Глава 13
Лиса
В день моего совершеннолетия родители устроили мне грандиозный вечер в каком-то безумно дорогом ресторане, где из моих гостей была всего лишь одна подруга. И то потому, что у нее такие же богатые родители и Дженни числилась скорее их дополнением.
На следующее утро у меня случился очередной маленький молчаливый бунт, когда я пошла в тату-салон и сделала себе крошечное сердечко на верхней части ягодицы. Его было бы не видно даже в купальнике, но я была безумно горда собой.
Сейчас это кажется смешным, а в тот день я улыбалась до самого вечера и крутилась перед зеркалом филейной частью в любую свободную минуту.
«Если ты не выйдешь за мной, то я вернусь и расскажу всем о татуировке на твоей заднице. И о том, как я увидел ее в первый раз. Будь послушной, Принцесса, и никто ни о чем не узнает».
Перечитываю из раза в раз заметку на большом экране чужого телефона и тысячным способом проклинаю собственную глупость, из-за которой пришлось под идиотским предлогом сбегать из-за стола, потому что Чонгук точно из тех, кто держит свои обещания.
Он расскажет, если я решу проявить характер.
И ему не составило бы труда скрутить меня тогда и задрать платье, чтобы все могли рассмотреть мое преступление, о наличии которого брат моего будущего мужа мог узнать только в определенных обстоятельствах. Если я оказалась бы перед ним голая.
— Это что, последняя модель? А говорила, что не будешь менять. Тебя же устраивал твой телефон, — Джису поймала меня на лавочке возле фонтана и немного напугала своим появлением из-за спины.
Я едва удержала смартфон в руках, тут же щелкнув кнопкой блокировки, чтобы она не смогла прочитать оставленное мужчиной на той несчастной встрече семей послание.
— Он не мой, — убрала телефон в рюкзак и достала уже свой, махнув им у Джису перед глазами. — Видишь, мой старичок при мне. А этот просто нужно вернуть знакомому.
— Да? Жаль. Выглядит он круто. А я еще за прошлый кредит не отдала, так что новенький мне светит не раньше, чем через полгода.
— Опять будешь сидеть на одной гречке?
— Зато фотографии будут просто потрясными! Там такая камера... А редактировать еще удобнее, — мечтательно протянула подруга и покосилась на мой рюкзак. — Можно?..
— Нельзя, Джису. Это чужая собственность. Как я могу разрешить тебе без одобрения владельца лазать в нем? Личные фотографии, информация...
— А чей он все-таки? — у Джису загорелись глаза, а я тут же прикусила язык, потому что легче было бы сказать, что мне подкинули его инопланетяне, чем рассекречивать настоящего владельца моей излишне любопытной подруге.
— Знакомого одного, говорю же. Он чистил мне ноутбук от вирусов в воскресенье и нечаянно...м-м, оставил телефон на зарядке.
— Ноутбук, значит? От вирусов? — недоверчивый прищур ее глаз говорил о том, что моя легенда оказалась провальной.
— Да-да. Мы что-то заболтались, а у него следующий заказ был, ну и... В общем, теперь надо как-то пересечься и вернуть телефон владельцу.
На самом деле, мне скорее хотелось его утопить или от души постучать молотком по экрану, но потом я вспомнила, как в памяти уже моего телефона хранились разные нужные фотографии, которые я не хотела бы потерять, и мое каменное сердце дало трещину.
Только вот я совсем не представляла, как технически возможно было осуществить возврат.
— Ой, ладно, правды от тебя все равно не дождаться. Лучше расскажи, как там Стрельников? Опять потратил половину пары на розыск прогулищиков или в этот раз ограничился листочком?
— Листочком, Джису. Я тебя вписала, но если ты продолжишь в том же темпе прогуливать его пары — рискуешь спалиться на экзамене, потому что у него, поговаривают, фотографическая память...
— Ты же знаешь, что я всегда выкручусь, — Джису улыбнулась и демонстративно расстегнула еще одну пуговицу на прозрачной кремовой рубашке.
И по взгляду рядом сидящего парня точно в ее вырез я в очередной раз поняла — аргумент в виде четвертого размера безотказно действует на мужчин. А повышенное внимание охранника, который теперь прогуливался поближе к нам, слегка расширило мой вывод — на мужчин любых возрастов.
Джису не знала о том, что меня окольцевали, так что я плавно съехала с темы прошедших выходных и переключила внимание подруги на нее саму. Пусть лучше расскажет мне о своем свидании с «самым симпатичным мальчиком нашего потока», чем я увижу ее восторженный взгляд, когда она попросит показать кольцо.
Мне нравится Джису, но не нравится ее маниакальное желание зацепиться за кого-нибудь состоятельного, чтобы выкладывать фотографии уже с нового смартфона. Но я стараюсь не осуждать ее, потому что... Сытый никогда не поймет голодного.
Я могу сменить модель на новую хоть сегодня, а Джису еще отправлять деньги матери в конце недели, потому что ее сестре нужен новый костюм на выступление по фигурному катанию, а это очень большая сумма для обычной медсестры из провинциального города.
Подруга подрабатывает администратором в ветеринарной клинике, живет в общежитии и очень хочет, чтобы ее младшая сестра пробилась в сфере льда и двойных тулупов, потому что во-от тогда-а, по словам Джису, у них начнется совсем другая жизнь. Денежная.
Просто нужно вкладываться и терпеть.
— Нам еще полчаса тут куковать, Лис. Пойдем за кофе сходим? У меня глаза слипаются, а дрянь из нашей кафешки я пить не хочу. У меня потом два дня во рту стоит этот вкус «три в одном».
— Пойдем, — соглашаюсь с ней. — Мне не помешает голову проветрить после трех пар, — смотрю на нее с легким укором, потому что Джису опять сегодня пропустила все, что можно. Хорошо, что хоть на сдачу рефератов явилась.
На улице я выныриваю из своей сонной дымки, потому что утром совершенно забыла посмотреть погоду за окном и по привычке выпорхнула в легкой джинсовой курточке, которую скорее можно счесть данью моде, чем действительно хорошим утеплителем.
Зябкий ветер пускает мурашки по коже, и мне приходится греться представлением большого теплого стаканчика кофе в руках, глотки которого будут приятно разливаться внутри и хоть немного позволят оттаять моим дрожащим от низкой температуры пальцам по дороге обратно в здание нашего университета.
Мы с Джису походим к небольшому фургончику, она заказывает себе привычный американо с двумя ложками сахара и уточняет, какой сегодня я хочу сироп, чтобы не тратить время и соединить все в один заказ.
— Мятный, — быстро отвечаю, а сама разглядываю цветные пончики на витрине, одновременно роясь в своем телефоне, чтобы перевести Джису деньги за кофе.
— Я, кажется, забыла карту в другой сумке. Меняемся местами, я тебе переведу, а ты заплатишь. Возьмешь мой, хорошо? Надо маме позвонить, совсем забыла.
Мне приходится перевернуть весь рюкзак, чтобы отыскать там прямоугольный пластик с моим именем, а когда я уже спешу поднести его к терминалу, мою руку мягко перехватывают, и я слышу сигнал аппарата об успешно проведенном платеже.
— Девушка, двойной эспрессо еще, без добавок. И пончики. По одному каждого вида.
Из моих пальцев забирают мою же карту, убирают ее в мой, черт возьми, расстегнутый рюкзак, а после я ловлю на себе хмурый взгляд и уже через три секунды чувствую тяжесть мужской кожаной куртки на плечах.
— Ну привет, заледеневшая Принцесса. Согреть?