Глава 3
В город Мария отправилась пешком. Три километра гранатовых и апельсиновых садов и плантаций виноградников, наполнявших воздух своим густым ароматом, были не просто дорогой в город, а настоящим упоением. Высокие кипарисы по обеим сторонам дороги отбрасывали длинные темные тени, и с каждым пройденным километром уменьшались в размерах, прячась под стволы дерева. Вскоре этот великолепный пейзаж сменили высокие холмы. Порыв теплого ветра ударил в лицо, намереваясь сорвать с нее шляпку. Мария рукой удержала ее на голове и опустила глаза вниз на свое желтое платье с широким поясом и круглым вырезом на груди. Уже к обеду она пришла в город и, обмахивая распаренную кожу лица кожаным портфолио, утерла лоб платочком. Она присела на лавочку у фонтана и оглядела городские магазины с одеждой, продуктами, аптекой, с весьма красивой белой церковью, но где же школа? Да и нужны ли там вообще художники? Новая волна паники заставила Марию сорваться с места и забежать в булочную. Хозяйку она хорошо знала. Беременная невысокая женщина ее возраста с копной кудрявых черных волос, улыбнулась при ее появлении.
– Добрый день. Хлеб горячий...
Мария очаровательно улыбнулась и кивнула, соглашаясь с ней. Здесь всегда продавали горячий хлеб, запах дразнил всех в округе.
– Альда, я к тебе за помощью. Просто посмотри и скажи, что думаешь, – сказала Мария, протянув женщине свои работы.
Альда с интересом взяла кожаный альбом, села на стул и открыла. Из ее уст тут же слетел восхищенный «ах» при взгляде на знакомую фруктовую долину.
– Это ты нарисовала? – спросила Альда. Мария в ответ кивнула и посторонилась в сторону, когда вошел клиент. – Бетти, – окликнула она свою старшую дочь. На зов прибежала десятилетняя красивая девочка и встала за прилавок. – Мария иди ко мне.
Вместе они сели за стеллаж со сдобной выпечкой и Мария принялась рассказывать с кого или с чего нарисовала тот или иной рисунок, но многие Альда сразу узнавала.
– Моя дочь любит рисовать, – сказала Альда. – Ты я так понимаю, ищешь работу?
Мария стыдливо пряча глаза, кивнула.
– Не переживай с твоими навыками ты легко устроишься в школу. У нас нет учителя. Бетти была бы счастлива ходить на твои уроки.
– А где эта школа?
– Чуть ниже, если идти прямо по главной дороге, то она будет с правой стороны.
– Тогда я прямо сейчас туда и пойду, – решительно заявила Мария.
– Удачи, хотя с таким талантом они сами предложат работать у них, – улыбнулась женщина.
Мария отблагодарила Альду от всей души и торопливым шагом отправилась в школу. Дорога с широким тротуаром медленно уходила вниз, порывы ветра срывали с олеандра розовые лепестки и закручивали в водовороте по мощеной дороге. Услышав звонкое пение жаворонка, Мария подняла голову, в гуще розовых цветков она так и не смогла найти птицу, но вот белобрюхий стриж взлетел с ветви вверх к безоблачному небу, унося с собой сорванный цветок.
Мария подошла к школе и оглядела двухэтажное желтое здание с двухскатной красной крышей. Она еще пустовала, школьные занятия должны начаться через месяц. Мария сняла шляпку, пригладила рукой волосы и шагнула в открытые двери. Знакомый запах напомнил об академии. Неужели он в каждой школе присутствует? Это был запах книжных страниц, сырого только что помытого пола, деревянных парт и пота. Марию бросило в холод, оцепенение и волнение. Она собралась с духом, нашла учительскую, там же кабинет директора, поговорила с женщиной среднего возраста, показала свои работы, рассказала о своих знаниях, умениях о том где, как и когда училась и почему вообще обратилась именно в школу. Женщина выслушала ее в нетерпении и сухо кивнула головой.
– Придете через месяц. Мы постараемся найти для вас кабинет, – ответила женщина и вернула ей альбом.
Такой ответ не устраивал Марию.
