Глава 6
Моя спина ударяется о ковер, когда губы Престона опускаются на мой живот, скользя жадными поцелуями по разгоряченной коже. Он проводит языком по моей киске, и моя спина выгибается, а все тело пронизывает волной наслаждения. С его губ срывается тихий смешок, и он впивается зубами во внутреннюю сторону моего бедра.
- Всегда такая чертовски отзывчивая, Элла, - выдыхает он.
Мои руки инстинктивно пытаются дотянуться до него, и я срываю резинку с его волос, прежде чем мои пальцы зарываются в его локоны. Его взгляд поднимается вверх по моему телу, пока не встречается с моими глазами, в то время как его палец медленно выводит круги на клиторе. Мои глаза закрываются, и я откидываю голову назад, когда это пламя наслаждения вновь начинает медленно разгораться в моем животе. На мгновение мужчина отрывается от меня, и мне хочется разрыдаться от разочарования. Его губы касаются моей груди, шеи, челюсти, а потом он оставляет цепочку жадных поцелуев на моем горле, пока его член потирается о мой вход. Я приподнимаю бедра и хватаю его за задницу, заставляя войти в меня. Мое дыхание замирает, и я слышу, как клацнули его зубы.
- Блять, Элла. - Мне так нравится чувствовать его внутри себя. Я хочу его. Я хочу Тобиаса. Они - мои, а я принадлежу им, и именно так все и должно быть. Я не хочу, чтобы было три игрока. Большие ладони Престона опускаются на мои щеки, вынуждая встретиться с ним взглядом, прежде чем его губы впиваются в мои. Он целует меня жадно и подчиняюще, пока его бедра приподнимаются, двигаясь мне на встречу, с силой толкаясь в меня. Я просто забываю о Номере Три. Я сосредотачиваюсь на Престоне и думаю о том, каким голодом в этот момент пронизан взгляд Тобиаса, наблюдающего за нами. Я представляю ту картину, которую он сейчас видит перед собой, и это заводит меня. Я прикусываю нижнюю губу и начинаю стонать, сжимая пальцами свои соски.
С губ Престона срывается тихий рык, и он наматывает мои волосы себе на кулак, сжимая зубы и толкаясь в меня с такой силой, что я скольжу спиной по ковру. Его рука обхватывает мою спину, сжимая за плечи, чтобы трахать меня еще интенсивнее. Я чувствую себя поглощенной им, принадлежащей и отданной ему. Внезапно он тянет меня на себя, усаживая на колени, мои бедра плотно обхватить его за талию. Наши тела соприкасаются, и я чувствую жар его кожи. Я зарываюсь пальцами в его волосы, желая быть к нему так близко, насколько это возможно.
Его губы так сильно впиваются в мой рот, что я ощущаю, как зубы прокусывают мою губу, и я чувствую привкус крови у себя во рту. Его язык проникает в мой рот, и он стонет, так крепко стискивая меняя за талию, что на ней могут остаться синяки.
- Повернись, - бормочет он мне в губы.
Я приподнимаюсь, и он разворачивает меня. Я падаю вперед на руки и колени, и вот он уже оказывается позади меня, удерживая рукой член и скользя внутрь меня. Его толчки быстрые и сильные, и мне приходится откинуться на него спиной. Боже, то, как он трахается - такое чувство, что он не может насытиться, как будто пытается оставить часть себя внутри меня. Его рука перехватывает меня поперек талии, а затем он заставляет меня сесть прямо и устроиться поверх него, когда он опирается на пятки.
- Ступни на пол. Раздвинь ноги шире, - приказывает он. Я делаю, как мне велено, почти полностью вбирая в себя его твердый член. Его длинные пальцы впиваются в мои бедра, разводя их в стороны так широко, что мои мышцы начинают гореть от напряжения. - Покажи им свою киску, сладкая Элла. Пусть они наблюдают, как мой член трахает тебя. - Я закусываю губу, когда все мое тело словно затапливает жаром. Грязные словечки Престона, его член, его твердая хватка - я люблю все это. И я могу почувствовать на себя голодный взгляд двух мужчин, стоящих в стороне от нас. Они все хотят меня, желают меня, и это знание заставляет меня почувствовать власть над ними. - Объезди мой член, - приказывает Престон, его голос звучит слегка натянуто. Я так и делаю. Покачивая бедрами, хотя мои ноги и начинают неметь от такой нагрузки, а киска сжимается вокруг него. Я устремляю взгляд на двух мужчин перед собой, и, когда мои глаза привыкают к свету, наконец, могу различить, кто из них Тобиас, а кто - незнакомец. Мои глаза сосредотачиваются на Тобиасе, и, хотя я не могу четко видеть, я знаю, что он встречается со мной взглядом.
