16
Егор
Я очень зол на Валю. Ладно обругала, это я ещё понять могу, но ни за что поднять руку это уже слишком.
Переночевал в машине, ближе к ночи приехал на трассу.
- Шип, здорова, - Даня подал мне руку, но я отклонил её. - Егор, ладно, прости. Я был не прав. Извини.
- Я не обижаюсь, Дань, - пожал ему руку и похлопал по плечу.
- Тут такое дело. Я хочу поучаствовать в первом раунде, но у меня нет сейчас машины. Она в ремонте. Можно, я возьму твою? А во втором, по скольку там сложнее, ты, конечно.
- Валяй, - Даня радостно улыбнулся и умчал к моей ласточке. Я всё равно уже новую присмотрел.
Валя меня, конечно, удивила. Я не думал, что она на такое способна. На щеке до сих пор след от её удара. Мне было больно, но не физически, а морально. Раз она позволила себе такое, то не представляю, что будет дальше. Правда, Валя была не трезвая, сделала это не в серьёз, но от двух бокалов так развести, это уже аномалия какая-то.
Настроения нет. Даже за руль не охото садиться. Мало ли что. Я сейчас разозлюсь и вылечу с трассы случайно, и всё. А я Вале обещал быть аккуратным.
Гонка уже началась, я решил сходить в вагончик за кофе. Устал. Немного поговорил с барменом и пошёл по газону к самой трассе.
Там есть шикарное место, откуда видно всю полосу дороги. Только дошёл до поворота, как моя машина вылетает с трассы, переворачивается и во что-то врезается.
Чëрт. Даня. Все мчатся туда и какая-то девушка. В лосинах и тëмно-зелëном лёгком свитере.
Твою мать.
Валя.
Моя Валя.
- Валь, - кричу, что есть силы.
Она медленно поворачивается и уже бежит ко мне. Ставлю кофе на землю, и Валя виснет на мне.
- Егор, милый мой. Родной мой. Хороший. Живой, Слава Богу, живой, - Валя рыдает и очень крепко меня обнимает.
- Тише, Валь. Всё хорошо, я рядом, с тобой, - нежно и сильно обнял её.
- Прости меня, дуру. Прошу тебя. Я ужасно поступила. Бедный мой, - она коснулась моей щеки рукой. - Болит, да?
- Вот здесь болит, Валь, - переложил её холодную руку на сердце.
- Егор, прости, - Валя прижалась к моей груди и ещё больше заплакала.
- Чего руки такие холодные? Замëрзла?
- Да. Очень замëрзла, - говорит шëпотом еле слышно.
- Держи, родная моя. Звëздочка моя, - снял с себя куртку и накинул ей на плечи.
- Просто поцелуй меня. Горячо, нежно и с любовью, - шепчет в губы, и я целую. Начинаем целоваться - долго, забыв про всё.
- Малыш, а где Матюша? - я отстранился, вспомнив про сына.
- Забыла про него совсем, он возле старта. Я так испугалась за тебя, роднулечка моя, - Валя берёт меня за руку, только хочу двинуться к сыну, как Матвей уже бежит ко мне в объятия.
- Егор, а почему ты не в той машине? Мама очень переживала, когда она перевернулась, - Матвей поцеловал меня в щеку.
- Я не поехал на первый раунд. Идëм домой, мама замëрзла.
- А на чëм же мы поедем?
- На такси, Валь.
Матвей встал по середине и взял нас обоих за руки. Шли, как счастливая семья, и поднимали Матвея за руки. Подошли к старту, где стояла машина такси. К нам подбежала Жанна и толкнула меня в плечо.
- Что за потаскуха с тобой? Да ещё и старая? Предал меня, да? Изменил?
- Валюша, идите в машину. Я сейчас приду, давай, родная моя, - подтолкнул Валю, и она, оглядываясь, села, а за ней и Матвей.
- Родная, значит? Валюша?
- Тебе что от меня надо?
- Что за шлюха с тобой? Так и попользованная уже, с обортышем, - не сдержался и дал Жанне пощëчину.
- Рот свой закрыла и свалила.
- Неужели Шип смог кого-то полюбить? Да твоё чëрствое сердце ни на что не способно, - она шипит и держится за щеку.
- Просто кто-то не смог его разбудоражить и проявить во мне эти чувства. Ты не достойна даже еë взгляда, поняла? И шлюха здесь только ты, вот это уже чистая правда.
Сел в машину на задние сидения, к своим любимым и родным. Валя положила голову мне на грудь и устало вздохнула.
- Малыш, устала? - поцеловал её в висок.
- Да, только от самой себя, Егор. Мы сможем дома поговорить?
- Конечно. Как скажешь, хорошая моя.
- Егор, а можно тебя попросить сказку на ночь почитать? - Матвей выглянул из-за Вали.
- Можно. Даже нужно, - он улыбнулся, и мы молча доехали до дома.
Поблагодарив водителя, вышли из машины. Валя и Матвей сразу пошли мыться, переодеваться, а я поставил чайник.
Очень устал, от всего. Хочу просто спокойной, семейной жизни.
- Егор, идём сказку читать, - Матвей вывел меня из мыслей. После ванной, в пижаме с машинками и мокрыми волосами, только босиком.
- Беги в кровать, а то заболеешь. Босиком нельзя ходить, холодно же. Так ещё и с сырыми волосами. Матери твоей голову оторву, - мальчик рассмеялся и убежал.
Зашёл прежде в нашу комнату. Валя стояла в полотенце перед зеркалом, тоже с мокрыми волосами и босиком.
- Родные мои, прекратите ходить после ванны босиком, ну заболеете или простынете, - обнял её со спины.
- Как скажешь, - Валя взяла мою руку и поцеловала.
- Что за печаль тебя тревожит? Девочка моя. Я сейчас расскажу нашему сыну сказку, потом в душ и к тебе на кухню. Я чайник поставил, поговорим.
- Нашему? - она удивлëнно повернулась ко мне.
- Да. Ты против?
- Что ты, нет, конечно. Я так хочу, чтобы Матвей смог назвать тебя папой. Для меня важно, что и ты этого хочешь, - мы поцеловались, и я её оставил, пошёл к Матвею.