– То есть, я вам не подхожу?!
– Я хочу взять тебя, у нас нет такого учителя как ты, а хотелось бы. Но кабинетов мало, на всех не хватает. Я сейчас ищу учителя английского языка, если не найду, то возьму тебя. Хорошо?
– Да. Спасибо.
– Придешь первого сентября. Хотя не стоит переживать. Ты могла бы давать уроки на дому, где ты живешь?
– О, я живу отсюда далеко. Не каждый ребенок захочет топать ко мне. Мой дом за апельсиновыми садами.
– Ах, да ты что. Ладно, Мария я постараюсь сделать все возможное.
– Спасибо, – кивнула она и покинула школу.
Ну хотя бы так, есть хоть какая-то надежда на будущее. Ничего я справлюсь. В крайнем случае, уеду в Рим и буду снимать комнату.
Мария кусая губы, отправилась обратной дорогой домой, по пути взвешивая все за и против. Она искала лучший выход, но постоянно натыкалась на одну и ту же стену, «налоги». От них не спрячешься, не убежишь. Спустя неделю Мария снова наведалась в город в поисках хотя бы временной работы и последних новостей. Уже по соседской дружбе, она зашла в булочную и разговорилась с Альдой.
– Тут дон Монтанелли порадовал наших стариков. Решил снизить налог на землю на двадцать процентов.
– Ты тоже платишь? – спросила Мария.
– Все платят. Это его город, его земля. Его семья почти столетие защищает нас. Мы его почитаем как... эм... своего крестного.
– А тебя не смущает что они мафия?
Альда шикнула на нее.
– Не стоит произносить это слово в обществе. Тебя осудят и не правильно поймут. Они не совсем мафия. Они не занимаются рэкетом, бандитизмом и другой подделкой или подкупкой. Дон Альберто всегда нам помогает. Да они берут с нас налоги, каждый месяц, но можно договориться, когда действительно в доме нет даже куска хлеба. Нас он может простить, мы тут родились, мы тоже для него как семья. А вот приезжих он не жалует. Он считает, раз они покупают тут дома, значит, деньги у них есть. Они справедливы. Ты разве так не думаешь?
– Мне сложно это понять, – буркнула Мария, поразившись, с какой восторженностью отзывается Альда о мафиозном землевладельце.
– Будет гроза, – заметила Альда.
Мария выглянула в окно и заметила, что поднялся ветер.
– Ты уверена?
– Да.
– Тогда я поеду домой.
– Поторопись. Не успеешь оглянуться, как хлынет дождь.
Мария простилась с Альдой, но та успела ее окликнуть и вышла из-за прилавка.
– Забыла тебе сказать. Может, ты позанимаешься с моей дочерью? Я заплачу.
Мария улыбнулась.
– Конечно. А когда?
– Завтра утром в десять сможешь?
– Хорошо, я приеду, – махнула рукой Мария, и сев на велосипед надавила на педали. Ветер усиливался. Вернулась она домой уже в дождь. – Ну вот не успела, – проворчала она, пряча велосипед в кладовку. Заперев дверь, Мария поднялась на крыльцо и увидела, как по дороге промчался черный мерседес. Ахнув Мария, бегом забежала в дом и заперла дверь. Это как паникой никак не назовешь. Она что боится их? До сбора налогов оставалось три недели. Сегодняшняя поездка в город все же была не лишней. Она многое узнала, а завтрашний день покажет ей план действий. Может не все так ужасно, как она думала по началу. Жить здесь можно и работу найти, если очень захотеть.
Марко долго сидел в машине и все никак не решался выйти из нее. Он поднял руку и посмотрел на время. Десять минут восьмого. На землю быстро опускались сумерки. В окнах дома вспыхнул свет. Марко потянулся за сигаретами, он вспомнил о Симоне и выругался. Он хотел скрасить ее рабочую смену, в этот раз она в ночь и уже ехал в отель, когда затормозил у дерева и вот уже десять минут наблюдает за домом, в котором поселилась молодая женщина по имени Мария. Ее имя он узнал совсем недавно. Пару дней за ней следил его телохранитель и насобирал о ней небольшую информацию. Оказалось, она даже не пытается продать дом и уехать, для него это было удивительным, она решила остаться несмотря ни на что и усиленно искала работу. Марко сунул в зубы сигарету и спросил самого себя:
– Что я тут делаю? Слежу за ней, как какой-то маньяк. Черт...