Престон удерживает мои ноги широко раздвинутыми, и с каждым движением его бедер, он все глубже входит в меня.
- Прикоснись к себе, ягненок, - доносится хриплый голос Тобиаса из темноты. Моя рука скользит вдоль тела, спускаясь ниже, и даже этого движения достаточно, чтобы завести меня еще сильнее. Запустив руку себе между ног, я нежно провожу кончиком пальца по клитору и тяжело выдыхаю. Престон ослабляет хватку на одном моем бедре и запускает пальцы в волосы, наматывая их на кулак и потянув за них, откидывая мою голову на его плечо.
- В ней так блядски хорошо, - стонет Престон, прикусывая мою шею. Я тянусь вверх и хватаю его за волосы, прижимая ближе, нуждаясь в нем сильнее. Его вторая рука отпускает мою ногу и обхватывает за талию, прижимая меня ближе к себе. Мне нужно это. Когда Тобиас трахает меня, он заставляет меня чувствовать себя принадлежащей ему и одержимой им. Но когда Престон меня трахает, я чувствую себя желанной и обожаемой, вызывая во мне ощущения, которые никто и никогда прежде не заставлял меня испытать. Тобиас заставляет почувствовать меня, словно хочет владеть мною. А Престон - словно он хочет любить меня. Последнее чувство - более опасное, чем первое, не так ли? Сейчас я даже не могу быть уверенной в этом.
- Посмотри на меня, Элла, - до меня доносится чей-то приказ - от Тобиаса. Я поднимаю голову, отстраняясь от плеча Престона, и Тобиас наклоняется вперед, лишь слегка появляясь на свету. Его руки сложены на бедрах, а тени танцуют на его прекрасных чертах лица. Наши глаза встречаются, и мое дыхание учащается. Его глаза горят от этой необузданной власти, которая так ему идет, и мне хочется утонуть в ней. Я греюсь в ней, желая его, словно зависимый от своего пакетика с белым порошком.
Мои бедра приподнимаются, объезжая Престона все быстрее и сильнее, подталкиваемые взглядом Тобиаса, в погоне за оргазмом, которым он меня дразнит всего лишь взглядом своих глаз.
- Кончи для меня, ягненок, - говорит он, и его слова действуют на меня, словно удар хлыста. Мой палец сильнее прижимается к клитору, и киска сжимается. Престон стонет, впиваясь зубами в мое плечо, пока его пальцы хватают меня за бедра, заставляя двигаться еще жестче. Мое тело начинает дрожать, каждый его нерв напрягается, и, как только меня накрывает оргазмом, на губах Тобиаса появляется маленькая улыбка. Он откидывается назад на спинку кресла, вновь исчезая в тенях, пока сквозь меня проносятся волны наслаждения, заставляя мое зрение размыться. Престон отпускает меня, и я падаю на колени, только чтобы он вновь вонзился в меня и начал двигаться еще более яростно. Моя голова опускается к полу, с губ срывается череда стонов, когда он врезается в меня, замирая и рыча мое имя. Это так дико и горячо. Он выходит из меня, и я на несколько секунд замираю, прежде чем поднять голову.
В поле моего зрения попадают ноги Престона, уже облаченные в джинсы, и его голые ступни останавливаются прямо напротив. Я слышу, как он застегивает ширинку, а затем прямо рядом кучкой падает красная ткань. Он наклоняется и поглаживает мою щеку, прежде чем нежно меня поцеловать.
- Одевайся, сладкая Элла.
Он встает и отходит. Я сажусь на корточки и чувствую себя обнаженной и выставленной на показ под ярким светом, поэтому быстро натягиваю красное платье через голову, позволяя ткани прикрыть меня. Я с трудом поднимаюсь на ноги и остаюсь на месте. Я не уверена в том, что должна делать дальше. Престон скрылся в темноте, и я могу почувствовать на себя тяжесть взглядов всех трех пар глаз.
Тобиас встает, проводя рукой по волосам. Он ведет себя сдержанно, от него так и веет напряжением.
- Ты сегодня отправишься домой с Номером Три, - его голос звучит резко, и это мне совсем не нравится.
