4 глава.
Кристина продолжала сидеть напротив Пети, ее ноги уже затекли и ныли, но она боялась пошевелиться. Никто не обращал на них внимания уже полчаса. Музыка из гостиной продолжала орать на весь дом.
- На, - она достала и прикурила сигарету, а после протянула Пете.
Он медленно взял, сделал глубокую затяжку, выпустил струю дыма прямо под грязноватый потолок, где висела паутина.
- Это спортики, сука, - выдохнул он очередной раз затянувшись, - мы одного не убрали, мстит сука.
- Авдей же вчера сказал, что его нашли, - тихо уточнила Кристина, сама закуривая.
- Да, приехали на ту заброшку, - он стряхнул пепел прямо на пол, не глядя, - пустое помещение, суп недоеденный на столе, кастрюля еще теплая, там дежурят ребята, но хер его знает, вернется ли.
Вдруг, Петя резко, с усилием оттолкнулся от стены и поднялся. Его затекшие ноги подкосились, он пошатнулся и Кристина инстинктивно вскочила, чтобы поддержать, но он уже выпрямился, отмахнувшись от помощи жестом, полным раздражения. Не глядя на нее, он побрел в сторону кухни, она пошла следом.
На кухне царил привычный праздничный бардак, гора посуды, пустые бутылки. Петя не глядя швырнул окурок в раковину, где он с шипением погас в мокрой тарелке. Он рывком открыл дверцу старенького холодильника, отодвинул банки с соленьями и достал оттуда бутылку Столичной. Не ища стакана, он припал к горлышку, залпом хлебнув несколько больших глотков, но алкоголь казалось, не приносил ему облегчения.
- Я могу чем то помочь? - спросила Кристина, чувствуя всю беспомощность своих слов.
Он опустил бутылку, со стуком поставил ее на стол, его взгляд мутный от выпивки и горя, наконец сфокусировался на ней.
- Можешь, - он на мгновение задумался, будто перебирая варианты, - поехали к тебе, тут не останусь, матери праздник портить не буду, а дома один не хочу.
- Иди спускайся, я попрощаюсь, скажу, что тебе плохо и выйду.
Петя лишь кивнул, снова взял бутылку и шатаясь, вышел из кухни. Она слышала, как в прихожей он сдернул с вешалки свою кожаную куртку, а после хлопнула входная дверь.
Кристина сделав глубокий вдох вернулась в гостиную. Улыбка давалась ей с огромным трудом.
- Флора Борисовна, Пете поплохело, - сказала она, подходя к женщине, - я его отвезу, пусть отлежится, спасибо за вечер.
- Ай, беда с ним, ну отвези, отвези, родная, спасибо, что присмотришь, - улыбнулась она, - он у меня крепкий, но с алкоголем не дружит совсем.
Кристина не задерживаясь, выскользнула из квартиры. На улице было прохладно, Петя стоял прислонившись к стене подъезда и смотрел в темное, усыпанное звездами небо. В его руке по прежнему была бутылка, он не обернулся, когда она вышла, лишь протянул ключи от своей БМВ.
- На, вези, - бросил он, сделав очередной глоток.
- Может, дойдем пешком? - осторожно предложила она, - воздухом подышишь, тут всего одна остановка.
- Не хочу, - буркнул он, отстраняясь от стены, - поехали.
Кристина молча взяла ключи и прошла к водительской двери. Он тяжело опустился на пассажирское сиденье, устроив бутылку между ног.
Короткая дорога до ее дома заняла не больше пяти минут, но показалась вечностью. Петя не отрываясь прикладывался к бутылке, а Кристина нервно курила, открыв окно. Весь алкоголь, выпитый на празднике, будто выветрился из нее.
Припарковав его машину рядом со своей ауди, она повернулась к нему. Петя застыл, уставившись в одну точку на торпеде.
- Петь, приехали, пойдем, - позвала она, тронув его за плечо.
- Идем, да, - он встряхнул головой, сделал еще глоток и не закрывая дверь, поплелся к подъезду.
