Пульсация [BTS 18+]

...Надеюсь, когда-нибудь я смогу выбраться отсюда, 

Даже если это займёт всю ночь или сто лет. 

Мне нужно найти место, где я смогу спрятаться, но я не могу найти такое поблизости. 

Я хочу почувствовать себя живой, снаружи я не могу бороться со своим страхом. Billie Eilish - Lovely.

Я опаздываю всего на две минуты, и охранник, что встречает у стойки, подозрительно окидывает меня раздраженным взглядом: 

 - Элиза! - он цокает. - Плохо... - и укоризненно качает головой. 

 - Простите меня, - я низко кланяюсь и умоляюще говорю. - Всего каких-то пару минут, господин... Этого больше не повторится.

 - Кажется, я это уже когда-то слышал, м? - он посматривает на электронные часы, которые висят в фойе на противоположной стене, и кивком головы указывает на них. - Все девочки уже давно разошлись по комнатам, а тебя все где-то носит... 

 - Простите, - я снова покорно опускаю голову и прикрываю глаза. 

 Мое сердце отчаянно бьется в груди. Чонгук только что проводил меня до самых ворот, и комендант скорее всего видел на камерах, с кем я пришла, но пока ничего не говорил. Несмотря на страх получить очередной выговор, губы мои то и дело дрожат, расплываясь в улыбке. Все, что произошло сегодня, никак не дает мне успокоиться, меня лихорадит от выпитого алкоголя, и я боюсь, что охранник учует запах, а вспотевшие пальцы нервно трясутся. Но спустя миг, мужчина, снова окинув меня недоверчивым взглядом, лишь молча поджимает губы, а потом негромко цедит: 

 - Ладно, иди, - и жестом разрешает мне вернуться в комнату. 

 Я пылаю, пытаясь скрыть ликующую улыбку на своих губах, когда со всех ног бегу вверх по лестнице. Около двери в спальню я все же замираю, всего на пару каких-то секунд, чтобы перевести дыхание, после чего выпрямляю спину и, дернув ручку, смело вхожу. Все девочки при виде меня тут же замолкают, втыкаясь в меня колкими взглядами. Краем глаза я вижу, как Миён, прижавшись, что-то шепчет Субин на самое ухо, и они, прикрыв губы ладошками, тихо хихикают, пристально смотря на меня. А Тэхва, сидящая рядом с ними, только отводит глаза. Она явно слышит, о чем они говорят, но не подает вида, остается безразличной и просто молчит в ответ. Быстро скинув с себя уличную одежду, я накидываю ночную сорочку, прыгаю под одеяло, накрываясь им с головой и чувствую, как в эту же секунду кто-то опускается на кровать рядом со мной. Это Тэхва. Я сбрасываю покрывало с лица и приветливо улыбаюсь ей. 

 - Ты гуляла с Чонгуком? - сразу спрашивает она, чуть наклоняясь. Ее интерес не скрыть, но она яро пытается казаться более равнодушной, чем есть на самом деле, хоть и любопытство все равно берет над ней верх. 

 - Да, - я быстро киваю и не могу скрыть восторга, при одном только воспоминании о нем. Мое сердце вновь заходится в бешеном ритме, глаза вспыхивают, и мне так хочется все-все рассказать Тэхва, всем с ней поделиться, но этого не происходит, потому что вдруг неожиданно отпрянув и нахмурившись, девушка возмущённо произносит: 

 - От тебя несет алкоголем! Улыбка тут же сползает с моих губ: 

 - Я выпила всего два глотка соджу, - еле слышно говорю, пытаясь заверить подругу, что в этом нет ничего предосудительного и никакого вреда мне это не причинило, но она, только скептично дернув уголками губ, кивает и торопливо встает с моей постели, обрубая все своими словами: 

 - Добрых снов, Элиза, - после этого ложится на свою кровать, отворачивается к стене и выключает ночник, стоящий на ее прикроватной тумбочке, всем видом давая понять, что говорить она со мной больше не хочет. 