- Я... - я замолкаю, так как не могу с ним спорить. И даже не могу спросить о причине, поэтому продолжаю смотреть на него, ощущая, как в негодовании раздуваются мои ноздри. Думаю, он делает это, потому что разочарован во мне.
- Ты не хочешь идти с ним, сладкая Элла? - спрашивает Престон.
- Нет.
- Существует множество вещей в жизни, которые необходимо сделать независимо от того, насколько сильно тебе это не нравится. Это называется необходимостью отточить твердость характера - тот урок, в котором ты, несомненно, нуждаешься.
Я сжимаю свои зубы, впиваясь ногтями в ладони.
- Мне жаль, что я разочаровала тебя.
Он кивает и направляется к двери. Когда он открывает ее, за порогом стоят двое мужчин, удерживающих между собой черный мешок. Тобиас вздыхает и отходит, позволяя им войти.
- Ясно, - фыркает он себе под нос. - Просто... - он пренебрежительно машет рукой, - бросьте это там.
- Ох, Элла... - Престон качает головой.
Я смотрю на мешок, пока двое мужчин заносят его и бросают на пол с громким стуком. Мне хочется спросить, что в нем находится, но вместо этого я отхожу дальше, заламывая руки.
- Посмотри, ягненок, видишь, что ты наделала? - спрашивает Тобиас, подходя ближе ко мне, переплетая наши пальцы, когда двое мужчин расстегивают мешок, разворачиваются и безмолвно покидают комнату.
Я поворачиваюсь взглянуть на Номера Три, но он исчез. Я быстро осматриваю всю комнату, но в ней только я, Тобиас, Престон и этот мешок.
- Подойди ближе, Элла, - шепчет Тобиас мне на ушко, хватая меня за руку и подводя прямо к мешку.
- Ох, Элла... - повторяет Престон, пытаясь подавить смешок.
- Посмотри, что ты натворила, ягненок.
Мы подходим ближе, и я опускаю взгляд на мешок, раскрытый, словно кожура банана. Там, внутри, лежит тот бродяга из переулка, со стеклянными глазами, устремленными в потолок.
- Ты дала наркоману достаточно денег, чтобы убить себя. Затолкала пулю в ружье, сняла его с предохранителя и вручила ему прямо в руки, - Тобиас смеется. - Ты - убийца, ягненок.
- Добро пожаловать в клуб, сладкая Элла.
- Добро пожаловать в игру, - весело добавляет Тобиас.
- Я не убивала его. Я просто дала ему денег, я...
- Если бы ты этого не сделала, если бы просто дала ему немного героина, который был в том пакетике, он бы остался жив, - говорит Тобиас.
- Ты слишком доверчивая, Элла, - шепчет Престон, легко касаясь меня.
- Я...
- Почему ты дала ему деньги? - спрашивает Тобиас.
- Потому что хотела помочь.
- Уверена? - спрашивает Престон, прежде чем оставить поцелуй на моей шее, горячим языком лаская кожу.
- Она хотела помочь себе, Престон, ты слишком высокого мнения о ней. Элла, ты сделала это, потому что это было легче, потому что это заставило тебя почувствовать себя хорошей, - лицо Тобиаса оказывается всего в паре сантиметров от меня, и я вижу, как в его зеленых глазах сверкают дикие искры. - Добрая самаритянка, - с его губ срывается смех, и Престон присоединяется к его веселью, эта сцена разыгрывается передо мной, пока я смотрю на обезображенное лицо мертвого человека в мешке.
- Ты взяла ружье... – произносит Тобиас.
- Вставила пулю, - шепчет Престон, вновь меня целуя.
- Нажала на курок, - шипит Тобиас.
- И просто ждала, когда он упадет замертво.
- Я... - я пытаюсь отойти подальше от тела, но сильные руки Тобиаса не отпускают меня, не позволяют сдвинуться с места.
- Тебе следовало дать ему наркотики, сладкая Элла, - Престон убирает локон моих волос за ухо. - Это и был правильный выбор.
- Некоторым людям нельзя помочь, - усмехается Тобиас. - Правильно и неправильно – что на самом деле это означает? В чем смысл, если в том, и в другом есть недостатки.
- Не совершай поступки, просто чтобы быть хорошим человеком, Элла, это лишь выйдет тебе боком.
Тобиас указывает на мертвое тело мужчины.
- Он был адвокатом. Весьма преуспевающим, он был хорош в своем деле. Настолько хорош в выборе аргументов и своей способности отыскать нужные лазейки, что помог убийце-насильнику избежать наказания. Убийце-насильнику, который, в конце концов, убил жену этого человека.
