21 part.
„Однажды всё пройдёт
— ты запомни эти слова”
Глеб:
Я не знал, что делать. Всё было как в кошмаре, который не хотел заканчивать. Я уходил из её квартиры, не веря в то, что только что произошло. Вероника... что-то было не так, но я не мог понять что. В голове было пусто, только шум, будто я был в каком-то вакууме. Я не мог думать.
Мои шаги вели меня туда, где, наверное, я смогу немного забыться. Я был на грани, и у меня не было ни сил, ни желания продолжать разбираться в том, что случилось. Просто нужно было уйти, убежать подальше от всего этого.
Я набрал Дашу. Не знал, что ещё делать. Скажем так, я не мог поверить, что меня оставила она. Даша. Проблемы в отношениях, ссоры... всё как обычно. Но я был не в том состоянии, чтобы держать лицо. Всё, что мне нужно было, это кто-то рядом.
— Ты где? — её голос был как всегда холодным, но я заметил в нём ту нотку раздражения, которая всегда присутствовала, когда я не мог успокоиться.
— В баре. Пойдем? — я едва смог выдавить эти слова.
Даша согласилась, и вскоре я стоял перед ней в том самом баре, который часто посещал. Она выглядела холодно и отстранённо, как всегда. Чёрные волосы, строгий макияж, серьги, большие и блестящие. Она вообще не казалась удивлённой, что я здесь, не задавала вопросов.
Мы сели за стол, и я не мог дождаться, чтобы заказать первый стакан. Потребовалось всего несколько минут, чтобы я осознал: мне нужно выпить. Срочно.
— Налей, — я сказал, когда бармен подошёл к столу. Голос был хриплым, не своим. — Что-то крепкое.
Я не знал, что будет дальше. В тот момент мне хотелось просто раствориться в алкоголе. Больше не быть собой. Просто забыться. Но как только я начал пить, всё как будто начало терять смысл. Казалось, что в этом баре, среди людей, которые мне ничего не значили, я могу хоть на секунду почувствовать себя живым.
Даша молча сидела напротив, скучающе поигрывая ложечкой в своём коктейле. Она не говорила ни слова. Но мне было не до неё. Я не мог больше держать всё в себе. Я открыл рот.
— Знаешь, она... — я сделал паузу, чтобы не сдать себя слишком быстро. — Она со мной не верит, Даша. Я не знаю, что делать. Я чувствую себя как какой-то... как идиот, понимаешь?
Я смотрел в её глаза, но в них не было ни сочувствия, ни понимания. Только пустота. Как всегда.
— Ты ещё не понял, Глеб? — её голос был равнодушным, но её слова пронзили меня. — Она уже сделала свой выбор. Ты, как всегда, не замечал этого. Ты просто слишком занят собой, чтобы заметить, что происходит вокруг.
Я снова налил себе. Стакан пустел быстрее, чем я успевал наполнять его. Я почувствовал, как голова начинает кружиться, и в душе пустота становилась всё глубже.
— Я не могу без неё, Даша, — я наконец выдавил это. — Я чувствую, что теряю её. Она... она больше не моя, понимаешь? Я теряю её, и я не знаю, что делать.
Даша вздохнула, отложив свой коктейль. Она не была близка ко мне. Мы с ней давно уже не были близки, но в этот момент я искал хотя бы каплю поддержки.
— Ты себя слышишь? — её голос стал резким, как удар по стеклу. — Всё, что ты делаешь — это путаешься в своих собственных желаниях. Она — не твоя собственность, Глеб. И ты не можешь владеть её чувствами, как вещью.
Но я не хотел это слышать. Мне не было важно, что она говорит. Я просто хотел выпить и забыться. Поглотить боль и не чувствовать её. Я схватил ещё один стакан, но на этот раз почувствовал, как что-то холодное, словно камень, опускается в живот.
— Я просто не могу понять, почему... почему она это сделала. Почему она поверила этому… Артёму? — я снова стал тихо, как будто сам с собой разговаривал.
Даша не выдержала.
— О, Господи, Глеб! Ты по-прежнему с ним? С этим Артёмом? Ты не видишь, что всё это просто твоя собственная вина? Ты сам отдал её на растерзание этому придурку.
Но я не хотел об этом слышать. Боль нарастала, и я снова поднял стакан.
— Почему ты всегда такая холодная? — я сказал, чувствуя, как слова тяжело сходят с языка. — Почему ты всегда думаешь, что всё, что я чувствую, — это просто игра?
В глазах Даши мелькнуло нечто, что я не мог разобрать. Может быть, сожаление? Но она быстро его скрыла.
— Потому что ты всегда был таким. Ты не изменишься, Глеб, и ты никогда не поймешь, что важно для других людей. Ты всегда будешь искать спасения в других людях и алкоголе, а не в себе.
Я почувствовал, как это последовало за очередной порцией выпитого. В какой-то момент мне стало совсем неважно, что она говорит. Я просто смотрел в её глаза, и чем больше смотрел, тем больше чувствовал, как всё рушится.
Но Даша лишь отпила свой коктейль и посмотрела на меня с таким выражением лица, как если бы она наблюдала за зрелищем, не испытывая ни радости, ни сожаления.
— Ты с этим не справишься, — сказала она, вставая. — Ты не сможешь восстановить то, что уже разрушено.