Кристина вздохнув, потянулась через сиденье, подцепила ручку пассажирской двери и захлопнула ее. Потом вышла и закрыла свою. Пети у подъезда уже не было и цокая каблуками по бетонным ступеням, она быстро вбежала по лестнице на свой этаж. Он сидел на корточках у ее двери, прислонившись спиной к стене.
Открыв дверь она коснулась его головы и задержала руку в темных, вьющихся волосах. Он поднял на нее глаза и она кивнула в сторону квартиры. Он с усилием поднялся и шатаясь, ввалился внутрь.
В прихожей он не отлипая от бутылки, с трудом стянул с себя ботинки, швырнул кожанку на вешалку, но она упала и прошел прямиком на кухню, тяжело рухнув на стул. Кристина подняла куртку, разулась и прошла следом.
- Я сейчас тебе постелю на диване, - сказала Кристина, следя за ним, - иди умойся и хватит пить.
- Я с тобой спать буду, - покачал он головой, уставившись в пустоту, - не хочу один, не оставляй одного.
В его голосе прозвучала такая детская, беспомощная нотка, что у нее внутри все перевернулось.
- Хорошо, - тихо согласилась она, - тогда иди умойся, а я расстелю свою кровать.
Он кивнул и пошатываясь поднялся, прошел к кухонной раковине и просто включил воду, уставившись на струю.
- Петь, ванная тут, рядом, - мягко сказала она.
- Похуй, - глухо ответил он и наклонившись, стал плескать ледяную воду себе в лицо, смачивая волосы и рубашку.
Кристина не говоря больше ни слова, быстро прошла в спальню, скинула с себя платье, натянула старую хлопковую майку и спортивные шорты, затем быстро расправила смятую простыню на своей двуспальной кровати. Вернувшись на кухню, она застала его все в той же позе, он стоял облокотившись о раковину, с него капала вода.
- Пойдем, - позвала она, - на стуле в комнате разденешься.
Он послушно повернулся и начал раздеваться прямо посреди кухни. Снял мокрую рубашку, сбросил брюки, свесив все это на спинку кухонного стула. Кристина молча покачала головой, она имела в виду другой стул, но поправлять его сейчас не было ни смысла, ни сил.
Дождавшись, когда он останется в одних темных боксерах и сделает последний, уже чисто символический глоток из почти пустой бутылки, она взяла его за руку и повела в спальню. Его ладонь была холодной и влажной.
- Тазик поставить? - уточнила она, когда он без сил рухнул на ее пастель, - или тебе нормально?
- Не надо, - он потянул к ней руки, - ложись уже.
Она потушила свет и легла рядом. Он тут же обнял ее, притянул к себе с такой силой, что у нее на мгновение перехватило дыхание, уткнулся лицом в ее волосы и несколько раз провел носом туда сюда по макушке, словно ища утешения в ее запахе.
- Спасибо тебе, - наконец выдохнул он.
Она не ответила. Что тут можно было сказать? Она просто лежала давая ему возможность держаться за нее, как утопающий держится за соломинку. Пока его дыхание выравнивалось и переходило в тяжелый, пьяный сон, а он посапывал у нее в районе затылка, она думала лишь о том, как сильно и безнадежно его любит. Как ему сейчас невыносимо больно и что она, вопреки всему, всей его наглости, его бабам, его опасному миру, не может его не поддержать. С этими мыслями, под звук его дыхания, она сама медленно погрузилась в беспокойный сон.
Утром Кристина проснулась первой. Ее разбудил удушающий запах перегара, пропитавший спальню за ночь. Петя все еще спал, простыня под ним была скомкана, видно было, что ночью он метался и ворочался.
Она аккуратно, стараясь не скрипеть пружинами, выбралась из кровати, подошла к окну и распахнула форточку. В комнату ворвалась струя прохладного воздуха. Не глядя на него спящего, она вышла из комнаты.
