женщин, которые обожают заниматься сексом. Женщины, которые делятся эротическими фантазиями, а также умеют веселиться.

Лиза увлеченно слушала. Умные: есть. С мотивацией все в порядке. На счет другого, не уверена.

– Я ищу женщину, которая будет заинтересована во мне. Только во мне. Я хочу найти того, с кем смогу лениво проводить воскресенья, оставшись дома вдвоем, или просто сидеть, обедать после работы и разговаривать о событиях дня. Того, кто находит походы в супермаркеты увлекательным занятием только из-за моего присутствия рядом. Ира перестала говорить и взглянула на Лизу: – Ты думаешь, у меня мною требований?

Лиза покачала головой: – Ты достойна той женщины, которую хочешь найти, и я думаю, что она бродит где-то рядом.

На самом деле, я так ревную ее, что готова свернуть шею любой сучке, которая даже посмотрит на нее.

Ира, казалось, погрузилась в свои мысли. Тень неуверенности пробежала по ее лицу. Колеблясь, она сказала: – Лиза, мне действительно жаль о том, что я сказала ранее. О том, что ты такая злая, потому что не трахалась несколько лет. Я просто злилась на тебя. Глупо было так говорить. – Она сделала паузу, ее карие глаза подрагивали. – Так получается, что последний секс у тебя был… одиннадцать лет назад?

– Да, – смущенно призналась Лиза. Еще никому она об этом не говорила.

– Почему?

– Я не знаю. – Сказала Лиза, она и на самом деле не знала, почему все так получилось. Она предполагала, что никто бы в ней не заинтересовался. К тому же первый, сексуальный опыт не принес ей никакого удовольствия, зачем тогда вообще этим заниматься. Зачем открывать кому-то свое сердце, чтобы потом оказаться отвергнутой?

Но после пары часов, проведенных рядом с Ирой, было бы глупо не разрешить себе открыться этому человеку. Она готова была кусать локти за то, что столько времени провела в одиночестве, и лишь страх был ее единственным попутчиком. Когда в последний раз она чувствовала себя такой счастливой, как сейчас? К черту все это. С этого момента она решила, пусть все идет как идет.

– Я думаю, что настало время повеселиться в нашей игре, – сказала Ира, – Я выбираю действие.

Повеселиться, говоришь? Лиза поразмыслила секунду, затем нахально ухмыльнулась.

– Хорошо. Притворись, будто ты мастурбируешь через одежду, – у нее внутри что-то перевернулось, предвкушая наслаждение при одной только мысли об этом. – И сымитируй оргазм в конце.

Глаза Иры сузились: – Ох, я вижу, мы переходим на нехорошие игры, да? Я запомню это, когда настанет мой черед загадывать действие.

Лиза странным образом почувствовала возбуждение при данном обещании выполнить задание. Чувствуя легкую, но приятную слабость в животе, она сказала: – Меньше жаловаться, больше подчиняться.

Ира расстегнула свой рюкзак и, улыбаясь, вытащила покрывало из сумки.

– О-о, женщина, которая всегда и всем раздает указания, – она мурликнула и соблазнительно подмигнула. – Да, это, кстати, еще одно качество в женщине, которое мне очень нравится.

Лиза ухмыльнулась, при этом снова чувствуя себя неловко.

– Тебе для этого нужно покрывало?

– Ну да. Если я хочу лечь, то мне как раз пригодится покрывало.

Лиза облизала губы.

– Ясно.

Ира расстелила покрывало во всю длину лифта, позволяя тем самым Лизе сидеть лишь на маленькой полоске ковра. Она встала на четвереньки, выравнивая каждый уголок покрывала. Затем, с грацией кошки, Ира легла на спину.

С такой позиции Лизе открывался отличный вид на красивую форму тела Иры. Ей оставалось лишь удивляться тому, как женщина с такой внешностью как у Иры могла подарить ей целый вечер?

Скромно посмеиваясь, Ира раздвинула согнутые в коленях ноги.

