Глава 9
Дженни попала в сети в которые сама же и расставила.
—Конечно, важно, — возразила она.
—Тогда мы должны пожениться, и ты примешь мои условия.
—А если я откажусь?
—Тогда я переверну земной шар, чтобы отнять у тебя моих детей.
Его угрозы не были пустым звуком, это ясно. Похоже у неё нет выхода. Придётся выполнить его требования.
Техён победил, однако вкус победы не был таким сладким, как он ожидал.
—У меня много работы, поэтому чем скорее мы покончим с этим делом, тем лучше, — заявил он. — Я подготовлю необходимые бумаги, а также брачное соглашение, которое ты подпишешь. Ты должна...
Шум доносящийся с верхнего этажа, и последовавший за ним отчаянный крик, заставил их обоих повернуться к лестнице.
Дженни стремительно бросилась наверх, в комнату тройняшек, не осознавая того что Техён следует за ней. Рывком открыв дверь, она увидела Субина, рыдавшего на полу и Минхо, стоявшего рядом с братом.
Лили застенчиво поправляла своё платьице и в непонимании моргала пушистыми ресницами пожимая плечами в сторону своей матери словно немо отвечая на её вопрос «Я тут не причём».
В руках Минхо был игрушечный автомобиль.
—Минхо толкнул меня, — всхлипнув пожаловался Субин
—Нет я не толкал. Это он хотел отобрать у меня мою машинку.
—Они обе врут мамочка!— воскликнула Лили показав в сторону своих братьев красный язычок. Лили не была ябидой и язвой но иногда когда её братья ссорились она хотело чтобы Дженни их поругала чтобы такого больше не предвещалось.
—Давай я осмотрю тебя, — обратилась Дженни к сыну, быстро проверив, не ушибся ли мальчик.
Затем она повернулась к Минхо. Но он не пытался найти у неё утешение. Минхо стоял перед Техёном, который вошёл в комнату, и смотрел на взрослого мужчину, ожидая поддержки. А Ким держал его за руку, словно защищая.
У Дженни горло перехватило от наплыва острых чувств. Ей стало мучительно горько, оттого, что у мальчиков нет отца, и виновата в этом только она. Она очень любила своих детей, но её любви было недостаточно, чтобы они выросли настоящими мужчинами.
Ким даже не взглянул на Руби. Его интересовали только близнецы. Он нужен своим сыновьям, и ничто — даже такая малость, как их непутёвая мать, — не помешает ему.
Совершенно не замечая того что происходило между двумя взрослыми людьми Минхо повторил:
—Это моя машина.
—Нет моя, — возразил Субин
Мальчики были привязаны к друг другу, но время от времени у них возникали подобные споры, словно они пытались установить, кто из них главнее. Это были обычные детские разборки но, Руби их терпеть не могла.
—У меня есть предложение, — раздался голос Техёна, спокойный и вместе властный, заставивший мальчиков и Лили взглянуть на него. —Если вы пообещаете мне не ссориться из-за этой машинки, я куплю каждому из вас новую игрушку и вам не надо будет делить её.
—Дяденька а я? — воскликнула с долей грусти Лили подбежав к мужчине уткнувшись лицом к мужской ноге строя глазки.
Техён на секунду задумался. Милые глазки этой девочки заставляли его сердце биться чаще. Её милые зелёные оливковые глазки напоминали ему её мать которая гордо стояла посреди комнаты нервно кусая ноготь на руке. На его лбу выступил холодный пот и на секунду он почувствовал некую радость в глубине души от того как на неё смотрела его дочь — его родная кровная дочь, он был в этом уверен.
Она невинно ухватилась за его ногу и хлопали мило пушистыми ресницами. На ней было белое платьице в цветочках, которая придавало ей ещё больше невинности.
—Конечно, — пробормотал брюнет — Я куплю тебе всё что ты захочешь!
Дженни судорожно глотнула воздуха. В груди её забурлил гнев. Предложение Техёна было явным подкупом. У неё нет денег, чтобы купить своим детям понравившиеся им игрушки.
Дженни по жадным взглядам темно-золотистых глазок поняла, что все правила о необходимости делиться друг с другом забыты. Субин взволнованно спросил Техёна.