Престон вздыхает.
- Какая жалость. Только представь, насколько, наверное, тяжело пытаться жить со знанием, что твое глупое решение и жадность до денег способствовали убийству твоей единственной истинной любви.
Тобиас усмехается.
- В некотором смысле, он собственноручно убил жену. Ох уж эта ирония жизни, ягненок.
Я смотрю на мужчину – человека, которого они называли ничтожным, бельмом на человеческом роде, и мой желудок сжимается, а по горлу поднимается желчь.
- Депрессия. Вина. Они поглотили его, - продолжает Престон.
- Кусочек за... - Тобиас щипает меня, - кусочком. Пока он не захотел найти что-нибудь, способное заставить исчезнуть все это.
- Так похоже на тебя, стоявшую на мосту вчерашним вечером, - произносит Престон. - Разве ты не хотела, чтобы все проблемы просто перестали существовать?
- Если бы у тебя не было нас, ты бы не хотела, чтобы тебе помогли избавиться от твоих мучений? - рука Тобиаса тянется к моей талии, а затем он разворачивает меня, притягивая к себе. - Ты осуждала его, ягненок? Считала, что он был низшим существом?
В голове полная неразбериха, потому что меня терзают раздумья, каков же правильный ответ? Разве вообще есть правильный ответ, когда дело касается этих двоих. Мое сердцебиение учащается, а голова начинает кружиться, потому что я в замешательстве. Я вмешалась, нажала на курок, хотя и не хотела быть вовлеченной во все это. Я играю в эту игру, потому что... потому что у меня больше ничего нет. Тобиас и Престон, деньги - это моя слабость. Мой наркотик, моя зависимость, мой кайф, ради которого я сделаю все. Хватка Тобиаса на моей талии усиливается, и он склоняет свое лицо ближе ко мне.
- А еще лучше, ты веришь, что... - я поднимаю на него взгляд, его глаза наполнены смесью волнения и возбуждения, - ты веришь, что ты высшее создание? Можешь ли ты быть выше моральной концепции правильного и неправильного?
- Элла, - я слышу шепот Престон, но я так заворожена тем, как искрятся глаза Тобиаса, что не могу отвести взгляда. - Элла, - вновь шепчет Престон, - ты можешь сделать это? Можешь быть такой, как мы?
Мой взгляд перемещается на дверь, затем на тело и на Тобиаса, по моим венам проносится адреналин. Хотелось бы иметь возможность уйти, но... я выдыхаю. Я не могу. Это. Они. Все в них заставляет меня чувствовать себя более живой, чем когда-либо. Это неправильно и извращенно, но в какой-то мере это является для меня подобно духовному пробуждению, и я не хочу оставлять это позади, просто не могу.
- Будь высшим созданием, ягненок, - выдыхает Тобиас напротив моего рта, прежде чем его язык пробегается по моим губам. Его пальцы впиваются в мою талию, когда он притягивает меня ближе к себе, прижимаясь ко мне своей твердой выпуклостью.
- Скажи нам, что ты именно такая, - Престон покусывает мою шею, его рука поглаживает очертания моих ягодиц.
- Скажи нам, что ты лучше, чем все остальные, - шепчет Тобиас, прежде чем прикусить мою губу.
- Я хочу... - я замолкаю, поддаваясь навстречу прикосновениям Престона и Тобиаса. Опьяненная ими от напряжения, контроля и страха, который пожирает меня. Они словно окружены дымкой, и с каждым шагом, с каждым следующим вздохом я становлюсь все более одурманенной и нуждающейся. С каждой секундой в их присутствии я чувствую, как они отхватывают все больше от моей души. И я хочу этого. Хочу, чтобы они обладали мною, желаю этого самой глубокой и темной частью себя. Я мечтаю быть по-настоящему безумной рядом с ними.
- Скажи это, ягненок, - воркует Тобиас, проводя мягкими кончиками пальцев по моей щеке. - Прими это. И мы примем тебя.
- Я - высшее создание, - шепчу я, и по мне пробегает дрожь возбуждения.
Тобиас целует меня, за ним следует Престон. И как только теплые губы Престона отстраняются от меня, Тобиас хватает меня за шею, заставляя запрокинуть голову назад.
- Ты лучше всех, за исключением нас.
Мое дыхание замирает, и он отпускает меня, наблюдая за мной с легкой ухмылкой. Тобиас переводит взгляд на Престона, и я наблюдаю за их безмолвным диалогом. Престон поворачивается ко мне лицом, улыбаясь.
