Зарисовка
Каэдэхара завороженно смотрел в голубые глаз напротив и действительно тонул в них. Будто в прозрачно голубом море, в котором даже дно видно. Он хотел лишь поцелуя от давно манящих его губ. Особенно он хотел их поцеловать когда смотрел на спящего гостя. И если бы не звонок на телефон, Кадзуха бы не выдержал и поцеловал спящего Альбедо еще тогда.
— Если честно, — шепотом начал блондин, — Я хотел лишь поцелуя. Но то, что в меня сейчас внизу упирается, заставило меня возбудиться.
Юноша плавно скользнул вперед по паху Альбедо, прижимаясь к его торсу, которым уже он чувствовал некий возбуждающий бугорок в штанах в области паха. Принц Мела издал прерывистый вздох, сжимая ягодицу «наездника» сильнее и броско заглядывая в агатовые глаза. Каэдэхара лукаво оскалился и, приоткрыв рот, заскользил своим языком по губам художника, углубляя такой сладкий поцелуй. Его язык исследовал каждый уголок рта Альбедо, сплетая языки вместе. Внизу живота обоих начали образовываться тянущиеся клубки, раскрывая новые ощущения и чувства. Кадзуха разрывает поцелуй от нехватки воздуха, и уже спустя пару секунд Принц Мела ощущает его губы на шее, тот неожиданно укусил его, тут же зализывая своим горячим языком. Альбедо не сдерживает еле слышный стон, слегка запрокидывает голову наверх, чувствуя дыхания парня. Не теряя темпа, дизайнер начал оставлять на бледной коже, насыщенные, красные засосы.
— Я думал ты занимаешь пассивную позицию, — Прохрипел блондин, шикая от каждого ноющего нового следа на своей коже.
— Так и есть, Господин Альбедо, но хочется немного прелюдия, — Голос хозяина дома прозвучал прям над ухом, обжигая своим дыханием и так чувствительную кожу.
Алхимик тихо зарычал и сжал талию блондина, быстро поднимая его с себя и прижимая спиной на жесткую деревянную поверхность стола. Изящные руки переместились к ладоням Каэдэхары, сплетая замок пальцами и сильнее прижимая их к столу, не давая возможности двигаться своему «пленнику». В этот раз Альбедо забрав всю свою, по праву, инициативу. Разместившись между мужских ног, блондин наклонился над дизайнером и вовлек того во влажный поцелуй, тут же прикусывая его нижнюю губу, зализывая и вновь углубляя поцелуй, сплетая языки воедино. Переместив обе руки Кадзухи в одну свою, провел пальцами по линиям изгибов тела бюровца, художник коснулся кончиками паха. Вздрогнув от этого прикосновения, Каэдэхара разорвал поцелуй, заглядывая в аквамариновые глаза напротив.
— Кадзуха, что вы, это же не первый раз, — явно лукавит, подшучивая над реакцией блондина, — я могу быть и нежным.
Обладатель анемо стихии закатил глаза и отвернул голову, открывая свою шею, что так притягивала алхимика и побуждала его к действиям. Парень оставил невесомый поцелуй на лбу дизайнера и дорожкой спустился к шее, оставляя засосы и укусы на бархатной коже, заставляя того издавать тихие стоны под собой. Альбедо приметил, что кожа шеи и ключицы у этого паренька под ним довольно чувствительная.
Блондин вновь прошелся кончиками пальцев по изгибам, оказавшись у того самого места. Стянув ненужные вещи с ног хозяина, художник медленно и аккуратно начал вводить два пальца в анальное отверстие, растягивая для нечто большего. Не так давно был последний половой акт и не сильно там нужно было что-то растягивать, но ради безопасности и комфорта обоих, лучше протий этот «обряд». Каэдэхаре безумно хотелось прикусить что-то, а лучше какой-нибудь свой палец, чтобы перевести внимание на боль, а не на то, что он сейчас чувствует от банальных пальцев блондина. Но ему не позволяли. Крепкая хватка алхимика продолжала держать его руки в плену и не позволяла двигаться. Спустя еще несколько аккуратных, но интенсивных движений пальцами, Альбедо убрал руку, вновь затягивая Кадзуху в поцелуй, готовя морально к проникновению. Не первый раз, но… Каждый раз как первый. Волнующе.
Художник раздвинул чужие ноги шире и удобно устроился между ними. Резким, но аккуратным движением проникнул внутрь парня. Каэдэхара задохнулся в собственном крике, протяжно простонав.
— Désolé c'était trop rapide, — прохрипел Альбедо аж на другом языке, чувствуя как мышцы внутри партнера сжались и как крепко сжимают его член, дышать трудно.
Парень принялся вытирать скопления соленой воды на уголках глаз Кадзухи, ласково успокаивая. Все же это было действительно грубо и неожиданно для него.
— К черту нежности… — Прорычал бюровец, настойчиво прижимая ногами за талию к себе, не позволяя отстраниться.
Альбедо довольно хмыкнул. Он явно бы долго не протянул с этими нежностями. Не в его стиле. Как отлично, что сексуальные предпочтения у обоих совпадают с друг другом. Возможно. Алхимик входил в него так резко, и так медленно выходил. Парень чувствовал, как каждая часть его тела, каждая его мышца напрягалась с каждым его толчком. Дизайнер чувствовал, как партнер ускоряет темп, все сильнее и сильнее вбиваясь в него, сильнее прижимая к твердой поверхности стола. Явно останутся синяки на лопатках и спине, в целом. Мышцы сдавливали перевозбуждённый орган всё крепче с каждым проникновением.
Время летело незаметно, для них прошло всего каких-то жалких пять минут, а на деле прошло около получаса. Успев сменить два раза позу. Надоев заниматься сие соитием на бедном, уже шатающемся столе, Альбедо переместился на стул и посадил сверху Кадзуху. Сделав еще пару интенсивных толчков, алхимик чувствует оглушительно приближающуюся разрядку и вынимает пульсирующий орган из бюровца и приподнимает его за талию, облокачивая на себя, дабы не замарать. Кончает, протяжно и глухо простонав, ощущая слабую рябь приятных судорог в своём теле. Каэдэхара же впивается ногтями в кожу своего партнера, царапая ее и поддаваясь оргазму одновременно с ним.
— Вы восхитительны, Кадзуха, — с некой усталостью и удовлетворением в голосе прошептал блондин и оставил невесомый поцелуй на чужой щеке.
— Могу тоже самое сказать и про вас, Господин Альбедо…