Разговоры в баре
— Эй, ребята, день реально сложный, пару шотов текилы точно никому не повредят! — вскинула руки Полина — Вы чего тут выпендриваетесь-то? Давайте-ка перестанем изображать из себя стариков, иначе я прямо сейчас отправляюсь в дом престарелых и оставляю вас там наслаждаться игрой в лото, домино и запахами пердежа.
Дима приподнял бровь, выпуская струйку дыма прямо в лицо Полине. Его губы растянулись в той самой дерзкой ухмылке, от которой у неё всегда ёкало сердце.
— Домино, говоришь? — Он нарочито медленно потянулся за её сигаретой, чтобы затушить о свою. — Малышка, я хоть сейчас могу устроить тебе такой домино, что ты забудешь, как выглядит бар.
Олег закашлялся, отворачиваясь, но Дима продолжил, придвигаясь к Полине так близко, что их колени соприкоснулись:
— А насчёт пердежа... — его голос стал низким, почти шёпотом, — я знаю кое-что поинтереснее. Например, как заставить тебя стонать громче, чем эти деды в своём лото.
Он резко встал, оставив её с горящими щеками, и швырнул окурки в урну.
— Так что, призрак, — Дима хлопнул Олега по плечу, — ты с нами или будешь тут скулить про возраст?
Олег лишь вздохнул, поднимаясь с лавочки:
— Блять, только не опять этот ваш флирт вместо нормального отдыха...
Но Дима уже ловил такси, его чёрные глаза смеялись в свете фонарей.
***
Дима причмокнул, ставя пустую стопку на барную стойку. Текила оставила на его губах солоноватый привкус, а в глазах появился тот самый опасный блеск.
— Ну что, — он провёл языком по нижней губе, разглядывая Полину, — теперь я официально опасен. Особенно для твоей невинности.
Олег закатил глаза, заказывая ещё один раунд.
Дима же не отводил взгляда от Полины. Его пальцы медленно водили по краю стопки, оставляя влажные следы.
— Ты знаешь, что происходит, когда я пью текилу? — Он наклонился к ней так, что его горячее дыхание коснулось её уха. — Я начинаю верить, что могу... всё.
Бармен поставил перед ними новые стопки. Дима ловко подхватил свою, не отрываясь от её глаз.
— Выпьем за то, что мы ещё живы? — Его ухмылка стала шире. — Или за то, что ты ещё не сбежала от меня?
Олег звякнул своей стопкой об их:
— Я пью за то, чтобы вы наконец переспали и перестали этот цирк.
Дима рассмеялся, опрокидывая текилу в горло. Его рука неожиданно легла на бедро Полины, пальцы впились в кожу чуть сильнее, чем нужно.
— Олег, — засмеялась она — ты упускаешь важную деталь, мы в отношениях и как ты думаешь, мы трахались?
Они выпили по еще одной стопке.
Дима чуть не подавился текилой, резко повернувшись к Полине. Его чёрные глаза расширились, а по лицу пробежала волна едва сдерживаемого смеха.
— Ой бля, — прохрипел он, ставя стопку с таким звоном, что даже бармен обернулся. — Ну вот и вылез скелет из шкафа.
Олег замер с поднятой бровью, медленно переводя взгляд между ними.
Дима наклонился к Полине, его пальцы вцепились в её талию.
— Призрак, — его голос звучал хрипло от выпивки и смеха, — конечно же мы трахались. Просто наш друг слишком... консервативен, чтобы видеть следы укусов на твоей шее.
Олег резко закашлялся, хватая свою стопку.
— Я не хочу этого знать, — прошипел он. — Никаких подробностей. Никаких...
Но Дима уже притянул Полину к себе, его губы скользнули по её уху.
— Особенно в прошлый вторник, — прошептал он так, чтобы Олег точно услышал. — Когда ты кричала так, что соседи стучали по батарее.
Олег встал, швырнув на стойку купюры.
— Я иду... куда угодно. В туалет. На улицу. В ад.
Дима рассмеялся, обнимая Полину, его дыхание пахло текилой и дерзостью.
— Все, никаких подробностей, Олег, Дима будет держать себя в руках, ведь так? — она подняла бровь и посмотрела на него — садись обратно.
Дима замер на полпути к её губам, его чёрные глаза сверкнули непослушанием. Но поднятая бровь Полины действовала на него сильнее любого заклинания.
— Ох, командирша... — он цокнул языком, но послушно опустился обратно на стул. Его пальцы, однако, не отпускали её талию, лишь ослабили хватку ровно настолько, чтобы это можно было назвать "приличиями".
Олег фыркнул, допивая свою текилу:
— Ну хоть кто-то может его усмирить.
Дима игриво щёлкнул зубами в сторону Олега, но тут же перевёл взгляд на девушку. Его губы растянулись в той самой ухмылке, что всегда предвещала неприятности.
— Ладно, ладно, — он поднял руки в мнимой сдаче, — буду паинькой. Но только до конца этого раунда.
Его нога под столом намеренно зацепилась за её, а взгляд обещал всё, что он не собирался держать в руках позже. Барный свет играл на его татуировках, когда он лениво потянулся за новой стопкой.
— Но если я сяду, — Дима наклонился к её уху, — то ты точно встанешь. Позже.
Олег застонал, закрывая лицо руками.
— И так ребята, — постаралась перевести тему Полина — кто хочет завтра прийти и вместе со мной провести время с Джонни? Никаких угроз, ничего такого, окей?
Дима перекатил орешек по барной стойке, прищурившись. Его пальцы с чёрными тату постукивали в такт музыке.
— С Джонни, говоришь? — он хмыкнул, откидывая волосы — Только если ты обещаешь, что это не очередной его 'безобидный' ритуал, который закончится горящей занавеской.