Каждой клеточкой моего тела я чувствую, как она разочарована, и раздражение, которое исходит от нее, словно туман, заволакивает все кругом. Что-то невнятное сжимается внутри, и мое прекрасное настроение летит к чертям. С каждым разом я все больше начинаю ощущать свою вину перед ней. Будто бы Тэхва дает мне шанс, но я его не оправдываю. Вздохнув, я откидываюсь назад, когда волосы мои рассыпаются по подушкам, и опять натягиваю тонкое покрывало на лицо, чувствуя, как кожа пылает. Ночь проходит почти без сна. Я ворочаюсь, и никак не могу сомкнуть глаз. Утром, когда звенит будильник, вскакиваю так, словно и не спала вовсе. Напялив школьную форму, я некоторое время мнусь, сомневаясь, но потом все же подхожу к Тэхва: 

 - Идешь на завтрак? - неловко спрашиваю я, отчаянно пытаясь предпринять попытку начать с ней разговор. 

 - Да, - девушка неохотно кивает, а я интересуюсь: 

 - Можно с тобой? - мне ужасно не хочется заискивать, но я иду на это только потому что и вправду дорожу своей дружбой с ней. 

 - Конечно, - она соглашается, но произносит это как-то обыденно и безучастно, после чего, прихватив свои рюкзаки, мы все же спускаемся вниз вместе. 

 В столовой мы садимся за столик к девочкам из другого класса, которые, болтая без умолку, галдят на разные темы. Тэхва все так же молча принимается за рис, а я, вдруг перехватив ее руку, наклоняюсь и негромко, но искренне говорю: 

 - Онни, послушай меня... По-моему, я влюбилась... 

 На этих словах подруга тут же откладывает палочки в сторону, и я вижу, как холодное выражение ее лица сменяется чем-то иным, более мягким, настоящим, глаза загораются, и она, часто заморгав, улыбается: 

 - Ты серьезно? - она с огромным нескрываемым любопытством смотрит на меня, снова улыбается, а я утвердительно киваю и продолжаю:

 - Я не могу тебе передать то, что я чувствую... Он... он очень мне нравится... 

 Тэхва отводит глаза, потом вновь обращает взор на меня и спрашивает: 

 - Между вами что-то вчера было? - в ее голосе слышится подозрение. 

 К щекам приливает краска от одного только воспоминания о руках Чонгука и о том, что эти руки со мной делали. Я вспыхиваю, и нервный вздох срывается с губ, Тэхва улавливает это и хмурится: 

 - Что-то серьезное? - спрашивает она, и я вновь чувствую недоверие, исходящее от нее, тут же дергаюсь, резко вскинув испуганный взгляд, и отрицательно мотаю головой:

 - Нет... - тяну я. - Нет, что ты, ничего такого... Просто... - я задумываюсь на миг, отвожу глаза и вздыхаю, не зная, что ещё сказать, поэтому повторяю. - Я влюблена в него... 

 Тэхва заметно с облегчением выдыхает. И в этот миг я кое-что осознаю... Субин и прочие девочки настраивают ее против меня. Она теряется и не понимает, в каком направлении ей сейчас идти. Со мной против всех, или со всеми, но без меня. Я вижу ее растерянность. Ее замешательство, каждый раз, когда дело доходит до доверия. Но годы нашей дружбы еще ни разу не позволили ей усомниться во мне, поэтому ей тяжело дается принятие, и она в душе рвется на части. Но обычное девичье любопытство гораздо сильнее всех остальных предрассудков

С замиранием сердца, ловя каждый мой взгляд, Тэхва взволнованно спрашивает: 

 - А он? 

 Я пожимаю плечами:

 - Не знаю... Мне кажется, я тоже ему нравлюсь... - и девушка в ответ улыбается. 

 Все налаживается. После моего откровения Тэхва снова располагается ко мне, она искренна и все так же добродушна, как раньше. Из столовой мы выходим под руку, негромко хихикая и перешептываясь, нам беззаботно, легко и весело, и я невольно замечаю Субин, Миён, Сохи и еще нескольких девчонок, которые стоя в стороне, с недоверием смотрят нам вслед.