Марко бросил сигареты на сиденье, вышел из машины, хлопнув дверью и застегнув куртку, оглянулся по сторонам. Этот загородный район скорее годился для фермеров, дома тут разделяли виноградные плантации, отделяя соседей, друг от друга на далекие расстояния. Дом, в котором жил Марко с семьей был в шести километрах от города. Было время, когда Марко еще мальчишкой пешком проходил это расстояние, по пути жуя апельсины и виноград, от которого его к концу дня мутило. Отличное было время.
Марко, несмотря на свое крупное телосложение и высокий рост, бесшумно поднялся по деревянным ступенькам на крыльцо и два раза стукнул по двери. Он услышал по ту сторону, бег босых ног, но кажется, она остановилась в нерешительности. Марко прислушался, и увидел скользнувшую тень в окне. Деревянная рама приоткрылась и осторожный, натянутый голосок с хрипловатым тягучим, как мед тенором произнес:
– Что вам нужно?
Она не выглядывала из окна, не пыталась высунуться и встречать его с приветливой улыбкой. Он понял, что она его боится и ответил низким баритоном:
– Хотел с вами поговорить.
– Не вижу в этом необходимости. Кажется, я уплатила налог, или вы собираете их каждую неделю?
Марко подавил смешок. Она насмехалась.
– Я не беру с людей деньги, этим занимается мой брат.
Повисла напряженная тишина. Марко отступил назад, но вот дверная ручка опустилась и дверь приоткрылась. В шелку он увидел ее голое плечо, показались тонкие пальчики, она наклонилась вперед и еле слышно спросила:
– Вы без оружия?
Вопрос удивил его. Марко расстегнул молнию и отвел в разные стороны края куртки, показывая, что под ней он ничего не прячет.
Мария уловила его улыбку и скользнула глазами по черной рубашке вниз к длинным крепким ногам. Ей он показался очень высоким, ну конечно при ее небольшом росте все мужчины для нее были высокими, а этот мог подпереть дверной проем. Его мощная фигура и рост внушали ей ужас, чистой воды бандит, но если судить по лицу обычный симпатичный мужчина с черными волнистыми волосами, красивыми зелено карими глазами в обрамлении густых ресниц и матовой смуглой кожей. Ничего дурного и опасного. Мария захлопнула дверь, сняла цепочку с замка и распахнула дверь. Она вежливо предложила ему войти, он несколько секунд задержался на месте, и широким шагом шагнул в дом. Мария закрыла дверь.
– Чай, кофе, может воды? – любезно предлагала она.
– Спасибо, я не задержусь.
Мария пожала плечами и прошла через коридор в гостиную, где закрыла оконную раму. Она включила торшер, и Марко увидел стопку картин в углу комнаты. Перевернутые они стояли, налегая одна на другую. Он склонил голову на бок и узнал знакомый берег моря.
– Вы рисуете? – спросил он с интересом.
Мария посмотрела на картины.
– Да. Я художник. Рисую все, что меня впечатляет или то, что хочу запомнить на долгое время.
– Позволите взглянуть?
Мария взяла стопку картин и положила на стол. Марко несколько минут зачарованно смотрел на морской пейзаж. Она умело выразила каждую деталь, даже самую малость, например затерявшегося фазана среди кустарников. Картина была как живая, особенно морские пенистые гребни волн, казалось, вот-вот оживут и хлынут ему на руки.
– Почему вы приехали именно сюда? – не удержался от вопроса Марко.
– Я искала место, где мне было бы хорошо. Я его нашла.
– Вас видимо расстроила цена за землю?!
– Даа..., – уныло произнесла Мария и опустилась на стул. – Понимаю раз в год, но не каждый месяц.
– Вы можете больше не платить, – неожиданно для самого себя сказал Марко.
Мария вскинула на него глаза полные надежды и негодования.
