Портал в ад
Дима резко выпрямился, и в его глазах вспыхнул тот самый опасный огонёк, который Полина знала слишком хорошо — смесь азарта и готовности к пиздецу. Она даже не успела ответить, как Дима произнес:
— Отлично, — он щёлкнул пальцами, и где-то в углу комнаты зашипел тёмный силуэт, материализуясь из ничего.
— Собирайся быстро. Одевайся тёплее — там, куда мы идём, даже адское пламя не согреет.
Полина даже не успела толком понять что происходит и спокойно собраться, как Дима уже тянулся к своей кожаной куртке, на ходу проверяя карманы. Из внутреннего достал небольшой кинжал с рукоятью, обмотанной чёрной кожей, и сунул его Полине в руки.
— На, возьми. На всякий случай. Хотя... — Его губы искривились в усмешке — ...если всё пойдёт по худшему сценарию, нам понадобится что-то посерьёзнее.
Тем временем демон в углу уже растягивал портал — клубящуюся чёрную дыру, от которой веяло запахом серы и чего-то... древнего.
Дима обернулся к Полине, его пальцы сжали её плечо на прощальный миг.
— Последний шанс передумать, солнышко. Потом — только вперёд.
Но по его лицу было видно — он уже знал её ответ.
— Ты же все прекрасно знаешь, куда я тебя отпущу одного? — вздохнула Поля — дай мне хотя бы 10 минут, иначе я пойду в пижаме и умру от холода.
Дима резко рассмеялся — звук был грубым, почти звериным, но в глазах мелькнуло что-то тёплое, спрятанное глубоко под слоями привычной дерзости.
— Ох, знаю, — проворчал он, наклоняясь так близко, что его губы почти коснулись её уха. — Ты же та ещё собственница.
Его пальцы впились в её талию, притягивая к себе, пока демонический портал за спиной шипел и пульсировал.
— Но если думаешь, что я рискну отправиться в преисподнюю без своего личного оберега... — Дима провёл большим пальцем по её нижней губе, грубо, но с той самой смесью нежности и одержимости, которая сводила Полину с ума.
— ...то ты недооцениваешь, как чертовски мне нравится, когда ты спасаешь мне задницу — он поцеловал ее губы — у тебя 10 минут, время пошло...
Когда все было готово к их походу в адское пекло, Дима резко развернулся, таща её за собой к порталу, но в последний момент оглянулся через плечо.
— Только чур не умирать там, а? А то мне потом нового чернокнижника искать — а они все, блять, такие скучные.
И с этими словами шагнул в черноту, увлекая её за собой в адский вихрь. Полина засмеялась и пошла за ним, несмотря на опасность, которая их поджидала.
Дима чувствовал, как её пальцы впиваются в его руку, когда они шагнули в клубящуюся тьму портала. Его губы растянулись в дикой ухмылке — не от страха, а от того самого адреналина, который всегда заставлял его кровь бурлить.
— Вот и моя бесстрашная ведьмочка — прошептал он, прижимая Полю к себе, пока демонические вихри рвали их одежду и кожу ледяными когтями.
Где-то впереди уже мерцали багровые отсветы преисподней, но Дима не спешил отпускать её. Его рука скользнула в её волосы, резко запрокинув голову назад.
— Только помни — если что, стреляй первой. А потом уже задавай вопросы, — его голос звучал как скрежет металла, но в глазах читалось что-то другое. Что-то, что он никогда не произнесёт вслух.
Портал выплюнул их на раскалённую скалу, и Дима тут же прикрыл Полину своим телом, озираясь по сторонам.
— Ну что, солнышко... добро пожаловать в мой второй дом, — он оскалился, вытирая кровь с разбитой губы.
Где-то вдали уже слышался скрежет когтей по камню.
Дима резко развернулся, прижимая Полину спиной к горячей скале. Его пальцы впились в камень по обе стороны от её головы, а горячее дыхание обожгло кожу.
— Слушай внимательно, — его голос звучал хрипло, но чётко, словно он отдавал приказ на поле боя. — Там, за этим поворотом — врата. Мои старые... друзья.