***

Учебный день проходит просто замечательно. Последний урок отменяют, и мы все спешим по комнатам, чтобы переодеться, принять душ и провести некоторое время для себя. Достав свой новый, подаренный Тэхеном телефон из-под подушки, я набираю сообщение Чонгуку: "Привет, как ты? Я скучаю..." - и тут же нажимаю на отправку. 

Следом отправляю ему кучу сердечек и поцелуев, но парень не отвечает. Смски доставлены, но он даже не читает их. Они так и висят непрочитанными, и я начинаю волноваться. Кошки на душе начинают точить свои острые коготки... Почему он не пишет мне? Почему не отвечает и не читает мои сообщения? Ведь вчера все было иначе, и мне показалось, что наши чувства и эмоции взаимны. Проходит некоторое время, и я бесконечно проверяю экран на наличие заветного оповещения, но его все нет. 

 - Блин... - бормочу я себе под нос, с досадой отправляя гаджет обратно под подушку, и бросаю взгляд в сторону. 

Что-то неприятно скребёт внутри, заставляя сердце предательски сжиматься. Тем временем, Тэхва, надев наушники, весело щебечет по видеосвязи с матерью, поэтому ничего не сказав подруге, чтобы не отвлекать ее от беседы, я накидываю на плечи тонкую олимпийку и почти бесшумно выскальзываю из спальни в коридор, прихватив в собой телефон и карту и намереваясь сбегать в круглосуточный магазин за молочным напитком и каким-нибудь снеком на вечер, чтобы похрустеть при просмотре очередной серии любимой дорамы. Беззаботно радуясь теплым лучам уходящего за горизонт солнца, я задираю голову и улыбаюсь в вечереющее небо. 

На миг отвлекшись, я бездумно ступаю на проезжую часть, но почти в то же мгновение раздается оглушительный визг тормозов, легкий удар, какая-то встряска, и я со всего маху падаю на четвереньки, выставляя руки вперед, сбивая кожу в кровь на ладонях и коленях, и охаю от боли, чувствуя, как в мозгах все переворачивается. Словно оглушенная, я слышу как вокруг пронзительно сигналят машины, кто-то пытается объехать, кто-то что-то орет, приоткрыв окно, а ещё через секунду хлопает водительская дверца и неожиданно знакомый голос встревоженно произносит:

 - Вы в поря... твою мать, Элиза?! Черт! Дерьмо! Как тебя угораздило? - вскидываю глаза и вижу перед собой Юнги. - Боги, как... как ты? - парень быстро наклоняется и пытается помочь. - Вставай... Аккуратно... - он подхватывает меня под руки и старается поднять. - Осторожнее... Покажи... - шепчет он еле слышно, когда я наконец, сделав над собой усилие, оказываюсь в вертикальном положении, но, если честно, то стоять мне очень тяжело: колени тянет и ладони ужасно саднит. 

Парень тут быстро говорит. 

- Тебе нужно в больницу... - он придерживает меня под локти, не давая осесть. - Черт... - и я опускаю взгляд на свои ноги. 

 Колени разбиты в кровь, особенно одна, но я все равно пытаюсь сопротивляться: 

 - О, нет, что ты... не надо... все хорошо... я в норме, правда... - бормочу я, едва ворочая языком. 

От боли в голове все мутится, и я то и дело прикрываю глаза, тихо постанывая. 

 - Кровь хлещет, тебе нужно промыть рану и скорее всего зашить... там серьезный порез, Эли, с этим шутить нельзя. Садись! - Юнги аккуратно подводит меня к пассажирскому сидению и, открыв дверцу, буквально вталкивает в машину. Я все еще пытаюсь возражать ему, бубня: 

 - Не стоит... совсем... Ты не должен... Я просто заклею все пластырем... - на самом деле, я вижу, что рана на колене глубокая, а кожа лопнула, и кровь тонким ручейком течет прямо по лодыжке, уже успев окрасить носок и кед с внутренней стороны. 