- Я буду по тебе скучать, сладкая Элла, - произносит он, отворачиваясь от меня и направляясь к двери.
- Да, мы будем скучать, - добавляет Тобиас, вздыхая, скользя взглядом по моему телу. - Ты будешь хорошим ягненком, не так ли? - он достает черную ткань из кармана и складывает ее несколько раз. – Повернись.
Я медлю всего секунду, прежде чем его руки опускаются на мои плечи, разворачивая меня. Он прикрывает мои глаза тканью, не позволяя мне видеть, завязывая ее узлом сзади. - Игра под номером четыре еще не окончена, докажи, что ты лучшая, Элла.
Мое сердце подпрыгивает, неистово ударяясь о ребра, когда я начинаю качать головой. Я слышу, как он пересекает комнату. Затем раздается щелчок замка, скрип двери.
- Не... не оставляй меня, - мой голос наполнен паникой.
- Номер Три хорошо о тебе позаботится, - говорит Престон. И прежде чем я успеваю сказать хоть что-то в ответ, дверь закрывается, оглушая меня громким хлопком.
Тишина. Каждый вздох, который мне удается сделать, кажется слишком шумным и тяжелым. Сердцебиение отдается в ушах, все тело застыло от напряжения, и не по той причине, что где-то в углу лежит труп человека, а потому что Третий вызывает у меня тревогу. Пугает меня. Беспокоит меня. Конечно же, Тобиас и Престон не оставили бы меня с ним просто так, он не мог быть третьим игроком, если бы не был...
- Маленькая Элла, - его твердый голос посылает мурашки по всему моему телу. - Повернись, моя прекрасная игрушка.
Сглатывая, я беру себя в руки и поворачиваюсь на звук его голоса.
- Красивая, красивая, такая красивая, - отчетливый британский акцент придает каждому его слову унизительный и снисходительный оттенок. - Ты волнуешься?
Мою кожу покалывает от страха, а грудь все сильнее сжимается с каждым вздохом.
- Да, - выдыхаю я, потому что знаю, что ложь ни к чему не приведет.
Каждый из органов чувств работает на пределе, ожидая, предупреждая, опасаясь его прикосновения. Когда это происходит, я подпрыгиваю, пытаясь увернуться. Он издает тихий смешок.
- Успокойся, маленькая Элла. Я не наврежу тебе, - говорит он, и я жду, когда он добавит: "слишком сильно".
Кончики его пальцев скользят по линии моих волос, прежде чем обвести мой нос. Он касается моих губ и шеи, перед тем как его пальцы опускаются на мою грудь, проскальзывая прямо между ними. С каждым движением мое дыхание учащается, а пульс ускоряется, но это ничем не похоже на то, когда это происходит в присутствии Тобиаса и Престона. Я не хочу этого. Я не доверяю незнакомцу.
- Скажи мне, Элла, - шепчет он так близко ко мне, что его дыхание касается моей кожи. - Ты подчинишься мне? - Мне становится неуютно от его вопроса, желудок сжимается в болезненных спазмах, и во мне поднимается желание отстраниться. Я хочу отказать ему, выбежать из комнаты и никогда не оглядываться назад. Но побег от него означает побег от Тобиаса и Престона. Три игрока, как сказал Тобиас. Если я выйду из игры, я оставлю их, а без них у меня ничего нет. Это игра, и он – часть ее, и я в самом ее разгаре.
- Да, - выдыхаю я, слыша, как мой голос дрожит.
- Хорошо, - говорит он, едва касаясь моих губ. Я напрягаюсь, рефлекторно поджимая их.
- Тебе нужно стараться лучше, - он вновь смеется. - Пойдем, - говорит он, хватая меня за локоть и ведя вдоль комнаты. Я вслепую плетусь за ним, не имея возможности сделать что-либо еще.
Я слышу, как открывается дверь машины, а затем неожиданно его руки обхватывают мою талию и помогают забраться в салон. Гладкая кожа ласкает мои бедра, когда платье задирается вверх. Мне хочется спросить, куда мы едем, но я не могу. Я в игре уже четыре дня. Меня просили делать ужасные вещи, унизительные, порочные и приносящие такое удовольствие, о котором я даже не могла вообразить, но это... это впервые, когда я по-настоящему напугана.
Если вам нравятся мои переводы и книги, можете меня угостить бокальчиком чая ;) 2202 2012 2856 2167 (сбер)