Redemption [ J. H ]

Джейден

Карла, Леона и Киара были заняты на кухне, выпекая праздничные торты для близнецов, чей первый день рождения был сегодня. Было уже около полудня. Я сомневался, что они успеют приготовить торт к обеду, но ничего не сказал.

- Кажется пустой тратой усилий создавать сложные торты в форме единорога и машины, когда их единственная цель быть съеденными, - прокомментировал Брайс, когда мы вышли из кухни, чтобы дать девушкам пространство.

Они нашли сложные торты в интернете, и были полны решимости воссоздать их для Греты и Адама.

- Мне плевать, но Карла так чертовски рада тортам, так что, думаю, работа того стоит. Сомневаюсь, что детям будет не все равно. Они только запачкают себе руки о торт и размажут их по лице, - сказал я, глядя на Грету, которую баюкал на сгибе руки.

Она чувствовала себя совершенно комфортно в моем присутствии, и это было похоже на один из самых больших триумфов в моей жизни, когда ее большие темные глаза смотрели на меня с доверием.

И клянусь своей гребаной честью и всем, что имеет значение, я никогда не сделаю ничего, чтобы предать это доверие. Когда она поначалу опасалась меня, это было похоже на удар ножом в сердце. Я всегда наслаждался страхом в глазах других, за исключением моих братьев, но с моими детьми и Карлой я никогда не хотел видеть этого снова.

- Я никогда не рассматривал брак как вариант для нас двоих, - задумчиво сказал Брайс, когда мы остановились у бассейна.

- Никогда не думал, что найду девушку, которую не захочу убить через несколько часов.

Грета одарила меня зубастой улыбкой, и я погладил ее волосы. Они стали довольно длинными и слегка вьющимися, как волосы Джоша.

- Хм, моя дорогая, готова к первому заплыву?

Адам уютно устроился в руке Брайса и, как обычно, принялся хвататься за разноцветные татуировки. Я уже догадывался, что он хочет захочет сделать, когда вырастет.

Винсент уже развалился на розовом поплавке с фламинго, которым пользовался Джеймс до того, как я запретил ему заниматься проституцией в особняке. Я закатил глаза.

- Это тревожное зрелище.

Винсент пожал плечами.

- Здесь удобно.

Джеймс и Джош играли в водный мяч у водопада в бассейне и, как обычно, пререкались.

Это было первое плавание для детей, так как у нас не было бассейна с подогревом раньше, и теперь он был установлен, когда дети стали частью нашего дома.

Брайс медленно вошел в бассейн с Адамом. Адам взвизгнул, улыбаясь мне. Мое гребаное сердце наполнилось гордостью. Этот мальчик ничего не боялся. Иногда меня даже беспокоило, насколько он похож на меня. Он попадет в беду, как только научится ходить.

Брайс подошел к Винсенту, и Адам протянул руки, желая прокатиться на фламинго с Винсентом. Винсент поднял на меня глаза, спрашивая разрешения. Я кивнул, выкручивая руку с татуировкой. Между нами это значило больше, чем просто клятву Каморре, больше, чем быть членом мафии.

В тот день, когда Винсент поклялся мне, Каморре, он стал моей семьей, и я доверил ему своих детей. Я никогда не говорил ему, но понял, почему он вел себя так, когда я пытался вбить клин между ним и Леоной. Он хотел защитить ее, хотел защитить кого-то, кто мог видеть сквозь его гребаную тьму, того, кто любил его, несмотря ни на что.

Карла изменила мой взгляд на вещи, и если бы это было в моем характере, я мог бы извиниться перед Винсентом за то, как я вел себя.

Винсент протянул руки, и Брайс передал ему Адама, который радостно брыкался ногами, пока не уселся на носу, держась за шею фламинго.

- Надеюсь, ты хорошо почистил эту штуку, - крикнул я Джеймсу, который показал мне палец.

Я спустился по ступенькам в бассейн. В тот момент, когда ноги Греты коснулись воды, ее лицо исказилось, но я издал тихий успокаивающий звук, и она расслабилась. Повернув ее так, чтобы ее голова оказалась на одном уровне с моей, я опустил нас в теплую воду. Грета держалась за меня, критически глядя на воду. Через некоторое время она улыбнулась и ударила ладонью по воде.

Я подошел к поплавку с фламинго, но Грета крепче обняла меня, когда я попытался посадить ее на него. Адам что-то бормотал, его крошечные ножки шевелились, когда Винсент держал его за талию. И Грета, и Адам были большими любителями лепетать, но они оба не сказали ни слова, кроме слова "мама", и в то время как Адам уже делал свои первые шаги, Грета только ползала. Она была осторожным ребенком и очень напоминала мне Брайса.

Адам ухмыльнулся мне, сжимая шею фламинго, прежде чем протянуть руки.

- Папа. Пааап!

На мгновение я застыл, выражение моего лица стало неподвижным. Винсент усмехнулся, и Брайс сжал мое плечо. Я обнял Адама и прижал его к груди. Грета, хихикая, прижала мокрую ладонь к щеке Адама. Я пробрался через воду вместе с ними, опускаясь ниже, заставляя их кричать от радости.

Карла направилась к нам в душераздирающе сексуальном белом бикини, Киара и Леона следовали за ней. Она опустилась на край бассейна.

- Мама! - Грета сказала, и я передал нашу дочь Карле. Я подошел поближе и коснулся бедра Карлы. Она подняла брови.

- Что-то случилось? У тебя странное выражение лица.

- Адам сказал папа, - сказал я ей.

Она наклонилась и поцеловала меня, выражение ее лица было таким счастливым, что даже мое жестокое сердце наполнилось теплом.