 Но парень, не слушая мои нетвердые возражения, заводит мотор, и машина, взревев, мгновенно срывается с места. 

 - Тихо, - прерывает мои мысли Юнги. - Сейчас все будет хорошо. Не волнуйся, там с этим быстро разберутся. И ты скоро пойдешь на поправку. 

 Мы несемся по шоссе, как ошпаренные. Юнги ведёт машину уверенно, и минут через десять мы уже подъезжаем к клинике. Быстро заглушив двигатель, молодой человек выскакивает из авто и, настежь распахнув дверцу, осторожно помогает мне выбраться. Я с трудом выползаю с пассажирского сидения и сильно хромаю при попытке сделать хотя бы шаг, такое чувство, что нога словно бы прогибается в обратную сторону. Я уверена, перелома нет, но боль все сильнее и сильнее дает о себе знать. Из отделения травматологии меня быстро перенаправляют в хирургию, рана и вправду оказалась глубокой, и требуется ее зашивать. Останется шрам, уродливый такой шрам во всю коленку, но это лучше, чем истекать кровью. 

 Коридоры кишат людьми, и яркий свет ламп бьет в глаза. Когда меня пересаживают на каталку, врач, носящийся вокруг с каким-то ворохом необходимых документов, обращается к Юнги с неожиданным вопросом: 

 - Вы ее парень? - на что тот вдруг как-то слишком уверенно кивает и отзывается:

 - Да, я подожду ее здесь, - при этих словах внутри меня что-то гулко екает, губы шокировано приоткрываются от изумления, и щеки вспыхивают, но я молчу, не решаясь на этот раз как-то возражать. 

Я только невнятно прочищаю горло и отвожу глаза, чувствуя, как краснею ещё больше. Затем меня увозят в процедурный кабинет, ногу обезболивают и рану зашивают. Я не знаю, сколько времени проходит, прежде чем я снова оказываюсь рядом с Юнги, который покорно и добровольно ждет в приемной. Увидев меня, он быстро вскакивает на ноги. Подойдя ближе, он взволнованно произносит: 

 - Ну, наконец-то! - и, всплеснув руками, участливо заглядывает мне в лицо. - Как ты? 

 - Уже лучше. Вроде бы все в порядке, - кисло улыбаюсь я в ответ и киваю. 

 - Я взял тебе кофе, - говорит парень и протягивает мне большой пластиковый стакан с айс-капучино. - Вполне сносный, если учитывать то, что его делают в местном кафетерии... 

 Я с благодарностью принимаю кофе из его рук и делаю два больших глотка. Мне хотелось пить, я проголодалась и устала.

- Есть хочешь? - тут же спрашивает Юнги, вероятно заметив с какой жадностью я поглощаю купленный мне напиток. 

 Немного смущенно, я киваю, и парень отзывается: 

 - Окей, подожди, - говорит он и снова отлучается куда-то, вернувшись через пару минут с бургером и парой протеиновых шоколадок. 

 - Спасибо... - бормочу я и тут же добавляю. - Ты так добр ко мне... Не стоило... 

 - Да брось... - отмахивается он, потом опускает голову и, глядя на меня исподлобья, тихо говорит. - Я очень виноват перед тобой, Эли... Если бы ты знала насколько... - он глубоко вздыхает и быстро смаргивает, добавляя. - И я не представляю, смогу ли когда-то загладить эту вину... Прости меня, - его голос звучит очень тихо, и все сказанное им кажется мне каким-то странным, поэтому я непонимающе хмурюсь, тоже взглянув на него, ведь ничего страшного не произошло, к счастью, со мной все в порядке, и возможно парень слишком драматизирует. 

