Часть 6
Утро вошло в номер мягко — через неплотно прикрытые шторы, золотыми лучами, ложившимися на постель, на пол, на их спутанные тела. Комната пахла солнцем, солью и чем-то интимным... чем-то, что нельзя забыть.
Т/и лежала на боку, одной рукой под щекой, другая — лениво перекинута через его торс. Одеяло было сбито в районе бёдер, обнажая часть её спины и плеча, на котором остался едва заметный след от его пальцев. Её светлые волосы распались по подушке, как золотая волна. Вчерашний макияж почти стёрся, но губы были припухшими от поцелуев.
Влад лежал рядом, полуобняв её одной рукой. Его дыхание было ровным, спокойным, но он не спал. Он смотрел на неё — не так, как ночью, когда в нём бушевало желание, а тихо, глубоко. В этом взгляде было и удовлетворение, и лёгкая внутренняя борьба.
Он провёл пальцем по её ключице — медленно, вдумчиво, как будто рисовал маршрут, который уже знал наизусть.
Т/и приоткрыла глаза, зевнула, немного потянулась и посмотрела на него снизу вверх. Взгляд был ленивый, но в уголках губ уже играла улыбка.
— Доброе утро, — прошептала она хриплым от сна голосом.
— Утро после такой ночи по-другому быть не может, — ответил Влад, и его голос был низким, бархатным.
— Ну что ж, — она вытянулась, снова уткнулась носом в его плечо. — Кажется, у меня всё-таки вышел идеальный курортный роман.
Он хмыкнул.
— Курортный?
— Ага. Лёгкий, жаркий и без обязательств, — подтвердила она с игривым тоном, но не смотря в глаза.
Он замолчал на секунду. Затем, не убирая руки с её спины, наклонился к её уху.
— Жаль, — выдохнул он. — Потому что мне бы хотелось, чтобы он не закончился на отлёте.
***
Прошла неделя. Солнечная, тёплая, полная прогулок, шуток, разговоров и, конечно, ночей, когда Т/и и Влад забывали обо всём, кроме друг друга. Это была та самая неделя, когда мир сужается до двоих — до прикосновений, смеха в постели, ленивых завтраков и поцелуев на закате.
Но в это утро всё изменилось.
Она проснулась от резкого, звенящего звука — телефон. Сердце вздрогнуло, но Влад не проснулся, лишь сильнее обнял её, крепко прижимая к себе. Она аккуратно выбралась из его объятий, почти не дыша, и, подхватив телефон, вышла на балкон, завернувшись в его чёрную рубашку, которая пахла им — кожей, духами, чем-то спокойным и родным.
— Алло?
— Т/и, ты где чёрт возьми?! — голос шефа не терпел возражений. — Хватит этого отдыха, у тебя срочное задание. Срочно. Возвращайся в Москву. Рейс — сегодня. Я уже отправил детали тебе на почту.
— Но... — начала она, глядя на спящего Влада сквозь стекло. Его тёплая фигура на белых простынях, его спокойное лицо...
— Никаких «но». Это не обсуждается. Ты наш лучший репортёр, и ты нужна здесь. Немедленно.
Он повесил трубку.
Т/и стояла, глядя на город, который стал за эту неделю почти домом, и чувствовала, как внутри что-то щёлкает. Резко. Глухо. Будто кто-то выдернул плёнку из камеры — и кадры больше не будут сниматься.
Она зашла в номер. Время — четыре часа до вылета.
Т/и молча переоделась, собирая одежду с пола и кресел, не включая свет. Сердце било тревогу. С каждым шагом ей становилось всё тяжелее дышать.
Перед тем как уйти, она села на краешек кровати. Провела рукой по его волосам, осторожно, нежно. Он пошевелился во сне, но не проснулся.
Записка.
Она достала отельную бумагу, которую нашла в ящике тумбы, и ручку.
"Влад,Ты невероятный. Спасибо за эту неделю, за каждый вечер, каждое утро и каждый взгляд.Ты – свет, который случился внезапно и красиво.Надеюсь, у тебя всё будет хорошо.Мне нужно уехать.Береги себя."
Она положила записку на тумбу. Потом наклонилась, поцеловала его в висок, почти не касаясь губами — как прощание, которое не хотела говорить вслух.
И ушла.
Быстро. Почти на цыпочках.
Сердце стучало в висках, чемодан казался слишком тяжёлым.
Через пару часов она уже сидела в самолёте, пристёгнутая, глядя в иллюминатор.
А Влад всё ещё спал, в кровати, где её уже не было.