– Это хорошая новость. Но не стоит вам идти на уступки. Все платят, и я буду платить. Я почти нашла работу. Так что все нормально, я приняла это как должное. Конфликтовать с вами у меня нет желания и сил.
– Почему вдруг вы изменили свое мнение? Я помню, вы были не рады этому.
Мария сразу его узнала. Стоило выглянуть в окно и увидеть его на крыльце. Это был тот самый мужчина, который стоял в стороне и не вмешивался в разговор, пока первый требовал с нее налог за землю. Она испугалась, подумала, что он пришел ей угрожать или требовать деньги, но быстро взяв себя в руки, решила встретить нежданного гостя и показать свое бесстрашие и нежелание видеть его тут. Но все обошлось, мужчина даже не думал запугивать, его приход был чисто дружелюбный. Но чего она точно не ждала от него, так это жалости. Мария не любила когда ее жалеют.
– Конечно, я была не рада. А кого это порадует? Я раньше с такими, как вы не сталкивалась. Для меня это был шок. Но послушав местных жителей, поняла, что в этом нет ничего удивительного, люди принимают это как должное и я готова смириться и принять.
– Я решил пойти тебе на уступки, потому что ты не работаешь, – вырвалось у него. Их взгляды встретились. Его цепкий, уверенный в себе, сильный взгляд поразил ее, так вот в чем дело. Она ему нравится. Мария улыбнулась и опустила глаза.
– Спасибо сеньор. Но будет ли эта ваша услуга справедлива по отношению к другим иностранцам, которые как все платят налог? Пойдет слух и у вас возникнут проблемы, а я их не хочу. Спасибо конечно мне это льстит, но лучше я как все буду платить.
Она удивляла его все больше. Изумительно, какая умная девушка все понимает. Марко улыбнулся и опустил глаза на картину. Такую красоту не просто передать на холст.
– Сколько тебе лет?
– Двадцать восемь, – отозвалась она. – А вам?
– Мне тоже, двадцать восемь.
– Да? На вид вам двадцать пять..., как вас зовут?
– Марко.
– Очень приятно, Мария.
Она протянула руку, и он сжал ее маленькую ладонь с бархатистой кожей.
– Может все же чай? – предложила она.
– Не стоит. Так ты нашла работу?
– Почти. В школе мест нет, но директор обещала найти.
– Будешь давать уроки изобразительного искусства? – спросил он мягко.
– А вы против?
– Ты отлично рисуешь. Я поражен. Могу я купить эту картину?
– Вот эту? – изумилась Мария, она встала и посмотрела на нее. – А может лучше эту?
Мария убрала несколько холстов, но Марко внезапно перехватил третью, взял ее в руки и подошел с ней ближе к свету. На холсте были изображены зеленые горы, полоса моря, оливковый сад, плантации винограда и вилла вдалеке. Это был его дом. Откуда этот ракурс? Марко отдалил от себя картину, поднял перед собой и склонил голову. С дороги. Она срисовала знакомый ему вид с дороги. Она точно передала красоту природы, видно она рисовала с душой.
– Я ее куплю и ту с морем.
– Да я отдам даром, – махнула рукой Мария.
– Ты что совсем не ценишь свой труд? – строго спросил Марко. Мария опешила и, пряча глаза, пожала плечами.
– Быть художником тяжелый труд. Нас по достоинству мало кто ценит. Но я люблю рисовать, с самого детства.
– Сколько ты хочешь за две? – спросил Марко приблизившись к ней.
Мария улыбнулась.
– Сто тысяч лир.
– Что за ерунда? Я избавлю тебя от налогов на год.
– О нет, это слишком жирно...
– Что прости?
– Я хотела сказать, что она того не стоит, – покраснела Мария и села на стул. – Возьми лучше эту, она очень красивая. Мне нравится.
Мария повернула ему картину с изображением зеленой равнины, где по ее просторам пасся табун черных и коричневых лошадей. Марко присмотрелся, этот пейзаж он видел впервые.
– Я гуляла по горам, искала лучшие виды, а нашла это. Настоящее умиротворение. Я там просидела до вечера.