 - О, нет, ты ни в чем не виноват, - я качаю головой. - Это все моя невнимательность. Я не дождалась зеленого сигнала, так что... - я хмыкаю, махнув рукой, и улыбаюсь. - Спасибо, что не оставил меня. Я не знаю, что бы я делала, будь на твоем месте кто-то другой... - смущённо произношу я и долго смотрю на него, не отрываясь, а парень, едва заметно кивнув, подмигивает мне, прерывая эту неловкую паузу, после чего тоже произносит: 

 - Пойдем, я отвезу тебя, ладно? - он пожимает плечами. - Мне просто нужно кое-куда, но я все равно уже опоздал... 

 - О, прости... - мне снова становится ужасно неловко, потому что я понимаю, что невольно заставила его ждать, но Юнги говорит:- Не имеет значения, все хорошо, - и помогает мне подняться, вновь подавая руку. 

 Я как раз успеваю доесть свой бургер, когда мы подъезжаем к воротам школы. На улице уже давно стемнело, и дорожные фонари, зажегшись, освещают тротуары и перекрестки. Юнги глушит мотор. Еще некоторое время мы просто молча сидим в машине. Я, опустив голову, перебираю пальцами краешек своей олимпийки, когда замечаю, что молодой человек, откинувшись в кресле, повернул голову и пристально смотрит на меня. 

 - Мне пора... - бубню я, и парень, словно отмерев, кивает, говоря: 

 - Хорошо, - и когда я уже тянусь к ручке, чтобы открыть дверцу, он вдруг перехватывает меня за запястье и произносит, заглядывая мне в лицо и пытаясь поймать мой взгляд. - Эли, послушай, что я скажу... - начинает он. - Посмотри на меня, - я поднимаю глаза, встречаясь с его темным взором, а Юнги продолжает, крепко сжимая мою руку. - Пообещай мне, что всегда будешь осторожной, пообещай, что больше никогда ты не попадешь в ситуацию, где тебя нужно будет спасать. Будь благоразумной и осмотрительной, - я киваю, но глаз не отвожу, а он добавляет. - Я прошу тебя, береги себя, ладно? Что бы ни случилось, оставайся сильной. Всегда... - потом он подносит мою руку к губам и осторожно целует острые костяшки пальцев, прошептав. - Обещаешь? 

 Приоткрыв губы, я молча еле заметно киваю, не в состоянии что-либо сказать, я только слушаю и не знаю, как реагировать на его речь. А Юнги, все так же понизив голос до полушепота, говорит снова: 

 - Я хочу, чтобы у тебя все было хорошо, милая. Я хочу, чтобы ты была счастлива, - после отстегивает ремень безопасности, выходит из машины и, открыв дверцу, помогает мне спуститься. Обхватив мою талию одной рукой, он снимает меня со ступеньки его высокого автомобиля, предостерегая от отпадения. 

Я тоже держусь руками за его плечи, будто опираясь. Когда мои ноги касаются земли, парень расслабляет руки и выпускает меня из объятий. У меня нет слов. Я чувствую лишь легкое головокружение, и ощущаю, как сердце бешено колотится в груди.

 - Спасибо тебе за все... - тихо говорю я, подняв глаза. 

 - Не благодари, - коротко отвечает Юнги и садится в машину, оставив меня у ворот. 

 Я еще долго смотрю вслед уезжающему автомобилю, ища его в потоке других машин. А когда он окончательно скрывается из виду, вздыхаю, слабо улыбаюсь и поднимаю, наконец, взгляд... и в ту же секунду мои глаза встречаются с глазами Тэхва, которая стоит у решетчатых ворот в окружении других девушек, и неотрывно смотрит на меня. Внутри все обрывается... 

 Я ахаю, пытаюсь вздохнуть, но не могу, грудь только вздымается, но воздух не поступает. Я хочу откашляться и прикладываю ладонь к горлу, сжимая. С третьей попытки у меня все же получается вдохнуть, я отмираю и бегу к воротам, где целая толпа моих одноклассниц встречают меня любопытными, злобными и ехидными взглядами своих черных глаз. Когда я вхожу на территорию двора, то слышу голос своей лучшей подруги: 

 - Как прошел вечер, Элиза? - спрашивает Тэхва, и в голосе ее звучит сталь и раздражение. - Надеюсь, ты хорошо провела время? 

