Настоящий слизеринец

Он чувствовал, что они... понимают друг друга настолько, что уже не нуждаются в словах.

Джоан Роулинг

— Старший братик!!! — Лили, проскочив под ручкой тележки, обхватила его за пояс — Кейл чуть чемодан не выронил, а Басен, который только что вёл сестрёнку за руку, моргнул и посмотрел на опустевшую ладонь.

Отец с мачехой, Дерут и Виолан Хенитьюзы, пропустившие их вперёд, понимающе переглянулись. Они, конечно же, не могли не проводить сыновей на поезд. Всё-таки придётся расстаться с ними на целых полгода, а то и на год...

Оба уже переоделись в новенькие парадные мантии: Басен, пуффендуец-третьекурсник, — с чёрно-золотой отделкой, а Кейл, слизе... когтевранец-шестикурсник, — с бронзово синей... которая так шла ему, даже больше, чем с серебристо-зелёной отделкой.

О том, что Кейл Хенитьюз пять лет проучился в Слизерине, напоминал только перечёркнутый герб.

Виолан Хенитьюз, выпустившаяся в своё время из Когтеврана, поглядывала на мантию Кейла с материнской гордостью и — к некоторой досаде своего мужа, Дерута Хенитьюза, — с едва заметным, но всё-таки торжеством. Она приняла — и полюбила! — Кейла как родного сына, но мало того — он, родившийся от союза пуффендуйца и гриффиндорки, пошёл в неё!..

Кейла, впрочем, мало интересовал свой внешний вид. Сейчас он больше всего хотел провалиться — и если не под землю, то хотя бы в стену. В ту самую, за которой была спрятана от маггловских глаз платформа 9 и 3/4. А ведь они почти дошли до неё!

— Ты же будешь мне писать? — всхлипывала Лили. — Будешь?.. А ты, братик? — Она запрокинула голову к Басену, который, откатив тележку, встал рядом — и, поколебавшись, погладил её по растрёпанным волосам.

— Буду.

Кейл, подавив вздох, положил руку на головку Лили. Не глядя. Поверх, так уж получилось, ладони Басена — который сам чуть под землю не провалился от такого поворота событий.

Отец с мачехой ещё раз переглянулись — только теперь уже с умилением.

Однако Кейлу уже стало не до них.

«Человек, ты правда будешь писать? — недоверчиво спросил Раон Миру. Он — невидимый, конечно же, — как раз устраивался поудобнее на плечах своего человека... слабого, между прочим! — Человек, тогда я напомню тебе, если ты забудешь!»

Кейл поморщился. В исполнении великого и могучего чёрного дракона последняя фраза могла значить всё что угодно: от «Человек, ты опять забыл о малышке Лили! Ну и что, что ты вчера ей писал? Человек, вчера было вчера, а сегодня — уже сегодня!» до «Человек, человек, ты куда? Опять спать?! Ты же хотел написать письмо! Как это — „не хотел"? Ты обещал! Пойдём в Совятню, человек! А там можно и к Он и Хону в теплицы зайти, а потом и — на кухню...»

Он и Хон, к слову, сидели тут же — в тележке. Кейл, конечно, мог бы с лёгким сердцем оставить их двоих дома, под присмотром дворецкого Ганса, который был без ума от котят — вот только... вот только они не были обычными котятами. Дома, где Кейл уже не мог за ними приглядеть сам, оставаться им не стоило — так что...

— Кейл!!!

Он, вздрогнув, обернулся — Лили от неожиданности отпустила старшего брата, Басен выдернул из-под его руки свою, а Раон Миру и вовсе спрыгнул со своего слабого человека — он быстрее Кейла понял, что сейчас произойдёт.

И оно произошло.

— Ты соскучился?! — Розалин с прыжка повисла у их слизе... когтевранца на шее — так что чемодан он всё-таки выронил. И спасибо, что не себе на ногу!..

— Конечно, соскучился! — усмехнулся Альберу Кроссман — Розалин опередила его с Чхве Ханом только потому, что повесила на них свои сумки. — Посмотри, какой довольный!

Все рассмеялись.