Олег мрачно крякнул, но Дима уже ловил взгляд Полины, его губы изогнулись в вызывающей улыбке.
— Я в деле, малышка. Но учти — если он начнёт бормотать на энохианском, я буду целовать тебя, чтобы не слышать эту абракадабру.
Олег резко поднял палец:
— Я... пожалуй, проверю расписание. Вдруг завтра мне надо... мыть кота.
Дима рассмеялся, швыряя в него бумажной соломинкой.
— Трусишка. Ладно, Поль, значит, завтра мы с тобой... и твоим демонологом — Его рука скользнула под её блузку, пальцы провели линию вдоль позвоночника. — Но только если после Джонни ты позволишь мне показать пару своих ритуалов.
— Дима успокойся, мы Олегу обещали вести себя прилично — сказала она убирая его руку — То что горят в интернете не всегда правда, окей? Не будем судить книгу по обложке. И, между прочим, я просто обожаю его песни и ты это знаешь — она посмотрела на Диму и ткнула пальцем в его грудь.
— Олег, ты же тоже такое слушаешь, возможно тебе понравится — Полина заказала еще по стопке текилы каждому.
Дима закатил глаза, но убрал руку, лениво потягиваясь. Его чёрные волосы растрепались ещё сильнее, а в уголках губ затаилась капля текилы.
— Ладно, ладно, святая простота, — он провёл языком по губам, подмигивая Олегу. — Но если он опять начнёт ныть про 'тёмные энергии', я его придушу своим грифом. Гитары, конечно.
Олег хмыкнул, принимая новую стопку:
— Я не против музыки. Против вот этого всего... — он жестом обвёл их двоих.
Дима нежно прикусил ухо Полины, прежде чем выпить:
— Ты слышала? Он завидует. А я вот готов быть пай-мальчиком... пока не кончится текила.
Бармен поставил перед ними свежие стопки. Дима поднял свою, сверкая татуированными пальцами.
— За Джонни. И за то, что я пока не разорвал его афиши от ревности.
Олег звякнул стопкой об их:
— За то, чтобы завтра никто не умер.
Дима рассмеялся, опрокидывая напиток. Его нога снова нашла Полинину под столом, но теперь это было скорее обещание, чем шалость.
— Не волнуйся, Олег. Я приличен... как могила.
— Эй, отставить ревность — сказала Полина — я сейчас вообще отменю свое предложение и вы никуда не пойдете, а то ты будешь смотреть на него как на кусок мяса, ужас — она громко выдохнула и выпила очередную стопку.
— Олег, ну помоги мне его усмирить, это же невозможно
Дима резко развернулся к Полине, его чёрные глаза вспыхнули опасным блеском. Пальцы с чёрным лаком впились в стойку бара, оставляя царапины.
— Ой, милая, — его голос звучал как лезвие по шёлку, — я не смотрю на него как на мясо. Мясо хотя бы молчит.
Олег закашлялся, отодвигаясь подальше, но Дима уже наклонился к ней, его дыхание обжигало её щёку:
— Ты хочешь, чтобы я был послушным? — он провёл языком по острию клыка. — Тогда скажи волшебное слово. Нет, не 'пожалуйста'...
Его рука скользнула под стол, сжимая её колено с такой силой, что это было граничило с болью.
— Скажи 'мой'. И я буду ангелом. До завтра.
Олег швырнул в него соломинкой:
— Вы оба невыносимы. Я иду курить. В ад, наверное.
Дима не отрывал взгляда от Полины, его ухмылка обещала бурю.
— Ты мой, и ты это знаешь
Дима замер, его чёрные глаза расширились на секунду, прежде чем в них вспыхнул огонь триумфа. Он резко втянул воздух через зубы, словно получил удар ниже пояса.
— Вот и договорились, — прошептал он хрипло, сжимая её колено ещё сильнее.
Его свободная рука рванулась к её затылку, впиваясь пальцами в белые волосы. Он притянул её так близко, что их губы почти соприкасались.
— Теперь ты в ответе за мое поведение, командирша. — Его голос звучал как обещание и угроза одновременно. — Но учти... ангелы тоже падают.
Олег, стоявший в дверях с сигаретой, просто покачал головой и вышел, хлопнув дверью.
Дима не отпускал её, его дыхание стало неровным.
— Так что... про Джонни ещё раз скажешь? — он игриво укусил её нижнюю губу, не давая ответить. — Или мне уже начинать вести себя... по-твоему?
— Все, успокойся, это уже невыносимо, пойдем покурим с Олегом и никакого флирта! Ты обещал быть послушным до конца дня, давай просто отдохнем.
Дима закатил глаза, но всё же разжал пальцы на её колене, с преувеличенно скорбным вздохом.
— Ладно, ладно... — он потянулся за её стопкой, допивая остатки текилы с вызывающим взглядом. — Но только если Олег поделится своей 'особой' травкой. Ту, что он привёз с того ритуала в Карпатах.
Он встал, нарочито медленно поправляя косуху, чтобы продемонстрировать все свои лучшие татуировки.
— Идём, ангел мой падший, — Дима дёрнул её за руку, притягивая к себе на мгновение. Его губы коснулись её виска, оставляя горячий след. — Но помни — послушание заканчивается ровно в полночь. А там... посмотрим, кто кого усмирит.
Олег, уже куривший у входа, просто застонал, увидев их:
— Боже, ну сколько можно? Я просто хочу спокойно потравить лёгкие!
Дима рассмеялся, выдёргивая у него сигарету и затягиваясь с довольным видом.
— Расслабься, старик. Сегодня я — образец добродетели.
Но его пальцы всё ещё переплетались с Полиниными, а в глазах танцевали чёрные искры.