—Когда... Когда вы купите нам игрушки? — Малыш вскочил и тоже прижался к ноге Кима — Я хочу такую же машинку, как та, что стоит у дома...
—И я хочу такую же, — согласился Минхо, решительно не собираясь отставать от брата.
—Мы поедем с вами и вашей мамой в Сеул.— Это стало новостью для Дженни, но она не успела ничего сказать, поскольку Ким уже продолжал: — Там есть большой магазин игрушек, где вы сможете выбрать себе машинки, но только если пообещаете мне больше не ссориться.
Три тёмные головки с энтузиазмом кивнули, и три одинаковой улыбки расплылись на лицах её детей, когда они с обожанием взглянули на отца.
Дженни пыталась успокоиться. Глядя на Техёна и своих детей наблюдая за их реакцией, она наглядно поняла, какие потери они несли без него: не материальные, но эмоциональные.
Может быть, ей показалось но тройняшки теперь держались прямее, говорили более уверенно и даже жестикулировали так же как их отец. Лёгкая тень печали омрачила её мысли. Они были уже не только её детьми, во всем зависящими от матери. Тройняшки росли буквально на глазах, и их реакция на Техёна еще раз подтверждала то что, Дженни и так знала: им нужен отец. Тем не менее она горделива вскинула голову, встретив вызывающий взгляд Техёна.
Дженни машинально погладила взъерошенные тёмные кудри ребенка— в тот момент когда Ким сделал то же самое. Их руки соприкоснулись. Она немедленно отдёрнула руку, не в силах подавить воспоминания. Недавно руки Кима прикасались к ней более интимно, чем сейчас, и в этом прикосновении, кроме желания овладеть ею, было нечто, что она — по наивности и незнанию — сочла страстным влечением.
Эти воспоминания Ким пробудил в ней своим насильственным поцелуем. В сознании её всплыли образы, от которых невозможно было избавиться: она ощутила руки Техёна на своём теле, почувствовала его дыхание на своей коже... Но нет, нельзя думать об этом. Она должна быть сильной. Она должна сопротивляться. Он не имеет права возбуждать её. Она больше не юная девочка. Теперь она женщина, мать и интересы детей — выше её собственных.
Голова Дженни начала болеть в животе возникли спазмы — знакомая реакция на стресс, которая непременно завершится приступом мигрени. Но сейчас не время болеть или проявлять признаки слабости, даже если она плохо спала ночью и проснулась с ощущением тошноты.
Тройняшки были одеты теперь в новые свитера и джинсы — подарки её сестры на рождество — и были обуты в новые кроссовки, на которые Дженни потратила свои драгоценные сбережения, заметив, как хмуро взглянул Техён на старую обувь детей в свой прошлый приезд, когда его пригласили все обсудить.
«Все» означало не только те, приготовления, которые он уже сделал, не только их переезд в Сеул, но так же и свадьбу. После чего впятером они должны отправиться в город, который станет их домом. Дети были слишком взволнованны, чтобы сидеть на месте, и стояли возле окна, ожидая прибытия Техёна.
Приняла бы она другое решение если Джису была бы дома. Дженни не знала. Джису прекрасно относилась к ней, помогала деньгами, чтобы она могла сидеть дома с детьми, но Дженни прекрасно понимала, что материальная поддержка даётся им нелегко.
Кроме того, она когда нибудь влюбятся. И тогда Дженни со своими детьми будет ей мешать, потомучто Джису считает себя обязанной заботиться о них.
Нет, она приняла мудрое решение. Так лучше для мальчиков и Лили, которые несказанно обрадовались предстоящему переезду в Корею и с удовольствием воспринимали осторожное сообщение о том, что она выходит замуж за Техёна. Так лучше и для Джису.
Минхо с надеждой шепнул маме:
—У Джексона есть отец. Он берет его с собой на футбол и водит в «Макдональдс», и ещё он купил ему велосипед.
Факт на лицо: все обстоятельства складываются в пользу Техёна. Руби не могла даже отказаться от поездки в Сеул под предлогом того, что детям надо ходить в школу, поскольку дети были отпущены на зимние каникулы.
Продолжение следует.....