Кейл послал родителям, с которыми, опомнившись, раскланялись гриффиндорцы, почти умоляющий взгляд — и они, конечно же, поняли его без слов. Всё-таки их старший сын целое лето не виделся с друзьями — даром, что у него в распоряжении был не менее целый год!.. Так что Виолан взяла за руку Лили, Дерут похлопал по плечу Басена, — и они, подхватив тележку с котятами, вбежали в стену — на платформу 9 и 3/4.

Кейл даже рта открыть не успел.

Гриффиндорцы, которые за какие-то полгода узнали его лучше, чем новоиспечённый когтевранец — сам себя, рассмеялись. А когда Кейл всё же повернулся к ним, Розалин поправила ему сбившийся галстук — синий, с бронзовыми полосами...

— Мантия тебе к лицу, Кейл, — улыбнулась она.

— Характер только не к лицу, — вставил свои пять кнатов Альберу. — Ну ничего... перевоспитаем ещё.

Если бы Кейл умел испепелять взглядом, от наследного принца осталась бы только горстка пепла. А так — даже мантия не задымилась, а сам наследный принц и бровью не повёл.

Чхве Хан, подумав, покачал головой:

— Нет, — друзья даже оглянулись на него, — не перевоспитаем.

— Почему это?

— Потому что он сам нас перевоспитает, — рассмеялась Розалин.

Возразить было нечего — только вот гриффиндорцам, а не новоиспечённому когтевранцу:

— Больно надо! — Кейл поднял чемодан — и почувствовал, как на плечо опустился чёрный дракон... причём запыхавшийся чёрный дракон! Круги, что ли, под потолком наворачивал?..

Конечно, ещё как наворачивал: они же все снова были вместе!..

Розалин оглянулась на вокзальные часы. До отправки поезда оставалось уже всего ничего.

— Ну что, — посмотрела она на друзей, — на счёт «три»?

— Что — на счёт «три»? — насторожился Кейл, но ему никто ничего не стал объяснять.

— Раз! — начала Розалин. Чхве Хан только поправил лямку её сумки, чтобы не слетела.

— Два!! — Альберу подхватил Кейла под руку. Чёрный дракон прижался к своему человеку, чтобы... чтобы тоже не слететь!

— Три!!! — сорвались они все с места.

𓅓 𓅇 𓅓

Поезд тронулся; на платформе 9 и 3/4, правда, всё ещё стояли, провожая Хогвартс-экспресс взглядами, отец с мачехой — вместе с пообещавшей не плакать Лили... А вот Басена уже нигде не было видно: кажется, третьекурсника увлекли в толпу его друзья-пуффендуйцы...

Кейлу, впрочем, было всё равно. Он только покрепче прижимал к себе котят — и следил, чтобы его самого ни к чему не прижали с ними...

— Ты куда? — поймал его за плечо Альберу Кроссман — и как только нашёл, в толпе-то студентов?.. — Только не говори, что в вагон к слизеринцам!

— Так не к гриффиндорцам же, — поморщился он.

— А почему нет? — Уголок губ Альберу чуть дрогнул — но Кейл не успел ничего ему ответить, хотя очень хотелось!..

— Вы ещё тут?! — Из толпы вынырнула Розалин, а за ней уже — Чхве Хан. — А купе кто искать будет?!

— А нашего сли... когтевранца? — поправился Альберу.

Кейл поморщился. Ему не нравился никакой из вариантов: ни со слизеринцем, ни с когтевранцем...

— И то верно, — тут же сменила гнев на милость Розалин. — Ты молодец, что нашёл его... и он молодец, что нашёл нас. Ну, вы идёте — или как? Лак нас, наверное, по всем купе уже ищет!.. — подтолкнула она их вперёд.

— Да идём, идём...

...Когда всё началось? С женского туалета, в котором Кейл варил для них зелья, чтобы спасти чёрного дракона? С запретной секции, где они столкнулись лицом к лицу? С новости о перераспределении? Или же — всё началось давным-давно, ещё на первом курсе, когда они все оказались в одной лодке?..

Никто из них не знал.

Теперь уже казалось, что так было всегда.