- Папа, - подтвердил Адам, снова ударив по поверхности ладонью и разбрызгав воду.

Карла с мягкой улыбкой покачала головой и скользнула в воду, прижимая к груди Грету.

- Это близко к совершенству, - сказал я, указывая на людей, собравшихся вокруг нас. - Каждый, кто имеет значение здесь.

И я, блядь, буду защищать их всех ценой своей жизни.

Тень шока пробежала по лицу Карлы, и она отвела взгляд, моргая. Я обнял ее за шею, сближая наши лица. Она встретилась со мной взглядом.

- Я знаю, ты скучаешь по ним, особенно по брату.

Она кивнула.

- Да, и я хочу, чтобы ты познакомился с Софией и моей мамой. Хотела бы я, чтобы они видели тебя таким, какой вижу я.

Карла видела меня таким, каким большинство людей никогда бы не увидели, потому что я никогда бы им этого не позволил.

- Я не могу обещать тебе мира. Это не только мой выбор, и между Каморрой и Нарядом много плохой крови. Я не отступлю, особенно когда Кавалларо первым вторгся на мою территорию.

Мне все еще хотелось искупаться в крови Кавалларо, и я знал, что он разделяет это чувство. Мира никогда не будет.

- Я знаю и могу с этим справиться. Теперь это моя новая семья, и я счастлива, что мы с детьми здесь, где нам и место. - она замолчала и вздохнула. - Я не могу не скучать по своей семье, особенно по Сэмюэлю. Мы всегда были так близки, а теперь я так давно ничего о нем не слышала. Это тяжело.

Я привык справляться со всем, привык, чтобы все шло по-моему, но это было единственное, что я не мог изменить для нее. Я не собирался предлагать Кавалларо мир, даже когда нападение на Арену Роджера было организовано Скудери, но нападение на нашу гонку в Канзасе определенно было его. Он пытал моего брата. Это была еще одна вещь, которую я не мог легко забыть. Я хотел, чтобы они истекали кровью. По крайней мере, Данте гребаный Кавалларо.

Грета и Адам снова хихикнули. Лицо Карлы просветлело, и она улыбнулась мне. Черт. Эта улыбка заводила меня каждый раз.

Карла

Адам был маленьким вихрем, и с тех пор, как он начал ходить, стало только хуже. Это было за день до нашей свадьбы и всего через четыре дня после дня рождения близнецов, и Киара была занята последними приготовлениями, хотя это было небольшое дело. У Джоша была обязанность няньки для Адама, которая в основном состояла в том, чтобы бежать за ним и убедиться, что он не сломает шею или что-нибудь не сломает.

Каждый раз, когда Джош поднимал Адама на руки, он начинал протестующе выть. Я понимающе улыбнулась Джошу, когда он вздохнул.

- Я могу заменить тебя, если хочешь?

Джош застенчиво улыбнулся.

- Мне нужен перерыв.

Усмехнувшись, я забрала у него Адама и посадила на бедро, несмотря на его громкий протест.

- Мам, нет. Нет. Нет. Нет!

- Я так ждал, когда они заговорят, - сказал Джейден со своего места на одеяле, где он играл с Гретой, пытаясь одновременно работать на своем Айпаде. - Но Адам слишком любит слово "нет", на мой вкус.

" Нет"," мама " и "папа" были единственными словами, которые Адам освоил до сих пор.

- Нет! - взревел Адам.

Я рассмеялась Джейден покачал головой.

- Адам, хватит.

Адам нахмурился, его губы надулись.

- Нет?

Губы Джейдена дрогнули.

- Если ты будешь вести себя тихо, я отпущу тебя, - сказала я.

Адам посмотрел на меня, потом на Джейдена, явно не уверенный, что наше предложение того стоит.

Грета подползла ближе к Джейдену, и он снова посмотрел на нее. Она прижала руки к его ногам и медленно оттолкнулась, приподняв попку, затем, спотыкаясь, поднялась на ноги.

Джейден протянул руку, и она обхватила его указательный палец своей крошечной ручонкой, а другие пальцы Джейдена накрыли ее пальцы, поддерживая ее, и мои глаза наполнились слезами.

- Хорошо, - подбодрил ее Джейден.

Она посмотрела на него удивленно и все еще неуверенно. Она сделала нерешительный шаг, и он улыбнулся.

- Очень хорошо, моя дорогая.

Ее улыбка стала шире, она сделала несколько нескоординированных неуверенных шагов и наткнулась на него. Он замер, когда она вцепилась в его рубашку и палец, глядя на него с абсолютным доверием.

Я опустила Адама на пол, потому что видела, что он хочет присоединиться к ним. Как только его крошечные ножки коснулись пола, он заковылял к Грете и отцу. Джейден обернул руку вокруг него.

Грета отпустила рубашку Джейдена и сделала то же самое движение, когда хотела, чтобы ее подняли. Она по-прежнему предпочитала быть на руках. Джейден положил одну руку ей под зад, а другой придержал и прижал к груди. Он протянул руку Адаму.

- На руки?

Адам кивнул, и Джейден наклонился, чтобы поднять его. Он выпрямился с детьми на бедрах и поцеловал их в макушки. Его глаза нашли мои, и мне было все равно, что он видел мои слезы. Сегодня я с радостью отдала их ему.

В глазах стольких людей Джейден был безнадежен.

Он был самым жестоким человеком, которого я знала.

Но каждой клеточкой своего тела я знала, что он никогда не причинит вреда нашим детям. Он защитит их. Они были Хосслер.

Они принадлежали ему. Нам.

Мы оба умрем за них, друг за друга.

Завтра я официально стану Хосслер, и мои дети тоже. Я знала, что мы все будем носить эту фамилию с гордостью.