На кухне она первым делом поставила на огонь эмалированный чайник, насыпала в турку молотого кофе. Пока он закипал, она механически, почти не глядя, сделала зажарку из лука и моркови, начистила картошки, достала из холодильника две куриные ножки и сварила наваристый куриный суп, верное средство от тяжелого похмелья. Все это время из спальни доносилось лишь ровное дыхание.
Петя продолжал спать. В коридоре, из кармана его кожанки, раздался пронзительный, дребезжащий звонок его мобильного. Кристина бросилась к куртке, нащупала в кармане тяжелую трубку и нажала кнопку приема.
- Петь, там короче в морге все оформили, - раздался голос Авдея, - надо приехать на опознание после обеда, раньше не пустят.
- Это Кристина, - тихо сказала она, - он спит, я передам.
Не дожидаясь ответа, она сбросила вызов и положила телефон обратно в карман.
Она сходила в душ, наспех собралась, на всякий случай, если придется куда то ехать и только села за стол, чтобы наконец выпить свой кофе, как из глубины квартиры послышались тяжелые, шаркающие шаги.
- Как мне плохо, - он встал в дверном проеме, бледный, с красными, отечными веками.
- Верю, - она встала и достала из холодильника литровую банку с мутным рассолом от огурцов, - на попей и иди в душ, я тебе полотенце чистое на батарею повешала, суп сейчас разогрею.
- Крис, ты лучшая, - сказал он забирая из ее рук холодную банку.
Сделав несколько больших, жадных глотков, он с облегчением выдохнул и поставив банку на стол, поплелся в ванную. Вскоре зашумела вода.
Кристина плеснула супа в небольшой ковш и поставила на плиту. Нарезала ломтями хлеб, налила в стакан свежей порции рассола, нашла в аптечке пачку с анальгином.
Петя вышел из душа чуть свежее, но по тому, как он медленно двигался, было видно, ему все еще очень плохо, причем не только физически. Он молча, но с видимым удовольствием съел тарелку горячего супа, запил его рассолом и поморщившись, проглотил две таблетки анальгина.
- Авдей звонил, - начала она, когда он отодвинул тарелку, - ты извини, но я ответила, нужно в морг съездить на опознание, после обеда.
- Не извиняйся, - он провел рукой по лицу и бросил взгляд на часы, - со мной поедешь?
- Поеду, - без раздумий ответила она.
- Щас до меня заедем, переоденусь, ты за рулем, - вставая из за стола, сказал он.
- Тогда на моей поедем, - сказала она, составляя посуду в раковину.
- Да хоть на чьей, - бросил он и начал медленно, будто каждое движение требовало усилий, натягивать свои помятые брюки и рубашку.
Кристина не стала мыть посуду, лишь залила ее горячей водой и пока Петя одевался, ушла в комнату, чтобы переодеться, заправлять пастель даже не стала.
Дорога до его дома заняла не больше десяти минут и прошла в полной тишине. Петя сидел отвернувшись к окну и курил, его взгляд был устремлен куда то далеко, в проплывающие за стеклом серые дворы и гаражи. Он казался полностью погруженным в себя.
Припарковавшись у его подъезда, Кристина откинулась на сиденье, Петя повернулся к ней.
- Тут подожду, - ответила она на его немой вопрос.
Он кивнул, вышел из машины и не оглядываясь, скрылся в подъезде. Она прикурила, пуская струйки дыма в приоткрытое окно. Ждать пришлось недолго, он вернулся буквально через несколько минут, уже в другой, свежей одежде. Они снова молча поехали.
Морг находился на окраине города. У одноэтажного кирпичного здания, выкрашенного в унылый зеленый цвет, там уже стояли несколько знакомых черных БМВ. Рядом с ними курили несколько крепких парней, увидев подъезжающую машину Кристины, они насторожились, руки потянулись к оружию, но Авдей махнул рукой останавливая.
- Посиди, - бросил Петя, выходя из машины.
