Я за тобой - хоть по лезвию!

После долгого переосмысления последних событий, на мой телефон пришло какое-то уведомление. Рука невольно потянулась к тумбочке за ним, а голова так и осталась лежать неподвижно на подушке. Я смотрел в потолок, и только чувствовал как тревожность рассеивается по телу. Руки слишком резко меняли температуру. Сначала были холодными, словно пару секунд назад их достали из морозильной камеры, а сейчас горячие - будто побывали в огне.

На экране висело сообщение.

«Стефан»:
Хочешь сказать, что теперь будешь жить здесь?

После прочитанного, мне стало ещё хуже. Сердце застучало в груди, отдаваясь громким эхом в ушах, ноги подкосились, а в глазах стали двоиться буквы.

Следом пришло ещё одно сообщение, от того же контакта:

«Тебе от меня никуда не деться»

Потом снова:

«Так и будешь читать смс через экран, делая вид, будто не видишь?»

Когда у меня уже потемнело в глазах, он стал спамить сообщениями. Я плохо видел что там было написано, и плюсом к этому мне казалось что состояние ухудшается. Видимо, я заболел.

«Ответишь?»
«Не красиво ведь так игнорировать.»
«А в тот вечер, ты был смелее»
«Ты можешь уехать, можешь бежать. Но убегать от меня - тоже самое что и убегать от себя.»
«Ты ведь не можешь избавиться от тени, не так ли?»
«Матвей, почему ты не отвечаешь на телефон? Я поговорить хочу.»
«Ты серьёзно? Сбрасываешь?»
«Что за детский сад, тебе что три года?»

Каждое уведомление резало слух. Я бросил телефон на другую половину кровати, и накрыл плотной подушкой.
Больше я не слышал никаких сообщений, ведь почти сразу уснул.
Последнее что я слышал - это скрип входной двери. Потом заторохтели тарелки, и зашуршали кастрюли. Я знал что это Яна вернулась домой, поэтому не поднимался чтобы проверить.
Меня действительно бросало в дрожь с каждой секундой, и холодный пот струёй стекал по лбу на подушку. Меня морозило, трясло, и время от времени бросало в жар.
Слабость настолько овладела моим телом, что я с большим трудом смог укрыть себя одеялом.. Забрался под него с головой, и больше не помнил что происходило дома. Просто спал.

Позже, когда я проснулся, мне стало гораздо хуже. Началось сильное головокружение, участилось сердцебиение, и начались какие-то судороги.
Но кое как поднявшись, я притянул к себе брошенный телефон, и удивился от количества сообщений от этого психопата. «99+» совсем головой тронулся?
В глаза бросились только три последних, а остальное и открывать не стал.

«Ты и после этого ничего не почувствовал?»
«Тогда я не знаю что ещё с тобой делать, может тебя ногами запинать? Может ты унижения любишь?»
«Ладно, до новых встреч.»

Я уже начинаю задумываться о том, что всё таки зря обменялся с ним номерами.. Лучше бы проигнорировал это предложение, если бы знал какой он приставучий.

—Ты уже не спишь, милый?— в комнату вошла Яна, держав в руке чашку. — Я тебе чая горячего сделала, с лимоном. Будешь?

—Ага, только покурить выйду..

—Как ты чувствуешь себя?— она поставила кружку на тумбочку, и приобняла меня за спину.

Но я в эту же минуту поднялся, и не смотря на то, что меня шатало в разные стороны, всё равно подался в подъезд.

—Матвей! — позвала она, когда я накинув сверху плед, почти вышел из квартиры.

—Что?

—Почему игнорируешь меня?

—Кто игнорирует?

—Я тебя спросила: как самочувствие, почему отворачиваешься ? — она снова закатывает ненужные истерики, и делает из мухи слона, как же бесит.

—Всё нормально. — вяло ответил я, и хлопнул дверью.

Ноги сами повели меня на улицу. Однако перед тем как выйти, мне пришлось преодолеть некие трудности: ступеньки. Их было не много, всего шесть, но когда у тебя кружится голова, и от каждого шага сжимается грудь - эти шесть ступенек становятся самым сущим адом.
Аккуратно, держась рукой за стенку, я спускался. Шаг за шагом, по чуть чуть, медленно. Я передвигался осторожно, не нагружая ни одну мышцу. Старался ступать на ступеньку, и тут же выпрямляться в полный рост, чтобы ни одна часть тела не стала гудеть.
Когда наконец спустился, то вышел из подъезда на крыльцо.
Медленными шагами подошёл к столбу - который держал крышу подъезда, и осторожно облокотился на него. В кармане штанов лежала пачка сигарет, и я достал её. Потянулся за сигаретой зубами, и когда она оказалась в моих губах, то полез за зажигалкой.
Я стал щупать карманы, и никак не мог найти её.. Но вдруг, в эту же секунду - перед моим лицом вспыхнуло пламя.
Я застыл, когда кто-то подпалил мне сигарету, втягивая дым в лёгкие.
Всё рассеялось. Тревога куда-то исчезла, и я даже обратил внимание на мокрый асфальт, вдохнув приятный запах после дождя. Я выглянул на небо, и улыбнулся уголками губ, наслаждаясь пасмурной погодой.