– А людей ты умеешь рисовать?
– Да.
– Они все разные, ты прекрасно чувствуешь красоту вокруг. Другие этого лишены. Но проблема твоя, что ты не ценишь свой труд. Я куплю у тебя эти две картины, я не буду предлагать деньги, если ты не хочешь, но и налоги мой брат за этот год больше брать не будет.
– Нет. Так не пойдет, – упрямилась Мария.
– Я все же настаиваю и не уйду, пока ты не согласишься.
Он вдруг сел на стул и вопрошающе на нее посмотрел. Только лишь бы не чувствовать на себе его проницательный взгляд, Мария через силу согласилась на его условия.
– А может на полгода? – жалобно промычала Мария.
Марко хохотнул.
– Вы русские всегда такие щедрые?
– Вообще-то нет, – нахмурилась Мария. – А вы итальянцы всегда такие упрямые?
– Бывает.
– Значит вы сын... дона Монтанелли? – полюбопытствовала Мария, складывая картину на картину.
– А тебя это пугает?
– Немного.
– Но все же, скажи, почему ты решила уехать из России и поселиться здесь?
Мария со вздохом вернула картины в угол комнаты и натянула на плечо кофту. Она остановилась у буфета и задумалась.
– Наверное, я всегда хотела уехать из России. Я просто устала видеть каждый день одно и то же. Меня там ничто не держало. Толчком к переезду был брат. Надоело мне видеть его пьяную морду, да и не серьезные отношения у меня были с мужчиной. Моя подруга итальянка давно предлагала приехать к ней в гости, что я и сделала. Конечно, приобрести недвижимость в Италии я не смогла. Она привезла меня на Сицилию и, узнав, что здесь можно найти дом дешевле, я решила что останусь тут, и за последний месяц ни разу не пожалела об этом. А вы здесь родились?
– Да.
– Везет же вам. Мне бы родиться здесь, – мечтательно проговорила Мария.
Марко стоял рядом и, вдыхая ее тонкий аромат свежести, вдруг подумал:
– Где же ты была раньше?
Каким-то совершенно непостижимым образом его тянуло к ней, он едва удержался от соблазна подойти к ней ближе. Он ее толком не знал, но уже чувствовал к ней что-то родное. Марко присмотрелся к девушке. Раньше он не замечал, что в приглушенном свете ее волосы могут блестеть золотистым блеском. У нее была очаровательная, нежная красота, добрый теплый взгляд больших голубых глаз, овальное лицо, невысокий лоб, маленький вздернутый носик и мягкий рот с бледно-розовыми губками. И ей двадцать восемь лет? На вид не дашь больше двадцати. Марко опустил глаза на ее высокую грудь и мимолетно скользнул взглядом по тонкой талии и широким бедрам. То, что он испытал, нельзя было назвать увлечением, скорее сводящая с ума жажда обладания. Марко заставил себя отступить к столу, повернуться и еще раз посмотреть на картины.
– Я, пожалуй, поеду, – сказал он хрипло и сунул картины под мышку.
– Так мы договорились? – спросила Мария, провожая его до двери.
– Я подумаю и дам свой ответ в ближайшее время. Но будь уверена, в следующем месяце тебе не придется искать деньги.
– Благодарю.
– Если у тебя возникнут проблемы, обращайся.
– Да что вы, какие могут быть у меня проблемы? – посмеялась Мария. – А все же зачем вы приехали?
Марко задержался на крыльце.
– Сам не знаю. Любопытство распирало, – признался мужчина. – Обычно при встрече с моим братом, иностранцы отсюда бежали..., а ты нет. Решил в этом убедиться.
– Так вы действительно мафия? – с опаской спросила Мария.
– А ты все еще не веришь? – с улыбкой ответил Марко.
В общении с ним она не ощущала исходившую от него опасность, наоборот было спокойно и легко. Но он все же подтвердил ее худшие опасения. Мария захлопнула дверь и повернула в замке ключ. Не стоит им больше видеться.
Марко в недоумении несколько секунд смотрел на дверь и, повернувшись, зашагал к машине.
– Я ее что испугал? Странные эти русские женщины.