Он поздоровался с Авдеем, что то негромко сказал ему, кивнул остальным пацанам и не оглядываясь, скрылся за тяжелой металлической дверью.
Для Кристины минуты поползли нереально медленно. Она нервничала, курила одну сигарету за другой, ее ладони стали холодными и липкими. Она смотрела на эту дверь, представляя, что он видит там и ее сердце сжималось от боли.
Петя вышел спустя двадцать минут, которые показались вечностью. Дверь захлопнулась за ним с оглушительным стуком. Его походка была еще более неуверенной чем утром, он шатался, но теперь не от алкоголя, а от шока. Пацаны, перестав курить, смотрели на него с мрачным, понимающим выражением лиц. Не говоря ни слова, они под взглядом Авдея быстро разошлись по машинам и стали разъезжаться.
Петя не глядя по сторонам, медленно шел к ее ауди и с трудом открыв дверь, тяжело рухнул на пассажирское сиденье.
- Это он, - выдохнул он и его голос сорвался, - батя мой.
Кристина замерла глядя на него. Его глаза, всегда такие насмешливые, уверенные, теперь были полны слез. Он не пытался их прятать, не отворачивался, они просто текли по его бледным щекам, оставляя мокрые следы.
- Батя мой... - он крикнул это внезапно, с надрывом, повернувшись к ней, - изрешетили, суки из автомата, я найду и завалю нахуй всех, кто причастен.
Вдруг, он резко согнулся пополам и лег головой ей на колени, к ее животу. Его плечи затряслись, он плакал как ребенок, с надрывом, с дрожью, с тем самым детским отчаянием, которое она видела у него вчера в голосе.
Кристина не знала, что говорить. Никакие слова не могли исцелить эту рану. Она просто опустила одну руку ему на голову и начала медленно гладить. Другой рукой она сжала его предплечье, впиваясь пальцами в мышцы, пытаясь передать хоть каплю своей силы, своего молчаливого участия. Она сама не заметила, как по ее собственному лицу тоже потекли слезы. Они капали с ее подбородка и оставляли темные, круглые пятна на коже его куртки.
Так они просидели несколько минут, он рыдая у нее на коленях, она беззвучно плача над ним. Постепенно его рыдания стихли, сменились тяжелыми, прерывистыми вздохами. Он выпрямился на сиденье, отвернулся к окну, достал сигарету. Руки у него все еще дрожали, когда он прикуривал.
- Отвези к матери, - сказал он глухо, делая первую затяжку, - надо... сообщить.
- Хорошо, - кивнула она, заводя мотор.
Она выехала с территории морга и медленно, поехала в сторону дома Флоры Борисовны.
Припарковавшись у знакомого подъезда, она повернулась к нему.
- С тобой сходить? - уточнила она, - или подождать?
- Езжай домой, отдохни, - он не смотрел на нее, уставившись в окно на подъездную дверь, - щас Авдей приедет с ритуальщиком, выбирать что то мать будет, наверное.
Он потянулся к ней, его пальцы коснулись ее подбородка, повернули ее лицо к себе. Он посмотрел ей прямо в глаза его взгляд был усталым, опустошенным, но в нем читалась благодарность, он наклонился и поцеловал ее в щеку.
- Завтра приеду утром за тобой, - сказал он, выходя из машины.
Кристина молча кивнула. Он вышел и не оглядываясь, скрылся в подъезде. Она посмотрела на припаркованную рядом вишневую БМВ и тяжело выдохнув выехала с парковки, направляясь домой.
Отдохнуть действительно стоило. Впереди, она чувствовала, будут тяжелые дни.
Жаль только она не заметила, как к подъезду, из арки, направлялась женская фигура, с короткими, рыжими волосами.
Тг:kristy13kristy (Немцова из Сибири) тут есть анонка, где можно поделиться впечатлениями или оставить отзыв к истории.
Тикток: kristy13kristy (Кристина Немцова)
Тг: Авторский цех (avtorskytseh) небольшая коллаборация с другими авторами, подписываемся.