 Я сглатываю, поднимая голову, но не успеваю ничего сказать, как она добавляет: 

 - Почему именно он? Почему Юнги? Зачем ты это сделала? - она с презрением смотрит на меня, скривив от отвращения губы. 

 - Что я сделала? - еле слышно, чувствуя, как слезы подступают к глазам и горлу, произношу я. - Он всего лишь отвез меня в больницу... - я опускаю лицо, чтобы указать девушкам на перевязанные ноги, но им, кажется, все равно: 

 - В больницу? Именно Юнги? - вновь упиваясь своим превосходством, цедит Тэхва. - Ну, конечно, все произошло случайно, не так ли, милая Эли? Ты случайно его встретила, случайно села к нему в машину и случайно уехала непонятно куда на целый вечер... У тебя всегда все случайно, правда? - она говорит это с таким злым сарказмом, что я понимаю, переубедить ее будет почти невозможно. 

 - А я тебе говорила, - поддакивает Субин. - Ты мне не верила, теперь сама видишь, Тэхва! Убедилась?! - злорадствует она, складывая руки на груди. 

 - Я ничего не сделала... - чувствуя, как горячие ручейки слез текут по моим щекам. - Я просто пошла купить молочный напиток, я не знаю, откуда он здесь появился...

 - О, да, как всегда ты ни в чем не виновата, Элиза, как всегда ты ничего не знала, - зло глядя на меня, с издевкой мурлычет Сохи. 

 - Пойдемте отсюда, - фыркает Миён, и девушки разворачиваются, чтобы уйти, но Тэхва не двигается с места, стоя напротив и пристально глядя на меня: 

 - Ты ведь знала... - роняет она. - Ты знала, что он мне нравится... Зачем ты так? Тебе что других мало? 

 - Я... Я... - я пытаюсь что-то возразить, но Тэхва не слушает меня: 

 - Правильно сказала Субин, что ты среди нас, только для того, чтобы уводить у нас парней... - она хмурит брови, с горечью выплевывая. - Ты шлюха, Элиза, подстилка, правду все говорят... - яд так и сочится из ее уст. - Больше не подходи ко мне. Я не хочу тебя знать! Никогда! - выкрикнув последнее слово, девушка резко разворачивается и, встряхнув волосами, убегает прочь, оставляя меня одну посреди темного двора. 

 Я чувствую, как мое лицо пылает, а глаза горят от слез. Закрывшись руками, я опускаю голову так, что волосы падают мне на лицо, и бесшумно плачу, не издавая ни звука, от стыда, позора и беспомощности, позволяя только плечам изредка подрагивать.

Это клеймо... что прицепилось ко мне. Разве я его заслужила? Разве это справедливо? Меня оклеветали ни за что... И эту метку теперь не смыть, не оправдаться. Так что мне остается делать? Я задираю голову к черному ночному небу, словно ища ответы в темной бездне звездной ночи. Если вы меня такой видите... Если вы хотите меня такой видеть, хорошо, я принимаю правила игры. Вы это получите. Шмыгнув носом, я расправляю спину и достаю из кармана свой новенький телефон. Все еще всхлипывая, проверяю его и с досадой замечаю, что Чонгук мне так и не ответил, он все еще даже не прочитал мои сообщения... От этого становится еще хуже. Меня разрывает. Несколько мгновений я просто обдумываю, что делать дальше. Это отчаяние и боль говорят во мне. Мне просто нужно что-то сделать. Куда-то себя деть. Я не могу молчать... Поэтому я снова открываю мессенджер и быстро набираю смс Чимину: "Увидимся завтра?" - пишу я. Ответ от парня приходит незамедлительно: "Да, малышка, я весь твой," - и сквозь слезы я лихорадочно улыбаюсь.

Разве это не прекрасно? Я совсем одна. 

Моё сердце хрупкое, как стекло, моя голова тяжела, как камень. 

Разорви меня на кусочки, от меня остались лишь кожа да кости... Billie Eilish - Lovely.