– Обычно, я лежу в такой позе. И чаще всего я делаю это руками. Но иногда, при более сильном возбуждении не помешает и… дилдо.

Лиза затаила дыхание, отчаянно стараясь ничего не пропустить.

Ира снова начала хихикать, и ее слова стало труднее различить.

– Боже, это оказывается не так просто! Я ощущаю, как… Я не знаю. Ты думаешь, что я смогу сделать это на публике?

– Нет, это скорее что-то более личное, – признала Лиза. – Ты хочешь прекратить игру? – Но ее внутренний голос умолял, пожалуйста, не останавливайся, пожалуйста.

Ира покачала головой.

– Я не хочу, чтобы ты потом говорила обо мне, будто я не выполняю своих обещаний. Она опустила свою руку ниже. – Ух я люблю использовать два пальца, и просто тереть клитор. Вот так.

Лиза изумленно наблюдала за тем, как рука Иры начала неспешно кружить над швом ее джинсов. Невероятно. Она действительно притворялась будто мастурбирует. Лиза сама чуть было не начала помогать ее рукам.

– А еще я люблю…, – не пытаясь закончить предложение. Ира положила свободную руку на свою левую грудь. Изумленная Лиза наблюдала, как та подняла руку и затем зажала свой возбужденный сосок между кончиками двух пальцев.

Это прикосновение было настоящим, и обе женщины непроизвольно издали легкий стон.

– Да, – прохрипела Лиза. – Я поняла. – Она передвинулась, теперь она уже точно осознавала, что вся мокрая от возбуждения. – А теперь изобрази оргазм.

– А, точно. Оргазм, – Ира продолжила круговые движения над джинсовой тканью. Отпустив свой сосок, она положила ладонь на возбужденную грудь, обхватив ее сквозь футболку. Затем, приподнимая бедра на встречу своей руке в чувственном ритме, она начала постанывать, от чего у Лизы случилась дрожь по всему телу.

С открытым ртом Лиза наблюдала за тем, как Ира демонстрирует ей самое сокровенное, самое сексуальное действие, которое она когда-либо видела. Она пыталась собраться с мыслями, но глаза, будто приклеились к раскрасневшееся лицу Иры и ее полным, слегка приоткрытым губам. Лиза с открытым ртом созерцала происходящее.

– О, Боже, Лиза, – выпалила Ира, продолжая двигать бедрами, в этот раз ее пальцы почти касались джинсовой материи. Она застонала, издавая искренний звук удовольствия, и, наклоняя голову в сторону Лизы. – Я сейчас кончу. Лиза. Я сейчас кончу.

Как Лиза хотела, чтобы это было правдой.

Бедра и рука Иры находились в постоянном движении, и она не отрывала взгляда от лица Лизы во время столь интимного действия. Ее стоны стали громкими и более гортанными, и Лиза задумалась над тем, что любовницы Иры, наверное, считают себя самыми счастливыми, когда могут довести ее до подобного состояния.

Ее спина выгнулась, в то время как рука все упорней нажимала на промежность, и тут Ира закричала в экстазе, симулируя освобождение. Ее слова, прерываемые вздохами, были несвязными. В конце концов, Ира притихла, когда ее расслабленное тело опустилось на покрывало. Ее грудь вздымалась и быстро опускалась, как будто она действительно пыталась прийти в себя после наступившего оргазма.

Выдохнув, она повернула голову и улыбнулась Лизе: – И как это было?

– Кульминация не заставила себя долго ждать, – Лиза сдерживала нервный кашель, – Хорошо.

Ира села и поднесла руку, которую она использовала для этого маленького представления, ко рту.

Подмигнув, она засунула два пальца в рот, начиная их сосать, как будто выдавливала из них сок.

Киска Лизы сжалась, и удовольствие передалось позвоночнику. Она издала невнятный возглас удивления, достигнув оргазма без всяких прикосновений.

Глаза Иры засверкали, прекрасно понимая, к чему привели ее действия.

– «Правда или действие»?