Часть 24
Прошло два месяца.
Отношения между тобой и Владом развивались удивительно быстро и нежно. Казалось, тот момент, когда он впервые помог тебе выбраться из больницы, стал для него чем-то вроде обещания — обещания оберегать тебя любой ценой. И он держал это слово.
Влад старался быть рядом всегда: он отвозил тебя на тренировки, оставался ждать, пока ты заканчивала, и терпеливо чинил твой байк, даже когда ты сама капризничала и хотела сделать всё по-своему. Он научился спокойно слушать твои вспышки эмоций и отвечать на них только теплой усмешкой.
Каждый день он маленькими поступками доказывал тебе свою заботу: приносил твой любимый кофе перед утренними заездами, оставлял забавные записки в карманах куртки или на шлеме ("Не забудь, ты самая быстрая", "Бей их всех, малышка!"). Иногда он тихо наблюдал за тобой со стороны, словно не веря, что смог стать частью твоей жизни.
Ты сама не заметила, как привыкла к его постоянному присутствию. Привыкла к его тяжелому, но такому родному взгляду, к его уверенным рукам, которые всегда поддерживали в самые трудные моменты. Влад не давил на тебя, он просто был рядом — когда тебе хотелось поговорить, когда хотелось помолчать, когда хотелось выругаться на весь мир.
Со временем ты стала ловить себя на том, что ждешь его: его коротких сообщений, его шуток, его невольных прикосновений к твоей щеке, когда он поправлял выбившуюся прядь волос.
Он вывозил тебя в короткие ночные поездки за город — только вы двое, дорога и звезды. Иногда вы сидели на капоте машины, молчали и просто смотрели в небо. И в этих моментах было больше слов, чем можно было бы сказать вслух.
А еще Влад умудрялся быть тем, кто всегда верил в тебя даже тогда, когда ты сама сомневалась. Он не строил громких планов и обещаний, он просто был — крепкой, надежной опорой, к которой ты всё больше тянулась.
За эти два месяца ты поняла: счастье — не в роскошных жестах и не в ярких словах. Счастье — в том, как он смотрит на тебя утром, когда ты сонная выходишь на кухню. В том, как он молча берет твою руку в людном зале. В том, как его глаза светятся гордостью после каждой твоей гонки.
И пусть вы оба были упрямыми и своенравными, но именно это делало ваши отношения живыми, настоящими. Ты всё чаще ловила себя на мысли, что боишься представить свою жизнь без Влада Череватого.
***
Вечер начался с обычной идеи "поехать покататься", как сказал Влад, хитро улыбнувшись, когда закинул тебе на плечи свою тёплую кожаную куртку. Ты вздохнула, но сдалась — отказываться от очередного безумного приключения с ним было просто невозможно.
Он вёз тебя за город, по шоссе, где асфальт блестел под огнями фонарей, а за обочинами темнели поля и леса. Музыка в машине играла негромко, а ты сидела, закинув ноги на панель, и в полудрёме слушала, как Влад вполголоса подпевает любимой песне. Это было так... просто и тепло.
Остановились вы на заброшенном аэродроме. Звезды были так близко, что, казалось, стоит только протянуть руку — и зацепишь одну за хвост. Влад вытащил из багажника плед и термос с горячим какао. Где он вообще всё это успевал продумать?
— Разувайся, — усмехнулся он, увидев твой недоверчивый взгляд на плед.
Ты фыркнула, но всё же села на расстеленный плед, обхватив руками колени. Влад устроился рядом, плечом к плечу, его ладонь легко накрыла твою, будто между вами и не было тех ссор, недомолвок и страхов.
— Ты знаешь, что ты самый красивый бунтарь на этой планете? — спросил он вдруг, глядя на тебя тем взглядом, от которого у тебя всегда путались мысли.
Ты рассмеялась:
— Серьёзно? А ты самый надоедливый гонщик в мире.
Влад наклонился ближе и прошептал у самого уха:
— Но ты всё равно моя.
И, прежде чем ты успела что-то ответить, он мягко поцеловал тебя. Без спешки, глубоко, по-настоящему. Этот поцелуй был не для показухи, не назло кому-то — он был для вас двоих.
Вы ещё долго сидели под звёздным небом, иногда болтая, иногда просто молча прижимаясь друг к другу, как будто весь мир с его шумом и тревогами остался где-то там, за гранью огней аэродрома.
А потом Влад снова взял тебя на руки — просто так, без повода, как будто ему хотелось ещё раз почувствовать, что ты здесь, с ним, реальная.
***
Прошло несколько дней с того уютного вечера на аэродроме. Ты даже не подозревала, что Влад что-то задумал — он вёл себя как обычно: немного нахальный, заботливый и чуть ревнивый.
И вот однажды вечером он написал тебе короткое сообщение:
"Оденься тепло. Заберу через 20 минут. Не задавай вопросов."
Ты закатила глаза, но подчинилась — давно поняла: если Влад что-то задумал, то это точно будет незабываемо.
Когда он подъехал, ты уже стояла у подъезда, закутавшись в куртку. Влад выглядел довольным собой, как кот, который только что стащил сметану.
Он молча усадил тебя в машину, завязал тебе глаза мягкой повязкой и включил музыку. Ты пыталась шутить и выпытывать, но он только загадочно посмеивался.
Минут через двадцать машина остановилась. Влад аккуратно вывел тебя наружу, крепко держа за руку.
— Ты доверяешь мне? — спросил он вдруг, остановившись.
Ты на мгновение задумалась, но честно кивнула. С ним — да, без вопросов.
Он снял с тебя повязку.
Перед тобой был пустой ночной автотрек, освещённый огнями по периметру. В центре стоял небольшой столик с закусками и шампанским, а по треку ровной дорожкой были расставлены фонарики, образуя красивую спираль.
Ты обернулась к Владу, а он лишь пожал плечами:
— Ты всегда мечтала быть королевой трека. Вот, заслуженно.
Он подошёл ближе и протянул руку.
— Потанцуем?
— Прямо здесь? — рассмеялась ты.
— А где ещё, как не на твоём троне?
Под спокойную музыку вы медленно кружились прямо посреди трека, где обычно звучал рев моторов и визг шин. А теперь был только ваш танец, свет фонарей и звёзды над головой.
В какой-то момент Влад остановился, прижал тебя к себе крепче и, глядя в глаза, тихо прошептал:
— Ты — моя победа.
И снова поцеловал тебя. Но в этот раз — с теплом, нежностью и с той уверенностью, что больше он тебя никому не отдаст.