Полина рассмеялась.
— Дурачок, они мне такие же "друзья" как и тебе.
Он усмехнулся, но в глазах не было ни капли веселья.
— Они обожают свежую плоть. Особенно такую... — Его палец грубо провёл по её шее, заставив мурашки пробежать по коже — ...вкусную.
Где-то совсем близко раздался протяжный вой, и Дима резко выпрямился, доставая из-за пояса кинжал с тёмным клинком.
— Правила простые: не смотри им в глаза, не называй их по имени и, ради всего святого, не принимай от них подарков, — он бросил взгляд через плечо, оценивая приближающуюся угрозу.
Аполлинария нахмурила брови.
— Хватит меня учить, будто бы я маленькая дурочка и ничего не знаю.
Внезапно его рука схватила Полину за подбородок, заставляя встретиться взглядом.
— Если что-то пойдёт не так — беги. Не оглядывайся. Я тебя найду.
И с этими словами он развернулся, шагая навстречу тьме, которая уже начала обретать форму.
— И прошу, просто молчи и делай, что я скажу.
Полина понимающе кивнула.Дима чувствовал, как её пальцы сжимают его ладонь с силой, которая говорила о многом — о страхе, доверии, и этой чертовой преданности, которую он так и не смог из неё выбить.
Он шёл вперёд, не оборачиваясь, но его большой палец машинально провёл по её костяшкам, словно проверяя, что она всё ещё здесь.
— Молодец, солнышко, — его голос звучал тихо, но с той самой хищной ноткой, которая всегда заставляла её кожу покрываться мурашками. — Только не вздумай расслабляться.
Где-то впереди тьма сгущалась, принимая очертания высоких врат, покрытых рунами. Дима резко остановился, прижав Полину спиной к скале.
— Сейчас будет весело, — он достал ее кинжал и вложил в руку — Держи. На всякий случай.
Его глаза, почти чёрные в этом адском свете, сверкнули чем-то диким.
— И не вздумай умирать. Я тебя не прощу.
С этими словами он шагнул к вратам, его силуэт растворялся в мареве, но рука по-прежнему держала её крепко — как якорь в этом безумии.
Где-то за спиной раздался скрежет металла — врата начинали открываться. Дима не отрывал от неё взгляда, его глаза, почти чёрные в этом адском свете, сверкали чем-то первобытным.
— Слушай внимательно, ведьмочка, — его губы скользнули по её щеке, оставляя за собой горячий след. — Там, за этими вратами, всё, что ты увидишь — ложь. Всё, что услышишь — ложь. И если хоть на секунду поверишь...
Он резко отстранился, но не отпустил её руку, сжимая так, что кости хрустнули.
— Я тебя пристрелю сам. Поняла?
Полина молча кивнула.
С этими словами он развернулся и шагнул в зияющий проём, увлекая её за собой в пульсирующую тьму.
Дима шагнул первым, его плечи напряжены, как у хищника перед прыжком. Тьма обволакивала их, густая и живая, но он шёл вперёд, не замедляясь, его пальцы всё ещё сжимали руку Полины с силой, граничащей с болью.
Где-то впереди заскулило, зашипело — звуки, от которых кровь стыла в жилах. Дима лишь усмехнулся, резко повернув голову на шорох слева.
— Тише, солнышко, — его шёпот был едва слышен, но в нём чувствовалась вся мощь приказа. — Они любят... пугливую дичь.
Его свободная рука скользнула к поясу, где висел кинжал с клинком, покрытым странными символами. В этом мире теней он казался единственной твёрдой точкой.
Внезапно Дима остановился, резко прижав Полину к себе спиной. Где-то совсем рядом раздался влажный хруст — будто что-то огромное пережёвывало кости.
— Не двигайся, — его губы коснулись её уха, обжигая даже здесь, в этом ледяном аду. — И не смотри назад. Что бы ты ни услышала... это не я.
Тьма вокруг них сгущалась, принимая очертания, но Дима лишь стиснул зубы и шагнул вперёд, увлекая её за собой — глубже, туда, где даже демоны боялись ступать.