—После жарких летних дней - такая погода в тему, не так ли?— я повернул голову к тому человеку, который поделился со мной огнём, и испуганно выронил сигарету на пол.

В прямом смысле слова, я замер. Рот остался в прежнем положении : слегка приоткрытым. Глаза расширились, сердце вновь забилось с неистовой силой, и тревога накатила по новой, от чего даже "пасмурная хорошая погода" сдавила голову.

—Да, согласен. — ответил он.. Человек, из-за которого моя жизнь потихоньку превращается в ад.

Стефан стоял на том же месте, откуда прикуривал мне сигарету - около подъездной двери. Но когда увидел что я уронил свою - то достал из кармана пачку, протягивая мне новую.

—Ты же знаешь, я не курю такие. — я даже не глянул на сигарету. На самом деле, мой взгляд был прикован только к его лицу.

Но он не был таким как прежде. Словно что-то поменялось, но я пока не мог понять что. Лицо у него расслабленное и спокойное, будто вообще ничего не произошло.
После моих слов, он притянул сигарету к своим губам, и буквально через секунду уже выпустил дым.

Его взгляд упал на небо.
Он медленными шагами приблизился ко мне, выглядывая из-за крыльца.
Я был удивлён, что он не смотрел на меня. Он молча курил, глядя на погоду, и меня это настораживало. Я стал искать в его глазах подвох.

—Что смотришь?— он невольно повернул сначала голову, а затем развернулся полностью.

Мы встретились взглядами.
Его глаза — тёмные, будто глубже ночи — отражали загадку, в которой хотелось утонуть. Я пытался понять, о чём именно он думает, но он  как всегда, не выдавал ни единой эмоции. Только лёгкий прищур, будто проверял, насколько меня хватит.

Дым медленно вырвался из его рта, осел в воздухе тонкой вуалью, и на мгновение запах табака перемешался с его ароматом — тёплым, немного терпким, будто пряный вечер. От этого запаха меня будто толкнуло ближе.

Я осознал, что стою слишком близко. Что смотрю слишком долго. Что дыхание стало каким-то… чужим, сбивчивым. Чтобы скрыть это, я сунул руку в карман, достал сигарету и попытался сделать вид, что просто закуриваю.
Но пальцы дрожали.
А он видел. Видел, как дрожит моё запястье, как взгляд на мгновение соскальзывает с его губ.

— Нервничаешь? — произнёс он тихо, и даже не усмехнулся, просто наблюдал.
Его голос был низкий, хриплый, почти шепот — такой, от которого мурашки не кончаются, а растекаются медленно, по всему телу.

Я хотел ответить, но слова застряли где-то в горле. И тогда он просто улыбнулся, выдохнул дым прямо в сторону моего лица, и это расстояние будто сжалось до нуля.

Затем я сунул сигарету в рот — но руки не переставали дрожать, и я едва попал в угол губ. Не успел даже поднять взгляд, как Стефан уже стоял рядом.
Слишком близко. Почти вплотную.

— Держи дистанцию, — проворчал я, делая шаг назад.

Но не успел.
Его пальцы сомкнулись на моих предплечьях, и в следующее мгновение спина глухо ударилась о холодную дверь подъезда.

От наглости перехватило дыхание.
Воздух между нами стал густым, почти вязким.
Я чувствовал, как его дыхание касается моей кожи — такое горячее, и такое живое..

Он не сказал ни слова. Просто поднёс свою сигарету к моей, и кончик огня скользнул по табаку, зажигая его.
Казалось, время остановилось в этом крошечном пламени — и в этом «непрямом поцелуе», где даже дым казался общим.

Он смотрел только на огонь.
А я — только на него.

Сердце ухнуло куда-то в живот, будто меня кто-то выдернул из реальности.
Его кожа будто горела — я чувствовал этот жар даже сквозь кофту и плед.
Как будто он весь был соткан из жара и адреналина, из чего-то, чего я не мог понять, но чертовски хотел почувствовать снова.

Когда я уже выпустил дым изо рта, он отпустил меня, но остался стоять рядом.
Воздух между нами будто ещё горел. Я ощущал как по коже пробегает дрожь, а сердце всё никак не могло вернуться к прежнему ритму.
Он сунул руки в карманы, слегка прищурился и держал сигарету в зубах, прикусывая фильтр. Делал это так  коротко и резко, как будто сдерживал себя.
На секунду оголил зубы, поправляя сигарету, и это движение почему-то показалось мне до ужаса интимным.
Его взгляд — был тяжёлый, цепкий, и изучающий. От глаз до плеч, от груди до ног. Он будто вычерчивал меня взглядом как художник, но только с чем-то диким в намерении.
Я чувствовал себя под прицелом. Он был зверем, а я — загнанной добычей.
И, чёрт возьми, возможно, так и было с самого начала.

Он не отходил, а наоборот - сокращал между нами дистанцию, не смотря на то, что мы и так стояли в шаге друг от друга. Чтобы скрыть своё смущение, и внутренний переворот, я выставил руки перед собой, упираясь ему в грудь. Это можно считать попыткой усугубившей положение?

Когда я снова посмотрел на него, то всё внутри сжалось от волнения. Мои глаза наполнились каким-то страхом, и отчаянием. А в его читалась власть, и что-то вроде самолюбия.

—Всё хорошо.. — сказал я скорее себе, чем ему, убирая взгляд на свою обувь.

—Конечно.. — ответил он с издёвкой, нагибаясь к моему уху. — всё как обычно.

Мои глаза поднялись почти сами собой, ведь я уже перестал контролировать свои действия. И в это мгновение, мы с ним соприкоснулись носами. Да так резко, что в животе что-то кольнуло до боли, до внутренних мурашек. Я рассмотрел всё: от морщинок на его лбу, до цвета глаз вблизи. Я ощутил табачный запах смешанный с его духами, и на секундочку прикрыл глаза, уводя голову в другую сторону.

Но самое странное, и через чур интимное случилось позже.. Когда он кончиками пальцев взял меня за подбородок, и вернул моё внимание на себя.

Я следил за каждым его движением. Стоя перед ним, я понимал: отвести взгляд — невозможно, и смысла в этом нет. Всё вокруг будто растворилось.

Стефан медленно вынул из своих губ почти догоревшую сигарету и, удерживая её между пальцев, протянул ко мне. Второй рукой он ощутимо прижал меня за подбородок, ни на мгновение не отпуская. Этот жест был вызовом — не отказать, не отвернуться.

Я замер. Его взгляд — спокойный, уверенный, чуть азартный — приковывал меня к себе. Медленно, почти театрально, он всовывал сигарету мне в рот, наблюдая, как я делаю маленький вдох. Каждый его жест, каждое движение рук казалось рассчитанным, каждое прикосновение оставляло лёгкий огонь на коже.

Но вдруг, совершенно неожиданно, Стефан рывком выхватил из моего рта сигарету, и бросил окурок в цветы под окнами. В этот же момент, его горячие руки схватили меня за шею, заставляя кожу покрыться сотнями мурашек, и стал быстро тянуться к моему лицу. Судя по его настрою, он собирался снова впиться в мои губы, как в тот проклятый день. Я увернулся, смог закрыть лицо руками, и сесть на корточки. Этим действием, я показывал и свой страх, и своё отчаяние, и своё негодование одновременно.

Я не позволил ему коснуться своих губ, и никогда не позволю. Всё что угодно, но не это.

Он ударил подъездную дверь кулаком, и звук отдачи заставил меня дернуться. Его дыхание было тяжёлым, почти рывковым, и от этого внутри всё сжималось. Я успел сделать шаг к подъезду, надеясь скрыться, но едва переступил порог — как его рука хватанула моё запястье.

Я попытался вырваться, но он держал меня так крепко, что боль пронзила руку, а сердце пропустило удар.

—Я не уйду, ты понимаешь это?— он приблизился к моей спине, оставляя горячие следы дыхания на моей шее.

Я промолчал. Уставился на квартиру, которую видел перед собой - квартиру соседа. Мой взгляд бегал по лестничной площадке, а желание вырваться - превышало всё остальное.

—Значит ты глупый. — набравшись сил, ответил я.

—Почему?— его руки обвели меня, сомкнувшись на животе.

—Отпусти сейчас же. — стал я вырываться, услышав как кто-то спускается со ступенек. Но Стефан поступил иначе, он отошёл со мной в сторону, закрывая нас своей крупной спиной.

—Ты боишься меня?— он уткнулся носом в мою шею, и я толкнул его локтём в грудь, заставляя немедленно прекратить.

—Нет, не боюсь. — откуда-то появилась решительность, и я полностью повернулся к нему лицом. — Я хочу кое в чём тебе признаться.

—В чём?— он сложил руки в карманы, и следил за моими губами.

—Ты мне противен.

Он промолчал, довольно хмыкнув.

—Я серьёзно, Стафф. — мои глаза горели уверенностью. — Ты мне противен, и я не хочу чтобы мы вообще знали друг друга.

—Врать научись.

—Я не вру, я абсолютно серьёзен.

—Да ты просто мудак, Матвей. — засмеялся он, приближаясь как можно плотнее. — Я не могу быть тебе противным.

—Ещё как можешь.

—Не-а. Если бы это было действительно так, ты бы не позволил себя касаться, обнимать, целовать тоже. Ты врёшь не мне, а себе. Посмотри на себя, ты дрожишь передо мной как листок на ветру. А мои прикосновения пробивают тебя, словно тебя касается ток. И тебе это нравится.

Я показал ему средний палец, и проигнорировав всё что он сказал, подался домой.

—Мы ещё увидимся, помни!— усмехнувшись сказал он мне в след, и исчез. Буквально. Когда я повернулся чтобы послать его на три буквы, его уже не было.